Лучшее блюдо кока (после Затонувших сокровищ морей)

      Зоро и Санджи стояли на палубе такой родной, побитой сражениями и многолетними играми Луффи и Усоппа СанниГо. Вернувшийся в свое время Санджи сразу же притих, растеряв боевой задор, — ему предстояло взглянуть в глаза оставленным без объяснений накама. Но команда встретила кока с легкими сердцами и с огромными улыбками на лицах, Санджи только успел вскинуть опущенный взгляд, как его, а также устремившегося к нему Усоппа и Чоппера, сгребли в одном объятии резиновые руки капитана. Все они голосили на разные тона: — Санджи! — только Луффи при этом хохотал, Усопп и Чоппер рыдали, Фрэнки делал и то, и другое одновременно. Еще бы, дожидаться возвращения кока пришлось четыре долгих (и голодных) месяца. — С возвращением, кок-сан, перед следующим отпуском оставьте нам все же записку в нашем времени, а то мы волновались, — деликатная Робин дала коку знать, что его побег будет восприниматься всеми как легкий отпуск в прошлом.       Санджи был смущен и пристыжен, порывался вставить свои пару слов, чтобы извиниться, но команда будто намеренно и продыху ему не давала, чтобы начать каяться. Сначала они обнимались, потом заставили его готовить каждому любимое блюдо, потом рассказывали о том, что было с ними эти месяцы. Кок же дарил искренние улыбки каждому члену команды, но когда взгляд его не падал ни на кого из накама, то слегка грустнел и становился задумчивым. Зоро видел, Зоро замечал, а главное — на этот раз Зоро не прошляпит и спросит, у него есть полное право знать!       Но когда вечером все разбрелись по своим койкам, выдохшийся кок уснул в ту же секунду, что его голова коснулась подушки на широкой кровати их с Зоро отдельной каюты. Мечник вздохнул: запускать ситуацию с коком опасно, кто знает, что в этот раз он отколет, дойдя до ручки. Если у него ума хватило в прошлое отправиться из-за дурацкой шутки Зоро, то что случится в этот раз, просто подумать страшно. Но кок так счастливо обнимал свою голубую подушку, впервые ощущая себя настолько дома, настолько на своем месте на одной кровати с Зоро, что будить его было грехом во всех существующих в мире религиях, потому Зоро не стал. Но и спать не стал.       Потому когда в три часа ночи кок наконец проснулся, потянулся и спустил ноги с кровати, Зоро это сразу заметил, но решил не выдавать себя до поры до времени. Санджи тем временем направился прямиком на камбуз, зажигая там маленькую неяркую лампу, чтобы не привлекать особого внимания. Он придвинул к холодильнику стул и снял сверху большое блюдо — тот самый торт, что он готовил в вечер побега в прошлое на не состоявшуюся пока по его вине свадьбу Нами и Луффи, ведь праздновать без кока всем было невесело. Даже ненасытный Луффи не откусил от него и кусочка от грусти. За три месяца торт засох, спасибо, что не скис и не заплесневел. Просто его коржи стали жесткими благодаря крему, словно куски мрамора, а верхний слой глазури слегка покрылся пылью, но Санджи без труда стряхнул ее кулинарной кисточкой. Вооружившись большим ножом и колышком для колки льда, он смог отколупать от торта более-менее ровный «кусок породы» и положить его на заранее подготовленную тарелочку. Налив в чашку горячего чая с молоком, кок уселся за стол.       Большой, сложный и очень вкусный торт не был съеден вовремя по его вине, но не в правилах Санджи Черной ноги разбрасываться едой, тем более — быть причиной ее выбрасывания. Потому Санджи легко назначил себе работу над ошибками — медленно, но верно, кусочек за кусочком, он съест сам этот ставший каменным торт, пусть на это уйдет месяц или больше. Тем более, если подержать его с минуту на вилочке опущенным в чай, его даже можно было нормально откусить. В некоторых культурах сухари в чай обмакивают и считают лакомством, между прочим.       Когда Санджи начал размачивать второй кусочек доисторического торта, дверь на кухню аккуратно отворилась и вошел мечник, проследивший за коком в окно камбуза. Он с облегчением вздохнул, когда понял причину беспокойства кока — всего лишь торт! Что же, чем скорей его не станет, тем быстрее на лицо Санджи вернется беззаботная улыбка. Ничего не говоря, он достал себе тарелку и при помощи одной трехмечевой техники добыл и себе кусок. Санджи ничего не сказал, лишь немного подвинулся, когда Зоро садился рядом на скамью со своей тарелкой и чашкой чая. Санджи знал, что Зоро не любит сладкое, даже такое жесткое, но если Зоро решил помочь ему в исправлении его ошибок, он с благодарностью примет эту помощь. Ощущение было новым, еще не обкатанным, но почему бы не начать привыкать к нему сегодня?       