Как флиртовать с социофобом

— Меня зовут Итачи, и я не понимаю, что я здесь делаю, — терпеливо начал парень, всей своей позой выдавая напряжение: спина прямая, руки вцепились в ткань штанов, натянутую на коленях. — Завести друзей, — подсказал его сосед. — Нет, Саске, это ты хочешь завести… — Друга? — понятливо отозвалась еще одна участница их импровизированного круга. Люди сидели, подогнув под себя ноги, образуя небезызвестную часть плоскости, ограниченную окружностью. Свечи стояли в центре и важно раздували пламя, играющее отражением в чернеющих зрачках людей — темнота гасила яркие цвета. Комнатой завладел секрет тишины, нарушаемой только такими же важными и загадочными переговорами тех, кто находился в комнате. — И его тоже, — скрипнул зубами Итачи. Все больше походило на собрание секты или группу поддержки, где собираются безнадежно больные люди, чтобы убедить собратьев по несчастью, хотя, конечно, в первую очередь — себя, что надо наслаждаться каждым утекающим днем, а не сидеть в углу, обмотавшись своей депрессией и грустью, как мишурой. Только вот в чем загвоздка: люди любят свои страдания и свою боль, возводя в ранг самого важного, ставят их на полку, которую протирают от пыли каждый день. Быть страдальцем — быть всегда в центре внимания! В первом случае, надо было срочно вызывать полицию и сваливать к психологу, чтобы выветрить дурные навязанные мысли. При втором варианте нужно было чем-то болеть. Итачи и его брат раком не страдали. Зато Итачи страдал от вынашиваемых коварных планов Саске. Перед глазами встала картина, как его младший брат злобно потирает ручками и многообещающе улыбается, вкушая успех от своей кампании; к счастью, в действительности он такими замашками наделен не был, поэтому Итачи был просто поставлен перед фактом, что надо куда-то идти — в сомнительное место в сомнительном районе — и что-то делать — прикидываться социофобом, который отчаянно пытается познакомиться с людьми. По мнению старшего из хитроумного дуэта братьев, избавляться от боязни социальных ситуаций посредством общения с такими же тревожными людьми, мучающимися от заниженной самооценки и не знающими, какой шаг сделать первым, — просто верх разума. Тысячи лет эволюции мозга ради этого гениального вывода. И кем же он был сделан? Да самими социофобами… В данной ситуации, конкретно одним парнем, который и собрал здесь всех. Итачи не повезло иметь упертого брата, который, поставив себе цель, не успокоится, пока она не будет выполнена. Саске не повезло залипнуть на операторе 5D кинотеатра, который привлек к себе его внимание намного сильнее, чем пресловутый «Мертвый дом», оказавшийся совсем не страшным. Хотя Саске вряд ли мог напугать фильм ужасов — как вообще можно бояться чего-то выдуманного? И вот теперь его брат хочет познакомиться с этим блондином, чье имя он смог узнать непонятно какими ухищрениями, а также найти форум, где замкнутые люди делились своими проблемами. И этот парень, чуть более бойкий в интернете, предложил собраться вместе. Обсудить. Поговорить. Познакомиться. Мол, где-то он видел такую идею с группами поддержки, и это действительно помогает. Итачи честно не хотел знать, как Саске смог это выведать. И почему он так сильно зацепился этим Узумаки Наруто. Внешность и голубые глаза? Натуральный блондин? И стоило так стараться ради красивой обложки, которую разведешь на одну ночь и потом бросишь? Ах да… Саске же чертовски упертый баран, который будет бодаться своими толстенными рогами, если попытаться полезть к нему в попытках переубедить. — Меня зовут Хината, и я хотела бы узнать побольше о вас, ребята… — подала голос темноволосая девушка с прямой челкой — это смотрелось строго и притягательно, делая говорившую похожей на куклу. Типичная японская внешность — такая же неприступная красивая классика. После такого немногословного приветствия она уткнулась взглядом в пол, с усердием