Завтра все вернет назад.

POV Автор. Как только ребятам показали бункер, где они останутся, Мирон, Дарио и Ваня отправились в душ. Душевых кабинок было около десятка, перед ними красовалось зеркало длиной почти во всю стену, а под ним ровным рядом были раковины. Парни разошлись по кабинкам, включая горячую воду. Струи воды хлынули по телам, мгновенно смачивая волосы, стекая в канализационные трубы. Пока парни наслаждались водными процедурами, Марк внимательно изучал свою комнату, которая находилась как раз напротив комнаты Сони. Молодой человек выбрал ее после того, как Олег указал на Сонину обитель. «Чем ближе, тем лучше!» - думал он. Время неспешно двигалось вперед. Он уже забыл, когда последний раз видел настенные часы, когда находился в таком уютном месте. Комната была отделана в простом стиле, теплый цвет песочных обоев согревал обстановку. В углу стояла самая обычная кровать, с ватным матрасом, однотонным постельным бельем, мягкой подушкой и простым одеялом. Марк уселся на кровать, рассматривая стену напротив. Часы показывали уже около 11 вечера, а они совсем недавно вернулись с улиц, спасенные Соней Терешиной. Теперь он знал ее фамилию, еще на один факт больше. Молодой человек подошел к небольшому шкафу в его комнате, на полках которого покоилось сменное постельное белье, полотенца, простая одежда - мужская и женская вперемешку. Никто ведь не знал, кто заселится в эту комнату. В тумбочке рядом с кроватью было пусто, зато на парочке полок покоились несколько стареньких книг. От рассматривания своей новой комнаты парня оторвал Мирон, постучавший в его дверь. - Не спи, там все свободно! Можешь идти мыться! – прокричал друг, скрываясь в своей комнате, которая была сразу за стеной справа, а вот слева – комната Евстигнеева. Парень так же изучал свою комнату. Звукопроницаемость здесь была достаточной. Конечно, не было слышно самые тихие звуки, разговоры, но вот то, как молодой человек расхаживает по помещению, открывает скрипучие дверцы шкафа, как плюхается на кровать, скрипящую под ним – было слышно хорошо. Марк взял большое полотенце из шкафа и отправился к душевым. «Надо было идти вместе с парнями!» - думал про себя Марк, блуждая по, кажется, бесконечным коридорам. Парень умудрился заблудиться здесь, а все потому, что не слушал девушку, которая все объясняла и показывала – он лишь наблюдал за ней, изредка ловя на себе ее мимолетный взгляд. Коридоры петляли не хуже любого лабиринта. «Здесь нужны указатели!» - подумал он про себя, заглядывая на кухню вместо нужных ему душевых. Парню пришлось попросить помощи у проходившей мимо женщины, которая вежливо и добродушно показала ему путь, даже предложила проводить, но Марк отказался, поблагодарив ее. Наконец, нужная дверь показалась перед ним. Внутри было жарко и почти ничего не видно из-за витающего вверху пара. Парень не сразу заметил, что в одной из кабинок льется вода. Зеркало прилично запотело под всем этим паром. Марк провел ладонью по запотевшему стеклу, в отражении которого увидел себя. Грязные, прилично отросшие волосы торчали грубыми паклями в разных направлениях, они даже не укладывались на место, если по ним провести. На левой скуле красовался приличный кровоподтек с небольшой ранкой посередине. «Откуда она вообще взялась?» - подумал Марк, проводя пальцем по ней, но тут же отдернул руку, словно от горячей поверхности. Его простое движение отдалось острой болью, растекающейся по всей левой половине лица. Помимо небольшой ранки лицо, казалось, было пропитано грязью и пылью улиц. Вся грязь с лица плавно переходила ниже – на шею, грудь. На вороте некогда белой футболки было много пятен крови, оставленных теми тварями, которые маршируют по улицам в поисках мозгов и красного мяса. Футболка из белой превратилась в темно-серую, испачканную всем, чем только можно. Насмотревшись на себя, парень сдернул