Amantes sunt amentes

В воздухе Парижа витал аромат цветущих деревьев, распустившихся почек, свежескошенной травы и чего-то волшебного, загадочного, необъятного, непокоримого и, к сожалению, улавливаемого далеко не всеми. Люди это называют любовью. Странно… Почувствовать нельзя, увидеть тоже, даже прикоснуться не получится, но между тем это чувство присутствует в нашей жизни. А сейчас, в весеннюю пору, аромат любви ощущался особенно остро. Наши главные герои не входили в перечень тех, кто был лишен возможности вдохнуть полной грудью этот чудесный запах, поэтому с превеликим удовольствием пользовались предоставленными привилегиями. Вот и Маринетт, всецело поглощенная своими мыслями, пыталась делать вид, что с большим интересом наблюдает за великолепным пейзажем за окном, но обманывала в этот момент только себя. Конечно, величественная Эйфелева башня в обрамлении всевозможных весенних цветов выглядела безумно красиво, но это великолепие для жителей Парижа уже стало столь обыденным, как привычка чистить зубы по утрам, так что не особо старательно скрывающая свои иные увлечения девушка то и дело скользила задумчивым взглядом по стене, увешанной фотографиями «Самизнаетекого». Естественно, мы можем только догадываться, какими именно мыслями была занята эта светлая головушка, но по взгляду, полному нежности и красноречивым вздохам, можно сделать вполне недвусмысленные выводы. Тем временем счастливчик, запечатленный в нескольких десятках экземпляров на стене вышеупомянутой девушки, нехотя складывал свои многочисленные вещи (карьера модели не оставляет других вариантов) в чемодан. Адриан так не желал покидать обожаемый Париж, даже на столь короткое время каникул, ведь и в такой незначительный период над городом может нависнуть угроза. Он не сомневался в способностях Леди Баг, но боялся оставить свою обожаемую Леди лицом к лицу с опасностью. — Эх, знать бы, кто ты, миледи… Все было бы гораздо проще, — обладатель изумрудных глаз не смог сдержать разочарованного вздоха. Открыв окно и вдохнув запах весны, он забыл, а точнее не захотел вспоминать о своей обязанности собрать все вещи в срок и с какой-то мальчишеской радостью выпрыгнул в распахнутое окно. Прогуливаясь по улицам преобразившегося города и насвистывая себе под нос мотивчик популярной песни, Адриан не переставал думать о своей Леди. И тут по воле случая он ненароком стал свидетелем весьма интересного разговора. — Хлоя, да пойми же ты, что пока леди Баг с ним, тебе не удастся заполучить ничего от Кота Нуара. Ну признайся, он же тебе нравится? — Ким, парень крупного телосложения, с весьма агрессивной внешностью, пытался, по-видимому, чего-то добиться от блондинки (ну, в данном случае цвет волос определяет склад ума, так что комментарии не обязательны). — Нууууу… — эта разукрашенная кукла Барби склонила голову набок, в задумчивости прикусив губу, даже в такой ситуации стараясь выглядеть сексуальнее. — От тебя практически ничего не требуется, лишь твои замечательные актерские способности. А я в свою очередь предлагаю тебе совершенно бесплатно услуги по устранению соперницы. Если все пройдет по плану, котик твой и ничей больше. — Согласна, — видимо от такого соблазна дочка мэра отказаться была не в силах. Адриан, слышавший каждый шорох, стрелой помчался к дому. Нет, теперь он точно не может допустить своего отъезда. Он толком еще не понял, что затевают его одноклассники, но это явно не будет подарком для Леди. — Я — единственный, знающий об этом и способный ее защитить, — блондин был полон решительности. Резко распахнув дверь кабинета Агреста-старшего, он, не церемонясь, воскликнул: — Отец, я никуда не поеду, у меня появились неотложные дела и … — Адриан, этот вопрос не обсуждается. Билеты куплены, все спланировано, — но Габриель Агрест, как известно, был не из тех людей, которых легко разубедить. — Ты не понимаешь. Это действительно очень важно, одной моей подруге угрожает опасность… — будущий спаситель все еще лелеял надежду о понимании и доброте отца. — Это