30 лет спустя

      Кабриолет, озаряемый солнечными лучами, от чего капот ярко блестел, двигался по двухполосной дороге. Иногда попадались другие машины, в короткий промежуток времени уже оказывающееся позади. По сторонам проносились деревья, цветастые заправки всех мастей, простилались жёлтые поля, колыхающееся под свой такт, неведомый никому. Алекс с интересом наблюдал за динамичным пейзажем. Пару раз он выставлял руку в сторону, чтобы ощутить встречный поток. Появлялось ощущение, будто ты пытаешься держать ветер, который как вода, проходил между пальцев и уносился как можно дальше отсюда. Фианит опёрся на дверь машины и стал размышлять о том, что с ним произошло, и чего ждать. Его место в этом мире совершенно непонятно, идти по проложенному пути не получится. Алекс уже почти смирился с мыслью, что его будущее – это «Объект».. и Белый Жемчуг...       Перед глазами пронёсся грузовик, совершенно не привлёкший внимание Фианита, он слишком глубоко ушёл в себя. Товарищи с ним не так уж часто контактировали на протяжении пути, поэтому количество причин остаться наедине с мыслями становилось ещё больше. Пребывать в таком состоянии удобней, усевшись поглубже в салон, как собственно и было сделано. Одна рука держит другую, голова надёжно лежит на подголовнике, ничего не мешает. Можно начинать. Вот идёт прокрутка сегодняшних событий: некоторые элементы, совсем незначительные, хорошо осели в голове, ну а многие важные растворились в небытие. Собственно, как всегда, мозгу виднее, что важно – название улицы или количество цветов в букете цветочного магазина. Вот дом, где встретился он с группой, шутка, посмеялись, потом поговорили, разговор пошёл о Джейн…       Может и это и не так критично, но Алекс понял, как грубо он сказал Белой отключиться от связи. Самое плохое, что только сейчас. Его начало коробить изнутри, весьма неприятное ощущение, как дрожь души, но он сумел себя переубедить, что всё обойдётся, это не так и критично. Он бы сам не обиделся бы.       Ну а тем временем в кабриолете нарастал спор по поводу жанрового определения сингла. У каждого члена группы было собственное мнение на этот счёт: — Это гаражный рок, это точно, всё сходится, — доказывал свою точку зрения Келвин. — Это скорее альтернативный, — неуверенно вставил своё мнение между высказываниями остальных Адам. — Альтернативный, как по мне вообще не стиль, ибо под него можно загнать всё что хочешь, — особенно яростно, но достаточно деликатно обосновывал свою теорию Даниэль. — Глэм, и точка. — Я вот с самого начала говорил об этом, — Алекс тоже решил подключиться к спору, касающегося его песни, — глэм, но с достаточно хорошими рифами. Я его так задумывал. — Предлагаю действительно на альтернативном остановиться, людям нравится такое определение, и спора не будет, — Келвин постарался «поставить все очки над и» до начала настоящей словесной перепалки. — Может и так, но для нас спор не окончен. — И поэтому для меня это глэм.       Даниэль, сам того не желая, накатил вторую волну столкновения мнений. И всё по новой, кто-то активно жестикулируя, пояснял, почему имнно он прав; кто-то вставлял свой остроумный комментарий в целях потопления точки зрения оппонента, ну а Адам был в этом слегка пассивен. Алекс в самый напряжённый момент, когда аргументы были на исходе, сказал: — Я автор, и хоть музыку писал не я, мне композиция навела сразу на мысль о глэм-роке. — Тем более. Если в хард-рок вставить текст рекламы детского питания, это будет всё ещё хард-рок. И кстати, мне уже как пол-часа назад надо было отлить. — Ну офигеть, какой поворот в разговоре, — сразу же сказал Даниэль. — Будет где остановиться, сделаешь свои дела.       Спустя сотню деревьев лесополосы, машина свернула на обочину, и из неё все вышли. Кто-то размяться, кто-то «отлить», а кто-то изучить странный забор. Это конечно был Алекс. Его сразу привлекло странное расположение, ведь никаких домов не было уже несколько километров, и не наблюдалось до горизонта. За железным ржавым плетёным забором с табличкой «не входить» находилось несколько странных построек цвета глины. Фианит разглядывал их, не имея возможности подойти ближе, колючая проволока не давала перелезть. По сухой траве к Алексу подошёл Даниэль, а потом и Келвин с Адамом. Все, изредка обмениваясь комментариями, изучали то, что было за преградой. — Что это может быть? Может это культурный памятник? — предположил бас-гитарист группы. — Ну да, только не индейцев, а моих давних родичей из Африки, — Даниэль усмехнулся. — Но, у этих видимо цели были другие. Похоже на очень большой глиняный дом, непонятно почему. — Я бы подошёл и разведал, — Алекс говорил, параллельно пытаясь придумать план проникновения, — только как? — Нас за это засадят, — несколько скептически начал глава группы, — но с другой стороны, на табличках пишут, кому принадлежит, а эта слишком проста, только