предмет гардероба, уже сделал шаг к свободной кабинке, но остановился, как вкопанный. Перед ним стояла Соня, совершенно обнаженная с мокрыми волосами и пунцовыми щеками. Даже в тусклом освещении Марк прекрасно заметил ее краснеющие щеки. Девушка держала в вытянутых руках края полотенца, в которое хотела завернуться, но тоже застопорилась. Молодой человек сам того не желая, или желая, рассматривал ее тело, пробегаясь взглядом по манящим изгибам. Внимание парня привлек небольшой шрам в виде полумесяца чуть ниже груди. Они просто стояли друг перед другом, не двигаясь, лишь прожигали друг друга взглядом. Соня, одумалась первой, резко и туго закутавшись в махровую ткань. Это немного отрезвило парня, который тряхнул головой и улыбнулся ей, будто извиняясь. - Я не музейный экспонат, чтобы меня так рассматривать, Марк – тихо проговорила она. - Ага! – так же негромко произнес парень, не отводя от девушки взгляда. – Думал, тут никого нет! - Шум воды ты не слышал? – Соня сложила руки на груди, она не спешила отсюда уходить. Марк лишь отрицательно покачал головой. – Ладно, уж! Проходи, - девушка показала руками на свободные кабинки.- Неловкости наше все, как-никак! Одежду можешь оставить здесь, завтра девчонки выстирают! – тихо проговорила она, улыбаясь одними уголками губ. - Хорошо! – парень усмехнулся, он был крайне немногословен. Марк сделал шаг вперед, как и Соня. Ребята не могли разойтись в таком широком пространстве. Парень виновато улыбнулся, пропуская девушку вперед, не упустив момента дотронуться до нее. - Прости! – одновременно бросили они, после чего девушка ретировалась из душевых. Марк дождался, когда девушка выйдет совсем, а потом шумно выдохнул. «Неловкости наше все!» - в его голове билась эта фраза, произнесенная Соней. Он до сих пор видел перед собой ее - без полотенца с пунцовыми щеками – такой соблазняющей и одновременно милой. Парень почувствовал знакомую тяжесть внизу живота и напряжение чуть ниже. «Просто зайди уже в любую кабинку и вычистись!» - проговорил внутренний голос. Будь он реальным человеком, то закатил бы глаза, осуждая поведение парня, в котором не было ничего противоестественного или отвратительного. Марк, тем не менее, послушался себя, юркнув в одну из кабинок. В каждой на небольших полочках стояли шампуни, гели, мыла, бритвы – все необходимое было на месте. «Осмотрительно, однако!» - подумал он про себя, рассматривая бутыли со средствами. Наконец, парень включил воду, обильно смачивая свои волосы, которые липкими прядями ниспадали на его лоб. Вода с них стекала в сток под ногами, унося с собой всю грязь, успевшую скопиться на теле. Душ пошел парню на пользу – он был вновь чист, бодр и свеж. Марк давно не испытывал такого, будто вновь оказался в цивилизации. Хотя мир, каким он его знал, давно перестал существовать, забрав с собой почти все, ради чего хотелось бы жить. Вернувшись в комнату, парень надел чистую футболку и серые спортивные штаны. Усталость нахлынула внезапно, поэтому Марк поспешил занять место на кровати. Звуки в соседних комнатах немного отвлекали. Мирон без конца ворочался на кровати, отчего та издавала неприятный скрип. Маркула это удивило, потому что его кровать совершенно не издает звуков, разве что совсем чуть-чуть. Иван разговаривал со своим котом, по всей видимости, убеждал животное, что все плохое уже позади и тот в безопасности. Молодой человек прикрыл глаза, стараясь уснуть, но услышал знакомый голос. Соня что-то напевала. Слова были еле различимы, потому что девушка пела совершенно тихо. Но Марк отчетливо услышал некоторые строчки: «Моих прошлых лет порвана нить, Я по-новому научился жить. Человек исчез, его больше нет, А из тела его демон вышел на свет». Парню была не знакома эта песня, и тем более, исполнитель. Но в ее исполнении ему очень нравилось. С мыслью, что нужно будет узнать у девушки, кто