Судьба не всегда благосклонна

      Финн стоял у кровати, неотрывно глядя на неподвижно лежащую Эмили, перенесённую Оливером с холодного пола. Уилсон ушёл из дома девушки порядка десяти минут назад, а Вулфард всё ещё не мог осознать произошедшую ситуацию. Понимая, что нужно что-то делать, парень вновь решил обратиться к мобильному телефону, но, к его ужасу, тот оказался вдребезги разбитым. В кучерявой голове промелькнули слова, сказанные напоследок Оливером. — Только я могу спасти её… — зацикленная фраза вновь и вновь раздавалась в его мыслях, ещё больше путая разум. — Но что я могу сделать?       Брюнет напрочь позабыл о том, что является соулмейтом Эми, в панике он метался по комнате, пытаясь придумать хоть что-нибудь. На прикроватной тумбочке он заметил уже распакованный бинт и флакон с антисептиком. «— Успокойся, он просто помогал мне!» — Она поранилась, почему же я сразу не догадался! Как можно быть таким идиотом! — Финн взял приготовленный блондином бинт и сел рядом с Готье. Тело девушки было сильно изранено эмоциями актёра, казалось, с каждой секундой она становилась всё бледнее и бледнее. Сквозь синяки, ушибы и порезы было сложно распознать кровавую ссадину. Взгляд парня скользнул по крошечной фигурке: растрёпанные волосы, неаккуратно разбросанные по подушке, по бледному лицу невозможно было различить, жива она или же нет. «Украшено» оно было несколькими порезами на лбу и щеках. Обладательница тонкой шеи, узких плеч, тонкие руки и ноги покрывало множество синяков, едва прикрытая небольшая грудь, через которую протянулся глубокий порез. Наконец-то взгляд парня переместился на кисть старшеклассницы. Он осторожно взял ладонь Эмили в свою и начал аккуратно бинтовать её. Заботливо завязав на руке своей родственной души бантик, парень вновь обернулся к её лицу. Бескровные чуть пухлые губы были слегка приоткрыты. Невольно Финн подумал о том, что если он обнимет эту хрупкую девушку — она тут же сломается, но вот её губы… Они манили его, притягивали, словно маяк, свет которого зовёт корабли, пробиваясь сквозь туманы и бури. Неспешно Вулфард наклонился к лицу Готье. Парень закрыл глаза и оставил на устах русоволосой короткий невесомый поцелуй. Финн оторвался от губ Эмили так же быстро, как и прильнул к ним. Да, чувства испытанные им в это мгновение нельзя было сравнить с теми, что возникали в нём от объятий с Эмили. На этот раз всё было в разы ярче, насыщенней, ощутимей. И это всего лишь от секундного прикосновения! Финн вдруг почувствовал себя так, будто лёг на мягкую перину, застеленную чистым постельным бельём, после тяжёлого дня, будто холодным вечером оказался у камина, закутанный в тёплый плед с чашкой вкуснейшего какао с маршмеллоу. Он услышал непередаваемый запах леса, корицы и свежеиспечённого хлеба. Он впервые почувствовал такую жизненную необходимость в ком-то. Она вмиг стала сильным наркотиком, без которого нельзя было прожить и дня. Теперь одного мгновения ему показалось катастрофически мало, бессознательно он вновь потянулся к таким мягким, холодным, обветренным губам, вновь возвращающим свой натуральный цвет. — Кхм, кхм… У тебя всё хорошо? — на лицо парня легла перебинтованная ладонь, обжигая холодными пальцами лоб и щёки. — Мм, прости, не знаю, что на меня нашло, — Эмили могла поклясться, что уловила яркий румянец на лице кучерявого до того, как он встал с кровати. — Погоди, ты поцеловал меня? — теперь краска смущения появилась на щеках юной особы. — Я не знал, что мне делать, — растерянно произнёс брюнет. — Тебе уже лучше? — Да, странно только, что не все раны затянулись, — девушка привстала на локтях и посмотрела на свои ноги, на которых действительно всё ещё оставались довольно сильные ссадины. — Если я предложу тебе закончить начатое, ты согласишься? — с долей надежды спросил парень, глядя в окно. Финну почему-то вдруг стало очень стыдно за только что произнесённую фразу. Это, несомненно, вызывало в нём смешанные чувства. Актёр впервые испытывал стыд из-за предложения простого поцелуя, ему не раз доводилось предлагать, точнее, соглашаться на предложения девушек о более интимной связи, чем незамысловатый поцелуй. Именно сейчас он почувствовал себя не знаменитым актёром, а невинным девственником, предлагающим нечто неприличное популярной однокласснице, которая в любой момент может не только отказать, но и послать куда подальше. — Я… У меня не останется вариантов, ты же понимаешь, что после поцелуя объятья уже не помогут. Чёрт, почему всегда всё происходит именно так? — Готье посмотрела на свою руку. Только сейчас она заметила появившуюся там повязку. — Правда, прости, я не мог себя контролировать, — Вулфард вновь подошёл к