Часть 15. Конец иллюзиям.
18 апреля 2018 г., 14:41
Старлайт и Твайлайт смотрели через край разрушенного балкона, наблюдая за перевёртышем и думая лишь об одном — пронесло. Такое простое решение, внезапно, спасло их всех, и спас их никто иной как таинственный Сталин. Твайлайт вспомнила о вожде народов и подскочив ближе, помогла ему подняться на все четыре копыта. На этот раз белые палки держали тело ещё хуже, Сталин чудом не упал и проковылял обратно в зал, где царил небольшой бардак после превращения чейнджлинга.
— Уф, ну теперь то, товарищи, проблемы с этим фашистом у нас не будет, — заявил председатель, плюхаясь на уцелевший близ дубового стола пуфик. Странное помутнение сознания проникло в него, утягивая в крепкий сон, но Иосиф Виссарионович хорошо сопротивлялся и поэтому для кобылок из его странностей, была лишь сильная отдышка бессмертого аликорна.
— Это и вправду сработало?.. — неуверенно начала было Старлайт, но как это часто бывало, разговор прервала распахнувшаяся дверь в которую вбежал уже настоящий гвардеец.
— Председатель Селестия! Вопреки вашему приказу, во дворец ворвались пять пони, они идут к вам…
Не успел он договорить, как мимо жеребца на сеорости, близкой к скорости света пронеслась быстрая радужная фигура и не долетев метра до политика камнем застыла в воздухе, удерживаемая магией Твайлайт. Аликорн была приятно удивлена, узнав в летунье свою подругу Рейнбоу Дэш. Сама пони отчаянно брыкалась на одном месте в надежде хоть немного дотянуться до Сталина, который поглядывал то на неё, то на стоящих у входа гвардейца и ещё некоторых пришедших…
— Твайлайт, дорогуша, ты цела! — воскликнула Рэрити грациозно подходя к крылато-рогатой. Далее подтянулась прыгающая розовая психопатка с кудрявой гривой, ковбойша с характерной шляпой и стеснительная жёлтая кобылка. Все они расположились полукругом около главного стола, с неподдельным интересом расспрашивая Спаркл о произошедшем, да так, что она не могла пикнуть ни слова в ответ.
— Сахарок, Селестия тебя не пытала? И что за взрыв произошёл на главной площади, почему везде обломки, что случилось? — спрашивала пони в шляпе, кидая подозрительный взгляд на поднявшегося Сталина, сам политик ещё ничего не понимал, но собирался вот вот выяснить.
— Де-девчонки?! как вы тут оказались? — наконец смогла выдать кобыла.
— Пробились через стражу, и похоже что не зря, у вас тут настоящая война была, — ответила ей всё та же яблочная лошадка.
— Товарищи, а что тут, собственно, происходит?
— Молчи, нехорошая Селестия! Мы все знаем, что ты не та, за кого себя выдаёшь! — пропищала розовая пони не переставая глупо скакать. От такого дерзкого высказывания вождь народов нахмурился, он хотел было ей ответить, но в этот миг также пришло внезапное воспоминание — он видел этих особ на витражах!
— Кхм… Так вы и есть всезнаменитые Элементы Г-гармомии?
— Гармонии, Сталин, гармонии, — поправила его Твайлайт, не обращая внимание на то как вся компания дружно разинула рты, даже пегаска что до сих пор удерживалась магией.
— Ты, ты сказала, Сталин? — переспросила белый единорог и показушно прислонила копыто ко лбу, будто бы собираясь упасть в обморок. Принцесса недолго думая, кивнула, давая слово своей ученице.
— Тут, в общем, одна интересная ситуация случилась… — нервно смеясь проговорила Старлайт. Она не знала как продолжить речь, поэтому просто переложила свою часть на политика. — Остальное вам расскажет сама принцесса Сталин.
Секунда и все вновь пристально смотрят на Иосифа Виссарионовича.
