Save me from the dark

      Локи уверенным шагом уже заворачивал за очередной, заливаемый ярким солнцем, пролёт коридора, как тут столкнулся с той, о ком и напрочь позабыл. — Прошу прощения, Ваше высочество, — виновато выдохнула Амора, склоняя голову в приветственном поклоне и не сильно присаживаясь. — Уйди с дороги, — отозвался Локи, пропуская мимо ушей извинения шатенки, так как сейчас ему было не до этого, но как только он сделал шаг, чтобы обойти девушку стороной, то она резко дёрнула его за руку и они оба скрылись в одной из пустых комнат, — какого чёрта ты делаешь, Амора? На меня больше не действуют твои игры. — Мы должны поговорить. Это очень важно, — начала асинья, взволнованно заламывать пальчики и оглядываясь по сторонам, будто даже в пустой комнате, где кроме неё и царевича, кто-то был. — Если ты хочешь сейчас обливать грязью Миру, то я не желаю слушать твой яд, — сразу же предупредил царевич, опасно сверкнув глазами. — Мои слова будут о ней, но это будут не унижения. — Что тогда? — закатил глаза мужчина. складывая руки на груди, всем видом показывая, что общение с чаровницей не приносит ему никакого удовольствия, — говори или оставь меня в покое. Мне нет до тебя дела и моё внимание ты не привлечёшь. — Локи, ты должен снять с неё браслет, — слова Аморы звучали сейчас как приказ, а зелёные глаза уверенно смотрели на безразличное лицо мага, — он управляет ей с помощью браслета и если украшение и дальше будет находиться на девчонке, то он полностью затмит её разум и тогда ты ничем ей не поможешь.       Локи сначала подумал, что бывшая любовница просто несёт какую-то чушь, но как только она сказала, что «он управляет ей и ты ничем ей не поможешь», то смысл слов шатенки тут же сменился. Сведя брови к переносице, трикстер приблизился к девушке, буквально вдавливая её в стену и навис сверху, не спуская глаз с её лица, пытаясь понять, врёт она или нет. — Что ты знаешь? — процедил он, устраивая одну руку около головы, вжавшейся в стену, девушки, — говори или клянусь, что убью тебя.

***

      Мира крутилась около зеркала уже второй час, не в силах оторваться от своего нового облика: светлые вьющиеся локоны сменились на чёрные прямые волосы ниже пояса, серые глаза теперь больше отдавались голубыми искорками, а светлые и лёгкие наряды девушка сменила на более женственные — чёрные, синие, изумрудные и бордовые тона различных платьев, которые Мира наколдовала себе под стать к новому цвету волос, очерчивали стройную фигуру, а на шее теперь красовался кулон в виде яркого рубина с резной оправой. После своего преображения смертная была похожа на Локи, только в женском обличии и ей это было чертовски по душе. — Любовь моя, — послышался голос за спиной и едко улыбнувшись, Мира развернулась к своему господину, чья проекция сейчас стояла по середине покоев и довольно наблюдала за девушкой, — отлично выглядишь, дорогая, — протянул Дагал, с ног до головы оценивая облик смертной и расплываясь в хищном оскале. — Благодарю, мой господин, — игриво отозвалась Мира, с грацией кошки приближаясь к проекции, — у меня для вас хорошие новости: я узнала, что камень разума точно находится в хранилище Асгарда, но туда может входить только сам Один и… — И ты не знаешь, что делать? — усмехнулся король, а улыбка тут же слезла с бледного лица, сменяясь на суровость и недовольство. Он доверился девчонке, в надежде на то, что она сама сможет со всем справиться. Слабаки ему были без надобности, — я угадал? — Нет, не угадали, — гордо вздёрнув носик, отчеканила брюнетка, — через два дня в Асгарде будет праздник в честь прихода долгожданной весны и разумеется будет громкое гулянье. Дворец будет занят сначала подготовкой, а потом и самим празднеством, и у меня будет возможность пробраться в хранилище, пока асгардцы забивают свои брюха свининой и элем, — последнее девушка произнесла с брезгливостью и даже слегка сморщилась. — И как же ты это сделаешь? Сама сказала, что только царь может туда попасть, — Дагал прекрасно знал, что задумала его подопечная, но желал услышать всё от неё самой, в знак того, что она верна только ему. Он видел как она преобразилась и это касалось не только внешности, но и внутреннего состояния. Единственное, что могло подорвать уверенность мужчины в том, что Мира полностью подчиняется ему — были её отношения с Локи. Девчонка испытывала к магу сильные чувства, хоть сама того не понимала и отрицала это, после того как заколдованный браслет к ней попал. Но Дагал был настроен настойчиво, сейчас он был слишком близок к своему господству, чтобы просто проиграть младшему царевичу. — Я пущу проекцию Одина, чтобы на мгновение отвлечь стражу, а потом испробую новую магию, которую успела постигнуть, а именно — заклятье усыпления, — на личике Миры показался оскал, такой дерзкий и уверенный, — или, на крайний случай, убью, — невинно пожала плечиками, изящно перебирая пальчиками кончики чёрных волос, — ну, а после, заберу камень и доставлю его тебе, мой господин. — Вот так просто убьёшь невинного? — усмехнулся король, на что смертная захлопала длинными ресницами и вызвала довольство господина, — умная девочка, — прошипел Дагал, в момент перемещаясь, словно тень, рассыпаясь мелкой чёрной пылью и вновь приобретая форму, к девушке и уже стоял прямо напротив неё, наблюдая за ней сверху-вниз, — Мира, скажи мне, чего ты хочешь больше всего на свете? — Хаоса, — прошептала девушка, лисьи глядя в сиреневые глаза альбиноса.