предупреждение. — И трава вся целая, будто там её никто и не пытался подровнять, — продолжил мысль Даниэль, прохрустев пальцами. — Мы же не будем туда идти? — Адам совсем не хотел за ограду, хоть и весьма интересовался. — Ты бас-гитарист, ты должен быть самым решительным, это же бас-гитара, брутальнейший инструмент, — "бас-гитара" чернокожий член группы произнёс пародируя брутальный слог. — Адам, правда, ты очень хороший человек и соблюдаешь закон, как и мы, но ведь юридически всё хорошо, не находишь? — Ну, да… — ответить было нечем — Пошли? — Ага, как? — Дэвид вышел из кустов и подключился к обсуждению. А ведь и правда, никому ещё не пришло в голову решение, как попасть туда. Была калитка, закрытая накрепко толстой цепью и амбарным замком, пережившим по виду много невзгод. Колючая проволока не давала перелезть, дыр в заборе не было. Из фантастических идей был подкоп, он наверное пришёл на ум всем, но был в тот же момент отсеян здравым смыслом. По-видимому, решения этой задачи найти не получилось. — Пожалуй, тут без вариантов, — подвёл итог человек в косухе, занимающий в группе место барабанщика. Все это уже понимали, но первым решил высказаться он, имея весьма скептический взгляд к большинству вещей и умением иметь своё мнение. — Не надо сразу так, всё ещё не потеряно, — Алекс не хотел признавать это. — Можно обойти и разведать со всех сторон. — У нас не так много времени, будь реалистом, Ал, эти развалины не стоят того, — Келвин предпочёл всё-же следовать плану и продолжить путь. — Он прав, нас ведь ждут на вечеринке, — Даниэль похлопал друга по плечу. — Хотя, кого я обманываю, до нас мало кому дело есть, но там в любом случае там лучше чем в паре десятков метров от пыльной дороги. — Стоп, не надо уходить, я придумаю сейчас. Все уже стали подтягиваться к машине, неспешно, но уклонно. Дэвид уже прошёл через заросли кустов к дороге. — Не знаю, но я лично уже почти в машине, — Адам тоже практически скрылся за зарослями. — Так, давай пару минут и хватит фигнёй маяться, ты нас задерживаешь, — был выдан лимит от водителя на поиски решения. — Без проблем, я всё придумаю, — Фианит сказал это громко, чтобы все услышали, и развернулся к проблеме лицом. — Удачи! — Даниэль скрылся последним.       Итак, он, плетёная сеть, не дающая проход, и небольшое количество времени – таковы условия задачи. Цель – доказать, что пройти можно. Правда, в отличие от задачи по геометрии, решение не факт, что есть. Или решение есть всегда? Но это философия, а это практический вопрос, не надо это совмещать, ещё больше времени потратишь.       Алекс стал быстро ходить взад-вперёд, смотря вниз на траву, слегка жёлтую в некоторых местах. Всё тут совершенно как-то неправильно. Он был готов дать зуб за то, что это принадлежит самоцветам и построено до первой эры. Всё так бросить нельзя. Напряжение нарастало с каждым шагом, а ответ и не думал вырисовываться. Фианит остановился и поправил красный напульсник. В голове кажется что-то стало работать. Момент. Эврика! Сила самоцвета в виде сверхострых ножей! Алекс огляделся по сторонам, чтобы убедиться в том, что его не раскроют, и с некоторым усилием, но всё же достал короткий клинок, сразу же сделав рубящий удар по цепи. Цепь брякнула об решётку, и пара звеньев упала на землю. Немного подёргав калитку и открыв её, Алекс крикнул остальным об этом достижении.       Когда группа пришла, профессиональный взломщик, оперевшись на забор, кивнул в сторону прохода. Своё оружие он давно растворил в воздухе, почти сразу, повязка на руке надёжно скрывала тайну. — Ну, господа, как вам? — Как? – спросил немного ошеломлённый Адам. — Неважно, путь открыт, я бы пошёл сразу, — Алекс чувствовал себя на высоте. — Я и не сомневался, Ал, — сказал Даниэль — Не, тут что-то не чисто, я вам говорю, — Дэвид начал докапываться, но его остановил Келвин. — Чё ты, он молодец, мужик сказал, мужик сделал, респект — он прошёл рядом с Фианитом. Слова одобрения Келвина неплохо так побаловали собственное эго парня.       Алекс придержал для всех дверь, и вошёл следом. Оказавшись в конце всех, он, по своему обыкновению, делая широкие, быстрые шаги, оторвался от товарищей вперёд. Хотелось бежать, и лишь чтобы не показаться инфантильным, Фианит больше не разгонялся. Постройки всё приближались, постепенно проявлялись незначительные трещины и рельеф стен. Сердце билось быстрее, в ожидании чего-то нового, необузданного. Алекс уже не один раз изучал культуру самоцветов таким способом, но каждый раз для него был как первый. На остальных это всё произвело чуть меньшее впечатление. Адам тоже понемногу стал отрываться вперёд от остальных, иногда, так-же как и Алекс, спотыкался о небольшие камни, не отрывая взгляд отпотроек. Даниэль и Келвин шли вместе и что-то обсуждали, позже к ним подключился Дэйвид. Вот так собственно все и дошли.       