В последний раз

      Чимин думает, что это не честно, но не удивляется, когда на пороге когда-то их квартиры появляется Намджун. Чимину уже не кажутся неправильными пальцы Кима, переплетённые с пальцами мятноволосого парня, стоящего чуть поодаль. Чимин уже не думает, что это больно, когда альфа выносит последнюю сумку с вещами из некогда их дома. Но Чимин по-прежнему слишком любит, чтобы попытаться удержать. Они истинные и это клеймо перекрывает всё, что было у Нама с Паком до этого. Намджун долго и искренне извиняется, а Юнги смотрит, будто виновато и сочувствующе. Чимин говорит, что всё понимает и криво улыбается, закрывая за ними дверь и не смотря вслед. НО ОН НЕ ПОНИМАЕТ. Не понимает, почему снова ОН остается один и ничего не может поделать. Не может, ведь у Намджуна новая, наверняка счастливая, жизнь со своим предназначенным омегой, а у Чимина теперь лишь её жалкое подобие с постоянной ноющей болью, в месте, где, кажется, должно быть сердце, на фоне. Сколько раз повторялся этот сценарий? Какой этот по счёту? Пак в который раз убеждается, что в его случае все связи с альфами лишь временные. Ему уже двадцать пятый год и куча разорванных отношений за плечами. В этот день омега даёт себе обещание, что это точно конец и альф он к себе, ближе, чем на шаг, больше не подпустит.

***

      В 18 лет, в день когда на глазах Пака, под колёсами пьяного ублюдка, умирает его истинный, тот понимает, что его жизнь, как омеги, можно заранее считать несостоявшейся. Обречённый весь остаток лет прожить без пары, парень сперва думал покончить с собой, однако посчитал, что это слишком низко даже для него, он не настолько слаб. Все альфы, с которыми он вступал впоследствии в отношения, рано или поздно ставили его перед фактом. Фактом истинности, что ценилась выше любых качеств. Ни один альфа не может устоять перед своим истинным, закон природы. Никакие чувства не сравнятся с теми, что испытывают предназначенные рядом друг с другом и Чимин это знает. Ему довелось испытать это на себе. Обрести и вскоре потерять.

***

      Спустя полгода квартиру, как и её, теперь единственного, хозяина, не узнать. Свежеокрашенные ярко-рыжие пряди выбиваются из-под полотенца, наброшенного на влажную голову, когда омега выходит из душа. На кухне витает аромат корицы и яблок, так любимых Мином. Доставая из духовки свежеиспеченный яблочный пирог, парень втягивает носом сладкий аромат и, прикрыв глаза, слегка улыбается. Теперь он живёт лишь для себя. Парень подрабатывает в небольшом продуктовом магазинчике недалеко от дома, подкармливает уличных котов и думает завести одного дома, а по вечерам три раза в неделю ходит в спортзал. И Пак, в общем то, можно сказать, счастлив.

***

      Чон Чонгук вошёл в его жизнь слишком резко. Этот улыбчивый молодой альфа просто однажды появился на посиделках, организованных Тэхёном - бетой, общим университетским другом Намджуна, Юнги и Чимина, с которыми последний всё же поддерживает дружеские отношения. Они сперва и внимания друг на друга не обратили. Не обращают и после того, как их насильно знакомят, любыми способами намекая, что они должны подружиться (и плевать всем, что альфы с омегами, вроде как, и не дружат), хотя обоим совершенно непонятно с чего бы. Чимин Чонгуку вообще-то хён, ведь старше его на пять лет, но тому на это, видимо, насрать, как и на самого Мина и его существование. Чон молод, красив, и улыбается он и здоровается со всеми кроме Пака из принципов уже, наверное, да чтобы друзей побесить. По крайней мере, так думает сам Пак. Их продолжают сталкивать общие друзья и знакомые всеми возможными способами в течение всего следующего месяца, оправдывая это всё тем же "у вас много общего, вы должны поладить". А парни смотрят исподлобья и продолжают друг друга игнорировать до тех пор, пока не происходит ЭТО. На очередной тусовке их просто запирают на балконе, пока, явно не в настроении сегодня, младший курит, а старший пытается обнаружить там оставшийся ящик пива по просьбе Тэхёна. Вдвоём. И всем насрать, что на дворе конец августа и лето вообще-то уже не тёплое совсем. Они молчат. Долго. До тех пор, пока младший не докуривает и с тяжёлым вздохом не задаёт давно интересующий обоих, вопрос: - С чего они взяли, что у нас есть что-то общее? И этот самый вопрос наверняка риторический, да только Чимину гордость промолчать не позволяет, ведь достало это уже давно и пожить спокойно хочется : - Да понятия не имею. Ты же молодой ещё совсем, зеленый, небось, ещё и не спотыкался ни разу. - То есть ты у нас, "хён", жизнью умудренный? Считаешь себя взрослым? - Чонгук явно с издёвкой говорит, при том весьма ощутимой, а лицо серьёзное. И выглядит это наверное устрашающе, вот только Пак не из пугливых и вообще, кажется, закипать начинает: - Можно и так сказать. Я по сравнению с тобой и есть взрослый. Ты, небось, ещё и истинного не встретил. - Мин прищуривается, фыркает и смотрит с насмешкой, а у Чонгука словно внутри что-то щёлкает. - Заткнись. Это не твоё дело,- младший вдруг ощетинивается и кулаки сжимает, а Чимин понимает, что, кажется, слабое место нашёл. И ему бы успокоиться, да только отыграться хочется, пар выпустить хоть как-нибудь и поучить, раз уж он тут "хён". - Да не переживай ты так, малыш. Встретишь ты ещё свою омегу и жить вы будете долго и счастливо, как в сопливых рома.. Чимин и договорить не успевает, как у младшего слетают тормоза. Тот Пака за ворот рубашки хватает, и в глазах напротив столько ярости, злости и чего-то ещё, чего быть не может в его возрасте, что старший рот открывает и закрыть не может. Но совладав с сбой (или нет) Мин усмехается и этим провоцирует. Кулак смачно врезается меж рёбер, выбивая из лёгких весь воздух, и Пак округляет глаза, дезориентируясь на пару секунд. Однако, в силу своей буйной натуры, последний совсем не по-омежьи впечатывает кулак прямо в челюсть Чона, отчего тот отшатывается и сплёвывает кровью на холодный бетонный пол, переводя бешеный взгляд на хёна и снова замахиваясь.