Они принялись есть в молчании, но стоило Зоро справиться с первым кусочком, как дверь камбуза снова отворилась. — О, кок-сан, вы здесь, — Робин в легком пеньюаре, заставившим Санджи нечаянно поцарапать щеку очередным пронесенным мимо рта кусочком лакомства, вплыла в помещение. Она сразу заняла свое место за столом, одна пара рук усадила вскочившего было на ноги кока обратно, другая заварила ей кофе и подала третий кусочек торта. Санджи силился, но не мог ничего сказать.       Четвертым на кухне появился Луффи, за ним гналась в розовой пижаме Нами, увещевая «не лезть на кухню в первый же день возвращения Санджи». Но чуявший все каким-то своим нутряным чутьем капитан сразу все понял, он и соваться в холодильник не стал, а сразу отломил себе самый большой кусок торта — верхушку. — Круто, Нами, можно я съем наши фигурки с верхушки? Я так давно этого ждал! Можно я откушу тебе голову? — Нет! — Нами по-детски отобрала часть огромного куска у своего жениха и капитана, удачным образом на этой части оказалась ее фигурка в свадебном платье, спасенная от откусывания головы. — Нами-сан… — начал было Санджи, но тут на кухню влетел Фрэнки. Поскольку спал он в тех же трусах, что и ходил днем, никакого особого отличия от дневного Фрэнки в нем не наблюдалось. — Мои радары дали мне знать, что вы тут все на кухне едите что-то Супер-вкусное! А они меня никогда не подводят. Ой, крошка Робин, не против, если я возьму себе ту часть, что с понеглифом? — Робин лишь загадочно улыбнулась. — Мне не спится, мне бы теплого молока… — на кухню вполз сонный олененок в смешной пижамке со звездами, но с него как рукой сняло сон, стоило ему увидеть, как из руки Фрэнки выдвинулась небольшая циркулярная пила и принялась отпиливать куски от торта. — Сугээ! Фрэнки, это так круто! Отпили мне тоже кусок! Как ровно!       Когда на камбуз заявился Брукк и попросил торта, «с которым чувствует солидарность в старости», команда за столом в четыре часа ночи оказалась практически в полном сборе. Торт, который Санджи собирался есть месяц, был растащен по чужим тарелкам, и Луффи уже намеревался устроить драку с Чоппером за следующий кусочек. Санджи смотрел на них во все глаза, но не смел ничего произнести, боялся, что его голос предательски дрогнет. Ребята… Не хватало только Усоппа. — Уфф… Я закончил, Робин, я так и не понял, зачем нужна была такая спешка, чтобы будить меня среди ночи, а потом еще приносить их на камбу… — Усопп застыл в дверях, не ожидая увидеть чинную пижамную вечеринку с главным угощением — окаменелым тортом. — О, инженер-сан, вы как раз вовремя, все в сборе! Я не сомневалась, что так и случится, мы же едим вкуснейший свадебный торт, приготовленный коком Короля пиратов. — Робин-чан, не стоит так льстить, я знаю, что торт уже… — все же решился протестовать Санджи, но его внезапно перебил Луффи. — Это неправильный торт! — сказал он, вдруг надувшись. — Да, я знаю, я съем его сам, ребята, вам не стоит… — Нет! Это неправильный торт, потому что он свадебный, а свадьбы нет! Так не правильно! — выдал Луффи, а Нами, которая бы в другой ситуации выругалась на него за то, что в нем совсем нет такта, почему-то заулыбалась. — Капитан, тебе стоит немного больше доверять своей команде. Мы с Робин уже все исправили. Усопп, ты принес?       Лицо Усоппа расплылось в понимающей улыбке, он горделиво приосанился. — Конечно, не бывало еще заданий, которые не по плечу капитану Усоппу, когда я пошел в мастерскую ночью, там были монстры… — Давай сюда! — дернула его за штанину Нами, и Усопп чуть не выронил из рук от неожиданности маленькую коробочку. Ловкие руки Робин вовремя ее поймали и передали на стол к Луффи. — Прошу, капитан, вы легко можете сделать этот торт свадебным. — Как, Робин, это волшебство? — Луффи тянул резиновую шею, пока Нами аккуратно открывала коробочку. В ней лежали два простых кольца. — А размер? — сомневаясь спросила Нами. — Все в точности по твоим меркам, — задрал нос Усопп.       