Алекс подошёл к огромной трещине, через которую можно было с лёгкостью пройти внутрь. Сразу же, что привлекло внимание – круглое отверстие посередине купола, солнечный колодец. Толстый пучок света был виден невооруженным глазом. Ещё не войдя внутрь, Алекс стал искать связь между сюжетами фресок стен, густо украшающих сводчатый потолок. По ним и не скажешь, что им много тысяч лет, цвета прекрасно сохранились и даже не начали выцветать. Незаметно для Фианита, подошла остальная команда — Охренеть, что это? — Рептилоиды конечно обнаглели в край. И так им наша планета принадлежит, а теперь ещё и строят тут всякое, — с серьёзным видом, сложив руки на груди, сказал Даниэль. Алекс, единственный из всех засмеялся. Сама идея верна, и планета никогда не была полностью независимой. Ну а то, что самоцветы- это рептилоиды, смешно. Для него по крайней мере. Поэтому остальные, перекинувшись репликами наподобие первой, вошли внутрь, предварительно покосившись на Фианита и лишний раз убедившись в его не совсем обычном чувстве юмора. Даже Даниэль так сделал, ибо не рассчитывал на серьёзный отклик его остроумного замечания.       В постройке песчаного цвета воздух был стоячим, но пыли не было. Круглый купол 20 метров в диаметре и поверхность, как сразу понял Алекс, телепорта – всё, что собственно было. Последнее весьма неплохо испугало Фианита, хотя внешне это не было видно. По началу, пока все ещё только разбредались по помещению, он не отрывал взгляд от телепорта, думая, что самоцветы могут нагрянуть сюда в любой момент. Но, весьма скоро он понял, что лица его не видели, одежда одета совсем другая, и вообще ведь, кристальные защищают людей, максимум вежливо дадут понять, что им тут не место. Придя к этому умозаключению, Алекс стал рассматривать фреску. Имела она весьма странный стиль написания, с резкими линиями, острыми углами и символическими обозначениями. Главными героями, учитывая рассказы Белой и архивами, были Алмазы. Перед ними склонялись другие самоцветы,Алмазы давали приказы и просто весьма эпично стояли в окружении каких-то шаров. Послышались звуки затвора камеры – Алекс и остальные активно фотографировали всё тут. Даниэлю наскучило это всё первому, и он подошёл к телепорту, чтобы пнуть его, просто так. — Это ещё что такое? У кого-то вообще возникли вопросы по этому поводу? — он развернулся к остальным лицом. — Хрень какая-то. Судя по всему, нерабочая, тут должно что-то стоять, — Дэвид тоже подошёл к телепорту и тоже слегка пнул ботинком. — Или ритуальное что-то. Кстати, скорее всего, учитывая обилие странных рисунков на стене. Оба встали на платформу. Дэвид начал простукивать, полая ли она. Даниэль просто сел на корточки и стал удивляться отсутствию каких-либо царапин на поверхности. К ним присоединился Алекс. В голове была весьма странная мысль, попробывать активировать телепорт. На успех надежды не было, поэтому Фианит стал весьма спокойно, приложив два пальца к виску, вещать аппарату то, что им надо отправиться. Ничего не происходило, абсолютно ничего, за друзей можно не волноваться, как и за себя. В какой-то момент возникла ещё одна теория: у самоцветов ведь многое идёт через танец. Уж не известно, делают ли они это для активации телепорта, но попробовать можно. Странные действия можно списать на шутку, будто это танцпол.       Так что Алекс насколько мог элегантней поднял одну руку вверх, другую вниз, и встал в какую-то известную только ему позицию. Странный звук, свет везде, и… ноги оторвались от поверхности, которой уже нет. — Твою дивизию, что тут творится?! — заорал Дэвид. — Офигеть блин, не работает, — ответил Даниэль, тоже не специально прикрикивая, будто было громко везде. У Алекса просто не было слов. Он инстинктивно сгруппировался, пытался держать равновесие и не упасть, но быстро устал так держаться и распрямился. Вокруг мелькали различные по цвету лучи, был странный, но весьма приятный слуху звук, пространство вверху и внизу не было видно. Тело стало потихоньку приводиться в горизонтальное положение, и с этим было трудно что-то сделать. Неожиданно затылок попал в какой-то поток частиц, макушка почувствовала холод. Вскоре, вся голова была вне пространства внутри. Фианит очень был испуган тем фактом, что находился по видимому в космосе, где виднелись подобные световые линии, в одной из которых он и команда летели. В какой-то момент он предположил, что если он не всунет голову обратно, то она, в отличие от тела, будет находиться в свободном плавании по просторам Вселенной. Сделав несколько барахтающихся движений, Алекс вновь оказался внутри, где и Дэйдвид, и Даниэль тоже не особо мастерски балансировали в пространстве. Их попытки сопровождались весьма приличным количеством нецензурных слов и выражений.       