дела полиции, не твои, обратись к ним, — но тот был непоколебим. — Хватит меня перебивать! — сын не выдержал. — Ты никогда меня не слушаешь, просто не хочешь слышать! — Не забывай, с кем говоришь, — каменная маска, казалось, никогда не спадет с лица Агреста-старшего. — Я. Никуда. Не. Поеду, — более спокойно, но выделяя каждое слово, чтобы вызвать больший эффект, произнес Адриан. — Поедешь. И это мое последнее слово. — Да я сбегу, — вспылил юноша. — Не сможешь. Я уже приставил охрану, — холод сквозил в каждом слове. — Плевать я хотел на твою охрану. Адриан вышел, показательно громко хлопнув дверью. Он был в растерянности, понятия не имел, что ему предпринять. Незнание личности Леди Баг только усугубляло положение. А ведь у него был шанс все выведать. Но черт, благородство. Если б не пресловутые хорошие манеры, хотя бы была возможность защитить его любовь. — Черт, черт, черт…. Что же делать? — разговоры с самим собой в последнее время вошли в привычку. Парень резко положил руки на голову, взъерошив свои пшеничные кудри. К счастью, с находчивостью у нашего героя проблем не было. Телефон через секунду был у его уха. — Аля, твоему блогу нужна сенсация? — Было бы неплохо, — непринужденно ответили на том конце провода. — Сегодня с ней случится что-то очень необычное. Будь начеку. — Что?! — кажется, кто-то подавился. — Ты… Адриан, откуда ты знаешь? — но блондин, желавший избежать дальнейших расспросов, повесил трубку. — Остается понадеяться на свою скорость. Я не могу опоздать, — рука снова нервно провела по волосам, но их обладатель призвал себя успокоиться. *** Маринетт, окуная печеньку в кофе, наслаждалась ароматом этого чудесного напитка, успевшего распространиться по всему периметру комнаты и как всегда сумевшему затуманить разум девушки. Столь безобидный напиток, как кофе оказывал на нее опьяняющее действие или правильнее сказать, наркотическое. Параллельно брюнетка просматривала блог лучшей подруги о своем втором эго. Внезапно началась прямая трансляция. — Видимо, Аля опять решила выдвинуть одну из своих неудачных гипотез, — с такими словами девушка нажала на кнопку, но судя по всему, ошиблась в своем предположении. — Помогите! Помогите! — доносились крики с экрана монитора. -Хлоя? — Маринетт была искренне поражена. — Ей точно требуется помощь, — эти слова явно принадлежали Леди Баг, Маринетт вряд ли бы захотелось что-либо делать для этой выскочки. Незамедлительно прибыв на место, она застала Алю, которую всеми силами пыталась отгородить от опасности и отправить домой, но та так не желала уходить, ведь перевоплотившаяся Маринетт, то есть Леди Баг, как раз и являлась ее искомым объектом. Наконец-то расправившись с нелегкой задачей по обеспечению безопасности подруги, спасительница Парижа зашла в помещение, увиденное на экране ноутбука. Но то, что предстало перед ее взором, вызвало удивление. Все было в полном порядке. Везде. — Что за…- брюнетка была в замешательстве. Неужели она зря прибежала на другой конец города? Но тут ее внимание привлекла нежная мелодия, доносившаяся из другого конца комнаты. Маринетт смелым шагом пошла вперед, пока не достигла цели. Звук исходил от прелестной шкатулки, она была небольших размеров, сделана из материала необычайной красоты, переливающегося всеми цветами радуги, по бокам она была отделана золотом, а в середине на подставке крутилась в изящном платье балерина. Девушка слишком увлеклась созерцанием сувенира и не заметила тихих, едва уловимых шагов за спиной, а мысль о том, что столь подозрительная ситуация может быть ловушкой, даже не промелькнула в ее голове. — А вот и моя Леди Баг, — так имел право называть ее лишь кот Нуар, но этот слащавый голос не мог принадлежать ему. Резко обернувшись, Маринетт уперлась в широкую грудь парня, не сразу разглядев лицо. — Ким? — сумев его рассмотреть, девушка не могла сдержать удивления. — Можешь называть, как хочешь. Моей силы от этого не убавится, — он одной рукой схватил ее две и прижал их к стене над головой опешившей