Плохие сны

— Я убил ее, — он поднял свой взгляд вверх. — Я убил Лидию Бранвелл. — Ты уже проснулся, Александр? — голос Магнуса потихоньку возвращал Алека в этот мир. Он быстро убрал руки из волос и встал, голова закружилась, поэтому парню пришлось остановиться и подождать. После этого он тяжелыми шагами пошел на кухню к Магнусу, который продолжал говорить. — Ты знаешь, я хотел перенести тебя на нормальную кровать, но ты так мило выглядел, что я не хотел тебя тревожить. И вообще, почему ты решил поработать ночью? Когда я уходил, ты говорил, что собираешься хорошенько отдохнуть перед сегодняшней миссией. А еще ты испортил мои планы! — последнее маг сказал особенно громко. — Почему это? — заспавшийся Алек прислонился одним плечом к дверному косяку, скрестив руки на груди. Магнус, который в это время раскладывал еду (Алек надеялся, что приготовленную им, а не украденную с помощью магии), поднял голову и посмотрел на Алека. На его заспанного, с беспорядком на голове Алека, и улыбнулся. — Я надеялся, — начал Магнус, — увидеть твою улыбку, когда ты проснешься. На секунду Алек забыл о сне и посмотрел на мага. Тот, в свою очередь, посмотрел на Лайтвуда взглядом, в котором ясно читались любовь и забота. Этот взгляд всегда мог растопить сердце Алека, независимо от того, насколько ситуация была плохой. Под действием этого взгляда в груди у парня возникало непереборимое желание обнять Магнуса и никогда его не отпускать. Несмотря на то, что будет происходить вокруг, Алек был точно уверен в том, что они будут поддерживать друг друга. Парень сдвинулся с места, подошел к Магнусу и поцеловал его. — Я люблю тебя, — Алек посмотрел тому в глаза, — ты же знаешь? — Да, — почти сразу ответил Магнус, улыбаясь, — я тоже тебя люблю. Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза, и это чувствовалось так хорошо, так правильно, но жизнь тихо прокралась в этот прекрасный момент. И прошлая тоже. Взгляд Алека поник и он быстро повернул голову в сторону стола, чтобы Магнус не заметил этого. Он пока что не был готов рассказать магу о своей прошлой жизни, по крайней мере, не все. Алек был уверен, что Магнус поймет, но ему нужно сначала разобраться с этим всем самому. — А что у нас на завтрак? — Алека действительно интересовал этот вопрос, так как не ел он еще из вчерашнего вечера, а кофе ночью ему так не удалось выпить, и теперь оно стояло где-то в гостиной, холодное и горькое. — Оу! — Магнус повернулся на каблуках

Прям как во сне.

— Сегодня у нас бельгийские вафли с шоколадом и бананами, эспрессо, чтобы проснуться и латте, чтобы расслабится. Алек потянулся за маленькой чашкой с кофе, но Магнус, заметив этот жест, отодвинул эспрессо от парня поближе к себе. — Эспрессо для меня. Я целую ночь пытался объяснить Рафаэлю и его кучке вампиров, почему им нужно заменить представителя в Конклаве. Тот идиот вообще ничего не смыслит! Все время говорит членам совета, что и как делать! — А разве это не так и должно работать? — вафли действительно оказались вкусными, но аппетита не было. — По идее, да, но понимаешь, Александр, как не противься этому, большинство сумеречных охотников не очень, то и любят нежить. Один неправильный шаг — и бум! Все, что случилось в ту ночь, стало бы бессмысленно. Поверь, множество охотников согласится убрать нежить из совета. — И это ты пытался объяснить Рафаэлю? — Алек продолжал водить вилкой по тарелке, подперев голову одной рукой. — Да. — коротко ответил Магнус и за столом наступила тишина. Алек быстро оглянулся по сторонам. Он любил находиться здесь. Кухня была обустроена нормально только недавно, ведь раньше Магнусу она не нужна была. Он «крал» еду с помощью магии и гостиной ему целиком и полностью хватало. Но с тех пор, как они с Алеком начали встречаться, с тех пор как Алек начал жить здесь, они по-немножку начали делать кухню удобнее и уютней. Раньше здесь был только небольшой стол посередине комнаты, около дальней стены плита и духовка, покрывшаяся пылью, немного тумбочек и вечно пустой холодильник. А еще завешанные окна, ведь комната была долгое время закрыта. Когда