Часть 4
8 января 2018 г., 19:32
Похититель, садясь в машину, немедленно уезжает с места преступления. Это естественно, если его поймают прямо тут, у него будут проблемы, а сделку хотелось провести удачно, иначе по самое первое число. Проехав от места преступления довольно далеко, он вылез из машины и, доставая веревку из багажника, открыл салон машины и, пока наследник был без сознания связал по-крепче. Затем этот темноволосый сменил номера машины, со спокойной душой жмет на газ и уезжает далеко за город.
Через часа два, они приехали в «притон» их банды. Припарковав машину в укромном месте, подозвал одного силача и приказал вытащить «куклу» из машины, на что здоровяк огрызнулся, но приказ выполнил, опрокинув на пол сырого и грязного помещения все еще отключенного Гука.
Обшарив карманы кареглазого мальчишки, их главарь дозвонился до отца Чона и сообщил о выкупе в размере 5.000.000.000 вон. Не меньше. Пообещали, если их условие выполнено не будет, кто знает, что может случиться с младшим.
Прождав еще часок, все начали помирать со скуки и решили «немного развлечься».
Вытащив бутылку с какой-то давно «протухшей» водой, похитители начали пинать омегу, дабы тот проснулся.
— Эй, принцесса, очнись~, — опустившись на корточки, произнес какой-то дряхлый старикан прямо перед носом младшего.
Веки темноволосого были ужасно тяжелыми, он не мог нормально пошевелиться. В нос пробивал запах сырости и пива, да так, что щипло глаза. Омега хотел было встать, но его действия были скованны, он почувствовал, что связан.
Наконец приоткрыв глаза, он увидел перед собой уродливое лицо, перекосившееся в улыбке. Чона чуть не вырвало, но он сдержался. Поднимая голову и принимая сидячее положение, он прокашлялся, морщась от боли. Пинки по телу дали о себе знать.
— Ахаххв, боже как он жалок......, — подошел другой из толпы, весь в татуировках и сильным телосложением, по-видимому, альфа. Он схватил кареглазого за волосы и оттянул вперед.
' Как же ты меня бесишь, грррр… Как можно быть таким смазливым, ты мужик вообще? — принюхиваясь к нему, расплылся в улыбке. — Оооо.....Так ты у нас омега, ахахвх, как же свезло… Надо же, наследник компании и единственный сын — омега, хахахаха, это так глупо..... А может мы пошалим???
С ухмылкой произнес последние слова тот, все сильнее сжимая волосы и оттягивая назад. Омеге ничего не оставалось, как молчать и терпеть унижение, так как в этой ситуации он в невыгодном положении, и сейчас ему бесполезно что-либо делать. Кряхтя от боли, он шипел и скалил зубы. Вдруг из толпы послышалось.
— Эй, верзила, прекрати. Если он сдохнет, будет плохо.
-…Босс, но он же не подохнет, если его отымеют…
— Ты смеешь мне дерзить, мразь?
Под конец этот «верзила» бросил презрительно-ненавидящий взгляд и со всей дури ударил омегу по лицу, опрокинув на пол, и скрылся в толпе.
От такого броска Гук отлетел в сторону, из носа потекла кровь, а губа была разбита на прочь.
Кашляя и тяжело дыша, Чон еле как старался не помереть. На самом деле ему было очень страшно…очень…
Блять, как они меня заебали… Ну и где, мать вашу, этот гребаный Тэхуй?!
Слезы поступили к глазам, и он не смог сдержать себя. Они полились по щекам, смешиваясь с кровью.
***
Фургон выезжает за город, в ближайший поселок. На улице темнеет, и едут они в самую глубь поселения. Стоят несколько заброшенных домиков, или же кажутся таковыми. Вдоль дорог ни фонаря, ничего. Дороги разбитые, поэтому машину неимоверно непривычно трясет, от чего Тэ не может придумать план действий…***
— Итак, окружаем здание; внутрь заходит Господин Чон с деньгами, передавая их и возвращая себе младшего господина; солдаты выходят из-за засады и отстреливаются… — Тэ слушает эту бредятину и хочет возразить, что их план дурацкий и не сработает, ведь они не дебилы. Пересчитав деньги, они, наверняка, убьют господина Чона за то, что это фальшь. И откуда у них такая уверенность, что смогут убить всех людей? Может их гораздо больше, раз запросили такой выкуп… Кима это действительно бесит, поэтому он крутит у себя в голове совершенно другой алгоритм действий…***
