Судьба не всегда благосклонна

      Вдруг Готье остановилась. Сердце начало бешено колотиться: признак того, что её родственная душа волнуется. В это же время на руке, прямо на запястье, появилась почти невидимая царапина, постепенно становящаяся всё заметнее. Биение сердца стало настолько учащённым, что девушка просто не смогла продолжить свой путь. Она остановилась, облокотившись на стену. Джессика и Джек уже зашли в здание, поэтому не заметили состояния русоволосой. Финн уже собирался последовать их примеру, но, случайно обернувшись, увидел, что девушке плохо, поэтому не смог реализовать задуманное. Обречённо вздохнув, парень подошёл поближе. — Эй, ты в порядке? — Эмили заметила, что его самого колотила дрожь. — Да, прости, такое бывает, — Готье шагнула вперёд, но оступилась и полетела вниз.       Реакция Финна не подвела, он молниеносно подхватил зеленоглазую. Эми почувствовала ни с чем не сравнимую лёгкость, по коже пробежали тысячи мурашек, а тело, давно привыкшее к боли, словно заменили на новое, ещё ничем не повреждённое. Взгляд девушки упал на собственную руку. Но на том месте, где несколько секунд назад появилась царапина, не осталось ни следа. Серо-зелёные глаза округлились от удивления. На мгновение пропал дар речи, и старшеклассница впала в ступор. Финн также испытал схожие чувства: впервые за последнее время он смог ощутить необъяснимое спокойствие и расслабленность, будто всё горе, обиды и боль покинули его душу. Невольно молодой человек вспомнил момент из далёкого прошлого, когда внезапно ему стало так легко, что захотелось парить в облаках, забывая при этом обыденную рутину. — Только не говори, что это ты! — с раздражением в голосе воскликнул брюнет, даже не замечая, что девушка всё ещё находится в его объятьях. Только осознав происходящее, кучерявый оттолкнул от себя Эми, но не рассчитал силу, из-за чего та влетела в стену, больно ударившись об неё спиной. — Что я тебе сделала? За что ты так со мной? — девушка искренне не понимала, почему Финн так с ней поступил, в чём она перед ним провинилась, почему он причинил боль своему соулмейту. Раньше Эмили думала, что время, когда она наконец-таки встретит свою родственную душу, станет самым счастливым в её жизни, что после этого ей уже не придётся страдать и мучиться от нескончаемой боли, но, увы, её мечтам не суждено было сбыться. Было чертовски обидно. На колене снова начали проявляться царапины, видимо, из-за ярости парня. У него же, должно быть, где-то в районе предплечья появился синяк. Девушка лишь горько усмехнулась. — Знаешь, у меня с детства была всего одна мечта: познакомиться со своим соулмейтом и стать счастливой, но ты буквально за долю секунды смог всё разрушить! Я… — Заткнись! — кучерявый грубо перебил её и, схватив за запястье, прижал к стене, на которую она и так опиралась, — Ты же совершенно ничего не понимаешь! Такая же как и все — глупая девчонка! Хотя я был удивлён, что не подбежала ко мне с глупым восторгом и пронзающим с криком: «Финн Вулфард!» — Да что с тобой не так?! — Готье попыталась вырваться из крепкой хватки Вулфарда, но, к сожалению, ничего не вышло, — Что ты о себе возомнил? — Ах, даже так! Ты придуриваешься или серьёзно? Хотя, впрочем, неважно, — парень отпустил её руку. На месте, где секунду назад была ладонь парня, красовался алый отпечаток. — Наверное, ты прав! Я тоже не рада, что именно ты оказался моим соулмейтом. Грубый, заносчивый наглец, думающий лишь о себе любимом. Я бы предпочла больше с тобой не пересекаться, но так не пойдёт. Ты доставляешь мне слишком много проблем! — Сама-то не лучше, из-за тебя у меня все руки в шрамах… были. Давай так: скажи мне свой номер телефона и адрес, я позвоню, когда будет нужно. — Ага, — безразлично ответила русая. Она всё ещё думала о том, чтобы спросить у Финна о его проблемах, ведь это уже давно волнует её саму, но, взглянув в его холодные глаза, поняла, что просто не в состоянии этого сделать, — Передай Джесс, что мне стало плохо, и я пошла домой.       