это поет, парень уснул. POV Соня. Я не ожидала кого-то увидеть в душевой в такое время. Вообще предпочитаю туда ходить ночью, потому что в это время все спят. И я думала, что они уже все сходили в душ. Когда я выскочила из своей комнаты, столкнулась с Ваней, у которого волосы торчали мокрым ежиком. А здесь – Марк, рассматривающий меня. Парень вообще не отворачивался, не извинялся за такую неловкость. Что ж, я тоже хороша. Нет, чтобы сразу завернуться в полотенце, нет – я решила постоять так перед ним. Подумаешь - нагишом, в пустой душевой, когда он с самой встречи не сводил с меня взгляда. «Кто не рискует, тот не пьет шампанское!» - отзывается мой внутренний голос. Согласна, но за риск у нас пить нечего! Через минуту или чуть больше я, наконец, решила прикрыть свое тело, обмениваясь с ним парой фразочек. Ладно, он тут не один такой, я тоже молодец – рассматривала его обнаженный торс, татуированные руки и парочку шрамов, по-видимому, оставленных не так давно. Трезвость пришла не сразу. Даже по пути до комнаты перед глазами стоял он, со своей улыбкой, сводящей с ума и не менее отпадной внешностью. И только, когда за моей спиной закрылась дверь, мозг начал соображать. Теперь передо мной была моя обитель. Светлые стены, на которых красовались фотографии с самыми любимыми людьми и памятными событиями. Помимо учебы в медицинском и сериального задротства, я еще занималась фотографией. Если это можно так назвать – просто везде и всюду носила фотоаппарат, стараясь запечатлеть как можно больше моментов, чтобы потом вспоминать. Кто ж знал, что пригодиться. Благодаря фотографиям не забываю, как выглядел мир до этого пиздеца. Да, я девушка, и да – я матерюсь! А еще пару месяцев нашелся фотоаппарат мгновенной печати. Поэтому одну стену занимают фотографии жизни до апокалипсиса, а вторую – после, отображая этот контраст. В центре второй половины была моя самая любимая фотография – селфи с зомби. Только я могла отчекрыжить ему нижнюю челюсть и руки, расположив одну из них у себя на плече и с довольной улыбкой сфотографировать это, пока ходячий пытался вцепиться в мою шею. Вот теперь передо мной встал вопрос о моем психическом здоровье! Постепенно мысли приходили в порядок. Вид полуголого Марка, поглощающего меня взглядом, уходил на второй план, когда я рассматривала стену с моментами из прошлого. Взгляд сам упал на фотографию, где мы с братом на Нашествии в 2012 году. Мама так не хотела меня туда отпускать, даже с Олегом. Она очень боялась за безопасность своей 15-летней дочери. Зато этот момент навсегда мне запомнился – именно тогда я впервые увидела своего кумира – Михаила Горшенева, а если проще, то это - Горшок. Король и Шут вообще моя первая любовь, все их песни, которые для многих стали сказками на ночь, я знаю наизусть. Одна из них – «Хозяин леса», стала моим личным талисманом удачи. На каждый экзамен, каждую важную встречу я ее напевала. А сейчас ее можно исполнять хоть каждый день, если хочешь, чтобы день прошел на «ура» и ты остался в живых. Что-то толкнуло меня начать петь. Это даже успокаивало. Всегда успокаивало. Я прекрасно осведомлена о звукопроницаемости в нашем бункере – здесь слышно все, что делают соседи, поэтому старалась петь как можно тише, но разошлась под конец. «Нынче все духи от феи, до беса Меня называют хозяином леса, Мне преданно служат лохматые твари, Со временем все уважать меня стали». Даже если кто-то это слышал – это моя для всех колыбельная. POV Автор. Время шло вперед – секунда за секундой, минута за минутой, час за часом. С появления ребят в бункере прошло уже три дня. К ним достаточно тепло отнеслись выжившие, искренне радуясь, что они не последние. Дабы никого не обидеть, ребятам поручили свои дела: Дарио занимался в операционном центре, регулируя работу генератора, электрической сети, подачи воды; Мирон – помогал в