Как я встретила убийц

Мне кажется, я не тот, кем должен быть… С детства я был проблемным ребёнком. Бабушка постоянно говорила мне это. И я верил ей… Меня зовут Дэниэл. И это моя история… Я помню свою жизнь с 6-7 лет. Тогда я уже жил с бабушкой. Каждый день, когда я был дошкольником, мы сидели в гостиной перед камином. Она читала газету, постоянно поправляя очки, сползающие с её носа, а я сидел рядом на полу и смотрел на красивый огонь, пожирающий дрова. — Когда ты вырастешь, Дэниэл, ты станешь гордостью нашей семьи. — Хриплым голосом произносила она каждый день. — Стану взрослым, это когда я пойду в школу, ба? — я лёг перед ней на живот и стал болтать ногами. — Глупенький ты ребёнок. Придёт время, и я всё расскажу. — Она не отрывалась от газеты. Придёт время… Я даже не мог представить, когда же это время придёт. Завтра? Сегодня? Через год? Но после её слов я лишь стал пялиться в обложку её газеты и мечтать о том, когда же это время придёт. Когда я пошёл в первый класс, бабушка стала строже ко мне. Она наказывала мне учиться, и ни на что не отвлекаться. — Слушайся учителя и ни на кого не обращай внимание, понял? Тебя теперь зовут не Дэниэл. Я изменила твоё имя на «Меллвиль», когда подала документы в школу. Тебе оно больше подходит. — Хорошо, ба! Ты думаешь, время уже пришло? — Ещё нет. Иди уже. Я пришёл в школу и стал слушать учителя. Было очень интересно рисовать на уроках руками, а в обед кушать в столовой вместе с другими ребятами. Однажды ко мне подошли два мальчика и завели разговор: — Эй! Ты! Как тебя звать? — сказал один из них. — Дэни… — начал было я говорить своё имя, но вспомнил слова бабушки. У меня же другое имя… Но я не помнил его… — Мел… Ви… М… Они засмеялись надо мной. — Ты что, имя своё забыл? — Кажется, да… — Ну ты и чудак! — они ушли, смеясь и перешептываясь. Я был смущён. Мне нужно было срочно заучить новое имя… Так и прошёл мой первый класс. И последующая начальная школа. Я завёл себе несколько друзей, которые были моими соседями по двору и учились вместе со мной. В средней школе бабушка начала относиться ко мне ещё строже. И там я узнал одну ужасную правду… Одним утром, когда я собирался в седьмой класс, бабуля как всегда наставляла меня утром: — Слушай учителя и ни на что не отвлекайся! — Хорошо, бабушка! Как думаешь, я уже взрослый? Родители бы гордились мной? Этот вопрос я задавал ей каждый день. Но она просто невнятно что-то мычала. Но в тот день она была не в настроении… — Ты тупой? Ладно я расскажу тебе правду! Твои родители сдохли. Погибли в автокатастрофе. Уже давно, после твоего рождения. Прекрати уже спрашивать о них, иначе я выгоню тебя! Я не понимал, почему моя любимая бабушка так разозлилась. Но более того, я был шокирован новостью о родителях. Получается, их уже давно нет?.. Я заплакал и стал обнимать бабушку. Я знал, что она оттолкнёт меня. Как всегда. Я думал, что долго обниматься нельзя, и поэтому она так делает. — Хватит ныть! Иди в школу, иначе опоздаешь. А если опоздаешь, то у тебя будут большие проблемы. — Х-хорошо… Не смотря на ужасную новость, я всё ещё хорошо учился. Бабушка с седьмого класса стала ещё строже ко мне. Учиться, учиться и ещё раз учиться. Она запретила мне заводить друзей, влюбляться и «делать то, что делают обычные дети». Ведь для неё я был необычным ребёнком. Будущей гордостью… Каждый день я ходил в одном и том же. Точнее, в официальном. Пиджак, галстук или бабочка, идеально выглаженные брюки, белоснежная рубашка — каждый день. Но мне нравилось. Я казался очень взрослым. Я очень любил бабушку. Но летом находиться с ней в одном доме было для меня невыносимо. Мне приходилось уезжать без её разрешения в летний лагерь. Там я, конечно же, не заводил себе друзей и сторонился всех. Но она все равно отправляла мне гневные письма со