— Ты… Гнусное, гадкое существо, которое ввёло ужасные законы и пленило Твайлайт, я не знаю кто ты, но я вытрясу из тебя всю информацию, обещаю, — агрессивно прошипела Рейнбоу. Человеку становилось предельно понятно, из-за чего она по прежнему была в фиолетовой магической оболочке.
— В моём мире тебя бы уже давно расстреляли за такой дерзкий и буйный характер, — иронично высказался Вождь народов, уловив в её злобном взгляде внезапное непонимание, — знаете, не моя воля в том, что я оказался в этом теле. Я лёг спать у себя, а проснулся уже в этом дворце…
— Вы не из этого мира?! — воскликнула фермерша.
Единорожка с ухоженной гривой тут же мигом свалилась в обморок (не факт что наигранный).
— Что-то типа того. Я сама была ошарашена когда узнала это, и когда со мной во сне связалась принцесса Луна… В общем, это чистая правда… — переняла нить разговора пурпурная кобылка, пытаясь сбавить гнев друзей, всё же надо было рассказать им всё о том сне, пока их не было в Кантерлоте.
— Вай! Гость из другого мира, нужно срочно устроить вечеринку! — завопила розовая и подскочила к председателю, продолжая глупо прыгать вокруг него и по детски визжа. Спаркл смутилась сильнее, и отвела глаза от вопросительного, всепрожигающего взгляда вождя.
— Такого быть не может! Давайте возьмём на время Элементы Гармонии и применим их на нём! — не унималась голубая пегаска, глупо дёргаясь, но безуспешно сопротивляющаяся магии.
Вождь народов прислонился к дубовому столу, чувствуя неожиданную и резкую слабость во всём организме. Быстро свалив это на крайне неподходящую для человечества еду (которую он тем не менее ел), политик хотел было ответить на очередную дерзость крылатой пропагандистски, вложив как можно больше суровости, но вновь его грубо перебили.
— Твайлайт, если он — не принцесса, тогда где Селестия?
Аликорн слегка похмурнела и, кажется, немного пригнули уши к голове.
— Если бы я только знала. Но я готова отдать всё, лишь бы найти её, — чётко сказала она.
Слова внезапным и громким эхом пронеслись в ушах Сталина, перед глазами всё потемнело, и тушка председателя ЭНР свалилась на каменный пол. Все шесть пони и дежуривший у входа стражник подбежали к телу Селестии, не понимая что случилось. Старлайт вовремя обернулась и выкрикнула гвардейцу чтобы тот звал на помощь. Единорог на секунду остолбенел, но далее без лишних слов бросился за подмогой.
К всеобщему удивлению, грива у аликорна остановилась, прекращая шевелиться по воздуху и начала стремительно выцветать, из светлых тонов приобретая оттенки серого цвета. Принцесса дружбы не долго думая прощупала пульс на шее, её ответ был неутешительным, поразившим всех.
— Тело… оно мертво.
