Никакой он не садист

      Кашин сидит, будто бы на иголках. Он нервно потирает костяшки рук пальцами, вновь и вновь тяжело вздыхая. Прямо сейчас его друг, который, по совместительству, является военным врачом в отставке, старается изо всех сил, лишь бы спасти тело юной девочки. Кашин просто не знает, куда ему деться. Он винит себя. Это он виноват в том, что произошло, он и только он. Если бы она не связалась с ним, то ничего бы этого не было. Если бы он не вывез её за границу, то ничего бы этого не случилось.       Мужчина садится на диван и устало подпирает голову руками, секунды тянутся как часы, минуты кажутся ему вечностью. Он слышит лишь тихий мат, который изредка слышен из-за закрытой двери. Хочется войти, смотреть на то, что он делает с его малышкой, но Антон решил, что Даниле лучше этого не видеть. Никому лучше это не видеть…       Спустя полтора часа дверь всё-таки открывается и Антон выносит бессознательное тело на руках. Кашин сразу же подрывается с места, и за секунду оказывается рядом с другом.       — Что с ней? — самый волнующий его вопрос.       — Жить будет… — у Данилы будто бы камень с души падает, поэтому он облегченно выдыхает. — Пуля не задела жизненно важных органов, стрелявший или косой, или неудачник… Но нам это только на руку.       Антон медленно следует в гостевую комнату, придерживая Лизу на своих руках, ведь идти она не может. Даня решил, что лучше всего сделать так, чтобы на время операции, она просто уснула. Мужчина аккуратно заносит её в одну из гостевых комнат и кладёт её на спину, пока матрас прогибается под весом тела девушки, правда совсем немного.       — Так, она проснётся через час, а может быть через два, я побольше дозу ввёл… — Данила старается создать все условия для своей любимой, поэтому поправляя подушку под её головой и накрывает одеялом. — Будет просить пить, но ты не давай, хорошо? — Кашин быстро кивает, не в силах оторваться от разглядывания её бледного личика. — Будет ныть, будет просить квартиру в Лос-Анджелесе, в общем бредить, но ты следи чтобы она не заговаривалась, иначе…       — Я понял, — резко прерывает его он.       — Ты сам-то как себя чувствуешь? — спешно спрашивает Антон, а после встаёт прямо перед старым другом.       Кашин отвечает, что его самочувствию можно только завидовать, но мужчина всё же проводит ему несколько тестов, чтобы опять его общее состояние. Глупые вопросы по типу: «Сколько пальцев?» и прочая врачебная хрень. Данила без трудностей проходит тест, даже не смотря на то, что несколько раз довольно сильно получил прикладом по голове.