Зоро и Санджи одновременно сглотнули, быстрее капитана смекая, к чему идет дело. — Бежим на счет три, Маримо. Клянусь, я брошу тебя позади, если ты споткнешься, — прошептал своему любовнику Санджи, но поздно — одна из изящных ручек Робин уже легла на плечо Санджи, а сбросить ее было бы кощунством. — Так это кольца для Санджи и Зоро! Сугеее! — в глазах Луффи и Чоппера заиграли звездочки. — Усопп, ты такой крутой! Ведь у нас теперь есть и кольца, и торт, получается, мы можем их поженить! — Погоди, Луффи, ты кое-что забываешь! В этой церемонии нужно спросить согласие у ее главных участников! — возмутился кок. — Да, но вы же согласны, — как дурачку пояснил Луффи своему коку. — Я так похож на согласного?! — капитан был в пяти секундах от оплеухи, но так ее и не получил. — Конечно, — улыбнулся он непобедимой улыбкой, — ведь свадебный торт будет потрачен впустую, если не будет свадьбы, а ты никогда не дашь еде пропасть, ведь так, Санджи? А Зоро согласен, потому что это приказ капитана.       Обескураженный внезапной логичностью Луффи Санджи в онемении плюхнулся на свое место, Зоро лишь молчаливо кивнул на слова о приказе капитана. — Это какая-то ловушка, — прошептал Санджи себе под нос. — Санджи, ну если ты правда совсем-совсем не хочешь, мы можем… — вдруг в Нами всколыхнулась тактичность. — Хочет, хочет, — спокойно перебил его Зоро, Санджи только ошалело повернул голову в сторону своего любовника. — А чего и правда торту пропадать, — пояснил ему мечник. Но значило это совсем другое: этот шанс Зоро упускать не собирается. Санджи побеждено вздохнул, не то чтобы он не был рад тому, что женится, и женится по любви. Просто он представлял себе все как-то более… интимно, что ли? Но потом встряхнул головой: это же Зоро и его накама, спасибо, что никого не пришибли, уже считай удачный праздник. Он опустил голову в ладонь, посидел так секунды три и кивнул. — Ладно. — Йухууу! — закричала вразнобой команда. Зоро закатил глаза, тупой кок сам будет виноват всю жизнь, что ему нечего припомнить трогательного, ведь сам же на предложение руки и сердца отвечает «Ладно».       Ладно, Санджи был согласен на свадьбу, был согласен, что его мнения даже никто не спросил, квиты, раз Зоро тоже не спрашивали. На что он не был согласен, так это целоваться с мужчиной в присутствии его прекрасных меллорин (хуже — только перед Зеффом). Никогда, для них он всегда — дамский угодник. О чем он и заявил капитану. Тот нахмурился, ведь обычно на свадьбе жених и невеста всегда целуются. — Ничего, я знаю, что делать! — вдруг ярко улыбнулся Луффи, и Санджи это не понравилось. — Фрэнки, Чоппер! Два члена экипажа с самыми сильными руками (Чоппер в своей человеческой форме) мигом схватили Санджи под руки и скрутили так, чтобы он не мог вырваться и смотрел вперед. — Давай, Зоро, мы его держим! — завопил Чоппер. — Вот именно что держите! Это какая-то неправильная свадьба! Я отказываюсь в ней участвовать! Только попробуй приблизиться, чертов Маримо, я тебя во сне побрею, я тебя… Что за ухмылочка у тебя на лице?!! — Скорее, Зоро, долго мы его не удержим!       Но Зоро не нужно было подгонять, он легко поднялся со своего места, приблизился к сыплющему проклятиями и дергающемуся коку, обхватил его лицо руками и поцеловал — глубоко и долго, потому что знал: такое представление перед всеми и девушками в особенности доведет кока до полуобморочного состояния. Будет знать, как говорить ему «Ладно».       Собственно так она и прошла — внезапная свадьба мечника и кока в пижамах на камбузе, посреди ночи и с окаменелым тортом. А для продолжения праздника и медового месяца Луффи выбрал теплый солнечный остров с красивым городом и широкими пляжами, чтобы всем было весело. Вот только когда команда выбралась на пляж, Зоро взял у Усоппа прочную длинную бечевку, привязал один конец к пальме, а второй к лодыжке кока — чтобы в море не заплывал. — Мало ли, может русалочьи жабры не все из тебя вышли, ищи потом свищи. За своим добром присматривать надо, — сказал Зоро и лег спать под той же пальмой. Санджи в тот день ругался так громко, что сверху посыпались кокосы.