что-то в нем высматривая. Итачи уставился туда же в поисках чего-то интересного. В этом кругу он чувствовал себя психом, ловя какие-то пугливые взгляды. Социофобы — не душевнобольные, но когда их собирается много в одном месте, то это напрягает и давит. Все чего-то ждут друг от друга, боясь начать первыми. — Здравствуй, Итачи, — закончила она, начиная снежный ком. В хлипкую форточку бился взметнувшийся снег. В кругу все еще дрожало горячее и оранжевое. В комнате было темно. Жалюзи не пускали рвущийся с улицы день. Молчание. У бедной Хинаты мелко задрожали губы, а в голове уже зарождалась истерика: «Что я сказала не так?!». Саске, пытаясь не пялиться на Наруто и не пугать этим бедного парня, уставился на Хинату, сидящую на достаточном расстоянии от его объекта воздыхания. Или желания. Он еще не определился. Хината, вдобавок к неловкости от молчания, начала думать, что у нее что-то не так с лицом, с ней всей что-то вообще не так, под взглядом Саске просто сдуваясь и еще ниже наклоняя голову. Еще один участник круга, наблюдающий за тихо помирающей девушкой, не выдержал и резко выпалил: — Киба! Люблю животных! Я имею собаку. В смысле, у меня есть собака. Точнее, пес. Пришел сюда, потому что устал разговаривать с одними собаками! — и замолчал. И снова социофоб уронил таз с вязким безмолвием. И снова под прямой взгляд на этот раз уже старшего Учихи попал только что представившийся человек. Итачи, немного втянувшись в эту атмосферу, ощутил потребность тоже что-нибудь ляпнуть: — Ты забыл про имена. Киба, напряженно сжимающий кулаки и прокручивающий в голове варианты вступительной реплики, красивые и гладкие, которые могли бы показать его с хорошей стороны и расположить к беседе, хотя поезд уже ушел, застыл. Господи, он еще и с этой стороны опозорился… Прийти сюда уже не казалось такой хорошей идеей. Теперь будет лежать по ночам и вспоминать этот неловкий момент. Еще и все, наверное, смеются… Точно смеются. Киба прометнулся взглядом по каждому. Никто не смеялся. Однако облегчения это не приносило. — Здравствуй, Итачи, — неосознанно повторил он фразу девушки, тут же чуть не скуксившись, — Хината… — он благодарил Бога, что не успел в порыве паники и стыда забыть имя. Его представление было окончено, и Киба почувствовал себя путником, наконец-то доползшим до вершины горы. Вначале путешествия он был воодушевлен, но к концу откровенно помирал от усталости. Как только пот градом не течет? Настенные новенькие часы, весело тикавшие, встали. К Наруто, наблюдавшему за всей ситуацией с придыханием, стали ползти мысли об очередной провальной идее на тему «как выползти из зашуганного неудачника в люди». Он чувствовал страх, стыд Кибы и Хинаты. Чувствовал, как на себе, потому что отлично их понимал, потому что так же внутри краснел и корил себя за любую, за малейшую ошибку; ему так же виделись несуществующие смешинки в глазах людей — над его позором, так же представали перед глазами перешептывающиеся люди, обсуждающие его глупое поведение и неловкую будущую попытку познакомиться с людьми, с такими же, как он… Хоть он и понимал, что они так же тревожатся из-за всего и вряд ли вспомнят его провал, в котором внутри сжавшийся юноша уже не сомневался, но страх, как и всегда, лез на свое законное место — стул во главе стола. Справа сидел господин Самоанализ. Слева — Зависимость от мнения. Госпожу Объективную Реальность не пустили за стол — на нее не хватило столовых приборов. Социофобы следят за реакцией людей на их поступки, но, по сути, думают только о себе и видят только себя. Малый шанс, что они будут кого-то осуждать и над кем-то смеяться — им в голову не придет видеть недостатки других. За дверью арендованной комнаты общежития весело прошуршали ёлкой. Наруто начал проклинать тот день, когда он написал на форум. Не с предложением встретиться, а вообще, самое первое сообщение с жалобами на свою