Прошёл час

      Данила все ещё сидит рядом с Лизой, которая ровно дышит, замерев в одной позе. Её грудь равномерно поднимается и опускается, а пальчики на руках слегка подрагивают, когда Кашин касается их своими руками. Он ложится к ней, крепко обнимает её, прижимая к себе настолько сильно, насколько это вообще возможно, стараясь хоть как-то облегчить её страдания. У него перед глазами пролетела абсолютно вся жизнь, когда он услышал те три выстрела.       Лиза резко шевелит ногой, заставляя Даню немного привстать на кровати, продолжая наблюдать за ней. Девушка тихо стонет, начиная двигаться уже всеми конечностями, и от этого ей лишь больнее. Он аккуратно кладёт руку ей на плечо, как бы стараясь успокоить её, целуя щеки и поглаживая. Из её губ вырывается очередной стон, и она чувствует, что рядом с ней лежит её любимый, поэтому уже более осознанно прижимается к нему, вновь постанывая.       — Тише… — мягко проговаривает он. — Тише, любимая, все уже позади, — мужчина целует её в висок, а после укладывая на свою грудь, как маленького котёнка. — я люблю тебя…       В уголках собираются солёные слезинки, и она вновь пытается открыть глаза, вновь чувствуя пронзающую боль во всём теле. Она не понимает, где очаг этих самых ощущений и от этого становиться только хуже и больнее.       — Мне больно… — хрипло стонет Лиза. — Дань?.. Почему так больно?       Девушка хнычет, будто бы маленькая, а после громко айкает, когда прислоняется плечом к Даниле. Он сразу же двигается чуть-чуть подальше, аккуратно кладя её на кровать. Лиза дышит рвано, как будто стараясь ухватить побольше воздуха. Она боится, что закроет глаза и больше не откроет их, да и Кашина пугает это не меньше.       — Хочу пить, — уже более требовательно говорит она.       — Пока нельзя, — Данила поправляет наручные часы, подмечая время, через которое Лизе наконец можно будет выпить воду.       — Ну я хочу! — девушка сжимает руку в кулак и старается ударить по кровати, но сил катастрофически мало. — Хочу в Россию…       — Мы обязательно приедем обратно, не переживай, — мужчина кладёт руку на её живот, аккуратно поглаживая кожу, ведь её футболку пришлось разрезать и сейчас она лежит в нижнем белье.       — Дань, отвези меня к маме… — эти слова ударяют по Даниле и он не в силах что-то ответить. Неужели это конец? — Я хочу к маме, Дань… К маме хочу…       — Ты бредишь… — он кладёт руку на её лоб, чувствуя, что температура тела начинает повышаться, поэтому зовёт Антона, который все это время находился в соседней спальне. — Сейчас станет легче. — Хочу к маме…       Мужчина подходит к ней, вновь проводя тест с пальцами, и Лиза так же хорошо проходит его, что не может не радовать Антона. Они с Данилой быстренько переворачивают её на грудь, пока Антон быстро осматривает швы. Слышен лишь какой-то невнятный бубнеж Лизы. Поняв, что с его пациентом все нормально, он выходит вновь оставляя их наедине. Данила топчется на месте, не зная, что ему делать. Неужели Лиза хочет бросить его? Впрочем, после того, что с ней случилось — это вполне ожидаемо. Мужчина опускается на колени перед кроватью, беря в руку её маленькие ладошки, аккуратно потирая мягкую кожу. Лиза немного улыбается, чувствуя всю ту любовь и заботу, с которой он к ней относится.       — Лиз… — тихо произносит Данила, а после поднимает на неё глаза. — Я люблю тебя… — она еле слышно вздыхает, пока глаза становятся мокрыми от слёз. — Ты выйдешь за меня замуж?       В комнате царит тишина, которая немного пугает Кашина.       — У меня правда кольца нет, но… — он не успевает договорить, как она его прерывает, наконец выдавая столь долгожданный для него ответ.       — Я согласна… — еле слышно проговаривает она, а после улыбается чуть шире.       Эмоции на его лице меняются с невероятной быстротой. Он улыбается, до конца не понимая, это правда, или ему просто послышалось. Данила уже не в первый раз предлагает Лизе руку и сердце, но та всегда отвечала тем, что «подумает» над его предложением, а потом это как-то «забывалось». Мужчина понимал, что девушка была не готова к такому серьёзному шагу, но для себя Лиза уже понимала, что согласится только тогда, когда её признают мёртвой и перестанут искать.       Мужчина начинает целовать её руки, а Лиза лишь улыбается, подмечая то, насколько же он сейчас счастлив.       — Я люблю тебя, — тихо проговаривает Данила, касаясь теплыми губами её щеки. — люблю тебя больше всего на свете…

***

      Лиза тихо вздыхает, удобно устроившись на плече Кашина. Уснув в одном положении, она не двигается уже несколько часов подряд, так же не позволяя двигаться и Дане. За эту ночь он, кажется, наполовину «поседел». Дверь, ведущая в комнату тихо скрипит и отворяется, и Данила замечает в проёме жену Антона, которая аккуратно вытирает руки кухонным полотенцем.       — Дань, ты как? — почти шепотом спрашивает она, проходя внутрь комнаты.       — Хорошо… — мужчина старается посмотреть на лицо своей девушки, но она дергается, поэтому Кашин вновь принимает свою исходную позу.       — Может ты поешь? — Аня аккуратно поправляет прядь волос, которая выбилась из общей копны огненно-красных волос. — Я пасту приготовила.       Данила тяжело вздыхает и переводит взгляд на Лизу, которая вновь тихо вздыхает, обнимая его чуть сильнее. Он кивает головой и старается максимально удобно расположить Лизу, подсунув под неё одеяло, которое та с удовольствием обнимает, ведь оно не такое горячее, как Данила. Во всех случаях.       Мужчина устало потирает глаза, молча спускаясь на первый этаж, где уже находится Аня, пританцовывая и подпевая песне в своей голове. Девушка что-то делает рядом с плитой, наверное, завершает блюдо.