Алек впервые нашел ее, его будто молнией поразило. И вот, пока Магнус разбирался с Джейсом и Клэри, у которых как всегда появились проблемы, Лайтвуд убирался. Он быстро убрал ткань, которой было завешено окно, закашлялся от пыли, что взлетела вверх. Потом начался долгий процесс уборки пыли с пола, стола и тумбочек. Алек обычно не очень любил эту часть уборки, но сейчас… Сейчас его настроение было лучше некуда. Он даже не заметил Магнуса, который встал у дверей и с улыбкой наблюдал за ним. После этого магу пришлось ходить с Алеком по магазинам и вместе с ним выбирать, чем обустроить кухню. Но Магнус не жаловался, он был рад, что Лайтвуд меняет его жизнь. И поэтому на следующее утро, после поклейки обоев, они отправились за самым важным предметом на их кухне, то есть, за кофеваркой. И теперь, они сидят в своей кухне, завтракают, как нормальные люди, но Алек напротив него выглядит совсем подавленным. — Почему ты не ешь? — Магнус внезапно спросил, — я что, настолько плохо их приготовил? — Нет, — улыбнулся Алек той улыбкой, которую Магнус хотел бы навечно запечатлеть в своей голове, — это прекрасно, как и всегда. — Но? — Магнус отодвинул свой кофе. — Я думаю… — Алек запнулся, — я думаю мне начала снится прошлая жизнь, — парень посмотрел в глаза магу. На лице у Магнуса быстро сменилось сразу несколько эмоций. Сначала искреннее непонимание, потом радость и удивления со взглядом а-ля: «Ты что, с ума сошел?» — Это же хорошо! — его голос стал веселее, — Это же один из самых важных моментов в жизни охотника! Вы обретаете смысл ради чего бороться, ради чего жить, в конце концов. Знаешь, я много изучал этот вопрос, все время думал, почему обитателям нижнего мира не было дано такое, и знаешь… — Магнус заметил, что его парень все еще сидел с опущенным взглядом, который значил все что угодно, но не радость от начала снов. Поэтому маг медленно встал со своего места, подошел к Алеку и присел перед ним так, чтобы он мог видеть его глаза. Невозможно-голубые, как небо в ясный день, глаза Алека, кажется, затянуло тучами. Внутри Магнуса всегда все сжималось, когда он видел этот взгляд. — Что ты видел? — он спросил нежно, — Я слышал, что не у всех охотников абсолютно все воспоминания… — Макса, — Алек резко перебил Бейна, — я увидел Макса, — парень закрыл глаза, — он так весело бегал по комнате, а мой Макс он… Это было слишком больно. Алек почувствовал руку мага на своей. Он не мог открыть глаза, ведь не соврал. Действительно, это воспоминание разворошило еще свежие раны с похорон Макса. Слишком тот был дорог брату. — Но это же хорошо, что он был жив там, — Алек услышал Магнуса. Тот прекрасно понимал как это — терять дорогих людей, ведь сам за свою долгую жизнь увидел смерти многих. Алек был безмерно благодарен ему за поддержку, которую на то время не смогли дать его семья. Но он не злился, ведь они были разбиты так же как он, чувствовали то же что и он и нуждались в поддержке кого-то извне, кого-то кто смог бы их утешить. И Алеку помог Магнус. — Да, — тихо и немного сердито сказал Лайтвуд, — но он нужен мне здесь. — Александр, — голос Магнуса был мягок как никогда, — я знаю, это тяжело, но со временем тебе станет легче. Я не стану утверждать, что ты сможешь полностью унять эту боль в груди, ведь пережить смерть члена семьи без последствий никак невозможно. Но послушай, тебя окружает семья и любимые люди, которые будут здесь для тебя каждый раз, когда ты будешь в них нуждаться, и это именно то, что поможет тебе жить дальше. А то, что ты видел Макса в сне, счастливого и веселого, значит что тебе есть за кого бороться. Так что подними глаза, — Магнус приподнял его подбородок и легонько улыбнулся, — и пообещай самому себе и мне, что будешь бороться дальше, несмотря ни на что. — Хорошо, — голос Алека был немного хриплым, — я обещаю. Магнус улыбнулся шире и за руку поднял Лайтвуда. — Позволь мне хотя бы сегодня быть ответственным бойфрендом и пойти с тобой на ту миссию. — Нет Магнус, — как-то слишком резко ответил Алек, — она не пустит никого кроме охотников к себе, ты можешь пострадать. — Как и ты, — начал Магнус, но был перебит. — Я глава Института и я должен быть там, тем более, — Алек улыбнулся, — мне очень понравилась твоя лазанья, и я хочу чтобы ты ее приготовил снова. — То есть я теперь домохозяйка? После этих слов Алек искренне рассмеялся, и Магнус понял, как скучал по этому смеху, по этим сияющим глазам. Он был рад что смог хотя бы на несколько секунд рассмешить Алека после того что только что было, и перед тем, что их ждет. Ведь вампирша, к которой они шли, была параноиком и считала, что кто-то из нежити хочет убить ее.  — Можешь быть уверен, ты самая красивая домохозяйка, которая только может существовать, — Алек быстро чмокнул Магнуса в щеку и побежал по куртку. — Я парень, алло, — прокричал вслед Бейн, а после несколько секунд молчания добавил, — может тебе открыть портал? — Нет, — голос Алека был уже совсем далеко, — я хочу прогуляться, но все равно спасибо. Вечером увидимся, люблю. Магнус услышал, как громко хлопнула дверь. Этот парень что-то скрывает, но маг не хотел давить на него. Как только Алек посчитает это нужным, то он расскажет, а если этого не случится в ближайшие два дня, то у Магнуса есть много способов заставить рассказать правду. Маг улыбнулся, и прошептал так тихо, что сам еле услышал: — Люблю. *** Когда Алек пришел в Институт, его настроение опять опустилось ниже уровня моря. Но старания Магнуса не прошли зря, и в груди парня все еще было тепло от воспоминаний сегодняшнего утра. Это согревало его, несмотря на то, что на улице было холодно. Магнус всегда умел поднять настроение, когда все вокруг было плохо. Это была одна из вещей, за которые Алек любил его. Он был очень рад, что в его жизни есть человек, который, несмотря на черноту окружающего их мира, может привнести красок в реальность. В когда глава Нью-Йоркского Института, наконец, решился явиться, работа уже шла полным ходом. Охотники, которые были вовлечены в сегодняшнюю миссию носились по Институту с неимоверной скоростью, подготавливая оружие. Все знали об опасности этой миссии, поэтому было решено вывести личное дело вампира, к которому они направлялись, на табло «Дела первой важности». Алек все еще чувствовал некую неуверенность в этом миссии. Та, к которой они шли, могла запросто убить половину команды, если посчитает их опасными для себя. Алек подошел к табло, чтобы еще раз взглянуть на информацию, которая у них имелась. Только вот он уже знал все наизусть, и смыла делать это не было. Но Алека тянуло это табло, он должен был чем-то заняться, а так как все приказы о приготовлении он отдал еще вчера, а Джейс контролировал весь процесс, то это был единственный способ отвлектись от мыслей про сны о прошлой жизни. Алек подошел к табло, скрестил руки на груди и начал внимательно всматриваться в информацию на нем, будто надеясь, что там появится что-то новое. Но нет, все оставалось так же: один абзац информации, которая, по сути, не давала ничего. Вампирша. Одним из ее имен было Марта. Почему одним из? Да потом что в Парижском институте ее знали как Бетани, в Москве она была известна как Аида, а из Токийского Института пришли сведения о Каллисфении. Алек сначала не понял, почему это произошло, но потом прочел все досье и понял что этот один и той самый человек вампир. Ведь все сведения были одинаковые: одна из самых старых вампиров на свете, очень и очень подозрительная, может убить половину отряда даже до того, как ты понял, что обидел ее. Еще, никто не знал, как она выглядит, но любой сумеречный охотник готовый защищать ее, мог получить взамен на полезную информацию или вещь. Единственная фотография Марты, которая была у Конклава это фото десятилетней давности из одного из подписаний договора между Нежитью и Охотниками. Но там видно только черное бархатное платье в пол и роскошные черные волосы, которые были почти до колен. Все знали, что там была Марта, но после подписания никто не смог вспомнить как она выглядела. Из-за этого Конклав посчитал ее опасной, начал поиски и вампирша на несколько лет прекратила свое общение с Охотниками. И вот, теперь, когда тот