Яркое пламя

Утро после первого рабочего дня показалось каким-то необычным. Непривычно, что ли, осознание того, что ты привязан к одному месту, посещать которое ты должен день за днем. Будильник прервал прекрасный сон, и Катя раздраженно ударила по нему рукой. Черт побери, всегда он умеет звонить тогда, когда происходит что-нибудь интересное, — промямлила блондинка себе под нос. Она сладко потянулась, переворачиваясь на другой бок, и взяла в руки телефон, чтобы проверить почту, только вот ни одно из новых сообщений не заинтересовало ее персону. Воспоминания о сне пронеслись в ее голове, четко отображая детали увиденного: ее новая работа, собеседование при переводе в действующие спасатели и она… Татьяна. Во сне Бурая выглядела так же прекрасно, как и в жизни. Строгий классический костюм, красная рубашка и туфли на шпильке. Она принимала экзамен, которой сдает каждый работник после окончания стажировки. И вот в тот момент, когда Катя официально должна быть переведена в спасатели, получив свое удостоверение, ее разбудил до боли нелюбимый звук. Аааа, это же то, о чем я мечтала столько времени! Почему я не могу насладиться этим даже во сне?  — спросила Шаманка у самой себя, — эх, до конца стажировки еще так много времени… Хорошенко так быстро собралась, что у нее осталось достаточно много времени для завтрака. Какая неожиданность, — подумала она, — неужто хоть один раз удастся нормально поесть. Блондинка успешно добралась до работы, даже приехав раньше на пятнадцать минут. Как раз есть время, чтобы не спеша переодеться в рабочую одежду и получить задачи на день. В прошлый раз ей особо не довелось ни с кем познакомиться, чего не сказать о сегодняшнем дне. Порядка двадцати человек из первой смены только что заступили на сутки, и изучали заметки из прошлых выездов, сидя в комнате собеседований. Катя стояла около стены и наблюдательно смотрела за персоналом сквозь стеклянные двери, пока Марк не выдернул ее из своих мыслей. — Бу!  — хохоча, крикнул он, выходя из арки. — Боже мой, Марк, ты что, совсем? У меня чуть инфаркт не случился!  — сказала Шаманка, в шутку ударив парня по руке, — ты же работал во вторую смену, и снова тут? Я запуталась. — У меня возникли кое-какие дела, и мне срочно нужно будет уехать на пару дней, поэтому пришлось поменяться, чтобы лишний раз не заморачиваться с документами на выходные, — а ты чего тут, смотришь в одну точку, работу еще не предоставили? — Не-а, я недавно пришла. Алекс еще не видел меня, ну или сам не пришел. — Я тоже его не видел, вероятно, подойдет чуть позже. Он иногда опаздывает, не обращай внимания. Живет в дурацком районе, откуда частенько не может выехать. Если тебе вдруг понадобится помощь, ты, это — непременно обращайся, помогу, чем смогу. Приятно видеть столь симпатичное пополнение в наших рядах. — Спасибо за комплимент. Мне тоже приятно, что первый человек, с которым я тут познакомилась, оказался на удивление милым и отзывчивым, хотелось бы верить, что тут все такие. — Практически. За исключением Бурой в плохом настроении. Хорошенко только открыла рот, чтобы задать пару вопросов о своем «боссе», как Марк быстро закончил разговор, крикнув ей: «удачного дня» уже добежав до середины лестницы на первый этаж. — И тебе того же, эх, — практически шепотом ответила Катя. Хм, где же Алекс? На часах было около одиннадцати, а заданий на день так и не последовало. А как же мытье полов, очередная пропитка формы или еще что-то новенькое?  — думала Катя, все еще стоя около стены комнаты. Наконец-таки информирование смены было закончено, и можно познакомиться со всеми ребятам из команды. Спасатели быстро покинули кабинет со стеклянными дверьми, направившись в комнату приема пищи, за ними последовала и блондинка. —  Всем привет и приятного аппетита!  — громко озвучила Хорошенко, зайдя в конце толпы, — меня зовут Екатерина, и я — новый стажер подразделения, а так как я не хотела бы быть белой вороной среди вас, я предпочитаю познакомиться. Ребята с улыбкой на лице перечислили свои имена и звания, рассказывая стажерке, кто есть кто. Они даже поведали ей парочку забавных историй за ланчем. Неожиданно на всю часть раздалась сирена, которая означала очередной вызов. Новый пожар. Постоянная причина рисковать своим здоровьем. Смена быстро побросала свою еду, а кто-то, видимо, более голодный, пытался запихивать пищу на ходу, надевая при этом форму. Прошло меньше пяти минут, а ребята уже выехали из подразделения. Вот это скорость! Хорошенко была просто поражена, увидев такую слаженность и отточенность действий. Но это завораживающее зрелище не помогло ей избавиться от мыслей, что Алекс до сих пор не появился, а по мимо протирания пыли, надо было много чего выучить. Катя вышла из комнаты, витая в своих мыслях, как произошло то, чего она явно не ожидала. Она почувствовала силу столкновения и горячий кофе, который вылился на ее одежду, обжигая кожу. — Твою мать, Хорошенко! Что ты тут делаешь, ты должна быть чем-то занята, а не слоняться бездумно по подразделению! Где твой чертов куратор? Катя достаточно быстро поняла, на кого она налетела, и тут же вспомнила сегодняшние слова Марка про Бурую в плохом настроении. Она понадеялась, что сегодня — не такой день. Но, увы… Переместив свой взгляд на лицо Татьяны, она извинилась, пытаясь скрыть панику со своего лица. — Я…я…я не знаю, где он, — робко прошептала Екатерина. — Ему конец. Жди здесь. Катя стояла на месте, и могла только слышать крики Татьяны, доносившиеся из комнаты. Странно, но она вышла оттуда буквально через пару минут, и на ее лице не было ни капли эмоций. — Значит так, Алекс задерживается, а может, и вовсе не приедет сегодня. Я дам тебе папку с документами и понятиями, выучить которые ты должна за этот день. Время — час дня. Жду тебя у себя в кабинете в шесть часов вечера, и без опозданий. Понимаю, что пять часов зубрежки ты не выдержишь, поэтому, сделай себе один перерыв, в который ты сможешь убраться в комнате отдыха. Туда я потом тоже загляну. — Окей, я постараюсь сделать все вовремя. — О нет, милая, ты не постараешься, ты сделаешь все вовремя, — с долей раздражения сказала брюнетка, уходя по коридору, — а еще, сходи за кофе, а то ты лишила меня этого удовольствия. Боже мой, какая же она сука! Вроде бы — ничего такого, подумаешь, столкнулись, ну кофе пролила, что такого? Это ведь не она свою одежду испачкала, а я! , — диалог сам с собой длился достаточно долго, продолжая развиваться даже тогда, когда блондинка сходила в соседнее кафе за напитком, позже передав его на регистрационную стойку, чтобы не относить кофе в кабинет самой. Спустя время, документы были выучены, а часы показывали ровно шесть. Ну что, пора идти… Ощущение, будто я своевольно иду на смертную казнь, — лихо пронеслось в голове у блондинки. Она легонько постучала, услышав громкое: «Войдите» по ту сторону двери. Зайдя за порог, Татьяна сказала ей положить папку на стол, обратив внимание на то, как трясутся руки Кати. — Присаживайся, — даже не поднимая глаз от документов, но жестом показывая на стул, сказал «босс». Стажер села, все еще ощущая легкий тремор в своем теле. Странно, ведь она выучила все от «А до Я» за эти пять часов, и переживать просто не было повода. Но так думала только голова, остальные части тела воспринимали все это как-то иначе. На столе лежала бумажка, в которой нужно было прописать свои данные, и Хорошенко потянулась за ручкой, стоявшей в черном стакане ровно в тот же момент, когда за этой же ручкой потянулась Бурая. Татьяна случайно дотронулась до руки блондинки, от чего та резко одернула ее, будто поймала огромный разряд тока. Шаманка хорошо чувствовала людей, и понимала, насколько силен человек, сидящий перед ней. Ее тело так жестко отреагировало на секундное прикосновение, что она едва не затряслась целиком. Возможно, это прикосновение было не случайным. Ведь, как нам известно, случайности — не случайны. Заполнив все бланки и анкеты, а так же, ответив на все интересующие ее командира вопросы, блондинка, выдохнув, покинула кабинет и со спокойной душой направилась к дому. Что же такого в этой женщине, что ее голос заставляет мои руки дрожать, а одно ее прикосновение показало моему телу, как чувствовали себя преступники, сидя на электрическом стуле?  — эта мысль не отпускала Катю ровно до того момента, пока та не уснула. Но кто знает, что принесет ей ночь.