Flashback

      Студенческая общага. Вечер. А точнее уже ночь, но четырёх друзей это мало волнует, ведь проводить совместные ночи уже вошло в привычку.       Сбегать из общежития медицинского факультета, конечно, очень сложно, но Антон постоянно справляется. Хорошо, делать это действительно сложно, но попасть в женское общежитие, ночью — ещё сложнее. Вахтёрша уже знает их в лицо, поэтому, как только видит их, закатывает глаза и тяжело вздыхает. Данила и Антон, натянув блаженные улыбки, задабривают её конфетами и алкоголем. Сделав вид, что не видит их, парни быстро забегают в комнату на втором этаже.       В комнате их подруг уже давно готова еда и фильм, так же много одеял, в которые они укутаются. Аня сидит на диване, аккуратно перебирая пряди ярко-красных волос, пока Акиньшина лежит на её коленях. Позади сессия, третий год учебы остался позади, нервных клеток катастрофически мало, но настроение поднимается только от той мысли, что можно лежать и ничего не делать, не переживая за то, что из-за своей лени тебе поставят не очень приятную оценку.       Раздаются заветные три удара в дверь и девушки подрываются, наперегонки подбегая к двери. Аня первой достигает своей цели и быстро открывает дверь, затягивая обоих парней в комнату, схватив за грудки. Дверь хлопает, и теперь все четверо друзей находятся в комнате, смеясь, как ненормальные. Антон спешно обнимает подруг, а позже те же телодвижения совершает Кашин. Анна быстро подбегает к столу, на котором стоит огромная тарелки, в которой спокойненько так лежат макароны с сыром.       Они садятся на диван, укрываясь одеялами, чтобы наконец посмотреть фильм. Лера садится рядом с Даней, пока Антон якобы случайно кладёт руку на плечо Ани, обнимая её и та, на удивление всех, не убирает его руку, а лишь по-удобнее укладываясь на него. Даня, поняв, что кое-кто наконец смог расположить к себе Аню, а это значит, что ему наконец пора признаться и Лере. Это будет только тогда, когда закончится фильм, а сейчас они поедают макароны с сыром, честно приготовленные Анной.       Фильм заканчивается, и Антон с Аней начинают обсуждать фильм.       — Лер, пошли поговорим? — спешно спрашивает Даня, после чего она кивает и они одновременно встают.

Flashback end

***

      — Аня, я тебя обожаю, — быстро проговаривает Данила, отваливаясь на спинку стула. — как всегда вкусно, господи, я сейчас умру… — девушка усмехается, протирая одну тарелку полотенцем.       — Как в студенческие годы?       — Ой, приятно вспоминать… — прикрыв глаза, мужчина вспоминает события небольшой давности. — Только тогда мы покупали дешёвый сыр и макароны, а точнее на что денег хватало.       Оба усмехаются, и слышат, как хлопает входная дверь, а следом довольно громкие шаги Антона, который явно идёт на кухню.       — Я скоро уничтожу эту клинику! — громко выкрикивает Антон, заходя на кухню. — Как же я устал…       Он подходит к своей жене, целуя её в щеку, а после аккуратно кладёт ладонь на её живот, счастливо улыбается, слегка поглаживая его.       — Как вы? — тихо спрашивает он.       — Хорошо, — Анна целует его в ответ, а после подходит к верхнему шкафчику. — будешь кушать?       Антон кивает, садясь напротив своего друга, лицо которого не отражает ни одной эмоции. Он полностью в себе. Думает о произошедшем, никак не может перестать винить себя. Его так же пугает тот факт, что девушка неожиданно для него попросила отвезти её к матери, это его пугает, но так же он невероятно счастлив тому, что Лиза наконец согласилась на его предложение. Кольцо у него лежит в квартире, осталось только приехать и подарить его ей.       — Эй Дань, ты чего? — спрашивает его лучший друг, после чего он наконец обращает на них внимание. — Всё нормально?       — Да… Просто… — он поджимает губы, наматывая на вилку спагетти. — Я сделал Лизе предложение.       Анна с Антоном переглядываются, а после улыбаются, начиная поздравлять его, на что мужчина улыбается. Приятно услышать поздравление именно от лучших друзей, говорят, что свадебные хлопоты — невероятно приятное времяпрепровождение, которое отлично сближает молодоженов, но по рассказам его друзей — они несколько сотен раз поругались, а Аня так вообще пару раз хотела отметить бракосочетание.       — Пригласишь на свадьбу хоть? — усмехаясь спрашивает Анна, приподнимая одну бровь.       — А я буду крёстным? — пародируя манеру общения давней подруги, которую знает как облупленный, чуть громче говорит Данила, открывая глаза максимально широко. — Я хоть в бога и не верю, но, сука, только попробуйте сделать не меня!       Все заливаются смехом, а после слышат тихие шаги, которые доносятся откуда-то сверху. Кашин поднимает глаза, замечая свою девушку, которая выглядит, мягко сказать, не очень. Большие синяки под глазами, бледность кожи, потрескавшиеся губы — всё это пугает. Заметив небольшие красные капельки крови на полу, Антон широко раскрывает глаза, а после подрывается с места, так же как и Кашин.

