Такие девушки, как звезды

Такие девушки, как звезды, Что светят в небе до утра, В одну из них легко и просто Влюбиться раз и навсегда. Но если ты обычный парень Тебе не светят никогда Такие девушки, как звезды Такие звезды, как она.

      Яна всю жизнь слушала эту песню, но не верила ни единому слову. Она думала, что таких девушек просто не может существовать, уверена была, но потом в её жизни появилась Ариэль и разбила эту уверенность на мелкие-мелкие осколки, а потом потопталась по ней идеальными ножками, обутыми в дорогие туфельки, и развеяла по ветру так, что и следа не осталось.       Ариэль - один сплошной долбанный идеал. Ариэль - чёртово совершенство, и в этом не нужно никого убеждать, потому что не заметит только слепой, да и то не факт. Вот просто потому что ее харизма пробьет себе путь через любые дебри, рассеет тьму, горы выкорчует, но ни у кого сомнений не останется в том, что Ариэль – номер один. Всегда и во всем.       Это она та самая девушка, которая соблазняет парней одним взглядом, и не только парней, если честно, но об этом Яна упорно не думает.       Это ради таких как она завоевывают миры, сворачивают горы, а потом идут к ней по трупам врагов, получая в ответ равнодушную улыбку, но радуются и этому, потому что она улыбнулась.       Это она на турнире за свое сердце выйдет на равных с рыцарями, скрытая забралом шлема, и победит всех претендентов, оставшись такой же холодной, одинокой и независимой. А потом будет пировать наравне с мужчинами, а те не посмеют ей возразить.       Её невозможно удивить вообще ничем. Её сердце не завоюешь никакими средствами.       Именно так Яна представляет себе Ариэль и, возможно, она совсем немного перечитала средневековых романов. Но одно известно наверняка - обычным парням не светит, а обычным девушкам и подавно. Яна более чем обычная и шансов у нее минус один.       Поэтому, не в силах сорваться с крючка этой рыжей бестии, на который ее даже и не пытались поймать, Яна продолжает молча любить ее, о взаимности не смея даже и мечтать, ненавидя тот день, когда перевелась в эту проклятую гимназию.       А вот Даня особенный. Это видно по тому, как он говорит, как выглядит, как думает, смешно сморщив нос, а еще по тому, что Эля часами глаз с него не сводит. А уж она не обращает внимание на обычных.       Яне правда не больно, она готовила себя к тому, что рано или поздно сердце ее Снежной Королевы растает, но оказалась не готова.       А дальше Ваня подходит к ней на перемене и все происходит как в быстрой перемотке. Она отчаянно целует Даню за школой, в надежде отвлечься от Эли, а может, напротив, привлечь её внимание, или малодушно отомстить ей за все годы душевных мук и терзаний. И это, вообще-то, очень мерзко с ее стороны, но ведь она просто человек. Глупый человек, которому плохо и который хочет, чтобы плохо было не ей одной.       А потом она уже не может остановиться - опять целует Даню.       И опять.       Ариэль молчит в ответ, обнимая Ваню и скрывая боль за карими радужками глаз, но Яна слишком хорошо ее изучила и, поэтому, упорно, с какой-то извращенной радостью она прижимается губами к губам Дани. Ей нравится, что Эля, наконец, не смотрит на нее равнодушно.       И пусть потом Яна приходит домой и часами кричит в подушку. Просто кричит. Плакать она больше не может. Слез не осталось. Они уже давно все выплаканы, а внутри черная дыра, в которой исчезает все, но только не неправильная любовь к Эле.

***

      В какой-то момент Яна устает от фальшивой любви своего недопарня, который тайком вытирает губы после каждого поцелуя, устает от Элиной боли, которую она больше не может скрыть, от всего устает и понимает, что Даню пора отпустить. Потому что с ним Эля наконец вновь начнёт смеяться, а этого очень не хватает. Потому что их чертова любовь взаимна и кто Яна такая, чтобы продолжать мешать им?       Так что, на очередном вымученном свидании, Яна больно впивается ногтями в нежную кожу на ладонях, оставляя красные борозды, и говорит Дане, что все кончено. Он честно пытается притвориться грустным в ответ, но девушка не такая глупая, какой её все считают, и видит проблеск радости и облегчения в его глазах.       Утром они приходят вместе. Даня - пусть с фонарем под глазом, но счастливый, а Эля сияет так, что у Яны глаза слезятся, и она прикусывает губу, чтобы не заорать. Ведь ради этой Элиной улыбки можно и пострадать, невелика потеря, всего лишь в очередной раз разбитое сердце, если там еще осталось чему разбиваться.       Яну отвлекает громкий треск. Это она просто сломала ручку, сжав её до побелевших костяшек, а теперь рваные края впиваются в пальцы, но ей не больно. Правда. Потому что она просто перестала чувствовать. Потому что она наконец видит остатки своего сердца. В пыли у Элиных ног. В куче таких же ненужных ей сердец, раздавленных и искореженных.       Но жизнь продолжается, поэтому девушка решительно откидывает назад копну волос, гордо поднимает взгляд, а потом встаёт с места, подходит к Эле, и быстро, чтобы не передумать, прижимается губами к её губам. Ничего не осталось. Терять больше нечего.       Это даже нельзя назвать поцелуем, всего лишь несколько секунд. Самых лучших в Яниной жизни за последние пару лет.       Губы у Эли мягкие, сладкие и влажные, со вкусом медового блеска для губ. Такие невозможно желанные, что хочется стоять так вечно, но Эля отталкивает, больно ткнув в плечо. Долго смотрит на неё своими огромными глазами, застыв неподвижно всего в паре сантиметров. Протяни руку, и почувствуешь под пальцами нежную персиковую кожу. Яна протягивает, но не успевает коснуться маленькой ладошки, потому что та вздымается вверх с быстротой молнии и со звонким шлепком врезается Яне в щеку. Мушки танцуют вальс перед глазами, звуки пропадают, но Яне не больно. Не физически, а то, что душу раздирает в клочья, так это она привыкла. Так просто игнорировать.       - Заслуженно, - Яна криво улыбается и разворачивается на носках балеток, желая уйти, желательно в окно, но цепкая рука удерживает за запястье, не давая сдвинуться с места.       - Больше никогда не смей этого повторять, - сурово сощурив глаза шипит Эля, и эти слова обрушиваются на Яну неподъёмной глыбой, намертво придавливая к полу.       - Больше никогда, - эхом повторяет девушка, не чувствуя на запястье горячих пальцев, сжимающих до синяков, ей все сказали.