Вулфард смотрел на удаляющуюся фигурку девушки, мысленно проклиная и её, и себя за столь неадекватное поведение. Он, как никто другой, понимал чувства Эмили, ведь сам всего три года назад имел точно такую же мечту, однако слишком часто ошибался, и его довольно нередко предавали близкие люди. С приходом популярности многие из его друзей и знакомых начали пользоваться его известностью ради собственной выгоды, не обращая внимания на чувства четырнадцатилетнего подростка. Он перестал доверять людям, опасаясь нового предательства, перестал верить в то, что кто-то сможет сделать его счастливым, что существует человек, который не предаст и не причинит ему боль. Финн ощутил укол совести за то, что разрушил мечты Эми, но в то же время презирал её за то, что она верила в такую глупость, как «ни с чем не сравнимое счастье, которое принесет тебе твоя родственная душа». За то, что её никто не предавал, за то, что она выглядела такой счастливой, когда смотрела на свою подругу. Даже осознавая, что она ни в чём не виновата, что это ему не просто повезло, Финн ничего не мог с собой поделать. Он никогда не думал ни о ком, кроме себя. Обиженный на весь мир и разочарованный в жизни парень сам того не подозревая отыгрывался на бедной незнакомке, связанной с ним нитью судьбы.       Готье уже давно скрылась из поля зрения молодого человека. Она медленно плелась домой, пытаясь осознать только что произошедшее событие. Встретить свою судьбу и потерять всё в один момент. Это не могло оставить равнодушным даже человека, давно запершего все свои чувства глубоко внутри.       Девушка зашла в дом и поднялась в свою комнату. Она залпом выпила три таблетки успокоительного, которые уже давно не приносили никакого эффекта. Это было всего лишь плацебо, но, тем не менее, жизненно необходимое ей. С первого этажа послышался звонок. Встрепенувшись, она пошла туда, где оставила свой сотовый. На экране высветилась фотография Маклэйн, которую Готье сделала в начале учебного года, тогда была отличная погода, и Джессика надела новое платье, в котором красовалась весь день. Предавшись воспоминаниям, Эмилия невольно начала улыбаться, но быстро опомнившись, взяла трубку. — Эй, Эм, что с тобой? Почему так долго не отвечаешь? — раздался обеспокоенный голос с другого конца, — Ты где? Я сейчас же к тебе приду! Финн сказал, что тебе стало плохо. Пришлось отругать его за то, что не проводил тебя, а он, представляешь, только улыбнулся! Я в шоке! — Джесси, прошу, успокойся. Всё в порядке, я уже дома. Не волнуйся. Я хотела прилечь, отдохнуть, так что развлекайтесь без меня. Прости, что заставила поволноваться. — Ох, ты действительно меня напугала. Но, раз уж всё хорошо, тогда я спокойна. Давай, отдохни хорошенько! Сладких снов! — Пока, — тихим голосом пролепетала Готье, но на телефонной линии раздавались только обрывистые гудки. Джесс как всегда была слишком нетерпелива и эмоциональна. Сейчас Эмили была невероятно счастлива. Она уже давно не испытывала такого чувства. За неё, в самом деле, беспокоились, по-настоящему, не так, как родители — из-за приличия. Хоть и своеобразно, но искренне. В последний раз она ощущала нечто подобное лишь в начальной школе, когда только познакомилась с Джессикой. После этого лишь изредка Эми чувствовала лёгкость и спокойствие. Вероятнее всего, в это время был счастлив Финн.