Секреты Гарри

      Сегодня утро было неспокойным. Большой зал был наполнен гулом школьников, которые очень взволновано что-то обсуждали. Даже тихие хаффлпаффцы едва сидели на месте постоянно шушукаясь между собой. Единственный факультет Слизерин тут же успокоился, стоило только профессору Снейпу посмотреть ледяным взглядом на школьников.       – Тишина-а-а, – объявил Дамблдор, использовав заклинание сонорус и дети тут же стихли. – Я прекрасно понимаю ваше волнение, но убедительная просьба сохранять спокойствие в зале.       Гул заметно уменьшился, но полностью не прекратился. Множество шепотков распространялось по всему залу. Хотя бы так учителя смогли вздохнуть с облегчением.       – Почему мы должны быть лишены прогулок по Хогсмиду только из-за дурацких слухов! – возмущенно проговорила гриффиндорка Анджелина Джонсон.       – Ради безопасности, – с сарказмом проговорил Фред своей однокурснице.       – С дементорами мы тоже в безопасности! – сказал Джордж не менее саркастично.       – Почему же тогда чемпионат по квиддичу не отменили? – в разговор старших втянулся Рональд Уизли.       – Сплюнь Ронни, – с долей серьёзности сказал Фред.       А Джордж, в свою очередь, зарядил отменным подзатыльником. С громким «ай» и бубня себе под нос, про то, какие старшие братья противные, Рон присел рядом с Гарри.       – Мне кажется этот год по событиям превзойдёт прошлый, – недовольно пробурчал Рональд.       – И не говори, – зевая и ковыряя ложкой кашу, ответил Поттер. Гарри чувствовал себя отвратительно. Он за всю ночь не смог сомкнуть глаз, накручивая себя. Одна мысль за другой мелькала в его голове, представляя наихудшие варианты сегодняшнего разговора со Снейпом.       Гарри достаточно долго избегал профессора Снейпа, а на отработках вёл себя тише воды, ниже травы. В остальное время только зельеварение заканчивалось, и он самым первым вылетал из класса, оставляя позади недоуменные взгляды остальных членов неистовой четвёрки.       – Доброе утро, – такой бархатный и в то же время ледяной голос прервал поток мыслей у Гарри.       – Доброе утро, профессор Снейп, – хором ответили Гарри, Рон и Гермиона.       – Сегодня я буду разговаривать с каждым отдельно, – растягивая каждый слог, произнёс Северус.       – А почему не профессор МакГонагалл? – Рон был раздражен и совершенно не понимал, почему за выходки отчитывает не декан Гриффиндора.       Северус видел напряжённые мышцы лица Рона и как рука сжимала ложку, отчего было понятно, какие эмоции испытывает второкурсник.       – Потому что, Мистер Уизли, такова просьба самого директора Дамблдора. Этого аргумента Вам достаточно? – от тона Северуса у детей пошли мурашки по коже. Рональд, испугавшись, нервно закивал.       – Замечательно, – тут же сменил интонацию Снейп. – После завтрака в мой кабинет идёт Мисс Грейнджер, после обеда Мистер Уизли и после ужина Мистер Поттер. Разговор с каждым будет индивидуальный, – на последнем слове профессор внимательно посмотрел в глаза Гарри, отчего тот едва заметно вздрогнул.       Гриффиндорцы нервно закивали, провожая черную фигуру до профессорского стола. Уже через пять минут Снейп что-то активно обсуждал с Минервой.       – Ну что ж, перед смертью не надышишься, – Гермиона с большим нежеланием начала впихивать в себя овсяную кашу.       Нервничая Гарри окончательно расхотел есть, а вот Рон, наоборот, принял попытку успокоится, съедая всё что вокруг съедобно.       – И что вы натворили?..       –... Ещё и без нас?       Фред и Джордж почувствовали, как нотки страха, раздражения и злости витали вокруг трио. Не теряя времени, они подсели поближе к второкурсникам, ожидая начала истории.       – Ну обычная шалость, ничего такого, – Рон ещё сильнее разнервничался. И вместо насыщения пищей начал грызть ручку ложки.       – Та-ак, это явно что-то интересное! – хором произнесли близнецы.       – Этот разговор точно не для большого зала! И вообще, скорее всего нам нельзя об этом рассказывать, потому что это очень серьёзно! – Грейнджер строго посмотрела на близнецов Уизли, но они только расхохотались.       – Так забавно смотреть как второкурсница пытается быть серьёзной, правда Фордж?       – Правда Дред! Хорошо, как насчёт встречи в заброшенном классе сегодня?       – Хорошая идея! Мы знаем хорошее местечко для сплетен! – ехидно произнёс Фред, ожидая что ответят второкурсники.       Ребята понимали, что близнецы теперь не оставят их в покое, а если их отговорить, то они потом припомнят очередной шалостью.       – Точно не сегодня! Вообще зачем вам это знать? – Гермиона почувствовала, что во рту всё пересохло, поэтому она поспешила выпить стакан яблочного сока.       – Ну, понимаешь мы увидели очень встревоженного Ронни...       –... Он же наш братец и мы за него переживаем!       Глаза, которые горели у близнецов Уизли минутой ранее, тут же погасли, наполнившись серьёзностью.       Лицо Рона вытянулось. Он не знал, что его вредные братья, так беспокоятся за него.       – Сириус Блэк бродит по Хогсмиду. И мы с особой тщательностью будем поглядывать за вами, – Фред на мгновенье стал выглядеть старше, чем есть на самом деле.       – А то мы помним ваши приключения в прошлом году! – добавил Джордж.       После этого близнецы наигранно откланялись и направились к выходу, попутно крича о встречи, которая обязательно состоится в ближайшее время.       Но ближайшего времени не случилось.

***

      Гарри стоял напротив двери в кабинет профессора Снейпа. Вспотевшими руками Поттер постучал о деревянную поверхность, ожидая ответа войти. Услышав голос зельевара, Гарри потянул на себя дверь, которая казалась сегодня особенно тяжёлой.       – Добрый вечер, сэр, – второкурсник переминался с ноги на ногу, не зная как себя повести дальше.       Гарри был наслышан о непростом разговоре со Снейпом от Гермионы, от Рона. Декан Слизерина говорил устрашающе тихо, отчего гриффиндорцы думали только о том, чтобы лучше мужчина кричал. Разъяснительная беседа с каждым длилась по полчаса, но казалось, словно она была вечность.       Удивительно, что с каждым мужчина говорил с индивидуальным подходом, потому что рассказы друзей совершенно отличались.       Гермиону отчитали за то, что она, на данный момент, как самый осознанный человек в компании, должна была повлиять на мальчишек и отговорить совершать необдуманные поступки. Северус надавил на неё и Гермиона рассказала правду про то, где они собираются, про то, что действительно намеренно прогуливали уроки, а также все догадки, которые обсуждали дети. После воспитательной беседы с Гриффиндора сняли пятнадцать баллов и добавили отработки с Филчем на целый месяц.       Когда Грейнджер пришла к друзьям, она со слезами на глазах созналась в том, что абсолютно всё рассказала профессору Снейпу. После такого признания Гарри отнёсся с пониманием, а Рон разозлился и обидевшись не разговаривал с подругой ровно до встречи с ужасом подземелий.       Во время разговора с Роном, Снейп был ещё более устрашающим, чем с Мисс Грейнджер. Он отчитал его за безрассудство, за легкомысленное поведение и рассказал самые страшные последствия, которые могут произойти в ближайшее время. Северус надеялся, что, запугав мальчишку, тот подумает, что натворил.       Эмоции давили на Северуса и ему хотелось наказать детей строже, но они учатся даже не на его факультете. Только Драко является исключением, потому что он не только Слизеринец, но также сам Люциус Малфой дал разрешение на рукоприкладство. Он более строг со своим сыном и если ранее Северус к любым шалостям относился более снисходительно, то последние проступки переходят все границы. Если Люциус об этом узнает, то Драко ждут ещё бОльшие неприятности.       