В мятном дыму

      В квартире играло что-то меланхоличное, медленное, пропитанное грустью, звучание. Такая музыка взбудораживала самые потайные уголки души и хотелось выпустить все то, что скопилось внутри. Все, что не давало покоя. Что заставляло уйти в себя, подумать о том, что на самом деле тебя гложет, беспокоит, возможно даже убивает. Подумать о своих чувствах и желаниях, о том, кого любишь и ненавидишь.       Они сидели на балконе с накинутыми куртками и курили тонкие ментоловые сигареты, выпуская серый, едкий дым в потолок. Они молчали, вслушиваясь в слова песни, смотря то на друг друга, то на вечерний город за окном, где уже горели фонари и зажегся свет в окнах квартир. И хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Именно сейчас они обе наконец-то почувствовали себя счастливыми и свободными. Про ужин давно было забыто, но Светлана принесла с кухни любимое шампанское, которое наконец-то дождалось своего часа. Разлив по бокалам игристый напиток, она протянула один девушке. — О чем ты думаешь? — неожиданно спросила Светлана, делая глоток алкоголя. Маша вздохнула и заметила, что на бокале Светы остался след красной губной помады, и это было чертовски сексуально, если не очаровательно. И в этот момент она совсем забыла про только что заданный вопрос. Девушка хотела ощутить вкус этих губ, поэтому поддавшись порыву, рыжеволосая поднялась со стула и притянула свободной рукой брюнетку за талию, прижимая к себе и целуя в манящие губы. Светлана, будто заранее зная, что так будет, незамедлительно ответила на поцелуй, впуская в рот горячий язык девушки. Маша ощущала этот сладкий вкус губной помады, шампанского и мятных сигарет. И это было лучшее, что она когда-либо пробовала. — Я думала о том, что этот день по истине идеален, — ответила Маша, отрываясь от поцелуя и переводя дыхание, — Потому что я нахожусь сейчас здесь. С тобой. И я хочу чтобы таких дней было больше. Я хочу всегда находиться рядом, — она провела пальцами по волосам Светланы и посмотрела на небо, — И знаешь, я ведь никогда не надеялась встретить того, кого так сильно полюблю. Того, кто будет мне невероятно дорог. За какие заслуги я получила этот шанс на любовь, не могу понять до сих пор, но я счастлива, что мы есть у друг друга. И я… люблю тебя. Брюнетка долго смотрела в голубые глаза, будто пытаясь найти в них сомнение на сказанные слова, но не находила. Она сделала новый глоток из бокала и взяла в руку холодную ладонь Маши. — Я тоже люблю тебя, — тихо ответила Света, поднося руку девушки к губам, согревая своим горячим дыханием, — Мы справимся со всем, слышишь? Мы пройдём через всё вместе, только не отдаляйся от меня. ***       Они не помнили кто кого пригласил на танец, но уже третья композиция был на счету девушек. И это было так хорошо, так правильно. Песня сменялась песней, часы показывали двенадцать ночи, но для них не существовало времени. Все сейчас было неважно. Казалось, что никто не заметил того, что танец становился все откровеннее и жарче. И Машу будто подменили. Сейчас она была полна решимости и смелости, поэтому без стыда прижималась сзади к брюнетке, зарываясь ей в волосы и целуя чувствительную шею Светы. Дрожь прошлась по телу Лариной и она, закусив губу, отдалась этим пожирающим изнутри чувствам. А девушка тем временем становилась настойчивее. Что играло в ней: алкоголь или внезапное чувство смелости, Маша сама не понимала. Рыжеволосая просто хотела чувствовать Светлану ближе. Ещё ближе. Она развернула женщину к себе лицом, целуя в губы и медленно проводя руками вниз по талии, сминая ткань платья. Маша ощущала такое впервые и это было просто невероятно. Она много раз представляла какого это: чувствовать настолько близко девушку, которую любишь. Светлана тоже не отставала в действиях, она запустила горячие пальцы под блузку Маши, вызывая у той вздох и улыбнулась. — Ты действительно этого хочешь? — спросила Света, когда рыжеволосая завела руки за спину, потянув за замочек платья брюнетки вниз. — Знаешь, это довольно глупый вопрос, когда я почти раздела тебя, — усмехнувшись, ответила девушка, снимая со Светланы ненужный предмет одежды. — Но ты все равно можешь остановить меня в любой момент, — с придыханием прошептала Света, зарываясь носом в густые локоны. — Думаю это не понадобится. *** В гостиной продолжала играть пропитанная чувствами музыка. Светлана, привыкшая быть доминантом, прижала девушку к холодной стене, расстегивая её блузку и целуя выпирающие ключицы, которые так и манили укусить их. Мысли путались к голове. Сейчас были только они вдвоём и ничего лишнего. Брюнетка хотела чтобы этот момент Маша запомнила навсегда. Она знала, что девушка невинна, поэтому скрывать своё волнение ей было жутко тяжело. И заметив это, рыжеволосая оторвалась от целующих её губ и посмотрела в глаза Светы, что переводила дыхание. Она посмотрела в глаза полные