***

      Рыжеволосый вновь сидит у той самой комнаты, где Антон спасал жизнь его девушки, сейчас он делает почти тоже самое. Швы упорно расходятся, не позволяя нормально закрепить ранение, поэтому он немного изменяет свою методику, и это работает.       Из-за двери появляется голова брюнета, и он машет ему рукой, чтобы он вошёл, и поначалу он даже пугается. Заходит, видя свою Лизу, которая, кажется, вовсе не чувствует того, что Антон что-то там зашивает. Немного улыбается, стараясь показать, что ей не больно и всё с хорошо. Садится перед ней на колени, беря за руки.       — Что такое? — спрашивает он у неё, но девушка лишь поглаживает его руку.       — Ничего… Всё хорошо.       — Ага, конечно, — как-то вредно говорит Антон, щелкая врачебными инструментами. — короче, если ты будешь вертеться, — он кладёт слегка окровавленные инструменты на маленький лоточек. — прибью раньше чем снова разойдётся, а ты, — вновь обращает внимание на Кашина. — не лезь к ней до полного выздоровления, поняли?       Оба кивают, и как-то смущенно улыбаются.       — Идите в комнату, посмотрите там что-нибудь, — он помогает ей спрыгнуть с кушетки, а после аккуратно поднимает на руки. — она сама может ходить.       — Ношу свою будущую жену на руках, че надо?       Все усмехается, и рыжеволосый выходит из импровизированной операционной, следуя в комнату. Дарит легкий поцелуй в макушку, пока она прижимается ближе к нему.

Прошло две недели.

      Лиза сидит на кровати, разглядывая красивое кольцо, которое Данила так величественно надел на её безымянный палец правой руки, сделав ей официальное предложение руки и сердца. Улыбается, не может нарадоваться тому, что выйдет за него замуж. Кашин и сам безумно счастлив тому, что русоволосая наконец ответила ему своим согласием.       Аккуратно проворачивает колечко на её пальчике, а после целует его, заставляя девушку наслаждено улыбнуться.       — Когда мы поедем в Россию? — спрашивает Лиза, сидя в его объятьях.       — Как только ты поправишься… — спокойно отвечает парень. — Ты всё ещё хочешь поехать к своей матери? Может быть мне поехать с тобой?       — Не нужно, — спешно отвечает она, а после ложится на его грудь, смотря прямо в глаза. — я не маленькая уже, сама смогу поговорить со своей матерью, представляешь? — говорит с нескрываемым сарказмом, из-за чего мужчина усмехается, поправляя её волосы.       Обнимает чуть сильнее, целует его в висок, проявляя к нему всю ту любовь, которую испытывает. Кашин же прижимает её к себе за талию, тем самым обнимая её в ответ. Неред начинает довольно нагло целовать его в губы, фиксируясь на торсе мужчины. Он улыбается сквозь поцелуй, принимает его, начинает ощущать руку девушки, которая опускается чуть-чуть ниже, проскальзывает под брюки и в этот момент дверь открывается, прерывая двух, уже возбужденных, людей. Кашин сбрасывает с себя и без того спрыгивающую русоволосую, те самым отправляя её ещё дальше, нежели она планировала. Слышится грохот, а после оглушительный смех девушки, который подхватывает и Даня, смотря на пол, где так удобно уместилась его невеста.       — Вы че тут беситесь? — спрашивает Антон, строя из себя строгого лечащего врача. — Хотите чтобы швы опять разошлись?       — Со мной всё нормально, — ставит всех в известность, пока Данила нежно поднимает её с пола, вновь затаскивая на кровать. — и со швами тоже.       — Задумали ебстись тут? — настороженно спрашивает брюнет, а после опирается на косяк двери, смотря на двух взрослых людей, которые покраснели, как подростки. — Вы не думайте даже, вот разойдутся у тебя швы, будешь тут ещё месяц валяться, а половая активность негативно на это влияет.       — Ну я же её не в плечо ебу, камон! — Неред усмехается, немного стыдливо прикрывая лицо руками, но в тот же момент немного смущается из-за его лексикона, который он перенял у неё.       Антон демонстративно цокает, закатывая глаза и закрывая дверь, оставляя их наедине.       — Продолжим? — пошло усмехается, целуя его грудь.       — Не услышала, что сказал Антон? — мужчина останавливает её, тем самым самым заставляя немного осесть. — Пока не выздоровишь — никакого секса!       Злобно усмехается, чувствуя себя типичной сварливой женой из российского сериала, пока Лиза надувается и демонстративно отворачивается от него.