Эмили и сел рядом с ней. — Сейчас я очень сожалею о том, что сказал тебе такое. Меня захлестнули эмоции, не знаю, где в это время был мой рассудок. Понимаешь, у меня была девушка, и я безумно её любил, но она бросила меня. Прямо у меня на глазах начала целоваться с другим. После этого я долго даже думать не хотел о том, чтобы вновь вступить с кем-то в серьёзные отношения. Я был очень зол на Джека, когда он затащил меня на то свидание вслепую. А потом… потом появилась ты. И вся моя жизнь опять перевернулась с ног на голову. Я всегда проклинал судьбу за существование соулмейтов, но теперь я изменил своё мнение. Я рад, что познакомился с тобой. Я сорвался из-за того, что увидел тебя с ним. Подумал, что я снова останусь один. Я бы не выдержал этого. Прости меня… — Финн, — наверное, это был первый раз, когда Эмили назвала брюнета по имени. Парень посмотрел в серо-зелёные глаза, удивляясь тому, как здорово звучит его имя, когда его произносит она, — я не сержусь на тебя. Честно, даже если бы я и хотела, я бы всё равно не смогла долго на тебя обижаться. Мы же связаны как-никак.       Это стало последней каплей. Вулфард больше не испытывал того стыда и страха, что несколько минут назад. Слова русоволосой послужили сигналом. Финн приблизился к Эми, заставляя её, в свою очередь, податься назад и вновь опуститься на подушку от неожиданности. Кучерявый навис над ней, и, не медля, прильнул к мягким губам своего соулмейта. Эмили растерялась. Не то чтобы она была одной из тех, кто представляет свой первый поцелуй в безумно романтической обстановке, скорее девушка никогда бы не подумала, что найдётся тот, кто захочет её поцеловать. Для неё это было в новинку. Настолько контрастные, но чертовски приятные ощущения разнеслись по её телу со скоростью света. Девушка будто одновременно ощутила на коже тёплые лучи летнего солнца и окунулась с головой в прохладную воду в знойный летний день. Почудилось, что она бежит босиком по траве во время тёплого дождя, слышит запахи озона после грозы и свежескошенной травы. Казалось, теперь ничто не могло остановить Финна, углубляющего поцелуй с каждой секундой. Кучерявый расположил руку на бедре девушки, показывая тем самым, что это всё принадлежит ему, другой опёрся на кровать. — Эмили, почему входная дверь открыта? — послышался голос мистера Готье и звук распахивающейся двери, — Эмили?! — Папа? Что ты тут делаешь? — Эми резко оттолкнула от себя парня и вскочила с кровати. — Что за вопросы? Не забывай, что я твой отец и могу приходить сюда когда угодно. А сейчас я прихожу проведать дочь и вижу, что она занимается непристойностями с каким-то парнем?! — Я могу всё объяснить, — тихо сказала пристыженная Готье, не отрывая взгляда от пола. В это время к девушке подошёл Финн. Он явно не ожидал появления отца Эми в данный момент, ведь, по словам Джессики, (которая позвонила ему, как только вышла из дома подруги) Эмили по большей части живёт одна. — Мне не нужны твои объяснения, видимо, на тебе сказались гены твоей матери. Ты такая же гулящая вертихвостка, как и она! Нужно было тебя чаще пороть в детстве, может быть, тогда из тебя бы выросла приличная девушка, а не паршивая потаскуха! — Да как вы смеете так говорить о собственной дочери! — возмутился Вулфард, поражённый таким отношением родителя к ребёнку. Ему стало обидно, что с его Эми так обращаются, поэтому он во что бы то ни стало хотел её защитить, не допустить того, чтобы она опять страдала. Понимая, что старшекласснице сейчас нелегко, он взял её за руку. — А вам, молодой человек, вообще слова не давали! — вновь повысил голос мистер Готье, яростно сверкнув глазами. Вероятно, он пришёл в дом Эми, чтобы поскандалить с её матерью, а, не застав её дома, решил сорвать свою злость на дочери.       Юная Готье поняла это, но осознание лишь обострило её чувства. Не выдержав презрительного взгляда своего отца, девушка выдернула своё запястье из тёплой ладони брюнета и выбежала из дома. Она не знала, куда бежит. Разум был затуманен, лишь изредка она смотрела рассеянным взглядом на дома, которые уже спустя мгновение оставались позади. Глаза, наполненные слезами, слепили багряные лучи заходящего солнца. Не различая дороги, она бежала как можно дальше от дома, где многое успело произойти всего за один день. Не заметив перед собой препятствия, девушка споткнулась об лежащий на дороге камень. Уже через пару секунд Эмили оказалась на асфальте. Платье, которое некогда было светло-голубым, теперь было грязным и пыльным, а на коленках красовались большие царапины. Это заставило девушку остановиться. Боль, испытываемая в этот момент, возвратила Эмили в реальность. Она огляделась по сторонам. Вокруг