Поэтому все что оставалось, так это лишить Мистера Уизли пятнадцати баллов и также назначить целый месяц отработок.       Рон, осознав свои проступки, испугался за себя и за своих друзей. Покидая кабинет зельеварения глаза у второкурсника были на мокром месте, и он тут же помчался извиняться перед Гермионой.       Увидев, красные от слёз глаза, она в расстроенных чувствах обняла своего рыжего друга.       Сейчас Гарри понимал, что теперь они как открытая книга для профессоров.       – Не стой как статуя, – отстранённо произнёс зельевар, что то, активно зачёркивая в пергаменте.       Гарри тут же поспешил сесть на привычное место, ожидая окончательного вердикта. Сердце билось немного чаще чем обычно, но уже было не так страшно, ведь профессор и пальцем не тронул друзей-гриффиндорцев.       Кабинет накрыла напряжённая тишина. Северус вчитывался в эссе учеников, а Мистера Поттера рядом словно не существовало. Из-за отсутствия шума Гарри казалось, что у него заложило уши, поэтому он начал шаркать ногами по полу. Возможно, так профессор зельеварения вспомнит, что его ждут.       – Мистер Поттер, успокойте Ваши ноги, – ставя оценку Снейп нажал на перо сильнее, чем нужно.       Второкурсник внимательно посмотрел на профессора, желая понять, когда он сможет уйти. Каждая минута проведённая здесь усиливало желание покинуть это место.       Снейп, в свою очередь, пытался собраться с мыслями. За весь день он так и не смог придумать с чего начинать разговор.       – Поттер, перестаньте испепелять меня взглядом! – строго сказал зельевар, отчего Гарри вздрогнул и опустил голову.       – «О, Мэрлин, я не с этого хотел начать!» – Северус мысленно стукнул себя по лбу.       Чтобы хоть как-то исправить положение он встал со своего места и подошёл к гриффиндорцу. Гарри не смотрел на Снейпа, но боковым зрением увидел, как чёрный силуэт стремительно направился к нему. Все мышцы в теле тут же напряглись, ведь было неизвестно чем закончится этот разговор для них обоих.       – Я понимаю, что мы с Вами не очень ладим, но... давай попробуем поговорить спокойно и как взрослые люди, – Северус сказал настолько мягко, насколько это было возможно, но Гарри даже не поднял взгляда.       В любом случае было очевидно, что ученик внимательно слушает профессора Снейпа.       – Вы сделали правильно, что отдали дневник директору Дамблдору, – Северус неловко положил ладонь на плечо Гарри.       От прикосновения такой холодной ладони, через ткань рубашки второкурсник почувствовал, как по коже распространилось множество мурашек.       – Ты совершил серьёзные проступки, и я кажется просил тебя всё мне рассказывать...       – Но зачем это Вам, сэр? – неожиданно прервал собственное молчание Гарри. – Если это приказ Дамблдора...       – Профессора Дамблдора, – тут же поправил Северус.       – Ну да, если это приказ профессора Дамблдора, то тогда я могу ему напрямую всё докладывать, – в голосе послышались расстроенные нотки, что тут же заметил Снейп.       – «Он, что привязался ко мне?» – удивлённо подумал Северус, тут же отгоняя такую абсурдную мысль.       – Это моя инициатива, а не директора. Понимаешь, ты вообще не должен во всё это вмешиваться. И рассказывать должен только то, что тебя тревожит. Ты ещё совсем ребёнок и у тебя на уме должны быть только учёба или игры.       – Но я же мальчик, который выжил, – горько констатировал факт Поттер.       Он дёрнул плечом, давая понять, чтобы его отпустили, но Северус сжал руку сильнее.       – Мир не крутится вокруг тебя...       – Да-да, я знаю что Вы скажете, не мыслить, как мой отец, но только я не как он, – мышцы напряглись, а правая рука начала сминать пальцы левой.       – Я не это хотел сказать. Ты сам находишь неприятности, по итогу думая, что недруги пришли за тобой.       Гарри поднял голову и со злостью посмотрел на профессора. Зелёные глаза немного потемнели и Северус тут же сместил свой взгляд на нос собеседника. Было невероятно тяжело видеть такие эмоции в таких же глазах, как у любимой женщины.       – В прошлом году Волдеморт пришёл чтобы воскреснуть! Он знал моё имя и вещал о том, что убьёт меня!       Северусу резко стало холодно и по телу прошлась неприятная дрожь.       – Поэтому я прошу тебя рассказывать мне всё! Профессор Дамблдор могущественный, но он не сможет всё время присматривать за тобой.       – Но у Вас столько Слизеринцев...       – Повернись ко мне полностью.       Гарри сделал то, что сказал профессор, развернувшись всем корпусом к мужчине.       – А теперь послушай меня внимательно, – Снейп присел на корточки, чтобы быть на одном уровне глаз и двумя руками взял Гарри за плечи. – Со временем я объясню причину, почему именно я приглядываю за тобой, но поверь, делаю это по своей воле, а не по чьей бы то ещё. И запомни, кто бы что не говорил, но я всегда буду на стороне света и защищать тебя.       Глаза у Поттера забегали в разные стороны. Профессор Снейп был настолько близко, что Поттер видел каждую морщинку на его лице. Чёрные омуты глаз показывали вселенскую усталость и.… беспокойство?       – Надеюсь, этот момент мы прояснили?       Второкурсник растерянно закивал головой, словно болванчик.       Снейп удовлетворённо кивнув в ответ отошёл от Гарри и сел на стул соседнего ряда.       – Итак, а теперь обсудим твоё поведение.       Гарри также быстро закивал в ответ, полностью расслабившись. Казалось, с души свалился огромный булыжник.       – Во-первых, Сириус Блэк! По твоей милости он сбежал из Азкабана! – Северус тут же напрягся, вспомнив сегодняшнюю новость о том, что преступник уже в Хогсмиде. – Ты спровоцировал убийцу и теперь мы не знаем, что ожидать от этой ша... неадекватного человека.       – Но, сэр, диалог был абсолютно анонимным, я всего лишь хотел узнать правду! – немного повышенным голосом ответил Гарри.       – Не кричи, Поттер! – немного рявкнул Снейп и уже продолжил тихо. – А теперь включи свой мозг. Насколько логично было спрашивать преступника, который сидит в непростой, а магической тюрьме уже одиннадцать лет?!       – Уже сидел...       – Гарри! Я тебя спрашиваю?!       – Мы с друзьями читали о том, что его посадили без суда, поэтому хотели докопаться до истины, – Поттер начал теребить свою рубашку.       – Ты мог подойти ко мне, в конце концов, и мы бы обсудили это!       – Простите, я тогда столько наговорил Вам лишнего. Я... – Гарри глубоко вдохнул и на выдохе произнёс. – Я боялся подходить к Вам.       Северус нахмурился.       – Почему?       – Я очень обидел Вас, сэр. Мне не стоило говорить Вам все те слова, что сказал.       Услышав эти слова, Северуса тут же накрыли воспоминания о конфликте с Лили. В его голове эхом прозвучало проклятое слово «грязнокровка», отчего в горле образовался неприятный комок, который казался душил мужчину.       – Не вини себя, ты сказал это на эмоциях, да и в чём-то ты прав. Я не злюсь на тебя, но только пообещай, что будешь рассказывать мне всё?       Гарри смутился и неловко кивнул в ответ.       – Значит про Сириуса Блэка нет смысла тебе рассказывать, – скорее констатировал факт Снейп. – Как ты про него узнал?       – Просто ребята мне рассказали, что у меня есть крёстный, – пожал плечами Гарри.       – Хорошо, – произнёс Северус.       После этого мужчина продолжил читать нотации о том, что детям нельзя лезть в проблемы взрослых. Разжевал каждую ситуацию, где Поттер с друзьями должны были поступить иначе. Назначил отработки у самого Северуса на целый месяц.       