***
Серость вновь начала постепенно уходить, представляя политику лишь обычный на вид человеческий стул, освещаемый лучом белоснежного света из неизвестного источника. Сталин сделал пару неуверенных шагов, чувствуя необычайную лёгкость и в тоже время непривычность. Опустив голову, он с удивлением понял кое-что — тело вновь было человеческим. Костюм был тот же что и на теле лошади, на голове же находилась всё та же фуражка, на ногах вместо золотых накопытников красовались чёрные как уголь сапоги, роскошные усы щекотали отвыкшее за эту длинную неделю лицо. — Вижу, ты всё увидел, — прозвучал спокойный, но до боли знакомый голос. Из пустоты в сторону Иосифа Виссарионовича двигалась туманная фигура, постепенно обращаясь в духа хаоса. На его козлиной морде зависла довольная улыбка. — Где мы? — Между мирами. Это не Тартар и не мой Мир Хаос, это — сама бесконечность, — философски протянул драконикус и по щелчку пальцев обратился в живую статую древнегреческого философа. Сталин встряхнул головой, не понимая юмора существа: неужели подошёл к концу их странный договор? Но чем он помогал политику пока тот правил в необъятной Эквестрии? — Хороший вопрос. Скажем так, я сдерживал поток, готовый снести тебя в любую минуту, — сообщила статуя. — Сопротивление ведь больше не докучало, да и аристократия утихла. Где-то наверху раздался сильный грохот и в серый пол, неподалёку от места где был политик, ударил луч ярко красного цвета, во все сторону от него полетели искры и пыль, за которыми, пол, где стоял вождь народов, превращался в чудной, но завораживающий узор. — Что это такое?! — Путь домой, Сталин. Уговор, как говорится, дороже денег, — вновь сказала статуя и услужливо направила рукой в сияние, как-бы приглашая. Человек всё равно многое не понимал — как он оказался в этом мире, что реально было условием этого договора и что будет дальше. Что произошло с ним самим?.. — Что тебе было нужно от меня?! Отвечай! — внезапно взревел политик, не скрывая сильный грузинский акцент. Груз мыслей не мог больше сдерживать внутренние переживания и давление. Драконикус между тем только усмехнулся — переживания других приносили ему хоть и не сильное, но всё-таки удовольствие, ведь всё во имя необъятного хаоса! — Лишь то, чтобы ты стал частью судьбы, предначертанной многие миллионы лет назад… Фигура хаосита вновь возникла перед человеком в своём истинном обличии. Он оглядывал внешний вид вождя народов, будто бы ещё о чём-то задумываясь. Что-то во всём этом было, и это самое, как червь проникало в мысли, в каждые его отдалённые комнаты и закаулки, полностью перекраивая сознание и меняя в нём суть реальности. — Хватит тут что-то думать, иди уже в портал! Пока я могу его держать, — немного раздражённо протянул Дискорд, показывая пальцем на столб энергии, больше он ничего не проронил. Иосиф Джугашвили медленно двинулся вперёд, привыкая к своим старым ногам и вот он уже был в самом центре луча. Тёплый воздух ударил откуда-то сверху, нагоняя воспоминания о родном мире, все жизненные события промелькнули перед глазами Сталина, нагоняя волну ностальгии по прошлому. В красном свечении всё ещё было видно таинственное существо, оно, или он, неподвижно смотрело вперёд. — Судьба, — она странная штука, — нежданно выкрикнул он и тут же щёлкнул пальцами в воздухе. На этом всё вокруг исчезло… Сталин почувствовал себя в очень скоростном лифте, который нёсся вверх, преодолевая всевозможные законы физики. Красное свечение постепенно отдавало другими цветами, переливаясь словно в калейдоскопе, в самом верху появилось белое пятно, что росло с каждым мгновением, затягивая всё большую и большую часть видимого пространства в свою власть. И вот, эта снежная пелена окутала всё вокруг человека, нагоняя неожиданное спокойствие. Сталин закрыл глаза, думая, что вот сейчас весь этот безумный сон наконец прекратиться. Собственно так и вышло.***
Вождь народов открыв веки, увидел перед собой обычную комнату, такую знакомую и родную. Не задерживаясь не секунды, он вскочил со своей постели, быстро оглядываясь по разным сторонам — всё было прежним, давно известным и понятным. За большим окном виднелась такая привычная зубчатая стена из красного кирпича, часы Спасской башни мирно отстукивали в такт свой счёт, до семи часов утра было ещё полным полно времени. — Это был сон? — неожиданно для себя процедил Иосиф Виссарионович, не находя на теле знакомой Эквестрийской одежды. От разноцветных пони, заговоров, духа хаоса и прочего, остались лишь воспоминания. Первым делом вождь сделал обычную утреннюю зарядку и одевшись в свою обычную форму, которую он нашёл сбоку кровати облегчённо вздохнул, вздохнул полной грудью. Внезапно в деревянную дверь тихонько постучали. Настороженный политик оглянулся ещё раз, припоминая, что следовало за этим раньше, и на всякий случай прощупал голову и руки — всё было человеческим. — Войдите, — негромко ответил он. Внутрь тут же ворвался солдат в форме, сильно напряжённый, и, похоже от вида великого лидера он побледнел ещё сильнее чем был до этого, но всё же доложил. — Товарищ Сталин, в Сенатском дворце пойман шпион, работающий, как мы думаем, на разведку ФРГ. — Вот как? Ну раз уж это был шпион… — протянул Иосиф Джугашвили, поднимая с тумбочки свою любимую трубку и вертя её в руках. Сбоку, он обнаружил совсем маленькое клеймо в виде золотистой подковы. Лицо политика тут же растянулось в таинственной ухмылке, предвещающей бурный и славный день. — Так что нам с ним делать, товарищ Сталин? — Расстрэлять.Эпилог.