оружейной, следил за выдачей оружия, за его состоянием; Ваня и Марк – стояли в охране. У каждого была своя роль, обеспечивая безопасное проживание здесь. Все работали, словно часы – каждый механизм на своем месте. Девушка помогала родителям в медицинском отделе, осматривая детишек на предмет наличия какого-либо недуга или простого повреждения, когда ее отец и мать занимались лечением тяжело больных или сильно пострадавших людей. Олег почти безвылазно сидел в своем кабинете, рассматривая дальнейшие варианты их проживания, планы действий, привлекая к этому и Данилу. Вынесенный на всеобщее собрание и голосование вопрос: остаться здесь или отправиться в возможное безопасное место, был решен – люди решили остаться в бункере, не желая рисковать своей жизнью. На четвертый день всех разбудила сирена, оповещающая об опасности. Марк, как и все остальные, вскочил на кровати, не зная, куда бежать и что делать. Комната светилась красным цветом, а уши закладывало от громкого противного звука. Парень выглянул из комнаты, как и Мирон, Ваня и Дарио. В коридоре было тихо – лишь такой же красный мигающий свет от ламп и громкий звон сирены. - В комнаты, живо! Запритесь! – прокричала Соня, выбежавшая в коридор. – Мертвецы в бункере! – девушка пыталась переорать ревущую сирену. Марк понимал ее через слово, но он четко услышал: «МЕРТВЕЦЫ!». Молодой человек ринулся внутрь, чтобы найти какое-нибудь оружие. Парни последовали его примеру, когда Соня уже скрылась за поворотом, держа наготове парочку мачете в обеих руках. POV Соня. После очередного рабочего дня в медицинском отсеке, я вернулась в комнату ближе к ночи, сразу завалившись на кровать. Хотелось отдохнуть, выспаться. Уснула я, как только дотронулась до подушки, не удосужившись снять с себя хирургический костюм, в котором проходила весь день. Сон был без сновидений, просто отдых для мозга и тела. Жаль только - не удалось выспаться. Рано утром заорала сирена, оповещающая о том, что в бункере ходячие. Задаваться вопросами: «Откуда они здесь? Кто заражен? В порядке ли родители, Олег, Данька, остальные? Кто проворонил зараженного?» было некогда. Поэтому я быстро схватила пару мачете со своего стола, где они лежали. Мои ножи, катаны и томагавки в оружейной, до которой нужно добраться. Надеюсь мертвецов немного. Я выскочила из комнаты слишком резко, сталкиваясь с Марком, а еще заметила выглянувших из своих комнат парней с совершенно непонимающим выражением лица. Прокричав им, чтобы запирались в своих комнатах, я отправилась на «охоту». Скажете, почему велела им скрыться у себя? Их оружие там же, где и мое. Безоружных людей на борьбу с ходячими я брать не собираюсь. Тех и так достаточно шагает по земному шару, потерять еще и их – это выше моих сил. Из-за тревоги в коридорах была почти нулевая видимость. В черно-красном свете трудно было различить, что где. Из общего зала были слышны крики, поэтому я отправилась туда, сменив бег на спокойный шаг. Была вероятность – нарваться на одного из мертвецов. Шаг за шагом я приближалась к цели, стараясь разглядеть в этом красном мигании хоть что-то. Вдалеке показался силуэт – по его неустойчивости и неестественному положению стало понятно, что это зомби. Какого было мое удивление, когда в живом мертвеце я узнала молодую девушку, которой неделю назад делала перевязку руки. Ее звали Кристина, всего 25 лет. Девушка, завидев свой возможный обед, раскрыла шире пасть, издавая нечленораздельные звуки, и набросилась на меня. Зомби на улице убивать проще, я их не знала при жизни. Убить девушку, которая желала меня сейчас съесть, было намного труднее. Я успела поставить перед своим лицом мачете, в который она и вцепилась. Что еще удивляло в мертвецах, так это то, что они становились в разы сильнее. Кристина не была при жизни такой прыткой, но сейчас она меня толкала назад, в итоге прижав к