Я слышу твой голос

      — Доброе утро, Чимин-и!       Тренировка по танцам была в самом разгаре, когда Пак Чимин в очередной раз услышал нежную женскую речь. Он уже полюбил столь родной и привычный голос, который заботился о нём, переживал и, казалось, тоже любил его. Поначалу это, конечно, пугало. А уж как удивились другие мемберы, когда спустя недели парень решил ответить этому голосу. Общим советом было решено отправить Минни к психологу.       «Трудная и нервная работа не хорошо повлияла на ваше сознание», — обращался он к Чимину. «Должно быть, чувство одиночества, нахождение вдали от семьи, породило в вашей голове голос, который бы своими советами восполнял недостаток заботы. Пока это не вредит окружающим, не вижу смысла это как-то лечить, иначе вам придется покончить с карьерой айдола».       Наставления психолога привели Чимина к мысли о том, что неизвестный голос в голове могут принадлежать воспоминаниям о его матери. Мемберы больше не говорили с ним об этом, но парень решил больше не отвечать голосу. По крайней мере, когда его мог кто-то услышать.

***

      — Спокойной ночи, Чиминни.       — Сладких снов, Мия, — прозвучало в ответ. Было неловко, что голос обращался по имени, поэтому Чимин назвал его простым именем девушки из игры, в которую иногда играл.

***

      — Оденься сегодня потеплее! И не забудь зонтик, — донеслись приятные слова.       — Хорошо, Мия.

***

      — Как ты себя чувствуешь? У тебя все хорошо? — вновь тревожный голос взялся из ниоткуда.       Чимин отвлекся от беседы с друзьями и попросил отлучиться по делам. Почему-то ему казалось, что невежливо оставлять такое беспокойство без должного отношения и нужно обязательно ответить. Чимин поспешил покинуть кафе и, всунув наушники в оба уха, чтобы прохожие решили, что он разговаривает по телефону через них, ответил:       — У меня всё хорошо, но голова болит всё чаще в последнее время. Только не переживай, пожалуйста! Сегодня мы записывали песню для нового альбома в студии. Правда, я ещё не кушал. Надо бы этим заняться, когда приду домой. Так, что же ещё... — он задумался. От разговоров, казалось бы с самим собой, ему становилось лучше. Как если бы он вёл личный дневник. Да, именно так. Нет же ничего странного в том, что он отвечал голосу в своей голове. Так думал Чимин. — Пожалуй, всё. Я очень устаю, но ты будто наполняешь меня энергией. Спасибо, Мия.

***

      Так могло продолжаться ещё очень долго, пока в один момент голос не потряс сознание Чимина. Соён тогда переживала трудные времена: ей было сложно справиться со сложностями в учёбе, подруга от неё отвернулась, потому что «ты о каком-то парне с другой половины Кореи переживаешь больше, чем обо мне».       — Чимин... ты же известный айдол. У тебя много работы, и нет времени на обычных фанаток. Я ведь так много тебе писала, а ты мне не ответил ни разу, — девушка стояла у своей стены с постером, оперившись на неё одной рукой, а другой поглаживая фотографию любимого. Чимин тогда готовился спать, но несомненно такая исповедь отвлекла его от этого занятия. Он закрыл уши руками, чтобы не отвлекаться на посторонние звуки, и прислушался к голосу в голове.       — Я люблю тебя больше, чем кто-либо. Но она права: ты всё равно меня не слышишь. Я была действительно счастлива, помогая тебе каждый день, — Соён закрыла лицо руками, и из её глаз полились слезы. Больше она ничего не сказала и вышла из комнаты.       Чимин же в это время не знал, куда себя деть. Он был уверен, что голос в его голове всего лишь защитный рефлекс, который создал его мозг. Осознание того, что Мия на самом деле не Мия, а живое существо, настоящая девушка, которая разговаривала с ним каждый день и советовала, как лучше поступить, выбило его из привычной колеи. Как же так, он больше не услышит её голос? Не расскажет о том, что творится на сердце? И кто вообще эта «она», которая сказала его милой Мие такую глупость? А самое главное: кто эта девушка?       Ему хотелось в ту же секунду вскочить и перечитать все письма фанаток, которые он получал за всё время его карьеры, но тревожная мысль не покидала его голову. Что он знает об этой таинственной девушке? Абсолютно ничего. Даже имя, которым Чимин к ней обращался, было выдуманным и уж точно не поможет узнать, кто она. Мия никогда ничего о себе не рассказывала. Её всегда волновал только Чимин, его благополучие, здоровье. А он и не спрашивал никогда. Сейчас он действительно осознал, что никогда не интересовался, как она сама себя чувствует, покушала ли. Он был обязан это исправить и найти Мию.