жизнь… Но все же надо взять ответственность, в кой-то веки. За всех собравшихся здесь замкнутых людей, испытывающих проблемы в общении, и за себя. Неслышный вдох. Тихий выдох. Горло на миг сковало чем-то неприятным, но тут же отпустило. — Меня зовут Нару… — Меня зовут Са… Саске тут же замолчал, заинтересованно поглядывая на понравившегося ему парня. Сам он начал уверенным тоном, поскольку не любил достигать чего-то обходными путями, действуя напрямик, — так вышло и в этот раз, когда он нарыл информацию на Узумаки Наруто и решил сразу нагрянуть к нему. Наруто, которого только что перебили, успел похоронить себя в грубо сколоченном деревянном гробу заживо. Чтобы занозы впивались в тело — напоминая о…таком ужасе! Уши начали гореть, пока он смотрел на «Са…», но было настолько стыдно, неловко и стремно, что отводить взгляд казалось еще большим кошмаром. К щекам будто поднесли плавящийся воск, стоявший, причем, тут же, рядом. Парень накрыл щеки ладонями, все такими же умирающими глазами глядя на парня. По спине пробежали холодные мурашки. Так еще он не позорился… Только не истерика, эту стадию он уже давным-давно преодолел, ведь так?.. — Здравствуйте, я — Гаара, и меня постоянно заставляют готовить изделия из высушенного пшеничного теста, замешанного на воде. — Макароны, — подсказал рядом сидящий блондин, тряхнув длинной челкой, закрывающей глаз. — Не говори при мне это слово! — вспылил Гаара. — От судьбы не убежишь, — поднял палец сидящий уже слева от Гаары парень, ладно вторя блондину. Он завороженно несколько раз согнул фалангу и удовлетворенно кивнул, точно всех заверяя, что его слова — истина в последней инстанции. — Ты опять под чем-то? — простонал вышеупомянутый парень с длинной челкой. Распознавать неадекватные состояния друга он мог с одного его действия. Оба не обратили внимания на то, как сидящий между ними Гаара нахмурился, сверля перед собой стену. — Кстати, это же сходка социофобов. Цель — принести удовлетворение друг другу, как я понял, беседой… Но не все могут выдержать такое, поэтому где стоп-слово? Я Сасори, и мы с Дейдарой любим читать форумы. — Так, Итачи, Хината, Киба, — Дейдара застыл, рисуя причудливые фигуры в воздухе указательным пальцем, — Нару, Са, Гаара, Сасори, Дейдара. А я должен был произносить свое имя? А, ну ладно, сказал и сказал. — Саске, — поправил Итачи, повернувшись к брату. Тот уже нагляделся на Наруто и теперь собирался приступать к следующей части своего плана. — Наруто, — закончил свое имя отошедший от состояния тревоги организатор. — А как вы будете праздновать Новый Год? — ляпнул, не подумав. — Итачи, Хината, Киба, Гаара, Сасори, Дейдара, Саске? Протараторил, поменяв местами имена. — Читать форумы и поджигать самбуку, — мечтательно закатил глаза Дейдара. — И готовить водку из самогона. — Мы с братом и сестрой хотели позвать… — начал Гаара, но тут же был перебит Сасори, который, видимо, в списке «Что нужно делать в группах поддержки» первым пунктом вынес: издеваться над ближним: — Гостей на макароны. — Несмешно, — процедил Гаара, — несмешно с ваших шуток. Это было смешно в первый раз, но не сейчас! — А с чем ты их ешь? — влез Киба в разговор, желая оправдать себя в глазах людей. Он посчитал, что задавать вопросы человеку о его пристрастиях и вкусах — это правильно, поскольку многим нравится говорить о самих себе. А, следовательно, это заставит их забыть о маленькой оплошности парня. Хотя маленькой он ее не считал… — Со слезами младенцев! — крикнул доведенный парень и вскочил. — Это была глупая идея. Я пошел. — Подожди, Гаара, давай поговорим, — попытался остановить его Наруто, хлопая рукой по полу рядом с собой. — Сядь! — раздраженно гаркнул Саске. Гаара сел. За тонкой, пропускающей все звуки, дверью послышался мягкий вкрадчивый голос. No more champagne Женщина чуть повысила голос, пропев тоненьким голосом следующую строчку: And the fireworks