стене. Удерживать одной рукой оружие стало неудобно, поэтому, не заботясь о целостности своих рук, я схватилась кожей за лезвие, дабы оттолкнуть мертвеца. У меня получилось, девушка не удержалась на ногах и повалилась на пол. Встать я ей не позволила, вонзая холодную сталь в череп девушки с тихим «Прости!». Мой путь продолжился, но за спиной я услышала тихие шаги, резко разворачиваясь и направляя на возможную угрозу оружие. Передо мной стоял Маркул собственной персоной, а вместе с ним и остальные трое. - Какого хера? Сказала же, сидеть в комнатах! – тихо выругалась я на парней. - Тебе не помешает помощь! – упрямо произнес Марк. - Чем вы поможете? Оружие у вас есть? – все отрицательно покачали головой. – Ради бога, парни, идите в комнаты! – взмолилась я. Стоять и болтать с ними, не было времени, моя помощь была нужна там – в общем зале. - Дойдем до оружейной, возьмем все там! – не унимался Марк. - Оружейная после общего зала, а там заварушка, вы без оружия! Хотите стать одними из них? – я указала на тело девушки. - Нет! – твердо ответил Марк. - Так, Соня, идем! Мы стоим здесь, а время идет! – отозвался Мирон. - Не беспокойся о нас! – добавил Дарио. - Мы прикроем! – Ваня подмигнул мне. Удивляюсь этому человеку. В нашем доме мертвецы – он улыбается. Мы были в полной заднице – он улыбался. Черт! Хрен с ними! Пусть идут! Справимся. Мы отправились в общий зал, откуда по-прежнему доносились крики людей, а еще противное кряхтение и клацанье зубов. На нашу удачу, в коридоре зомби больше не попадалось, лишь кровавые следы, ведущие в зал. В зале было светло, в отличие от жилых помещений. Первое, что я увидела – родители, Олег и Данька живы. Мама и папа были в толпе людей, скрывшихся в аппаратной, а вот мой брат, Даня и парочка мужчин держали оборону. - Здесь я справлюсь! Идите в оружейную! – дала указания парням, - И, Марк, держи! – пришлось отдать мачете, потому что безоружными их туда отпускать не хотелось. – Чтобы вернулись, все! Ясно? – парни понимающе улыбнулись, отправляясь к оружейной. Мертвецов было больше одного десятка, а за неимением у мужчин оружия, они оборонялись первыми попавшимися предметами. Что ж, придется поработать! Я звонко свистнула, привлекая внимание ходячих к себе. Нужно было выбрать более удачную позицию, так как в этой меня с легкостью могли окружить и напасть со спины, а на затылке у меня глаз, к сожалению, нет. POV Автор. Марк выскочил из комнаты, не найдя ничего подходящего. Ребята были в такой же ситуации, но сидеть на месте никто не собирался. Пусть и без оружия, они должны пойти и помочь. Уже на середине коридора, парни услышали возню. Марк ускорил шаг. Он прекрасно понимал, что там Соня, и с ней мертвец, может, не один. Парень услышал тихий писк девушки, а потом ее шумный выдох, а потом все звуки резко затихли. Парни нагнали ее, когда девушка отходила от трупа молодой девушки, которая уже успела познакомиться со всеми ими. Мирон с грустью глянул на девушку, а затем перевел взгляд на Соню, которая держала в паре сантиметров от лица Марка свой мачете. Она была недовольна тем, что парни ее ослушались. Но трусливо сидеть в комнате, и ждать, когда проблему решат за них, они не могли. Хотя Мирон прекрасно ее понимал – они безоружны, уязвимы и бесполезны на данный момент. У Сони есть дела поважнее, чем отвлекаться на их спасение, если это потребуется. Марк стоял на своем, он не хотел уходить, не соглашался с девушкой, наконец, добившись своего. Когда они проходили около зала, Соня передала ему оружие, попросив всех вернуться живыми и невредимыми, что грело душу. Путь до оружейной был немаленький, пришлось пройти через, так называемую, котельную, наткнувшись на парочку мертвецов. Ими были люди, работавшие здесь, парни с ними тоже уже познакомились – 47 человек было нетрудно запомнить даже после первого дня пребывания здесь. Двое мужчин