самый канал связи заработал снова, в Нью-Йорке Алек решил, что нужно удостовериться, что она не поддерживала Валентина. Ведь с его смерти прошло еще совсем немного времени, да что там, его похоронили только лишь неделю назад и парень не хотел повторения того, что случилось. Алек так сильно погрузился в свои мысли, что не заметил Джейса, который подошел к нему. — Там ты ничего нового не увидишь, — Эрондейл махнул головой в сторону экрана, — был у Магнуса сегодня? — Ты знаешь ответ на это, — Алек не сводил глаз из экрана. — Ну мне нужно было как-то начать разговор, — Джейс тоже скрестил руки. — Мы парабатаи, ты можешь говорить мне все прямо и без предисловий, — голос Алека был очень тихим, будто тот скрывал что-то ужасное. — Что случилось? — Джейс стал перед ним, закрывая табло своим телом. «Я понял, почему ты избегал меня тогда, когда начал вспоминать прошлую жизнь», — хотел сказать Алек, но вместо этого просто промолчал. — Не хочешь говорить? Хорошо, — Джейс пожал плечами, — но я хочу узнать, почему глава Института приходит за полчаса до миссии, которую он сам назначил «миссией первой важности»? — Полчаса? — Алек поморщился, — сейчас же только семь утра, еще полтора часа до миссии. — Нет, — Джейс мотнул головой и в его глазах запрыгали одновременно насмешливые и осуждающие огоньки, — посмотри на часы. Алек взглянул себе на руку. Часов не было, и парень подумал, что просто забыл их у Магнуса, а Джейс заметил и теперь решил пошутить над ним. После Лайтвуд посмотрел на большие часы над входом и ужаснулся. До миссии действительно оставалось полчаса! — Черт, — тихо ругнулся Алек и сорвался с места. — Эх, Ромео, — Джейс улыбнулся, — или ты Джульетта? — Не смешно, — Алек перестал бежать, повернулся к Эрондейлу, показал на него пальцем и крикнул почти на пол Института. Вообще поездка к месту встречи с Мартой прошла бы хорошо. Но Клэри, которую Алек не утверждал на эту миссию, но она пришла, все время говорила. Правда, Джейс и Иззи считали это чудесным рассказом и с огромным удовольствием слушали о том, как Саймон думает, рассказывать ли своей группе о том, что он вампир или прекраснейшую историю про семейный ужин в кафе вместе с Джослин и Люком. Алек до сих пор не мог полностью избавиться от чувства, что Клэри его бесит. «Может это связано с прошлой жизнью», — пронеслось в его голове, но потом опять всплыла картинка смеющейся Клэри, и Лайтвуд отогнал эту мысль. Тем более, кто-то мог заметить, как он с печальным взглядом думает о чем-то. — О чем думаешь, Алек, — голос Изабелль как гром среди ясного неба. — А? Что мы уже приехали? — Алек с недоумением смотрел как после его фразы все в фургоне начали смеяться и радовался тому, что тут только они четверо. — Чем же вы там с Магнусом таким занимались, что ты все утро закрыт в себе даже больше чем обычно? — Он целую ночь был на встрече с вампирами, так что… — начал Алек. — А я про ночь ничего и не говорила, — сказала Иззи. Алек залился краской. «Блин, — подумал он, ругая себя всеми словами, что только знал, — как же можно было так жестко спалиться». Хвала Ангелу здесь темно и ребята не увидели, насколько красным стал Алек. На несколько секунд воцарилась очень и очень неловкая тишина. Было слышно каждый камушек, что попадал под колеса фургона, но Клэри решила взять ситуацию в свои руки. — На встрече с вампирами, это типа с кланом Рафаэля, да? — сказала она своим привычным звонким голосом. — Да, — тихо ответил Алек. — Ох, вы знаете… — Клэри продолжила свою пустую болтовню про Саймона, и Алек почувствовал облегчение. Первый раз он был рад тому, что рот девушка почти никогда не затыкается. Теперь, они, возможно, забудут эту неловкую ситуацию, которую Лайтвуд будет помнить до конца своей гребаной жизни. *** Местом встречи был дом на окраине города. Он был довольно небольшой, но несмотря на это смотрелся величественно. Два этажа, стены цвета гейнсборо*, и колоны в греческом стиле на каждом углу дома. Темная крыша и большие окна, сквозь которые ничего не было видно. Вокруг дома полукругом были насажены какие-то фруктовые деревья, а тропу