***

      Светлые покои наполнялись солнечным светом, даря ещё больше уюта и тепла. В солнечных лучах, лежащих на поверхностях мебели и ковра играли мелкие пылинки, а в воздухе витал нежный запах только распускающихся цветов. Покои Фригги всегда были местом спокойствия и умиротворения, а сама богиня соответствовала своему окружению. Женщина сидела на краешке подоконника, вышивая бутон алой розы шёлковыми нитями и иногда поглядывая в окно, расплывалась в метательной улыбке, напевая под нос тихую и приятную мелодию. — Я помню, как ты пела её в детстве, — голос Локи слышится со стороны двери, а сам принц уже проходит в комнату матери, наблюдая за её приветливой и светлой улыбкой. — Локи, дорогой, рада тебя видеть, — Фригга оставила своё занятие и слезла с подоконника так, что шлейф платья, словно лепестки нежных цветков, спал вниз. Царица подошла к сыну и обняла его, но как только она это сделала, то тут же почувствовала как Локи напряжён и растерян, — что с тобой? — Меня беспокоит Мира, — честно признался маг, желая скорее поделиться с матерью обо всём, что происходит в последнее время и тем, что услышал от чаровницы. Девушка поведала ему, что к ней явилась тень, в виде девушки в плаще, её лица она не видела из-за капюшона и чуть не убила, говорила про браслет и господина, что хозяин намерен избавиться от Локи, а потом словно всё в небытие, будто использовали заклятье. Амора честно призналась, что ничего бы не рассказала, если бы кто-то не угрожал Локи, но принц не оценил её преданности, хоть и информация, по поводу Миры, была полезна. — Расскажи всё по порядку, — услышав в голосе младшего сына истинное волнение, богиня указала рукой на золотое кресло около высокого окна и присела на соседнее, чтобы выслушать Лофта. — В последнее время она ведёт себя странно. Часто избегает разговоров, куда-то пропадает, не слушает меня, чудит и… она начала мне лгать, — последнее брюнет выплюнул с такой обидой и горечью, что Фригга сама испытала всю его боль. — Ты ведь знаешь на что это похоже, верно? Резкие перемены в человеке могут говорить только об одном — тёмная магия. — Я тоже так решил, но ничего не обнаружил. Ни единого следа магии, — выдохнул Локи, устремляя свой взгляд на царицу, — но есть ещё кое-что. Амора рассказала мне, что тот, кто мучает Миру, управляет ей при помощи браслета. Недавно она его потеряла, говорила, что перерыла всё и не нашла, но когда я помог ей в поисках, то сразу же обнаружил его на видном месте. Сначала я не придал этому значения, ссылаясь на невнимательность девчонки, но после того, что услышал сегодня, понял — браслет был подкинут нарочно. — Локи, когда ты сказал «тот, кто мучает Миру», кого ты имел ввиду? — спросила Фригга, с прищуром глядя на трикстера. Заметив, что сын не желает рассказывать всю правду, женщина снисходительно улыбнулась и положила свою руку на его сжатый кулак в успокаивающем жесте, — пойми, милый, если ты не расскажешь всё как есть, то я не смогу тебе помочь, не смогу помочь Мире.       Локи прекрасно понимал, что мать права и что стоит выложить всё начистоту. Он слишком устал и был измотан всем происходящим, ведь под маской хладнокровия и безразличия скрывались волнение и переживание за возлюбленную. Локи всё также не признавал, что любит смертную, но когда он говорил, что не сможет без неё существовать — было правдой. Уже сейчас, когда девушка отстранилась от него и солгала, он чувствовал разбитость внутри, а злость и предательство расплывалось по сердцу, проникая в каждый сосуд чёрной змеёй и жаля болезненным ядом. Прикрыв глаза и откинув голову на спинку кресла, Лофт начал открываться матери. — С самого начала Миру мучили кошмары. Она не спала ночами, боялась засыпать и тряслась только от одной мысли, что кто-то сводит её с ума. Когда мы сблизились она рассказала мне об этом и я решил помочь. В тот день я направился к Спайеру и узнал от него, что имя монстра Дагал... — Дагал? — не дослушав сына до конца, воскликнула царица, убеждаясь, что не ослышалась, а Локи лишь коротко кивнул, подтверждая. Фригга опустила глаза в пол и медленно поднялась со своего места, словно вошла в какой-то транс. — Мама? — нахмурился Лофт, поднимаясь вслед за богиней и аккуратно кладя руку ей на плечо, — что с тобой? Ты что-то знаешь? — Локи, как долго с Мирой это всё происходило? — Я не знаю точно, но судя по всему, что с самого начала пребывания с Асгарде. — Нам нужно к Одину. Срочно! — резко ответила царица, подхватывая сына под руку и стремительным шагом, направляясь к Всеотцу.       Женщина знала, что из себя представляет король хаоса и только сейчас она поняла, почему он выбрал для своих целей Миру. В ней была именно та магия, которая могла разрушить всё. Вот почему Фриггу и Одина так сильно беспокоило то, что силы девушки возрастали, а она не могла ими управлять, принося лишь разрушения. Но сейчас не было времени, чтобы размусоливать. Они упустили из виду тот момент, когда девушка уже оказалась под влиянием Дагала и сейчас единственным выходом, чтобы спасти смертную был — вернуть её прежнюю, пока не было слишком поздно.

***

— Что желаешь мне поведать? — Дагал медленно делал широкие шаги вдоль чёрной воды, в которой плавали редкие куски трупов и гнилые остатки некогда живых цветов. — Мой господин, — верная слуга тёмного короля пребывала в Галактиусе, — младший принц знает, что дело в браслете и он рассказал обо всём Фригге и Одину. — Отли-и-и-ично, — растянул мужчина, — всё идёт по плану.