Яркий солнечный свет ложился на частенько пустующие коридоры Кантерлотского дворца. С момента смерти Селестии канули в небытие уже пять дней, повсюду были расположены траурные ленты, флаг Эквестрии на центральной башне был приспущен, в память о великой, но в последние недели странной правительнице, правившей страной несколько тысячелетий. Редкие стражники ходили по роскошным коридорам, только отремонтированными после нападения мутировавшего чейнджлинга, гвардейцы проходили коридор за коридором, после чего их сменяли другие, идущие тем же маршрутом. Вот два единорога, шагающие по мраморному полу, активно обсуждали настоящую ситуацию в политике стране — возвращение и отречение от престола бывшей принцессы Луны, о демократических преобразованиях и отмены почти всех нововведений «ЭНР» временным принцем всея Эквестрии — Блубладом, и тому подобные темы. За разговорами, гвардейцы не заметили как в очередном коридоре их встретил пристальный взгляд третьего лица. Архитекторша даже при принце сохранила свои полномочия, так как Дворец Советов было решено всё-таки построить, в память о почившей принцессе. И ради сохранения уже вложенных ресурсов. Жёлтая единорожка смотрела через открытое окно на то как постепенно, вдали, сооружение начинает приобретать внешние очертания. Конечно пришлось немного доработать его, ведь Понивилль был очень недоволен реновацией, но в итоге компромис нашёлся и в этом городке вновь воцарился мир и порядок. — Мисс Лаймтед, насколько я знаю, вы всё ещё руководите постройкой этой башни, — высказался сержант Райфронт, подходя к довольной кобылке поближе, его товарищ по армии закатил глаза и недвусмысленно подмигнув, отправился дальше потрулировать здание. — Вы очень осведомлённый, сержант. После смерти Селестии этот проект хотели отменить, но я впряглась за её детище и смогла убедить Блублада в необходимости достройки. Хотя скажу вам по секрету — он не особо и сопротивлялся. Райфронт от души усмехнулся этим словам. Его привлекала таинственная в последнее время пони, и даже больше. По честному говоря, стражник был готов пригласить её в хороший столичный ресторан, на чашечку крепкого кофе. И возможно не один раз… — А он вам понравился? — неожиданно спросила она. — Кто «он»? — переспросил конь. Единорожка хихикнула и развернувшись к нему спиной, загадочно произнесла. — Солдат будущего, который разносил дворец вот как совсем недавно… Не дожидаясь ответа от гвардейца, она направилась по коридору, в сторону своей комнаты. — Кто? — недоумённо переспросил вдогонку ей Райфронт, но не стал забивать голову лишними мыслями. В конечном счёте, он ещё успеет пригласить её. Кобылка будто бы почувствовала его мысли и довольно усмехнулась, её глаза сверкнули зеленоватым огоньком в тени. А голос совсем тихо пропел: — О, мне не помешает твоя вкусная любовь…
Примечания:
The End?..