бесцельно ходили меж горячих труб, но как только заметили ребят, тут же бросились на них. Марк среагировал быстро – втыкая первому лезвие в раскрытый рот, пронзая череп насквозь. Второй мертвец напал на Дарио, который не успел увернуться от того. Молодой человек держал мертвеца на вытянутых руках, не позволяя тому дотянуться до плоти. Мирон и Ванька подскочили, оттаскивая ходячего, валя того на пол. Только после этого Марк нанес решающий удар, умертвляя монстра. Следующим пунктом была оружейная, которая оказалась закрыта на замок. Мирон, хоть и в спешке, но ключ прихватил. - Берем, как можно больше оружия, и идем в зал! – скомандовал Федоров, передавая пистолеты, ножи, катаны парням. POV Соня. Мертвецы окружали, стараясь откусить от меня самый жирный кусок. Мужчины в это время отводили людей в безопасное место, выделенное нами на такой случай. Что-то вроде мини-бункера в бункере. Некоторые зомби, услышавшие их, перестали ломиться ко мне, а направились к брату. Черт! Теперь в ловушке они! А мне не прорваться. - Олег! – кричу я, когда парочка мертвецов подходят близко к ним. Наш хороший друг Стас, услышав меня, бросается за спину брата, задержать их, но неудачно подставляет руку, в которую двое ходячих и вцепляются. Крик парня закладывает уши посильнее сирены. – Я сейчас! – кричу я, прорубаясь через этих монстров. Одному из зомби у меня получается отрубить часть головы, другому – просто разрубить лицо, третьему – оставить глубокое ранение в шее, которое ему абсолютно по боку, каких-то просто отталкиваю подальше от себя, но не ожидаю того, что окажусь на спине. Один из мертвецов, не до конца убитый, хватает меня за лодыжку, от чего я не удерживаю равновесие и падаю ничком на пол. В голове мелькает только одно: «Сейчас я умру!» POV Автор. Ребята появляются вовремя. Марк, заметив, что Соня валяется на полу, мчится к ней, как и Даня, поймав на лету один из пистолетов. Олег уводит людей в безопасное место, пока парни убивают оставшихся зомби. Маркул подскакивает к девушке, оттаскивая от нее сразу двух мертвецов, пронизывая их голову мачете. Данила оказывается рядом, делая два метких выстрела, умерщвляя еще двух. Соня отпихивает ногой последнего, в прыжке поднимаясь на ноги, а затем со всего размаху сносит голову мертвецу, который некогда был их поваром. Девушка безумно озирается по сторонам, не сразу замечая двух молодых людей рядом. - Стас! – шепчет она, а затем срывается с места к молодому парню, который пытается остановить кровотечение из своей прокушенной руки. Олег возвращается к ним, понимая, что мертвецы перебиты, только вот его друг ранен. - Олег, пожалуйста, не дай превратиться в эту тварь! – сквозь кашель произносит парень. Молодой человек отчаянно мотает головой. Он не хочет терять еще одного друга. - Стас! Не говори чепухи! Мы справимся! Руку можно ампутировать, инфекция дальше не распространится! – бормочет Соня, а парень лишь грустно ухмыляется. Марк понимает, что этот парень ей дорог. Он – друг семьи, да и сколько они уже знают друг друга. Он впервые видит, как по ее щекам катятся слезы. Он и Даня словно чувствуют ее боль, понимая как ей тяжело. POV Соня. Стас ранен, он просит его убить. Внутри еще тлеет огонек надежды, что его можно спасти, но он погасает, как только его зрачки начинают бледнеть. - Соня, ты самая сильная из тех, кого я знаю! Просто сделай это! Для меня! – просит друг, а мне больно признавать, что он умирает. Но, набравшись смелости, я забираю из рук рядом стоящего Поперечного пистолет, наставляя его в голову Стасу. - Прости меня! – говорю я, наклоняясь к нему, и оставляю целомудренный поцелуй на его щеке. Парень грустно улыбается, а я спускаю курок. - Спи спокойно! – произношу я, передавая пистолет обратно, а затем поднимаю с пола. В душе пусто, на щеках мокро, а сердце болит. Я убила хорошего друга. Я не смогла его спасти.