***

      Русоволосая сидит на кровати, не понимая, что ей делать и как не умереть от скуки. Даня строго настрого наказал ей не выходить из дома во избежании ситуаций, которые могут навредить самой Лизе, чтобы никому не пришло в голову захватить её в заложники, да и вообще для общей безопасности. Аня, конечно, всячески пыталась развлечь её, приносила какие-то вкусности, всё время шутя про то, что она «наложница Господина», а Лиза смеялась из-за такой иронии, смотрела с ней фильмы, учила готовить, в общем не давала ей особо скучать, но сегодня она ушла на плановое УЗИ.       Лиза походила, полежала, посмотрела в окно, сходила в душ, посмотрела телевизор, снова походила, занятия весьма не интересные, но другого способа развлечь себя она не знает.       Рыжая открывает дверь и заходит в дом, снимая с себя куртку и сразу же слышит громкий и частый топот. Неред видит её, здоровается и начинает спускаться, чтоб обнять её.       — Ну что? — воодушевленно спрашивает Лиза, отстраняясь. — Как там маленький?       — Всё хорошо, сказали, что скоро уже можно рожать, — как-то слишком мечтательно произносит Анна. — ой, — садится на пуфик, прикрывая глаза. — побыстрее бы встретиться с ним!       Лиза искренне улыбается, замечая безумно довольное лицо рыжеволосого. Она считает это настоящим счастьем.       — Антон приехал? — девушка отрицательно машет головой. — Блин, он обещал сходить со мной в магазин, посмотреть вещи для малого… — Аня смотрит на Лизу. — Лиз, — протягивает её имя, и русоволосая сразу же понимает, к чему она ведет.       — Даня запретил мне выходить из дома, типа, «для моей же безопасности», — поджимает губы, но в глубине души всё равно надеется, что рыжая сможет вытянуть её из дома.       — Ну блин, это уже садизм, почему он не разрешает тебе выходить, принц блять Уэльский! — возмущенно взмахивает руками, показывает всё своё недовольство.       Подходит к кухонному гарнитуру, наливая стакан воды. Опирается руками на столешницу, немного отпивает и ставит его на поверхность.       — Ну зайчонок, пошли со мной! А вдруг я начну рожать, а у меня нет ничего?! — спрашивает улыбаясь, тем самым подбивая Лизу на побег из неприступной башни. — Представляешь, как на меня будут смотреть в больнице? — подходит к ней, беря ту за руку и слегка раскачивая из стороны в сторону. — Ну камон! — видимо, в этом доме почти все переняли Лизин жаргон. — Когда ещё мы вдвоем погуляем по магазинам? Я Дане ничего не скажу, клянусь, а вернемся мы раньше, чем они.       — Ну ладно, ладно, уговорила, — быстро проговаривает Лиза, улыбаясь от милой настойчивости девушки. — мне надо пятнадцать минут, не родишь?       — Постараюсь!       Лиза быстро убегает собираться, пока Аня набирает Антону сообщение о том, что он козёл.