are through В коридоре подвывали музыкальному символу праздника — песня монополизировала это место еще с восьмидесятых годов. Часы пошли, начиная свой громкий нудный монолог. Here we are, me and you Саске перевел взгляд на Наруто. Рука смущенно и чуть расслабленно потянулась взъерошить и так встрепанные на затылке темные волосы. Дейдара, сидящий ближе всего к выходу из комнаты, пополз на четвереньках к двери — открыть и впустить музыку в замкнутое пространство. Наруто почувствовал на себе взгляд и в кой-то раз забыл про свои социофобные дела, улыбаясь атмосфере и свежему запаху ели, который вошел, статно держа спину и под руку — песню. Не отводящий глаз от него парень показался самим воплощением мелодии, сопровождающей слова, — старомодной, красивой и самой уютной. — А ты любишь мандарины с косточками или без, Наруто? — спросил Саске. — А у вас хлеб прошлогодний? — передразнил его Дейдара. Итачи поперхнулся, стараясь держать серьезное лицо. Of a world where every neighbor is a friend Happy New Year Happy New Year May we all have our hopes, our will to try Хината не выдержала и на последней строке тихо заплакала. Разомлевший от непринужденной обстановки Киба понял девушку. Следующие строчки он подпевал по памяти. Конец песни был встречен воплем со стороны Дейдары, которого пребольно дернул за волосы злопамятный Гаара. Свечи потухли, уронив воск в блюдца с синими цветами. Саске наконец-то смог освободиться от улыбки Наруто… Знал ли вообще последний, какое влияние оказывает на него? — Может быть, проведем первую ночь нового года вместе? Соберемся, как сейчас, каждый принесет по бутылке, мандарины с нас… — Квартира с меня, — восторженно встретил идею Саске Наруто. — Я предоставлю плейлист и… вино. Белое, — утирая мокрые глаза, добавила единственная в кругу девушка. Гаара почувствовал надвигающуюся шутку. — С меня брат и сестра, — быстро проговорил он. — И саке. И шампанское. — А я умею салаты готовить, — немного дернувшись от предвкушения, напомнил о себе Киба. Песня, на этот вечер, развеяла его социофобию. — Вы уже знаете, что мы принесем, — ухмыльнулся Дейдара и за спиной Гаары дал пять другу. За окном потемнело: жалюзи стали тавтологией. *** Саске всегда продумывал свои идеи. До деталей, наперед готовясь к любому развитию событий, — уверенность шла невидимым иероглифом в паспорте между его фамилией и именем. План флирта на новогодней вечеринке не имел никаких изъянов, ведь парень учел любую речевую ситуацию и даже любую комнату, в которой она могла произойти. Вычислил любого, кто мог помешать ему с Наруто. Придумал по несколько вариантов, как их спровадить подальше, куда-нибудь на кухню или в зал к остальным. Он придумал подарок Наруто — пушистую зеленую лапу, пахнущую снегом и хвоей. Он приготовил самую красивую рубашку и сам выбрал наряд Итачи, чтобы он не выглядел очаровательнее него. Потому что его брат… мог с легкостью выглядеть лучше, со скрипом признавал Саске. Вообще-то Фатум не интересовался мнением какого-то там Саске, поэтому младший из Учих слег в день праздника с температурой и диким насморком. Он бы преодолел и эту нелепицу, но теплота и вялость разлились по костям; нос был красным, а глаза слезились — не предательски, но нагло и издевательски. — Полная очаровашка, — наклонил голову Итачи. — Я без тебя не пойду. — Иди, — прохрипел больной из-под темно-синего пухового одеяла, провожая брата в последний путь. Итачи дернул ткань, сдирая ее с мокрого и тяжело дышащего через рот Саске. Вытащил из шкафа полотенце и начал обтирать вспотевшего парня. — Хоть кашля нет. — Хватит, — отмахнулся Саске и попытался перекатиться на кровати, сминая простыню и уходя от заботливой руки старшего. — Тихо. — Повысил голос Итачи и схватил брата за плечо. — Я никуда не пойду. Буду тебя лечить. Ты же сам ничего делать не станешь и проваляешься неделю, знаю я тебя. Саске раздраженно цокнул. — Хватит