Машина останавливается у старого сарая. Дальше они идут сами, ведь гул машины и треск камней под шинами прекрасно слышен и за 100 метров. Ким бежит следом и скрывается за первым же поворотом, не дожидаясь пока солдаты примут свои места. Господин Чон стучит три раза в железную дверь, и она со скрипом открывается. Из товарного вагона выходят трое человек, как и догадывался Тэхён, их не 2-3 в общем человека, и тащат мужчину во внутрь. Ким забрался внутрь через дыру, что пробита в крыше вагона и удачно приземлился позади. « Чонгукки, я тебя нашел, родной.» Бесшумно подбегая к нему, Тэ слышит: — Что, старикашка? Принес денежки за своего отброса? — со всех сторон послышался ужасный смех, Ким осмотрелся: по углам стояли по одному человеку, еще трое около господина Чона. Если стрелять, то только после сигнала… Подбираясь к Чонгуку сзади, Ким принимается развязывать его руки, шепча на ухо: — Ш-ш, Гуки, это я, не двигайся… Тут началась стрельба, господин Чон лег на пол, закрывая руками голову, а Тэхён закрыл собой своего омегу… Шум пуль утих, и больше никто не говорил, все семеро мужиков валялись на грязном полу с дырой в груди. Ким принялся обнимать Чонгука. Он целовал его мокрые щечки, его разбитые губы, зарывался пальцами в его сальные волосы, будто считая, сколько волосинок упало с головы его любимого из-за этих ублюдков. Взяв его заплаканное лично в ладони, Тэ улыбнулся, произнося лишь губами: « Я тебя люблю», нежно целуя его, только бы омеге не было больно… Как тут… Он услышал щелчок заряженного пистолета и посмотрел на лежащего бугая, что нацелил дуло в спину Чону. Не думая ни секунды, Тэхён восстает перед Чоном, закрывая собой, стреляя в бугая, но получая смертельную пулю в плечо… враг повержен, миссия выполнена, и «герой» пал в бою… Тэ хватается за рану, падает на колени Чонгука и закрывает глаза, говоря « люблю»…***
Гук услышал щелчок. Оборачиваясь в сторону звука, Гуки увидел направленный на него пистолет и будто замер в иступлении, когда Тэхен вновь закрывает кареглазого и получает пулю в плечо. Глаза омеги расширяются в изумлении, когда голова Тэхёна падает ему на колени: — Тэхен! Тэхен! — успевает крикнуть омега и также в панике орет: — В БОЛЬНИЦУ, БЫСТРО! — тоже стоявшие в иступлении охранники, услышав приказ, немедленно подбегают и хватая Кима, выносят из помещения, затаскивая в машину. Когда все расселись по машинам, Гук сидел в одной машине с Тэ, он был в панике, держал руку того и молился про себя: Прошу тебя Тэ, держись…прошу тебя… Подступающие слезы не давали разглядеть происходящего, все было расплывчато. Гук, вынув из пиджака платок, немедля приложил к ране пострадавшего, чтобы хоть как-то остановить кровь. — Быстрее.....БЫСТРЕЕ! — не в состоянии нормально реагировать, орал Чонгук. Так как они были довольно далеко от города, проезжая на максимальной скорости, они доставили Тэ в ближайшую больницу, и сейчас он был в операционной. Омега весь на иголках ходил из угла в угол по белому коридору, где отвратно пахло лекарствами. Совсем забыв про себя и то, что недавно произошло, все мысли были об альфе. Конечно, отец попытался отправить сына домой или хотя бы на осмотр к врачу, но, получив лишь нервный отказ, больше лезть не стал и просто оставил двух своих людей в больнице, сам же уехал домой.***
Тэхён приходит в себя; он открывает глаза и видит вокруг себя белые стены, цветы у кровати, капельницу — он в больнице. Точно, в него ведь стреляли… Чонгук! Где он?! Ким поднимается и выходит из палаты. Странно, но он не чувствует боли, не чувствует усталость, будто бы здоров как бык. Дверь в коридор открыта, и Тэ выходит из комнаты, оглядываясь. Врачи и медсестры, будто не замечая его, проходят мимо. Ким идет вправо интуитивно, и сворачивает за первым же поворотом. Вот он, Чонгуки, Тэхён нашел его. — Гуки, — зовет альфа, но младший его не замечает. Ходит лишь из одного угла к другому и лишь изредка присаживается на стул около стены, но тут же встает и продолжает мельтешить поперек коридора. Он устал, это было заметно. На стене висели часы, Ким посмотрел на них: 5 часов… утра ли вечера, Ким не знает, но он уверен что это уже другой день… — Чонгуки!.. Я здесь, Гуки, — громче зовет того Тэ, надеясь, что омега просто не услышал его в первый раз. — Чонгук?! Ким идет к нему, постепенно ускоряя шаг. Останавливаясь перед Чоном, Тэхен вытягивает руки вперед, чтобы обнять младшего, но Чонгук проходит сквозь него. Тэ чувствует неимоверное одиночество, холод проносится по всему телу, оставляя «крест» в душе альфы. Ким хватается за сердце и щупает тело, а потом бросает испуганный взгляд на омегу. Тот лишь прошел сквозь Кима и ничего не почувствовал… Тэхён побежал к омеге, обняв того со спины, но Чонгук испарился в его объятиях, как вода сквозь пальцы. Ким схватился за голову и сел на корточки. Руки трясутся, глаза бегают в истерике, а больничная сорочка начинает прилипать к телу. Альфа тяжело дышит, а потом кричит. Его никто не слышит… он кричит, а вокруг мир погружается в темноту… он остался один… Даже Чонгук его не чуствует… он один… Теперь… он умер… он не дышит… он потерян… Из палаты, где лежит Тэхён послышалось непрерывное пиликанье приборов. Врач и медсестры сбежались, делая электрическиую инъекцию сердца, что бы снова его запустить, чтобы оно стучало и жило, если не для Кима, то хотя-бы для его омеги… Ким продолжает кричать, а затем всё исчезает…