***

      Девушки смеются, ходя по большому торговому центру. Лиза с небольшим замиранием сердца ходит по нему, ведь даже в культурной столице Российской Федерации она никогда не видела подобного. Заходят в очередной небольшой магазинчик с детской одеждой и непроизвольно умиляются, ведь где-то внутри у каждой женщины присутствует материнский инстинкт. Глядя на всё это, Елизавета поначалу тоже захотела ребенка, но после пришло некое осознание, и желание само собой отпало.       — Лиз, как тебе? — девушка обращает внимание на небольшой синий костюмчик, который ей показывает Аня и улыбается.       — Очень мило, — трогает ткань руками, почему-то представляя их с Даней детей. — мягкий такой.       Нет, она не думает о беременности, она просто предаётся мечтам о будущем. Рыжеволосая кивает и кладёт этот костюм к остальным покупкам.       Спустя полчаса, за которые её подруга успела пересмотреть большую часть всего представленного, докопалась до консультантки, потому что захотелось. После своеобразного шопинга, Анна начала тащить Лизу в кафе, ведь совершенно внезапно «малыш начал просить еды», и отказывать ему нельзя, он же ещё не родился, ему нужны питательные элементы!       Хоть и Антон не разрешает своей жене пить кофе, но она это делает. Врач не высказал своё негативное мнение по этому поводу, и она со спокойной душой может делать это, будучи уверенной в том, чо её малышу ничего не угрожает.       Две девушки спокойно пьют кофе о чем-то беседуя, как вдруг Ане приходит сообщение от мужа, в котором дана четкая установка срочно ехать домой, потому что Даня рвёт и мечет. Лиза прикусывает внутреннюю сторону щеки, срочно проверяя свой телефон, а когда с ужасом осознаёт, что всё это время её гаджет находился в беззвучном режиме, а количество звонков от Кашина превысила лимит.

***

      Анна первая оказывается в доме, и сразу же слышит, как со второго этажа доносится довольно увесистое топание. Если судить по звуку, то это явно Кашин. Лиза слегка пугается, замечая, как рыжеволосый быстро спускается с лестницы, и быстро подбегая к ней. Резко берет её лицо в свои руки, трепетно рассматривая каждую впадинку. Так же осматривает её тело, прокручивая вокруг своей оси, пока Антон и Аня явно недоумевают.       — Я тебя прибью щас, — обнимает, облегченно вздыхая, говоря это не со злостью, а с некой нежностью.       Лиза прикрывает глаза, чувствуя, как он аккуратно поглаживает её по спине, как бы успокаивая в первую очередь самого себя в том, что с ней всё хорошо и никто не навредил ей. Она стоит перед ним, руки и ноги на месте, всё целое, поэтому беспокоиться не о чём. В ту же секунду все его эмоции сменяются на небольшой гнев и мужчина тянет её за руку в их комнату, на важный разговор.       Как только дверь закрывается, он резко подталкивает девушку в сторону кровати, чтобы она села, и приготовилась слушать его. Лиза скрещивает ноги, стараясь сесть в позу лотоса, и Кашин запирает её на замок, чтобы никто не мешал им.       — Лиз, что случилось? — она поднимает глаза на него, и только собирается открыть рот, как Данила тут же затыкает её. — Ты решила, что если меня нет рядом, то ты можешь делать то, что тебе вздумается? — девушка замечает, как он еле держится, чтобы не сорваться на неё. — Тебе, блять, не хватило той пули?       Он склоняется над ней, слыша, как девушка шумно сглатывает. Расстояние между их лицами буквально несколько миллиметров, и она видит каждую слегка блеклую веснушку.       — Как же хочется наказать тебя за это, ты просто не поверишь…