Резкий удар телом об поверхность телепорта, и вот, они уже были на свежем воздухе. Дэвид стукнулся при приземлении о ногу Алекса, Даниэль тоже что-то вскрикнул. Ещё не встав, он сказал: — Какого фига кусты клубники? Почему тут так много мечей, и ещё такого размера? Где мы? — Тот же вопрос, — добавил барабанщик группы, вставая. — С нами происходят вещи, которые не должны происходить — Всё, ФБР точно нами займётся, жми! Как тут улететь? Алекс, как и остальные, был в слегка паническом состоянии. Но на него ещё и давило понимание того, что он виновник всех этих бед. Фианит, разведя руки в стороны, мешая какому-либо движению за его спину, чтобы никто не пытался уйти, громко выговорил: — Не двигайтесь, сейчас должны полететь! — Это тебе не утренняя электричка, чтобы быть уверенным. Кто знает, в какое дерьмо мы попали, — Девид стал нервно ходить взад-вперёд по платформе. —Меня тут особенно напрягает размер оружия, как например, этот топор, — Даниэль указал в его сторону. Дэвид на секунду отвлёкся в ту сторону, и у Алекса появилась возможность опять выполнить перемещение. Уже не так артистично, по-быстрому, он выполнил подобные действия. Телепорт опять загорелся и отправил путников в новое место.       Путешествие было весьма запутанным. Дэвид, Алекс и Даниэль побывали у Шпиля Неба, в Киндергардене, около амбара несколько раз, и даже на руке у статуи храма самоцветов, от чего Алекс чуть не потерял сознание от неожиданности. Под конец, всем стало даже нравиться перемещаться по планете таким способом, необходимый навык балансирования выработался в достаточной степени, можно даже выполнять нехитрые акробатические трюки, находясь практически в невесомости. Алекс разобрался, что именно надо передать мысленно телепорту, чтобы он активировался, и уже не приходилось танцевать. И под конец, они попали в то же странное здание с фресками.       На удивление, никто их не ждал. Адам, до этого пристально рассматривающий фрески и Келвин, сложивший руки с важным видом расхаживающий здесь, как будто пропали. Но это было 20 минут назад, сейчас же всё могло быть по другому. Первым сошёл Дэвид. — Вот же чёрт, где они, неужели свалили? — он сразу же вышел наружу, и за ним последовали остальные. Идя по полю, группа неожиданно встретилась. Те, кто не попав в телепорт, сидели в кустах и шукали на остальных, всячески при этом показывая, что их не должны заметить. Как все надежно спрятались, Келвин чётко обозначил суть проблемы: — Копы, — он старался смотреть одновременно на всех, говоря при этом тихо, но чётко. — Осматривают тут всё, видимо плановая проверка. Машину пока не спалили, они ехали по другой дороге, с другой стороны закрытого участка. Но, скоро всё изменится, если не принять меры. — Он там ходит около ограды с блокнотом, — добавил Адам. — Скорее всего, проверяет целостность забора. — Он же заметит, что мы сделали! – чуть не повысив тон до критического в данном положении, сказал Алекс. — Гений блин, да, именно поэтому надо попытаться прорваться через открытую часть этого поля – Келвин был заметно напряжён. Прошло недолгое молчание, которое прервал Даниэль. — Отвлечь что ли, как во всех шпионских фильмах? — Допустим. Но у вас есть что-то, что хорошо летит, если кинуть?       Пошло тихое обсуждение. В нём Алекс не особо участвовал, ибо у него самого кроме телефона и кошелька ничего не было. Правда, кто-то предложил кинуть чей-то телефон, но его никто не поддержал. А время поджимало, нельзя было допустить того, чтобы полиция замела машину. Полицейский посмотрел в сторону кустов, где сидела вся гаражная группа. Каждый притих и старался не дышать. Но вот, человек в униформе, порассматривая куст ещё пару секунд, направился дальше. Все выдохнули. — Так, у нас будет лишь одна попытка, что кидаем? — спросил всех Келвин. — Кинжал, — Алекс держал в руке своё оружие, — я нашёл его здесь. Он создан для того, чтобы его метали. — Так, ты это умеешь делать? — спросил его Адам — Так, ну ты вроде как имел разряд по практической стрельбе, но про ножи нам не говорил. — Забейте, я умею. Просто, поверьте. Так как больше вариантов не было, все согласились с ним. Фианит взял нож за острие и отвёл руку назад — По возможности, кинь рядом с тачкой, — сказал напоследок Келвин.       Алекс кивнул и кинул нож. Как он почувствовал, он отпустил его слишком рано, не придав достаточной инерции. Клинок летел по очень кривой траектории, как из миномёта, блестнул на солнце и полетел вниз. Все с замиранием сердца следили за этим.       Неожиданный звук битого стекла и сигнализация заставили офицера полиции срочно бежать к своей машине. Команда из 5 студентов в тот же момент бросилась к своей машине. Кто-то выкрикивал, чтобы они бежали быстрее. Не зная, как они преодолели такое расстояние в столь короткий период, один за другим пробежали через калитку и прыгнули в машину. Кабриолет взревел и резко выехал на дорогу. Келвин задел кнопку на магнитоле, поэтому заиграл диск группы, и та самая песня, которую они играли в гараже перед прибытием Алекса.

