Save me from the dark

      Девушка неспешно прогуливалась по ночному городу, вдыхая прохладный воздух и воодушевлённо разглядывая яркие вывески мегаполиса. Ночь — её любимое время, ведь в отличие от других жителей, которые видели в ночи только темноту и холод, Мира видела красоту и спокойствие. Благодаря своим способностям, она могла ощутить целый спектр эмоций и чувств, которые испытывали близ находящиеся люди: будь то ребёнок, которому подарили щеночка, влюблённая пара, ждущая пополнения в семье или же одинокий старичок, скорбящий по любимой жене, сидя у кресла перед телевизором. Улыбаясь самой себе от мыслей в собственной голове, Мира не заметила как свернула в тёмный переулок, больше напоминающий свалку, нежели жилой квартал: железные баки, доверху заполненные мусором, по которому то и дело лазают бродячие кошки и собаки в поисках еды, высокие окна, в которых изредка появлялся свет, по обе стороны домов из кирпичных стен и абсолютная пустынность из-за отсутствия людей на улице. По крайнее мере, так думала девушка, когда продвигалась всё глубже по дорожке, чтобы скорее выйти на главную дорогу, однако её ожидал сюрприз. — Так-так, что это за рыбка попала в наши сети? — грубый мужской голос раздался за спиной Миры и девушка обернулась. Трое крепких мужчин стояли посередине дороги, закрывая широкими плечами весь проход. У одного из них в руке была бейсбольная бита, у второго — нож-бабочка, с которой мужчина умело управлялся, покручивая на пальцах, а третий был вооружён небольшим складным ножичком. — Ты только посмотри на неё: фигурка, глазки, а личико какое сладкое. Так и хочется укусить, — второй мужчина с ножиком, клацнул зубами с металлическими коронками и оскалился.       Девушка стояла на месте, не двигаясь, и если обычный человек сейчас был бы напуган и пытался найти выход из ситуации, то Мира была абсолютно спокойна, только внутри она ощущала неприятную пульсацию от спектра чувств, исходящих от троицы: похоть, разврат, жестокость и жажда крови, и это только малая часть того, что таилось в телах её недругов. Мужчины стали медленно, но решительно надвигаться на светловолосую, демонстративно поворачивая свои оружия, которые при попадании на них лунного света отдавали отблесками. — Что же ты не бежишь, красавица? — задал вопрос третий, хитро сверкнув глазами и облизав разбитую губу, на которой красовалась запёкшаяся кровь. «Значит, им нравится играть со своими жертвами?» — пронеслось в голове у девушки, пока она наблюдала за движениями мужчин. — Вы такие мерзкие, гадкие и жестокие ублюдки, — начала Мира, когда мужчины чуть потупили взоры от услышанного, и сама начала делать мелкие шаги в их сторону, — я удивлена, почему вы ещё не в тюрьме? Ведь уверена, что я не первая ваша жертва. Ну ничего, сейчас я проучу вас, а потом спокойно вернусь домой и провалюсь в сладкий и приятный сон, — закончила речь девушка, останавливаясь в нескольких метрах от мерзавцев.       Мужчины выслушали её и опасно переглянувшись, все разом двинулись нападать на блондинку, замахиваясь имеющимся оружием.       По мере того, как стремительно негодяи приближались к Мире, она опустила свои руки вдоль тела: на кончиках пальцев девушки скапливалась светло-голубая материя, чем-то напоминающая дым, обволакивая сначала кисти, а после и полностью руки до локтей. Видимо, нападающие были настолько разгневаны, что напросто не заметили, как глаза блондинки сверкнули таким же голубым светом, а после резкого взмаха её рук, сами мужчины уже были раскиданы по разные стороны переулка: один угодил прямиком в мусорный бак, второй ударился лицом о кирпичную стену дома и бессильно съехал по ней вниз, а третьему достался удар об угол железной лестницы, ведущей на верхние этажи многоэтажки.       Довольная своей работой, Мира подошла к одному из мужчин, точнее к тому, кто ещё был в сознании и улыбаясь, уставилась на него своими серо-голубыми глазами. — Кто ты такая, чёрт возьми? — еле шевеля губами, спросил мужчина, щуря глаза, то ли от боли, то ли от того, что не мог чётко рассмотреть силуэта девушки. Блондинка ничего не ответила, лишь тихонько хмыкнула и перешагнув через тело противника, продолжила свой путь домой.       Добравшись до своей небольшой двухкомнатной квартирки, отделанной в винтажном стиле, Мира стянула с себя кожаную куртку, скинула тяжёлые ботинки и поплелась в спальню. «Насыщенный вечерок вышел. Мои способности стали сильнее. С чем это связано?» — девушка слегка подвигала пальцами, над которыми образовалось пятнышко голубого дыма и моментально исчезло, после резкого движения кисти, и откинулась на мягкие перины кровати, которую только недавно приобрела, наслаждаясь прохладой хлопковых простыней и теплотой пухового одеяла.

***

      Тем временем в Асгарде стояла глубокая ночь. Небо, усыпанное звёздами галактики, объединяющей все девять миров, чёрным покрывалом окутало золотой город, а бледная луна отдавала холодным светом, изредка попадающим на блестящий крыши домов и главного дворца. Весь дворец спал. Тишина и покой окутали каждый коридор и зал великого строения, каждую комнату и его жителей, почти каждую.       Всеотец — великий царь не мог спать в эту ночь. Стоя на просторном балконе и наблюдая за тем, как одна за одной из звёзд рассекают бескрайнее небо, седовласый мужчина думал о своём. Он чувствовал, что где-то в ином мире, далёком от Асгарда, с каждым днём растёт и расцветает новая сила, способная как создать новый миры, так и уничтожить прежние, если за ней не присматривать или направить в неверное русло. Хрупкая смертная, которая по воле судьбы стала обладателем данного дара, даже не подозревала о том, чем сейчас владеет. Один не мог допустить поблажки со своей стороны. — Почему ты не спишь? — мягкий голос Фригги на мгновение развеял мысли Одина, — тебя что-то беспокоит? — Ты ведь тоже чувствуешь её? — мужчина обернулся лицом к царице, заглядывая в любимые глаза, — эту силу? — Да, чувствую, — женщина улыбнулась, — эта смертная обладает способностью, несвойственной для Мидгарда. Её сила будет расти и мы должны следить за этим, иначе могут быть, увы, печальные последствия. — Она смертная. Мы не можем перенести её в Асгард — это против правил, — Один опустил голову, но после вернулся взглядом к лицу богини, — но сейчас я вынужден пренебречь этими правилами. Девушка должна быть здесь и она будет, под нашим тщательным присмотром.