своими обычными угрозами, по типу «выгоню из дома», «будешь жить на улице» и так далее. Честно говоря, она выгоняла меня всего один раз, когда я вернулся после последнего своего летнего лагеря. Тогда я провёл два дня на улице около дома. Тогда я понял, что делал бабушке было больно и обидно, когда уезжал. И перестал уезжать… Я жил хорошо, был круглым отличником, выигрывал разные конкурсы и олимпиады. Бабушка всё так же беспокоилась обо мне. Однажды, я шёл по улице и увидел маленького котёнка. Он дрожал, забившись в угол. Я принёс его домой, напоил молоком и уложил спать в коробочку, постелив на её дно маленькое полотенце, которое постоянно лежало в шкафу. Мне он так понравился. Серенький котёнок с белыми лапками, таким маленьким хвостиком и большими глазками. Бабушка приехала с работы и сразу вошла в зал, где я сидел рядом с коробкой. — Ба! Смотри, я нашёл этого маленького котён… — я начал радостно показывать ей на коробку. Но она не дала мне закончить. — Не смей, паршивец! Никаких кошек в доме! — она подошла к коробке и с силой хотела наступить на маленький свёрток, но я закрыл его спиной, из-за чего она меня пнула. — Я п-понял, ба… Прости… — я вышел во двор, держа в руках маленького котёнка. Я очень сильно расстроился… Выйдя из двора я пошёл на улицу и стал каждому предлагать котика. Спустя пару часов его в итоге взяла какая-то девушка с большой сумкой. Я был рад, что теперь у котёнка новый дом. Но в тот момент я почувствовал очень раздирающее чувство, когда понял, что бабушка могла убить котёнка, просто наступив на него. Я чувствовал его лишь однажды, когда услышал новость о родителях. Но всё это я счёл обычным явлением. Наверное, бабушка так намекнула, что не любит кошек. Но во дворе у нас было две собаки. Они были очень страшными, но я полюбил их. Несмотря на то, что их имена были другими, я назвал их «Калач» и «Бублик». Мне нельзя было их трогать, открывать клетку или давать еду, но смотреть я мог на них хоть всё своё свободное время. Когда я перешёл в девятый класс, бабушка всерьёз заговорила о том, чтобы свозить меня на операцию по… Ну… Кастрированию… Я прочитал об этом в интернете, и мне не очень это понравилось. Но потом она резко передумала, хотя я даже не успел поговорить с ней. Я не до конца понимал, для чего мне нужна бы была это операция, но позже понял. Когда влюбился в своего нового одноклассника, только что перешедшего в нашу школу. Зеленоглазый блондин-американец, говорил с таким классным акцентом. Я изучал в интернете всё о свиданиях, но так и не мог пригласить его, или даже заговорить с ним. Бабушка не разрешала заводить романы. Так и потухли мои чувства. Дальше я влюблялся во многих девушек и парней, но всё равно понимал, что отношения — это для обычных детей. А я был особенным. И в скоре влюблённости стали для меня слишком не серьёзными, я отодвигал их, и они стали просто симпатией. В одиннадцатом классе всё было более менее спокойно. Бабушки часто не было дома, так что я привык к этому. Спрашивать её, куда же она уходит, мне не хотелось. Всё равно она бы наорала на меня. Но я все ещё любил её. Вечером ба как всегда сидела в кресле и читала газету. Я сел на кресло напротив и стал думать, как бы начать разговор. — Эм… Бабушка… Я уже достаточно взрослый? — я увидел на столе бутылку вина и прищурился. Она пьяна? — Нет, ещё нет. Иди и приберись в своей комнате. — Строго сказала она. Но через секунду зазвонил телефон. Она подняла трубку и стала отвечать. Я послушно вышел из зала в коридор и направился к своей комнате. Но во входную дверь постучали. Я открыл её и увидел перед собой двух мужчин в чёрных куртках. — Здравствуйте… Вы к кому? — я был не очень рад выражениям их лиц. — Где твоя бабка? — недовольно спросил один из них. — Она в зале, а что вы.? — я не успел