Вскоре разговор плавно перешёл в приятную беседу, мужчина рассказал пару небольших историй про него и его маму. Гарри впитывал каждое слово, каждую интонацию, потому что только так он мог соприкоснуться с таким далёким, но таким дорогим человеком.       Казалось, каждый забыл о тех брошенных словах ранее.       – Гарри, помнишь я как-то предлагал заниматься окклюменцией?       От такого вопроса второкурсник напрягся, но кивнул в ответ.       – Сейчас я вынужден настаивать, – Снейп скрестил руки на груди, ожидая реакцию Поттера.       Поттер сглотнул и внимательно посмотрел на профессора. Другой ответ мужчина точно не примет.       – Но зачем мне это нужно?       – Ну, во-первых, ты научишься контролировать эмоции, во-вторых, ты станешь более осознанным, а в-третьих, у тебя будет ментальная защита.       – Ну, звучит довольно заманчиво, сэр, – Гарри неловко улыбнулся.       Ему всё ещё не нравилась эта затея, но возможно это к лучшему. Северус в этот момент думал о том, что это будет хороший способ сблизиться с мальчиком и возможность узнать его прошлое.       – Так, мы уже засиделись, – Северус встал с насиженного места. – Пойдём я тебя провожу, только сначала я кое-что тебе дам.       Мужчина ушёл в лабораторию, а Гарри послушно остался его ждать. В кабинете зельеварения стало достаточно холодно. Осознав это Гарри почувствовал дрожь по всему телу и нос от холода заметно покраснел.       Когда Северус вернулся назад, он увидел дрожащего Гриффиндорца, словно кленовый лист. Он устало вздохнул и наложил согревающее заклинание.       – Давно не болели, Поттер? – Северус протянул книжку по окклюменции. – Это отличный помощник в нашем занятии. Завтра у нас первый урок и убедительная просьба прочитать ведение, всё понятно?       Гарри с неохотой кивнул и взял учебник в руки.       – Спасибо, сэр.       – А теперь пошли до твоей гостиной.       Когда Гарри шёл рядом с профессором Снейпом, то он впервые почувствовал себя по-настоящему в безопасности. Уверенные шаги зельевара гулом отзывались по коридорам. Если другим ученикам нежелательно попадаться в такое время ужасу подземелий, то Поттер чувствовал себя по-настоящему уверенно, словно выиграл в магловскую лотерею.

***

      – Дышите, Поттер, – руки Северуса сжались в кулаки. Ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не потрясти мальчишку за плечи.       – Но я не понимаю! Я не могу не думать! – отчаянно произнёс Гарри, желая как можно скорее покинуть класс зелий.       Уже целый час Гарри Поттер медитирует. Вернее, пытается. С попыткой расслабиться, закрывая глаза, начинает чесаться нос или затекает нога, или появляется какой-нибудь дискомфорт в теле.       – Мне не удобно, – продолжил жаловаться Гарри. – Я не могу сидеть на месте!       – Ну так сядь как тебе удобно! – прошипел Северус. – И просто не думай!       – Но я не понимаю!       – Ну так пойми! – эмоционально махнул руками Снейп.       Как мужчина и просил, Гарри прочитал введение и даже приступил к первой главе. Из всего прочитанного было понятно только то, что окклюменция защищает от считывания мыслей. Но что нужно для этого делать не объяснил ни учебник, ни сам профессор Снейп.       Закрыв глаза, Гарри начал глубоко дышать и прислушиваться к дыханию. Оставшись наедине с собой, он вдруг понял, сколько страхов и тревог наполняют его разум. Все ранее подавленные эмоции вдруг начали всплывать наружу.       – Я больше не могу! – Гарри резко встал со стула.       От резкого движения в глазах потемнело и тело автоматически потянуло назад. Снейп сидел напротив Поттера и инстинктивно он успел его поймать.       – «Проблемы серьёзней, чем я думал. Надо искать альтернативные способы и без психологии тут не обойтись...» – устало подумал Северус, крепко удерживая ребёнка.       – Думаю сегодня мы закончим пораньше. Ты можешь стоять?       – Д-да... – взгляд Гарри наконец-то смог сфокусироваться на мужчине.       Северус, отступив назад, продолжил:       – Научить тебя окклюменции намного сложнее, чем я думал. Для начала мы будем пробовать разные техники релаксации. К практике ты ещё очень не скоро будешь готов.       – Почему мне это так тяжело даётся, сэр?       – Потому что ты подавляешь свои эмоции и чувства. Ты их почему-то боишься, – пришёл к умозаключению Северус.       – И что мне нужно сделать? – Гарри обратно сел на стул.       – Принять.       – Но как? – Поттеру хотелось кричать и возмущаться. Он не понимает, как принять, не понимает, что нужно делать и как всё изменить.       – Со временем ты поймёшь. А для начала... записывай все переживания в дневник каждый день, – Северус немного запнулся, вспоминая сколько страниц он вычитал за спиной Гарри.       Тем временем сам Гарри припомнил, что давно не писал в заветные страницы уединения.       – Я заметил, ты любишь проводить время в одиночестве. Но твоя проблема в том, что ты погружаешься в подростковые драмы. Во время уединения, ты должен испытывать ни-че-го. Сначала ты научишься отслеживать свои эмоции, а затем контролировать их, не подавляя. Медитировать пытаешься хотя бы по пять минут утром и вечером, всё ясно?       – Да, сэр.       – Отлично, дневник, я надеюсь, ты будешь заполнять без моего контроля. Конечно, если захочется, ты можешь показывать мне, – съехидничал Снейп.       – Нет-нет, я всё буду делать, честно, – отчаянно Гарри замотал головой.       – И последнее: прочитай первую главу. Пока будем изучать теорию.       – Я всё понял, тогда я могу быть свободным? – Поттеру уже не терпелось покинуть такие холодные подземелья.       Снейп тяжело вздохнул.       – Хорошо, можешь идти, только завтра покажи какой дневник будешь заполнять. Мне достаточно увидеть обложку.       – Да, я послезавтра всё покажу! – энергия тут же заполнил всё тело Гарри и когда Северус отпустил, то от мальчишки и след простыл.       – Поттер-Поттер, – утомлённо пробурчал Северус и отправился в лабораторию варить зелья для Мадам Помфри.       Гарри несся со всех ног до своей родной гостиной. Ему было ужасно жарко, но он продолжал нестись по коридорам, словно ветер, предвещающий бурю.       Сидеть в помещении абсолютно не хотелось и Гарри настроился на прогулку с друзьями. Но оказавшись на гриффиндорской территории друзей он не увидел.       – Симус, ты не видел Рона и Гермиону?       Гриффиндорец, который ещё минуту назад сосредоточенно читал книгу, вдруг повернулся и ответил:       – О, Гарри, я не знаю, прости, – и вернулся к чтению.       Поспрашивав ещё у нескольких ребят, где могут быть его друзья никто так и не смог дать точного ответа.       В какой-то момент Поттеру стало всё равно где его друзья, поэтому тепло одевшись он отправился на вечернюю прогулку один.       На улице уже, казалось, была ночь, хотя часовая башня показывала только без двадцати восемь. На улице падали крупные хлопья снега и было удивительно как факела, казалось, начали светиться ещё ярче, чем обычно.       На мгновение Гарри почувствовал словно со дня на день наступит Рождество, хотя до него оставалось ещё примерно месяц.       Ступая ногами по земле, был слышен приятный хруст отчего Гарри поймал себя на мысли, что вероятно именно об этой концентрации внимания говорил профессор Снейп. Именно сейчас не хотелось о чём-либо думать.       – «Кажется что-то получается», – восторженно подумал он, собирая снег в один большой снежок.       Посмотрев в сторону тёмного леса, Гарри ничего не увидел, поэтому уверенно прицелился в пустоту и со всего маха кинул снежок.       Только вот незадача, снежок неожиданно попал в загадочную тень.