страха. — Я хочу этого, ладно? Не волнуйся. Сделай все так, как чувствуешь, — низким голосом сказала Маша, проводя языком по нижней губе Лариной. Брюнетка сглотнула. Они оказались в спальне. Едва ли услышав первый стон рыжеволосой, Света улыбнулась и посмотрела в потемневшие глаза Маши. — Что уже не терпится? — заметила брюнетка, почувствовав что шаловливые руки девушки расстегнули застежку её бюстгальтера. — Заткнись, — прошипела рыжеволосая, облизнув губы. — Как ты разговариваешь с учителем? Светлана избавила её от чёрных джинсов, проводя длинными пальцами по шрамам на ногах. Их было много, и сердце сжималось каждый раз, когда она замечала их на теле девушки. Оставив её в одном нижнем белье, Света уложила Машу на кровать надвисая сверху. — Не медли, — еле слышно произнесла рыжеволосая, притягивая Ларину ближе. Женщина улыбнулась словам Маши, что была слишком нетерпелива, ведь брюнетка хотела сделать все максимально медленно и безболезненно. Оставив небольшой алый засос на её шее, Ларина сняла с неё кружевной лифчик, невольно ахая о красоты открывшись перед её глазами. Поцелуями она прошлась по шее, ключице, груди, оставляя след от укуса на выпирающем ребре. В комнате стало невыносимо жарко. Дыхание рыжеволосой было тяжёлым и рваным. Она вцепилась в спину Светланы, оставляя небольшие красные полосы. Все, о чем она сейчас могла думать: это губы её девушки, которые вырисовывали незамысловатые узоры на её груди. Новый громкий стон сорвался с губ Маши, почувствовав горячий влажный язык на своих сосках и это ощущение отдалось узлом внизу живота. Руки Лариной добрались до резинки почти ничего незначимых трусиков Маши, которые заметно намокли. Она почти неощутимо коснулась её, но посмотрев в глаза девушки, опустила руки на бедра, решая пока не заходить так далеко. Ощутив этот срывающий крышу запах возбуждения, женщина едва ли не закатила глаза. Слишком долго она ждала этого момента. Слишком много времени прошло с её последней разрядки. Но то, что она чувствовала сейчас с Машей, не могло сравниться ни с одним сексом. Сейчас это был вовсе не секс, даже не занятие любовью, это было скорее самой чувственной близостью душ и тел, которое ей когда-либо приходилось испытать. Рыжеволосая нетерпеливо дёрнула ногами и Светлана наклонилась ниже. Она начала оставлять красные размазанные следы помады на внутренней стороне ее бёдер. — Черт… — прошептала Маша, хватаясь обеими руками за простынь, — Я хочу чтобы… Договорить ей не дала брюнетка, что сорвала последнюю преграду в виде милых белых трусиков. — Что, милая? — издевательски спросила Ларина, приближаясь к её лицу, — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — Я хочу чтобы ты… блять, давай же, войди в меня, — почти проскулила девушка, ощутив на своей плоти ладонь Светланы. Она коснулась ее там, заставляя рыжеволосую невольно ахнуть и поддаться вперёд. Света задержала дыхание, чувствуя на своих пальцах вязкую влагу. — Открой глаза и смотри сейчас на меня, — произнесла Ларина, ещё раз поцеловав ту в губы, — Расслабься, ладно? Все будет хорошо, — успокаивала она её, хотя внутри неё будто бушевал ураган. Девушка напряжённо кивнула, посмотрев в глаза брюнетке. Дальше все было как в тумане. Светлана не разрывала зрительного контакта с Машей, что глубоко дышала. Она обвела пальцем вокруг клитора, не касаясь его, вызвав этим прикосновением глухой стон. Закусив губу, Света осторожно погрузилась в неё, остановившись, чтобы дать привыкнуть к новым ощущениям. Через некоторое время уловив кивок рыжеволосой, она начала медленные движения, сама не веря во все происходящее. Тот вид, что открылся перед ней, вызывал сухость в горле и боль в паху, который немедленно требовал утолить её. — Боже… Женщина улыбнулась, касаясь пульсирующего комочка и вызывая новые стоны от которых можно было сойти с ума. Она едва ли держала вторую руку при себе. Безумно хотелось доставить и себе удовольствие тоже, но решив, что сделает сегодня это только для Маши, нашла занятие для свободной руки в виде очаровательной груди девушки. Ларина почувствовала как подводит девушку к пику наслаждения, поэтому чуть ускорив свои движения, наклонилась к её уху и обводя языком мочку, прошептала: — Давай малышка, сделай это для меня, — промурлыкала брюнетка, и это было последней каплей. *** — Ты в порядке? — тихо спросила Светлана, заправляя рыжую прядь за ухо Маше. — Да, я… Это было… — она закрыла лицо ладонями и засмеялась. Это всё было похоже на сон. Неужели у неё только что был секс с самой привлекательной учительницей в школе? — Я надеюсь ты сейчас не бьешься в истерике. На долю секунды брюнетка и правда подумала, что у той истерика. Она до сих пор не могла поверить в то, что Маша позволила ей к себе прикоснуться. И от этих мыслей узел болел неистово сильно. Маша хитрым взглядом посмотрела на неё, переворачиваясь на живот. — Я хочу ещё.