Король Харрингтон

      Красавчик Стив Харрингтон шел по пустым коридорам своей школы, подальше от шумного зала с его Зимним Балом и кучей мило воркующих парочек. Его бесило, что как только он появился в зале, все девушки стали перешептываться, и словно невзначай проходить мимо него с милыми улыбками. Казалось, все сговорились и пытались массово пожалеть его после разрыва с Нэнси. Вот только никто даже не подозревал, что никакой грусти Король не чувствовал ни на грамм. Просто ему, как самому популярному парню, по статусу было положено иметь самую хорошенькую девочку школы, а его личные интересы в расчет не брались. Хотя, с другой стороны, какие его личные интересы? Стив не помнил, когда его волновала хоть одна девушка. Милые, не более. Но хотелось ему совсем не этого. Тем более, что последние недели его мысли занимал лишь один человек.              Новенький ублюдок, свалившийся буквально с неба, с солнечного неба чертовой Калифорнии, и так нагло столкнувший его, Харрингтона, с королевского пьедестала, что не обратить на него внимание было просто невозможно. Наглый, зарвавшийся подонок, с постоянно расстегнутой рубашкой, вызывающей у половины школы /и у Стива/ жар и двоение в глазах; или вовсе без майки на физкультуре, заставляя все того же Стива терять контроль и мяч одновременно. На глазах у всей школы!              Ублюдка хотелось немедленно поставить на место, показать, кто тут главный. Но вместо этого вчерашний Король терпел поражение по всем фронтам.              Последняя их стычка вывела Харрингтона из себя с первой минуты. С того самого момента, когда Билли, только выйдя из машины, скинул с себя куртку, показывая свой накачанный торс из-под расстегнутой рубашки. Дыхание перехватило сразу, сердце пропустило пару ударов, температура тела резко поднялась. Но он еще мог говорить, мог отвечать этому подонку, пока тот не высунул свой язык, так призывно облизывая губы, что даже слепой бы увидел, каким желанием загорелись глаза Стива. И если бы его выдавали только глаза... Он готов был поспорить, Харгров все видел. Видел, и опустил взгляд на ширинку Харрингтона, показывая, что знает, как влияет на него. Ударом устанавливая над ним свое превосходство. Снова. И снова.              Стив злился. На себя – за свою слабость. На то, что все было на глазах у говнюков, для которых он должен быть, вроде как, авторитетом. Даже на Нэнси, никак не причастную ко всему. На Харгрова – за его появление на своей территории. На территории, где было давно забито и помечено им, в спортзале - каждая сетка забитым мячом, в школе - каждая девчонка, выжимающая дома трусики только от того, как Стив ей подмигнул. У Харрингтона оставалась только злость.              Прохлада спортивного зала отрезвила и ненадолго отвлекла Стива от его мыслей, пока он искал любимый баскетбольный мяч в сетке.              Пока ему в голову не прилетел другой.              - Это же Король Харрингтон! – вместе с голосом до Стива донесся будоражащий запах одеколона и сигарет того, кого он бы прибил, не будь за это статьи в уголовном кодексе.              - Чего тебе? На Зимнем балу никто не дал? – Харрингтон огрызнулся и забросил поиски мяча, решив, что лучше свалить от урода куда подальше.              - А шутки про твою бывшую еще котируются? – Билл преградил путь и снова его язык прошелся по нижней губе. Вот же черт.              - Пропусти, - Стив сделал шаг вперед, но парень напротив него даже не двинулся. Его глаза были сосредоточены на лице Харрингтона, взглядом очерчивая форму губ и поднимаясь к карим, затянутым легкой дымкой глазам.              - А то что? – дыхание Харгрова выбивало из равновесия, слишком жарко становилось рядом с ним, особенно когда это дыхание вырывалось через такой маняще-приоткрытый рот.              В когда-то серых глазах Билли не осталось места для цвета – все затмевал зрачок, в котором, как в зеркале, Стив видел себя. Ему не оставалось ничего другого, иначе он сорвется. Сорвется, и будет отчаянно жаться к этим губам, прикусывать их зубами, зализывать языком, ища, и, он был уверен, не находя в них ответа.              Первый удар приходится на скулу Харгрова, сбивая самоуверенную маску с его лица. Рука начинает ныть от тупой боли.              Второй подхватывает падающего Билли, разбивая ему бровь и откидывая его в противоположную сторону от первого удара. Хочется чувствовать ублюдка еще ближе. Хочется его дыхание на своей шее. Хочется, чтобы он никогда не узнал, чего на самом деле так желает Харрингтон. В висках громко пульсирует. Хочется, хочется, хочется.              