из меня немощного делать, говорю! И получил полотенцем по лицу. *** Символ Нового Года играл в четвертый раз, хотя был уже январь и два часа ночи. Вся квартира пропахла хвоей, хотя дерева и в помине не было. Было достаточно шумно — от музыки, от разговоров и от распахнутого окна, хотя социофобия никуда не делась и тем более исчезнуть за один вечер не могла. Распахнутое окно тянуло к себе мягкий холод с прожженной петардами улицы; голые деревья поднимали тонкие больные руки, прогибающиеся под залежами белоснежного чистого снега; снег внизу, на асфальте и на земле, был грязно-желтого цвета, кукурузного, перемежаясь серыми продымленными участками, — неживая природа стала пассивным курильщиком. Январская ночь была облачная, туманными сгустками скрывая часть сырной луны. Во дворах валялись упаковки из-под сгоревшего праздника — треском и шипением разноцветные всполохи разрезали кровившее небо, после чего дым затягивал рубцы. Новогодняя ночь не была морозной, уступив теплолюбивой породе людей и перестав кичиться перед кипятком, текущим по батареям. Воздух с улицы разбавлял разомлевшую в тепле кухню. И на утро кто-то проснется с насморком. Итачи прислал Наруто смс с номера Саске, в котором извинился за то, что они не смогут прийти. Парень, получив сообщение, ощутимо занервничал. Атмосферу, успокоившую тревожных людей, не сложить без недостающей части — ситуация будет казаться неловкой, и все снова замолчат; казалось, что без братьев не сложится разговора. Они были другими. Говорили, не таясь и не бегая глазами, не потея от неправильно сказанного слова и такого количества людей в одном помещении с закрытой дверью и задернутым окном. А еще не было мандаринов. Хотя Наруто приготовил салфетки под косточки. Он их сразу же убрал в кухонную тумбу, когда получил сообщение, и поставил на освободившееся на столе место тарелку с личи — родители привезли из-за границы. Розовый цвет глядел ядовито, сжавшись на украшенной снежинками посуде. Чтобы лишний раз не дергаться, он ненавязчиво проследил, кто чем занимается, что никто не скучает и не нервничает. Удивительно, но молодые люди сразу же разбились на компании, время от времени встречаясь в зале и раскладывая твистер, тасуя карты или открывая новую бутылку. Дейдара и Сасори ожидаемо присосались к Гааре и его веселым родственникам и учили их приготовлению домашней водки, колдуя спиртометром и лимоном в спальне хозяина квартиры. Хината сидела в зале у ноутбука, перекидывая с флешки музыку и сортируя ее по часам, — она выбрала спокойную музыку на утро, когда у всех уже будет раскалываться голова, веселую на середину ночи; фаворит праздника стоял на повторе. — Наруто, твой кот сожрал дождик! — долетел из зала взволнованный голос Кибы; парень сидел на диване и сюсюкался с рыжим карманным монстром Наруто. Он его называл покемоном, так и не придумав имя, а позже уже забив на него. — Как он смог съесть дождик, если у нас даже елки нет? — справедливо спросил Наруто, все же продвигаясь на голос. — Так я принес украсить, и мишуру тоже… Достигнув зала, Наруто уже смог лицезреть приятную глазу картину: рыжая бестия блевала на новенькие штаны удобно устроившегося на диване Кибы. — Киба, ты только не… — шепотом начала Хината, смотря расширившимися глазами на онемевшего парня. — Бедный, — непонятно к кому обращаясь, прокомментировал Наруто. Неловкость ситуации, испорченной его котом, заставила краску расцвести на щеках, а ладони вспотеть. — Все нормально, Наруто, Хината, я уберу, — стащив закончившего кота с колен, бледный Киба, придерживая ткань и пачкая ладони, согнувшись, побежал в сторону ванной комнаты. Там он включил воду и начал биться головой об стену, чуть не плача: «Как я мог так облажаться?! Дурак! Больше никогда не выйду из дома!». Мрачный Наруто вернулся на кухню и встал у открытого окна. Лежащий на подоконнике сотовый телефон зазвонил. Мама. — Как