договорить. Они отпихнули меня и вошли в дом. — Миссис Хайсе-е, нам нужно поговорить! — послышалась притворно вежливая интонация. Я побежал за ними в зал. Они окружили её. — Почему б и не поговорить? — бабушка спокойно сидела на кресле. Внезапно, она достала два пистолета из-под подола своей юбки… И направила на них. Я не успел ничего понять, как один уже упал замертво на пол, а второй выбил у бабушки пистолеты и повалил её на пол. Я запаниковал, но всё же подошёл к тумбочке и взял старинную вазу. После чего ударил ей по голове преступника, от чего он потерял сознание. Бабушка скинула его с себя и встала. — Отнесём их собакам. — Что?.. А скорую?.. — Я был очень напуган. А что, если я его убил?.. — Неси, живо! — она указала на того парня, которого я вырубил. Я послушно поднял этого человека и вынес во двор. После этого я перекинул его через стенку вольера. Собаки накинулись на него и стали терзать… После этого я вынес второго. Он потерял много крови, так что я был весь в крови. Перекинув его тоже, я стал пятиться назад и, запнувшись, упал, сев на землю. Я смотрел на то, как собаки растерзывают людей… — Если расскажешь кому-то, я сделаю с тобой то же самое. — Бабушка спокойно сказала мне, стоя сзади. А как же их семья? Вдруг у них есть своя семья, дети, жена? Вдруг у них дома больные родители, требующие ухода… А мы… Просто… Их… — Н-но, ба… — я почувствовал, как к моей голове приложилось что-то холодное. И железное… — Я сказала, что ты будешь молчать. Понял? Это был пистолет. — Да… — Вот и славно. — Сказала она и ушла. У меня было очень много вопросов. Почему эти бандиты ворвались к нам и хотели поговорить с бабушкой? Откуда у неё пистолеты и почему она хранит их? Неужели, убийство для неё простое дело? Если этих людей будут искать, как она сможет выкарабкаться? Но спросить её было очень нехорошим делом. Очень… После 11 класса я пошёл в университет. Там серьезно начал изучать химию. Друзей бабушка заводить не разрешала, как и пару. Но мне это было не нужно. Я и один могу быть. Те события с преступниками отложились в моей голове. Я всегда трезво мыслил, но этот случай… Я не знал, что делать. Рассказать полиции? И они заберут бабушку? А то и меня? Бабушка, моя бабушка… Я люблю её. Я не хочу, чтобы она страдала в тюрьме. Она уже старенькая… Но эти люди… Зачем они приходили? Что им было нужно? Я долго думал, прежде чем принять решение. И, честно говоря, этот случай заложился в моей голове. Это можно сравнить со съезжанием крыши. Но я не свихнулся, а… Ну… Даже не знаю, как объяснить… Да. Я был напуган. Очень сильно… Я почувствовал обиду и боль за родных тех, кого убили. Помню, что услышав новость о своих родителях я был не рад. Очень не рад. А какого тем, другим детям?.. Или жёнам? Или друзьям… Я решился. Пойду в полицию. Бабушку вряд ли посадят в тюрьму, она очень старая. Скоее всего, просто будет как под домашнии арестом. Я соучастник… Меня посадят. Но это лучше, чем жить с этим… Придя после учёбы домой, я убедился, что бабушки нет дома, и пошел в полицейский участок. За стойкой стояла высокая худощавая женщина с бледным лицом. Она рассматривала какой-то модный журнал. — Чем могу помочь? — голос ее звучал раздраженно. Она не отрывалась от журнала. После ее вопроса я даже передумал рассказывать. Мои ноги стали подкашиваться. Ком застрял в горле. — Я-я… Убил… Людей… — Что? — она, кажется, даже не слушала меня. — Я-я убил! Л-людей! Я… — Что тебе нужно, мальчик? — Я же с-сказал! Я и моя б… Бабушка… Мы убили людей… Она стала злой. — Иди отсюда, пацан. Иначе засажу в камеру на 20 суток за ложную информацию! Брысь! — Я убил человека! Убил! Убил! — потеряв над собой контроль, я заорал. Мои глаза стали слезиться и жечь. Все люди вокруг стали обращать внимание. Какой-то мужчина стал кому-то