Хриплый смех Харгрова наполняет зал, эхом отзываясь от пустых стен и сливаясь с бешеным стуком сердца Стива. Он вынуждает бить снова, не сопротивляется и не отворачивается от ударов, пока Король сидит на нем и осыпает его ударами. Один за другим. Ему не больно. Он может все остановить в один миг.              И он останавливает, чувствуя кровь на своей губе и переворачивая, подминая под себя Стива. Сжимает его бедра своими коленями и чувствует своими ягодицами пылающее под ними желание. Попытки завести его руки за голову не увенчиваются успехом, и он прижимает его грудью к полу, чувствуя трепещущее сердце под собой. Только сейчас, переплетая пальцы, ему удается впечатать разбитые руки противника, не оставляющего попытки ударить его.              Билли жарко, он явно ощущает тяжелое дыхание Стива у своего лица, его каменный стояк в штанах и слышит, как тот рычит и извивается под ним в попытках скинуть с себя.              - Что, красавчик, не привык быть снизу? – его горячий язык скользит по шее с вздутыми венками, проходит по скуле и касается губ, но Стив скалится.              Скалится, пытается укусить парня за его наглый язык, дергает бедрами и при этом сжимает чужие руки, чтобы не застонать. Ему катастрофически тесно в джинсах, практически больно и невероятно горячо от того, что чужая эрекция так бесстыже трется о его собственную, так, что кружится голова.              - Пошел в жопу, чертов педик! – Харрингтон хрипит, высвобождая руки и толкая недруга в грудь. Но все, что у него получается – лишь упереться в безупречно гладкую грудь, сорвать рубашку с одного плеча в то время, как Билли разорвал его собственную.              - Ты предлагаешь себя? – вместо ответа кулак Стива снова впечатывается в скулу Харгрова и переворачивает их обоих. Он вжимается своим пахом в чужой, кусает оголенное плечо и несдержанно стонет, срывая крышу у Билли, чьи руки инстинктивно ложатся на королевскую задницу, притягивая того к себе.              Стив сдирает с Харгрова штаны вместе с бельем и сжимает пальцами его член, изнывающий от желания, от чего Билли откидывает голову со стоном назад, бьется о деревянный пол и толкается в руку, сам стаскивая с себя одежду. Позиция снизу - совершенно не его, но со Стивом он согласен на все.              - Чертов Харрингтон! Б-блять! – руки Харгрова уже стянули джинсы со Стива и прижимают его к себе, заставляя нетерпеливо зашипеть сквозь сжатые зубы.              - Хочешь меня, ублюдок? – горячий шепот на ухо оглушает, Билли сжимает в ладони ягодицу парня и ерзает под ним, выгибая свою спину. – Просто признай, ты получишь это, сучка, ну, - большой палец кружит по головке, срывая с блестящих губ стон.              - Это ты хочешь меня, чертов педик! – Харгров не был бы так крут, признавай он свои желания на каждом углу, и Харрингтона это бесит.              - Ты прав, хочу, - рука Стива вовремя исчезла с члена Билли, иначе тот кончил бы сразу же. – Но тебе придется извиниться за свое поведение, - Харрингтон уже стоял на одном колене, отставив другую ногу в сторону и тащит Билли за волосы к своему члену, поблескивающему смазкой.              - Какого х…! – как только рот Билла открывается, Стив сразу натягивает его на свое достоинство, держа парня за волосы.              Харгров упирается руками в бедра спортсмена и пытается возмущаться, инстинктиво расслабляя горло и принимая огромный член целиком. Языком проходится по венкам, вылизывает головку, сильнее сжимает губы и втягивает щеки в себя, смотря вверх. Его собственная эрекция требует внимания так, что сводит пальцы на ногах, и он, после пары резких движений, с громким чмоком, выворачивается из захвата.              - Ты здесь не один, ублюдок! – голос хрипит, сдавая своего обладателя с головой.              - О, прости, ты прав, - лицо Билли оказывается на полу, а его бедра грубо тянут вверх, скользя между ними мокрой головкой и то проталкиваясь внутрь, то исчезая. – Скажи мне, кто тут король? – Харгров крутит головой и мычит, дергаясь назад, к такой приятной боли, но его задницу обжигают ударом ладони и, скользя ей ниже, сжимают пальцами яички. – Кто. Тут. Король. – Стив уже сам хрипит и насухую трахает Билла двумя пальцами, другой рукой до боли стискивая его плечо.              - Ублюдок, трахни меня! Сейчас же! Трахни! Трахни! – эхо пустого зала оглушает и срывает Стива со всех тормозов.              