Мы вдвоём под дождём

Гогот в банкетном зале не затихал. Изысканные дамы в пышных цветастых платьях ходили и стучали каблуками, выискивая нового партнёра для танца. Кавалеры же важно столпились у стола и деликатно попивали вино. Инку это было до тошноты противно. Все эти люди такие...лживые. Дамы просто хотят сорвать мужчину богаче бывшего, чтобы завладеть ещё большим богатством, после чего подсыпать "любимому" яду или заказать убийцу. У кавалеров же была своя тактика. Выпить как можно больше вина сегодня и поесть всех тех деликатесов, которые дома просто так не появятся. По крайней мере, это точно на первом месте. Второе место занимает желание зажать какую-нибудь маленькую девочку в углу. Как отвратительно. Хотя, кто их осудит? Это люди высшего общества. Люди, которые владеют деньгами и властью. Кто их накажет, если можно дать малюсенькую взятку? Да кто осмелится? Даже королевская семья в какой-то мере зависит от них, их денежного состояния. И если буржуазия будет недовольна, то настанет время новых указов и перемен. Инк всегда презирал это. Он считал, что люди должны быть людьми вне зависимости от богатства и знатности рода. Юный принц надеялся, что сможет исправить это, сможет добиться уважения между народами. Но он пока не знал, как сделает это... Сказать по правде, всего этого он нахватался от матери, королевы. Она, будучи очень заботливым и нежным человеком, трепетно выращивала его по своим стопам и знаниям, по своим открытиям и моралям, ожидая, когда наступит тот самый момент цветения. Она ждала, когда Инк взойдет на трон. Иногда королева вела себя странно. Очень странно по меркам служанок. Обычно румяная и веселая с широкой улыбкой правительница становилось бледной, запуганной и тихой. Будто она вот-вот умрёт, рассыплется. В последнее время король начал замечать, что его жена почти ничего не ест, а если и запихивает в себя кусочек хлеба, запивая его обычной водой, то может час не появляться в покоях после отбоя. Она стала призраком для стражей, блуждая среди них по ночам с подсвечником в руках и слабо, болезненно улыбаясь, смотря на них печальным взглядом. Король даже начал подозревать свою жену в измене. Почему она ходит куда-то по ночам? Почему молчит? Почему не ест? Гнев вперемешку с беспокойством бушевал в нем, но сегодня, на этом вечере она выглядит спокойной и улыбчивой. Но правда ли это? Королева поправляет выпавшую прядь каштановых волос и переводит взгляд на супруга, после чего медленно кивает и поднимается с трона. — Простите, — тихо и спокойно говорит она, направляя взгляд на гостей. Конечно, королева не ожидала, что кто-то послушает её. Она обращалась больше к отцу и сыновьям, хотя бы к одному, — Я неважно чувствую себя. Пойду, прилягу, — так же говорила правительница. Тихо и спокойно... Мелодично и медленно. Инка встревожило это. Он чувствовал какую-то... скорбь в голосе. Королева в длинном голубом платье спустилась вниз, поцокивая маленькими каблучками. Она осмотрела зал в поисках младшего сына, но, не найдя его, медленно направилась в свои покои, пока не скрылась из виду. Король криво улыбнулся и повернулся к Инку, который с явным беспокойством смотрел ей вслед. И Кросса нигде не видно... Он сощурился глаза, обвел взглядом присутствующих и удостоверился, что его не было в зале. Может, Кросс решил направится в покои, как и его мать... Что за семейка. Король помассировал переносицу и встал со своего трона, поднимая кисть вверх. Музыка утихла, люди замолчали, стража устремила свой взор на повелителя. — На сегодня хватит, — громко сказал он, смотря в толпу. Послышались возмущенные выкрики и досадные вздохи, — Ваша королева больна! Мой долг - быть рядом с ней в такие моменты. Приносим искренние извинения. С этими словами король поклонился гостям. Инк посмотрел на него и, слабо улыбнувшись, сделал то же самое. Гости недовольно поклонились в ответ. Дамы гордо подняли головы и, схватив по новому знакомому, который позже обеспечит им состояние, начали выходить из зала и рассаживаются по каретам. Но король понимал, что не будь им важна судьба королевы, они бы начали упрашивать его остаться. Он молча посмотрел на сына и направился к покоям, попутно размышляя над местонахождением лекаря. Инк осматривал служанок, которые быстро переносили посуду, вытирали со столов. Что-то не давало ему покоя... Что-то тревожило. Король медленно подошёл к большой дубовой двери и, тяжело вздохнув, постучался и медленно открыла её. — Дорогая, нам вызвать лекаря?.. Дорогая?! *** — Я ненавижу тебя за это! — яростно говорит Кросс, поправляя сырые и уже грязные волосы, — Как