***

      Всегда больно расставаться с людьми, тем более с теми, кто за короткий период стал тебе роднее собственной матери. По щекам девушки стекают две слезинки, и они с Анной просто не могут оторваться друг от друга. Обнимаются уже минут пять, обещая друг другу, что обязательно приедут друг к другу. Объявляют посадку на самолёт и они всё же вынуждены расстаться.       Лиза заходит в их квартиру, облегченно падая на диван.       — Господи, мы дома… — тихо говорит она, замечая, как мужчина тащит и вещи в комнату. — Я так скучала по всей этой атмосфере…       — Я тоже.       Данила скрывается за дверью в спальню и спустя пару мину выходит обратно, уже в домашней одежде. Отправляет свою девушку в комнату, потому что им обоим нужно выспаться и привести себя в порядок. Покорно отправляется за полотенцем, пока Кашин открывает ноутбук, начинает что-то искать в интернете, но и не вызывает каких-то подозрений со стороны Лизы.       Горячая вода приятно окутывает её тело, и Лиза наслаждено прикрывает глаза. Она давно не принимала горячий душ, тем более когда ты в своей ванной, в своём доме — делать это в разы приятнее. Любимый аромат геля для душа ударяет в нос, и девушка несколько секунд просто вдыхает его запах.       Выходит из ванной комнаты, с намотанным на голову полотенцем и в большом халате, который закрывая всё её тело, примерно до щиколоток.       — Подойди сюда, — быстренько говорит Кашин, подманивая её к себе.       Лиза послушно кивает и подходит к нему, игнорируя предложение мужчины сесть рядом с ним на диван, садится прямо на его колени. Данила ухмыляется, чувствуя, как она обвивает руками его шею, смотря в ноутбук.       — Как тебе? — указывает взглядом на ноутбук, и Лиза берёт его на свои колени, принимаясь рассматривать то, на что ей нужно срочно посмотреть.       Девушка смотрит в ноутбук, замечая что он открыл сайт с недвижимостью. Большое количество фотографий, на которых изображен большой частный дом. Белые стены придают ему еще большей величественности, высокий забор, красивые ворота, огромный задний двор, бассейн прикрыт плёнкой, ибо сейчас довольно грязная весна, но несмотря на это во дворе довольно чисто и миленько. Её глаза моментально округляются, а маленький шок оседает в сознании. Лиза переводит взгляд на своего будущего мужа, слегка открывает рот от удивления, до сих пор не веря в правдивость происходящего.       — Я подумал, что перед свадьбой нам нужно обновить наше «семейное гнездышко»… — обнимает её, тем самым вновь подтверждая тот факт, что она уже дала ему своё согласие.       Девушка улыбается, как-то слишком подозрительно смотря на него. Ищет подвох, но, к сожалению, не может его найти. Его там просто нет.       — Мы сможем посмотреть его как только ты приедешь из Чайковского… — Данила самостоятельно переключает страницу, меняя её на сайт одной из авиакомпании, а лицо Лизы немного грустнеет. — Когда полетишь?       — Дань, я… — немного запинается, закидывая на него ноги и откидываясь на диван. — Я не знаю, стоит ли… — запинается, явно не зная, как объяснить своё поведение. — Боюсь, что она может пойти в полицию, боюсь, что вообще не пустит… А больше всего… — вспоминает подробности её «замечательной» жизни с отчимом, и на глазах наворачиваются слёзы.       Она опускает голову, стараясь перестать думать об этом, но назойливые флэшбэки всё возникают и возникают. Несколько раз выдыхает, и утирает слёзы, после чего вновь поднимает глаза, стараясь улыбнуться, но у неё этого не получается.       — Блять… — вытирает слёзы двумя пальцами, немного приподняв голову вверх. — Прости, я не могу…       Быстро встаёт и уходит в комнату, желая закрыться там от всего мира. Она думала о том, что скорее всего встретит отчима, но не готова, что это случится так скоро. Садится на кровать, старается взять себя в руки, она же уже взрослая. Встаёт, подходя к окну, чтобы хоть как-то отвлечься. Не получается…       Слышит, что дверь открывается, поэтому сразу отворачивается к окну, сглатывая ком в горле. Плечи немного подрагивают, а вздохи прерывистые, явно выдавая то, что она плачет. Но на душе у неё просто всё переворачивается. Ей невероятно больно вспоминать про все те домогательства с его стороны, ведь на тот момент она была, можно сказать, совсем ребёнком. Скорее всего, именно из-за унижений, которые она постоянно слышала от своего «отца», она именно такая. Покладистая, никогда не скажет лишнего, желая промолчать, хотя на самом деле её характер, который она пока что упорно скрывает, совсем не подарок. Все его действия вылились в раннюю сексуальную активность, как бы это странно не звучало.       — Лиз, — он закрывает дверь и решительно подходит к ней, кладя руку на плечо. — хочешь поговорить об этом?       Она отрицательно машет головой, подпирая лицо кулаком.       — Мне нужно побыть одной…       — Хорошо, я понял тебя. Отъеду по делам, если что, позвонишь, хорошо?       Вновь видит кивок, после чего выходит из комнаты, а после и из квартиры. У него действительно есть одно незаконченное дельце, связанное с его бизнесом, Лизой, и вооруженным нападением на них, даже не смотря на то, что по их «уставу» как-то трогать или задевать семью — самое подлое, что может быть.