не было ни одного человека. Видимо, Готье успела добраться до окраины города, сама того не заметив. Ближайшие дома находились в полутора километрах от места, где она сейчас находилась. По ощущениям с момента выхода из дома прошло не менее часа. Эмили как обычно не взяла с собой ни телефона, ни денег, ни ключей. Становилось темно и прохладно. Ужасно болели колени, а из ран уже струились тонкие струйки крови. Она не имела ни малейшего понятия ни о том, где она сейчас, но и о том, как ей добраться до дома. Единственное, что Готье знала наверняка — это то, что она очень устала и ей просто необходимо сесть и отдохнуть. В нескольких метрах от девушки находилась река и мост, проходящий через неё. Она никогда не была здесь прежде и, по правде сказать, не знала, что поблизости находится канал. О водоёме Эми могла сказать лишь то, что выглядел он внушительно. Широкая и, бесспорно, глубокая река с быстрым течением завораживала. Водная стихия всегда казалась девушке самой привлекательной из всех: спокойной и умиротворённой, и в то же время эмоциональной и подвижной, она возрождает и очищает всё, к чему прикасается. Задумавшись над этим, девушка ещё долго стояла на середине моста и смотрела, как тонут и уплывают случайно упавшие в воду ветки и листья. Она думала о том, как здорово было бы очистить мир от бед и грусти, как прекрасно было бы, если бы в мире не было боли и страха. Одинокая слеза скатилась по её щеке от этих мыслей. Если бы всё было бы так просто! Но мир жесток, а судьба не всегда благосклонна. Порой всё заходит в тупик и остаётся только один выход…       Эмили медленно перелезла через невысокие перила моста, держась руками за ограждение. — Один шаг и всё измениться, всего одно движение и боль уйдёт. Всё станет прекрасно, передо мной откроются новые миры, я исцелюсь, стану чище… — думала девушка, не отрывая взгляда от водяной дороги, которая уже давно была поглощена тьмой.       Одно движение… И русоволосая девушка в когда-то светло-голубом платье растворилась в ночной бездне. Через мгновение послышался всплеск, который появился ровно на секунду и сразу же затих. Там, где минуту назад была она, осталась только темнота и мягкий звук течения, поглощающий в себе все прочие звуки.

***

— Как вы можете называть себя её отцом после всего, что посмели ей сказать? — Финн старался сдержать тот гнев, что так силился вырваться наружу. — Это не твоё дело, как я разговариваю со своей дочерью. Кто ты вообще такой, чтобы вмешиваться в наши семейные дела? У тебя нет ни малейшего права не это! Если ты решил воспользоваться этой шлюхой, а я тебе помешал, то уж прости. А теперь проваливай из моего дома! — Вообще-то всё, что касается моего соулмейта, имеет ко мне непосредственное отношение! — парень невольно вспомнил, как совсем недавно говорил туже фразу Оливеру. — Ах, значит, ты её соулмейт, тогда тебе, наверное, нелегко пришлось, да? — брюнету показалось, что мистер Готье сменил гнев на милость и теперь разговаривал уже не так, как прежде. — Что вы имеете в виду? — не понял Вулфард. — Ну, в нашей семье не было ни дня без скандала, до нашего с её матерью развода, а Эмили, похоже, девочка впечатлительная. Должно быть, жизнь здесь была для неё не простой. — Что?! Развод? — Возможно, именно это послужило причиной пессимистического настроения Эми. Почему я не выслушал её тогда? Какой же я идиот! — именно сейчас он задумался о том, куда могла пойти девушка. Не закончив разговор с мистером Готье, парень вышел из дома и огляделся. На улице не было ни малейшего признака присутствия русоволосой. Он плохо знал этот район и не имел ни малейшего понятия, откуда начать искать Эмили. Конечно, ему в голову не пришло ничего лучше, чем вновь позвонить Джессике. К сожалению, блондинка ничем не смогла ему помочь. Брюнет бегал по дворам и переулкам, пытаясь найти свою родственную душу. Но всё оказалось тщетно. Вскоре парень почувствовал жжение в области предплечья и, откатав рукав, обнаружил тоненький порез. У Финна появилось плохое предчувствие. Он понял, что прогадал. Нельзя было отпускать её, нельзя было допускать того, чтобы она убежала. К этому времени он вышел на окраину. Впереди он уловил какое-то движение, еле различимое в спустившихся на город сумерках. На мгновение сердце парня перестало биться. Он понял, что случилось нечто непоправимое. Вулфард бросился к мосту, на котором, как ему показалось, только что стоял человек. Он всем сердцем надеялся, на то, что этот человек — кто угодно, но не его Эмили. Когда он добежал до моста, там уже никого не было. Воздух был пропитан ночной прохладой и наполнен звуком быстрого течения, уносящего вдаль всё, что поглощала водная гладь.