к входу в дом окружали туи, своими острыми концами, будто пронзая небо. Но если присмотреться, можно было увидеть, что здесь уже давно никто не живет. Сквозь расщелины между плитками тротуара виднелись растения редкие маленькие клочки травы, которым удалось пробиться наружу, туи были не подстрижены и загораживали вход в дом, будто оберегая его. Прямо около входа Алек осмотрелся. Это было единственное место, где хвойные не закрывали обзор. Фруктовые деревья были объяты сорняками самых разных видов и, видимо, уже много лет не приносили плодов. «Жуткое место», — подумал Алек, но все равно подошел к двери и постучал. С ним пошли только Клэри, Джейс и Иззи, при всем оружие, конечно. Остальные разошлись по периметру, чтобы охранять его и прийти на помощь, если в доме что-то пойдет не так. Что странно, людей, которые охраняют дом, потребовала именно Марта. Единственным условием было — никаких связей с Нежитью. Когда Алек услышал это, он решил, что лучше не рассказывать ей о том, что он бойфренд мага и надеется, что она об этом ничего не слышала. Двери медленно открылись, и за ними показалась фигура в длинном плаще с капюшоном, опущенным так низко, что Алек вообще сомневался, видит ли она. — Входите, — прозвучал хриплый голос. Алек прошел несколько шагов и остановился. — Госпожа Марта, — начал Алек, но был нагло перебит. — Я не люблю это имя. — девушка пошла дальше. Даже через плащ было видно насколько она стройная. — Мне больше по душе Эбигейл. — Хорошо, госпожа Эбигейл. — Алек нервничал, одно неправильное движение и он труп, — как вы знаете, война с Валентином закончилась и теперь отряды Институтов по всему свету ищут его подручных. — Ты меня обвиняешь в том, что я помогала Валентину? — Эбигейл заметно выпрямилась и, скорее всего, с улыбкой на лице сказала, — вы пришли сюда узнать, была ли я заодно с Валентином, не так ли? Алек промолчал. Если он скажет что-то, то Эбигейл может потом обвинить в неприемлемом поведении со старшими существами или убить. «Иногда молчание и есть выход, если ты попал в сложную ситуацию. Но не затягивай с ним, или это обернется против тебя. Ты должен молчать всего несколько секунд, будто показывая врагу — ты еще не придумал, как выкрутится, поэтому говоришь правду, но, послушай меня, Алек, всегда, всегда у тебя должно быть несколько сценариев в голове и множество вежливых ответов. Иначе ты не выживешь, если пойдешь к агрессивно настроенным нижним», — парень вспомнил слова матери и уже хотел начать говорить, как Эбигейл сорвалась с места и быстро прижала его к стенке. Ее локоть упирался Алеку в шею, а ладонь другой руки лежала у него на талии. Из-за этого парень чувствовал себя неловко. Ее глаза все так же были спрятаны под капюшоном, но Алек чувствовал агрессию, исходящую от этой женщины. Краем глаза Лайтвуд увидел как Джейс машинально положил руку на клинок, и показал рукой жест, что не нужно. Пока что. — Я никогда не была за Валентина, ты, глупый охотник, но он был здесь. Просил присоединиться к нему, обещал, что тогда я не пострадаю. А когда я отказала, — она убрала ладонь из талии и сняла капюшон, — он сделал это. Как только Эбигейл договорила, ее лицо пронзил ужас. Она нахмурилась и еще сильнее прижала Алека. Теперь ее вторая рука не давала Алеку пошевелить совсем, а его ноги она прижала голенем. Джейс начал нервничать еще больше, ровно как Клэри с Изабель. — Ты? — крикнула Эбигейл, — Это ты! Алек не понял, о чем она говорит, но потом внимательнее пригляделся к ее лицу. По большей части оно было в ожогах, страшных ожогах, единственное место с гладкое кожей - это область вокруг левого глаза и маленькая полоса от него к уху. Глаза девушки горели голубым, в них читалась ярость. Она была Алеку знакома, но парень никак не мог понять почему. Потом его лицо пронзил ужас не меньше Эбигейл. Черные, как смоль, волосы. Яркие голубые глаза. Редкое и невозможно привлекательное сочетание. Это была та девушка из переулка. Из прошлой жизни. Но прежде чем парень успел что-то сказать, Эбигейл зло улыбнулась и сказала: — Это ты тот, кто собирается меня убить.