Он врывается в такой желанный узкий зад, растягивает ягодицы в стороны и входит снова. Так жарко, что пальцы Харрингтона соскальзывают с мокрой от пота кожи Билли, и он цепляется за них жестче, оставляя синяки. Стоны парней сливаются в унисон, отскакивают от стен, оглушая их самих. Стив впутывает руку в светлые волосы, тянет их на себя и громко стонет прямо в шею Билли, грубо втрахивая того в пол и уже чувствуя, как судорожно пульсируют его мышцы. Слышит, как с неприлично-скользким звуком рука Харгрова надрачивает собственный член и Билли дергается, сжимает Стива в себе и оба парня со стоном падают на пол, пачкая его и друг друга спермой.              Харрингтон сразу откатывается в сторону и ложится на спину с закрытыми глазами. Тяжелое дыхание эхом проносится по залу, заполняя собой такое огромное помещение; холод деревянного пола контрастирует с обжигающе горячей кожей, доставляя дискомфорт, не замечаемый ранее.              - Ты ублюдок, Харрингтон! – Билли тоже перевернулся на спину и с его стороны сразу послышался щелчок зажигалки. Через несколько секунд запахло крепким табаком.              Стив хмыкнул. Этот урод курил везде, разве что в баскетбол играл без сигареты.              - Ты попросил. Я сделал. И я же ублюдок. Интересно, - Харрингтон закинул руку за голову и повернулся в сторону парня. – Но теперь хоть знаю, что ты педик. Влюблен в меня, признайся?              - Слышь, у тебя что, челюха лишняя нашлась? – изо рта Билли чуть не выпала сигарета от такой наглости.              - Серьезно, просить меня трахнуть это нормально… - нога Харгрова попала точно под ребра Стива и тот закашлялся, сгибаясь пополам. – Гавнюк!              - Ты думаешь, ты такой ахеренно крутой, да? – Билли сел на Стива сверху, стряхивая пепел с сигареты рядом с ним.              - А у тебя что, жопка заболела от моей крутости? – Харрингтон был готов получить по лицу за свои слова, но не сказать их он не мог.              И Билли хотел ему врезать. Но вместо этого просто рассматривал Стива, скользя взглядом по его прессу, наверх по груди и, наконец, доходя до лица. Дым медленно стекал с его губ и впервые щипал глаза, что никак не шло на руку крутому образу Билли. Одним щелчком пальцев окурок был метко отправлен в окно, словно восстанавливая его репутацию.              - Ты меня не поцеловал, - сухо констатировал факт Харгров и большим пальцем надавил на нижнюю губу Стива, слегка оттягивая ее вниз.              Стив все еще тяжело дышал, и совершенно не ожидал такой нежности от этого долбанутого придурка. Придурка, которого действительно хотелось поцеловать.              - Я не педик, - еле слышно выдохнул Харрингтон, вызывая улыбку на губах Билли. Именно улыбку. Не его раскатистый смех, а просто…              - Я видел, как ты на меня смотрел тогда, когда я приехал за сестрой, - язык Харгрова снова скользнул по его губам, завораживая парня снизу.              - Я просто подумал, что ты будешь неплохо сосать. И смотри, я не ошибся, - Стив как мог изображал спокойствие. За такое ему точно должно прилететь.              Билл же долго смотрел на парня сверху, пытаясь поймать хоть одну здравую мысль в своей голове и ответить ему. Но проблема была в том, что все, чего ему сейчас хотелось – это поцеловать парня, лежащего под ним и заснуть, забыв, что между ними вражда, что его так слепо ненавидят.              - И смотри, ты не ошибся, - глухо повторил Харгров и поднялся, выискивая взглядом свою одежду.              Стив смотрел, как одевается его еще пять минут назад любовник, и даже не думал его останавливать. Он не знал слов, которыми можно было бы его остановить, не понимал тех чувств, так робко скребущих его душу, не знал чувств самого Билли. Не знал, что вообще можно говорить в таких ситуациях.              Когда за парнем захлопнулась дверь зала, Харрингтону, вопреки его размышлениям, вовсе не стало легче.              Скорее даже наоборот.              Наглого ублюдка хотелось догнать. Хотелось чувствовать его ближе. Хотелось сделать его совершенно своим.                                   - Харрингтон, какого… - Стив догнал Харгрова на улице у его машины и, резко развернув его лицом к себе, прижал к дверце.              - Хочу удостовериться еще пару раз, что не ошибся, - не давая Билли ответить, Харрингтон прижался своими губами к его, обвивая одной рукой его за талию.                     Звание Короля Харрингтон себе вернул, но ведь может у школы их быть два?