звонить. — Фамилия. — Женщина стукнула кулаком по столу. — Х-хайсе! Дэн… Меллвиль Хайсе! Кажется, сейчас приедет полиция, меня скрутят и в тюрьму… Но что-то не так… — Хайсе? — Она махнула тому мужчине, который звонил. — Иди домой, Меллвиль. Мы все рассмотрим. И внезапно я почувстовал, что кто-то сильно сжал мое плечо сзади. Я узнал эти костлявые пальцы… — Не беспокойтесь. Он постоянно всех разыгрывает, — хрипло сказала бабушка, скорее, людям вокруг, а не женщине за стойкой. Я увидел это. Страх. В глазах той женщины. Да ведь она всё знает… — Да… Я пошутил… — я повесил голову. Бабушка узнала. Мне конец… Всё произошло быстро. Мы пришли домой, бабушка взяла пистолет и выстрелила мне в ногу. После этого она сказала, что выстрелит мне в голову, если я еще раз выкину такое. Я отлежался дома в гипсе целую вечность и наконец-то снова стал ходить на учёбу. Там я узнал о семье Хайсе… Сказали, что наша семья состоит из чудовищ. Что у нас очень много денег и они захватили нас. Что мы можем убить хоть самого президента, и нам ничего не будет. Преувеличено, но это правда. Похоже, что это так… Через пару дней мы с бабушкой пили дома вечером. Она сказала, что еда — это пища для организма, а вино — для души. Впрочем, я был согласен. Хорошее вино действительно успокаивает. Но я никогда не напивался до предела, в отличии от неё. Но напиваясь так, она, обычно, сразу шла спать в свою комнату (мне не разрешалось туда заходить, так что я никогда там не бывал). Но в этот раз она стала рассказывать мне то, что хотела рассказать, когда я «повзрослею». Она рассказала мне то, что я… Я просто… Я не могу этого рассказать. Это очень шокировало меня. Это было… Невообразимо. Но потом она сказала, что мои родители этим занимались, и их родители, и их и так далее… Семейная традиция. Это прерывать нельзя. Как бы я не хотел. Так что я принял это. Она рассказала мне абсолютно всё. До мельчайших подробностей. А потом заснула на кресле. Не знаю, почему, но после этого разговора я чувствовал… Покой. Даже после такой темы… Похоже, одна лишь мысль о родителях меня успокаивала. Если мне суждено продолжать их дело — так и будет. И я понял, почему у нас столько денег… Из-за этого… Ну, что поделать, это же кому-то нужно. Так что… Это помощь другим. Вот и всё. Я взял бабушку на руки и унёс в её комнату. Зайдя туда, я удивился — там тоже был порядок. И самое главное — минимально мебели. Стол с кучей ящиков, двухспальная кровать, большой комод и настольная тусклая лампа. Я уложил её в кровать, накрыл одеялом и собрался уходить. Но увидел во тьме картину на стене. Это были мои родители… Их суровые лица. Я помню их. Но тепеоь я мог разглядеть их получше. Да… Я очень похож на маму. Бабушка всегда мне это говорила. Я так скучаю по ним. Отдал бы все, лишь бы увидеть их… И я увидел письма на столе. Аккуратно сложены и перевязаны нитью. Раз уж я знаю всё, интересно почитать. Хотя, это нехорошо… Прочту одно. Чтобы понять, с кем она общается. И тут я выпал. Письмо адресовано… Родителям! Они живы! Что… Я копался очень долго. Нашел статью, что их, всё-таки убили. Но недавно. И все письма… Они переписывались в основном о семейном деле и обо мне. Иногда проскальзывала тема о какой-то девчонке. Я не придал этому значение. Пока не увидел её фотографию… Большая фотография открытка, а на ней… Просто… Прекрасная девушка. Она мне ну ОЧЕНЬ понравилась. Я перевернул фото и узнал, что она моя сестра… У меня есть сестра! Она жива! И родители были живы… Я мог встретиться с ними… Эта бабка… Она просто так лгала мне обо всём! Я взял со стола пистолет, приложил к её лбу и… Нажал на курок. Кровь, брызги… Мало что помню. Помню лишь то, как быстро я нашел наследственный дом в том же городе, где живет сестра. Я был так рад знать, что я не один! Так рад! И я умчался туда…