девушки. — Что ты творишь?! Что с Хлоей? — синеглазая не могла понять происходящего, Ким не выглядел зачарованным, но у него была стальная хватка, вырваться из которой не позволяли никакие действия со стороны заложницы ситуации. — Ты правда поверила в этот спектакль? Надо же сама Леди Баг так оплошалась. Все это было лишь с одной целью. Чтоб ты стала МОЕЙ, — последней слово злодей нарочно выделил, а Маринетт, даже не думая о последствиях, скривилась от такой тирады и выпрямилась со всей присущей женщинам гордостью. Киму такая ответная реакция явно была не по душе, он резко накрыл ее губы своими. Жестоко. Подло. Больно. Кусая их до крови. Совершенно не щадя нежные губы юной особы. Но не на ту напал. Эта девушка была из тех, которые просто так не сдаются. Она, превознемогая боль, изо всех сил дала ему между ног, со словами: — Подонок. Он пошатнулся, но не отпустил свою долгожданную гостью. Нееет, не для отступления он все это затеял. В данном случае, цель оправдывала средства. — Ну, детка, ты сама выбрала свою участь, а я хотел по-хорошему, — в эту секунду Мариннет услышала громкий хлопок и ощутила жгучую боль на своей щеке. Все произошло настолько быстро, она не сразу поняла, что этот амбал дал ей пощечину, даже не попытавшись убавить свою неожиданно появившуюся силу. Он грубо схватил ее за самую мягкую часть тела и повалил на ветхий, грязный, пыльный, но все-таки ковер, хотя тут от него одно название. Он опять припал к ее губам, только на этот раз совершенно не сдерживая свою агрессию, затем его поцелуи, с трудом могу приплести сюда это слово, ведь укусы ядовитой змеи и то казались бы раем в сравнении с этим, перешли к истязанию нежной шеи девушки. Руки, тем временем, не стесняясь, исследовали тело брюнетки. Она брыкалась, пиналась, делала все возможное. Но что могла хрупкая девушка против такого качка с исполинской силой? Она молчала до этого момента, стараясь сохранить последние крупицы гордости, но больше не могла сдерживать себя и закричала в голос. Боль, отчаяние, беспомощность, отвращение к себе самой переполняли ее. — Заткнись, — очередная пощечина. — Будешь орать, станет только хуже, — голос полный жестокости вылетел из уст Кима. — А разве может быть хуже? — еле шевеля изодранными в кровь губами, прохрипела Маринетт, но сдержаться от едкого комментария она не могла. Ну что поделаешь, с характером девушка. Раз умирать, то хотя бы бесстрашно. — Показать? — грубо усмехнулись, дыша ей в грудь. По лицу парня скользнула ухмылка, больше похожая на звериный оскал. Резкими движениями он разорвал верхнюю часть костюма Леди Баг, швырнул в сторону лиф, совершенно не церемонясь. Он сжимал, кусал, бил, что есть силы упругую молодую грудь. — А сиськи то, что надо, — заржал он во весь голос. Маринетт хотела холодно ответить. Но уже была не в силах пошевелить губами, машинально она еще совершала какие-то движения руками и ногами, чтобы хоть как-то воспротивиться насильнику, но надо признать, ему эти подергивания мало чем мешали. Девушка уже не могла понять, где болит, потому что ныло все тело, ведь даже нетронутым частям тела были нанесены увечья. Ими она ударялась об пол, пытаясь оказать сопротивление. Остатки костюма явно не радовали Кима, поэтому он жесткими движениями сорвал их и откинул в глубину комнаты, залюбовавшись ножками своей жертвы и мысленно уже представляя в каких позах, она сможет доставлять ему удовольствие. Его удары приходились по груди, ногам, рукам, животу, ягодицам, ничего не ускользало от его пристального взгляда. Девушка в его руках уже обмякла, она отчаянно желала сопротивляться, но ничего не могла поделать, боль была так невыносима, что тело уже не слушалось ее. Но все это было лишь прелюдией. Желая поскорее приступить к главному, одержимый Ким начал впопыхах расстегивать ремень, все больше путаясь в нем. — Твою мать…- выругался тот. Именно это минутное замешательство и стало спасательной ниточкой для Маринетт, уже потерявшей надежду в придачу с силами, желающую поскорее провалиться