Untitled. Home

Как бы она хотела вернуться домой на Рождество. Но дома у нее больше не было. Потому и возвращаться уже было некуда. Было лишь безграничное снежное поле. И ночь. Долгая и холодная ночь. В полном одиночестве. Она шла вперед. Сама не зная куда. Просто вперед. Останавливаться нельзя. Замерзать нельзя. Даже если уже хотелось именно этого. Здесь было слишком пусто. Кажется, даже звезд не было. Лишь одинокая луна в пустом и темном небе освещала ей холодный путь. Одна лишь луна… Если бы только она была одета хоть немного теплее. Но у нее была лишь легкая одежда. Она совсем не ожидала оказаться здесь. Шаг за шагом. Вперед. В неизвестность. Холодно, слишком холодно. Она уже даже не понимает, дрожит или нет. «Спасите меня, кто-нибудь…» Снег больше не казался холодным, а лунный свет так мягко и легко обнимал ее… «Живи» Очнулась она от треска дров в камине. — О, ты проснулась, отлично. Он стоял рядом, с кружкой, в которой было что-то достаточно горячее, чтобы бы дымиться. Он улыбался, в своем типичном красном свитере с каким-то простым узором. Празднично украшенный дом… Да где она вообще? — Я умерла что ли? — По ее голосу и не скажешь, что она недавно шла пешком в лютый холод. — Да, была примерно близка к этому, если бы мы тебя из-под снега не откопали, — слегка задумавшись, ответил он, продолжая улыбаться. Либо у него всегда было хорошее настроение, либо так он пытался доказать ей, что все хорошо. Он протянул ей кружку. Чай. Как же, оказывается, приятно чувствовать тепло… — Что ты вообще забыла на улице в таком виде? Да, точно, она ведь была в чем-то почти домашнем. Девушка лишь рассеянно посмотрела на него. Слишком сложно все это объяснить. Да уж, ей бы сейчас самой поверить, что она все-таки живая. — Ну, как хочешь, можешь не говорить, не мое это дело. — Он пожал плечами. — Думаю, есть ты точно хочешь. Там в соседней комнате сестра оставила какую-то одежду, можешь переодеться до ужина. — Ужин? — Сейчас вечер, люди ужинают. Еще и Рождество. Кажется, ты серьезно там замерзла вчера. Рождество. Верно, сегодня должно было быть Рождество. — Спасибо… — Да за что? Оставлять тебя в сугробе надо было что ли? Тем более в такой праздник. Одежда была ей большевата. Точнее, это она была слишком уж худой. Эти люди видели ее впервые, но относились так, будто она даже им родная. Хотя они понятия не имеют, кто же она. И что произошло. — Слушай, а как тебя хоть зовут? — спросил он, предлагая ей очередное блюдо, приготовленное его мамой. Кажется, они решили откормить ее за один вечер. — Холли Мун. Мун, — тихо ответила она. И мама парня, улыбнувшись также тепло, как и он, сказала, что родители придумали девушке просто замечательное имя. Этой семье совсем не стоит знать, что имя она выдумала только что. После ужина ей выделили место для сна и сказали, что утром могут довезти до города, если не будет снова сильного снегопада. Как же это было мило с их стороны. Когда все уснули, она выглянула в окно. Среди бесчисленных сияющих звезд на нее смотрела та самая луна. Та самая, что по ночам освещала ей путь в холодных снегах. И, кажется, ее свет сегодня был уже не таким ярким, но был он именно для нее. И вновь слышался тот милый тихий шепот: «Живи», — Спасибо, — был шепот в ответ, а по щекам текли серебристые слезы. — Я дома. И Луна все также одиноко светила в небе. Одна, даже среди бесчисленных звезд. Светила для кого-то в этом мире.