***

      Заходит в кабинет, где его уже ждут. Встреча была назначена и ей суждено наконец случиться. Презрительно оглядывает стены, подмечая, что помещение больше похоже на какой-то кабинет мафиози… Хотя стоп! Так оно и есть!       На кресле, спиной к нему, сидит тот самый человек, который находится на самой верхушке из «бандитской лестницы», бандитской, конечно, грубо сказано, но по факту это так и есть. Данила хотел быть похожим на этого человека, но после того, что случилось с его невестой — любое желание отпало. Сейчас он хочет лишь высказать всё, что он думает.       — И зачем же ты пришёл? — хриплый голос отдаёт в его барабанный перепонках, и мужчина разворачивается на кресле, чтобы видеть своего собеседника. Окидывает взглядом, после чего заявляет: — Я думал, что мой главный конкурент выглядит немного иначе.       — Взаимно.       Присаживается на кресло, продолжая прожигать взглядом своего оппонента.       — Интригуешь всё больше и больше, очень пронзительный у тебя взгляд, — подмечает тот, а после скрещивает руки в замок, складывая их на столе. — я думаю, что ты пришел не просто обсудить со мной «работу», я правильно понимаю?       — Правильно, — слегка хрипит, после чего готовится наконец изложить суть проблемы. — мне помнится, что кое-кто, — специально делает акцент на последнем слове, имея ввиду именно его. — всегда говорил, что трогать семью — это подло. Я прав?       — Прав. Не понимаю суть твоих претензий именно ко мне.       — Твои парни стреляли в мою девушку! — начинает закипать и резко поднимается со стула. — Она вообще тут не причем, и никто не имеет права трогать её! — опирается руками в стол, склоняясь над ним.       Мужчина же просто смотрит на него, продолжая выслушивать всё то, что накопилось Кашине за всё время. Он продолжает, вновь высказывая и высказывая ему это, как будто он избивает этого человека словесно.       — Всё сказал? — после двухминутного монолога Данила замолкает, выдыхая, а мужчина замечает кивок со стороны рыжеволосого. — Присаживайся обратно и успокойся, — указывает рукой на стул, после чего встает и достаёт два стакана и бутылку виски. — я прекрасно понимаю, что ты безумно обозлён из-за этой ситуации, потому что это действительно не норма, так не должно было быть, но ты должен понимать, что сам виноват во всём произошедшем, — ставит перед ним стакан, наполняя его. — тебе делали предупреждение, и ты его проигнорировал, мы сделали тебе второе предупреждение, ты решил уехать из страны, именно поэтому я передал это дело в руки своего лучшего подчинённого…       Не успевает договорить, как телефон Данилы начинает звонить и он сбрасывает вызов, даже не посмотрев на вызывавшего. Кладёт телефон рядом с собой, продолжая слушать все высказывания мужчины. Гаджет вновь начинает звонить и на этот раз на экране высвечивается фотография Дани и Лизы с того самого вечера, когда он водил её на импровизированный «корпоратив». Он обнимает её, а она улыбается, держа его руки на своей талии.

«лизонька»

      — Знал я одну «Лизоньку»… — говорит он, залпом выпивая весь алкоголь, как и Кашин. — Прекрасная светлая девочка… К сожалению, мы никогда с ней больше не увидимся.       Вновь наливает алкоголь, выпивая его.       — Подпишешь вот это, и тебя никто не беспокоит… — сует ему какой-то листочек, после чего также протягивает ему ручку. — Подумай про свою Лизу.