в беспамятство, только чтобы не видеть эту противную физиономию и не чувствовать нестерпимую боль. Внезапный взрыв осколков за спиной, вдребезги разбившееся окно и Кот Нуар немного подпортили планы нашему великому злодею. Адриан набросился на Кима, осыпая того ударами в грудь. Оглянувшись, он увидел весьма плачевное состояние своей Леди, которая не могла даже пошевелиться. — Черт, опоздал, — юноша так разочаровался своим небольшим поражением, что пропустил один удар, угодивший точно в его нос. Парни катались по полу, будто соревнуясь, как два повздоривших из-за кого-нибудь пустяка мальчишки. Но в этот раз на кону стояло что-то большое, чем мужская честь. Девушка с глазами цвета неба, которую один любил всем сердцем, а другой хотел всем... своим мужским достоинством. Когда они подкатились достаточно близко, Маринетт просто нечеловеческими усилиями вымолвила: — Шшшш...ка...тулка... Адриан только сейчас, обратив внимание на какой-то звук, огляделся по сторонам в поисках названной вещицы. Найдя цель, он поспешил к ней. Но естественно, громиле была дорога его новоиспеченная сила, он вскочил, пытаясь помешать противнику. Но в беге Адриан остался в выигрыше, он был более ловким и проворным, поэтому достать шкатулку не составило особого труда. Не задумываясь, он разломал пополам злополучную вещь. Тут же раздался оглушительный крик Кима, и он свалился на пол без чувств. Адриан молниеносно подбежал к Маринетт, нежно подкладывая руку под ее голову. Ее вид нисколько не смущал парня, его волновало лишь ее состояние. — Моя Леди, как ты? Прости, я так долго…- еще бы, созерцая следы многочисленных побоев на теле своей возлюбленной: синяки, ссадины, царапины, кровь, ему не оставалось ничего, кроме как винить себя. Девушка хотела его поблагодарить, но последние силы покинули ее, не оставив выбора. Глаза закрылись, и маска исчезла с лица. — Маринетт?! — сказать, что Адриан был удивлен, ничего не сказать. Но сейчас не это было главное. Быстро перевоплотившись и стянув с себя футболку, он надел ее на обнаженную девушку. Взяв ее на руки, парень отправился домой, его не пугало расстояние, ради нее он был готов хоть весь Париж прошагать пешком. Сейчас блондин искренне радовался тому, что на дворе глубокая ночь, и даже луна затянута тучами. Вряд ли зрелище было из приятных: девушка без сознания в одной мужской футболке на руках у парня с голым торсом. Проблем было бы не избежать. Хотя сейчас у Адриана их не намного меньше. Но он был уверен, что справится со всем, ведь в данный момент лишь в его руках (буквально, кстати, тоже) жизнь обожаемой им Леди. *** *Утро* Адриан сидя на кровати и сминая от волнения в руках простыни, уже потерял счет времени и непрекращающимся кружкам кофе. К врачу обращаться было опасно, слишком много и многим пришлось бы врать, поэтому он сделал все от него зависящее: обезвредил, смазал раны целебным бальзамом, сидел, не смыкая глаз, ожидая, с преданностью Хатико, когда его любимая очнется. Даже такая, вся в синяках, она казалась ему идеалом красоты. Блондин был готов сколько угодно просидеть так, наслаждаясь созерцанием возлюбленной. Теперь точно только ЕГО. Ресницы девушки лежавшей на постели встрепенулись, и она нехотя приоткрыла глаза. Брюнетка осмотрелась, ничего не поняв. Попыталась резко встать, но тут же ощутила жгучую боль. Воспоминания медленно всплывали в ее голове. — Тиихо…- счастье Адриана превышало все, он коснулся руки Маринетт, вздрогнув, та в свою очередь густо покраснела, осознав, кто перед ней и в каком виде она находится, но пока не понимая, как она оказалась в его доме. Расценив эту реакцию по-своему, парень желал успокоить любимую: — Теперь ты в безопасности, моя прекрасная Леди- с такими словами он едва ощутимо дотронулся до ее губ, понимая, какую боль может принести его неосторожность. Смесь радости и удивления озарила лицо Маринетт. Она широко улыбалась, хотя это давалось ей с огромным трудом, но по-другому девушка не могла, счастье переполняло. — Моя Леди. — Мой котенок.