празднуете, Наруто? — мягкий голос в трубке напомнил о спокойной квартире родителей, где он слушал бой курантов, перед тем как уйти на январскую вечеринку. — Хорошо. Ребята веселые. Я же говорил, что они все хорошие, просто подход определенный нужен. — Так ты с этими, со своими… — в трубке раздался вздох. Слова изредка прерывались из-за загруженной сети. — С кем ты связался… — Мама, не говори так. — Да перестань уже как ребенок себя вести! Ты все это себе надумал, все с тобой в порядке. Ей богу, лишь бы какой-нибудь чепухой заняться, а не нормальными делами. Сессию закрыл? Мягкий холодный воздух превратился в ожесточенное резкое и резанул по щекам. — Да. И зарплату получил, — ответил Наруто и, дождавшись прощания, нажал на кнопку сброса вызова. Родители не вводили его в состояние тревоги, потому что они — близкие, они — не окружающее общество, а он сам — часть них. Они помогли ему появиться на свет, значит, из-за их замечаний нервничать не надо. Хотя иногда так хочется. Но Наруто это давит на корню и тихо шипит в кулак. Телефон снова чирикнул, привлекая к себе внимание. Сообщение. От Саске? «Это мой логин. Добавься в скайпе». Наруто с нажимом провел ладонью по лбу, совершенно не зная, как реагировать. С такой ситуацией он сталкивался впервые и понятия не имел, что имеют в виду люди, когда зовут в скайп. Может быть, Саске просто хочет его разыграть и посмеяться над ним со своим братом? Некрасивый цветок обиды оплел сообщение Саске. Парень еще немного постоял, глядя вниз на грязный снег, а после развернулся и принес ноутбук, закрепленный в сумке, прислоненной к стене. Не до него было последние дни. Совсем огорченный блондин даже не проявлял внешних эмоций, и тревога с паникой, оскорбившись, уползли под сердце. Принял входящий видеозвонок. — Саске, Саске, не спи! — весело кричит в ухо задремавшему брату Итачи. — Наруто, с Новым годом! Укутанный в плед Саске пару раз моргает, осоловевшим взглядом глядя на экран стоявшего перед ним ноутбука и на Наруто — в окне звонка. Тот ошарашенно следит за чем-то происходящим за спиной Саске. Последний оборачивается. Так и есть: старший брат танцует и попутно стаскивает украшение с огромной елки. — Сиди и не двигайся, — весело кидает Итачи и обматывает мишурой все еще прямо сидящего Саске; плед съезжает с груди, и его место занимает серебристая пушистая мишура. Наруто неловко и как-то смущенно улыбается, глядя на скачущего на заднем плане Учиху-старшего и заваленного всем подряд Учиху-младшего, со встрепанными волосами, растерянным лицом и синяками под глазами. — Привет, — здоровается наконец Наруто. — Вижу, у вас там весело. — Когда Саске лежит с температурой, то смешно сопит и похож на неваляшку, — делится секретом Итачи. — А теперь — время музыки и дискотеки! — и уносится. — Газированный алкоголь явно не идет ему на пользу, — вздыхает Саске и поворачивается к Наруто, сдерживая подрагивающие уголки губ. Невыносимо ухмыляющийся Итачи притаскивает свой ноутбук и включает первую попавшуюся песню. За спинами братьев голубым, красным и зеленым мечется гирлянда. Люминесцентные огни быстро и ярко сменяют друг друга, подсвечивая колкие иглы дерева. Красный новогодний шар багровеет от искрящейся внутри радости. — И ты включи, — советует Итачи и вводит на клавиатуре ноутбука Саске название песни, отправляя сообщением. My chemical romance — All I want for Christmas is you Уже на первых строчках Саске прикусывает губу, глядя на Наруто, и хочет извиниться за несдержанное обещание прийти. — Мне точно нужна всего лишь одна вещь, — неожиданно смелым голосом начинает Наруто. И задерживает дыхание. За распахнутым окном вспыхивает праздник из круглосуточного магазина. Гремит и взрывается. — ...Проснуться завтра с температурой, — в его глазах искрятся смешинки похлеще бенгальских огней. Саске понимающе и удовлетворенно кивает, а Итачи набирает номер такси.