Maybe we aren’t strong enough, And life hits us from roots and ground, But you know, Nothing is matter. Except a little shining star That lights our hearts and this enough. Cause star Names as a dream.

— Я сказал рядом, а не в неё! — крикнул Келвин, выворачивая руль. — Какая разница, гони! — все, как и Алекс, почти кричали от нервов. — Капец, что происходит, мы вне закона, — сказал Дэвид. — Бунтари нах. Машина гнала со всех сил. А трек всё ещё играл..

We are the rebels after all And we can save this world from fall. Always in run In funding for sun.

— Слушайте, а трек зашёл, реально, прям как надо, — Даниэль стал понемногу успокаиваться. — Да, и текст, и инструменты. Даже эти случайные перегрузы в тему. — Что там и говорить, и когда микрофон на записи запищал, тоже в тему. Ощущение, как будто всё на пределе.

You, I, we don’t know how And only feelings say us «now». Hey, men Make it better. Here are some people all around With daily routine, but be are proud. You now Who are we are..

— Я впервые в жизни так отрывался на одной банке пива! — Келвин, прям супер вокал, как надо сделал, лучше чем я представлял, — сказал Алекс. — Да ничё, текст классный, петь одно удовольствие.       Гаражная рок-группа студентов ехала вперёд, навстречу солнцу. Оно приятно грело тело. Никто не сомневался том, что что всё было сделано так, как должно было. Именно для таких моментов стоит жить. А колонки, после великолепного гитарного соло, проиграли концовку песни.

We are the rebels after all And we can save this world from fall. Always in run In funding for sun.

We are the rebels after all And we can save this world from fall. Always in run In funding for sun...