ты мог допустить такое!? Всё накрыло дождем. Везде грязь и слякоть. Ни одного живого человека здесь нет. Молодой принц уже упал с лошади прямо в грязь, когда пытался не потерять скорость. Но ветер хлестал так сильно, капли буквально пробивали капюшон. Было трудно удержаться. — Простите уж, Ваше величество, что я не могу предсказывать погоду, ведь если бы и мог, то меня давно сожгли бы на костре! — прорычал Эррор, покрытый слоем грязи. Скользкие дорожки и его не обошли стороной. Черные волосы теперь совсем сливались с темным небом. Но Кросс уже не смотрел на него. Он наблюдал, как впереди появляется и гаснет свет. Они были близко... Не так, как он предполагал, но всё же... — Поехали домой, — тяжко сказал он и схватил лошадь за узду, — Пошли, точнее... И это всё из-за тебя, — с этими словами Кросс пошёл обратно, пытаясь мокрым капюшоном прикрыть голову. А какой смысл, если он и так мокрый насквозь? — Не перевешивай всю вину на меня, — более спокойно отозвался Эррор, идя наравне. Он впился глазами в мокрый капюшон, наблюдая, как капли воды ударяются и впитываются в него. Альфа вздохнул, переведя взгляд на мокрые ступни, — ... Почему ты решился на это? — Что? — Кросс резко поднял голову, из-за чего одна крупная капля попала ему прямо в глаз, — Аргх! Эррор издал короткий смешок, после чего, подняв его за подмышки, усадил молодого принца на свою лошадь, осторожно перехватывая у него узду и начиная вести уже двух. — Не думаю, что это поможет спастись от дождя, — спокойно сказал он, посмотрев на принца через плечо, — Но так Вы, Ваше величество, ноги не намочите. Эррор снова отвернулся, так же медленной шагая, осторожно ведя лошадей за собой. Кросс не издавал ни звука, смотря на промокшую гриву лошади. — Я, — слабо сказал он, медленно поднимая голову, — Я всего лишь хочу извиниться... — И ради этого ты взял меня, двух лошадей и побежал на всех парах из дома? — так же спокойно спросил парень, немного откашлявшись. Кросс прикусил нижнюю губу, после чего снова опустил голову. — Я наговорил лишнего, — так же тихо сказал он, невольно поежившись от холода, — А я был просто на срыве, ведь... Этот человек врал мне всё наше знакомство и проведенные часы. Он не назвал своего настоящего имени и происхождения... — И это всё? — перебил Эррор, приподнимая одну бровь. Кросс замолчал. Парень снова посмотрел на него через плечо, — Он врал тебе о своих эмоциях? Чувствах? Врал о своих открытиях и умениях? — Я...не знаю, — так же сказал принц, подняв голову, — А если это так? — Но ты этого не знаешь. Стоило бы спросить, — Эррор отвернулся, после чего хмыкнул. Впереди виднелись ворота в город. Всё ещё открытые. Видимо, стража валяется пьяная после пира. Пусть они и сбегали не этим путем, Эррор понимал, что это больше не опасно. Парень провел двух лошадей по таким же грязным улочкам. В некоторых домах ещё горела свеча. Улицы так же пустовали. Кросс невольно оглядывался по сторонам, пытаясь найти пару лишних глаз. Но не было совсем никого... До замка тоже они прошли спокойно. Даже как-то подозрительно. Ворота были всё ещё открыты. Возле замка стояли кареты. И тут люди начали возмущённо толкаться к выходу. Кросс быстро спрыгнул с лошади и помчался в кусты, а Эррор... Парень ничего лучше не придумал, как претвориться конюхом. Вся знать вышла. Дамы закричали от холодного дождя и побежали по каретам, но даже это не остановило их. Каждый смотрел на Эррора, каждый издавал смешок, оскал. Как же он ненавидит это. Его бы воля... Были бы они все куклами... Эррор бы точно разодрал каждую лично. Кросс ждал его около конюшни, скрестив руки на груди. — И не смотри так на меня, — прорычал парень, заводя лошадей. Кросс фыркнул, после чего отвернулся от слуги. — Ты... — начал было он, но Эррор подошёл сзади и опустил холодную ладонь ему на плечо. — Тебе двенадцать, а уже ведёшь себя, как полный дурак, — усмехнулся он и потрепал его по волосам. Кросс лишь слабо надулся, отводя взгляд, — Сначала пусть молоко на губах обсохнет, а потом уже сбегай, хоть с дикими кабанами. Сам не зная, почему, но Эррор почувствовал, что должен был сказать что-то. Это было необходимо для молодого неопытного альфы, который стоит перед ним прямо сейчас. — Пошли в замок, — тихо сказал Кросс и быстро скрылся за дверьми. Эррор лишь хмыкнул, проходя следом. Никто из них не попался никому на глаза, что было очень странно. В замке было чертовски тихо. Но принц подумал, что это только на руку и побежал в комнату, чтобы убрать грязную одежду и почистить кожу. Эррор же просто привык к этому, по этому улёгся на кровать, рассматривая потолок.