Тримай мене

– Неужели тебе так нравится испытывать меня, Кароль? – Задирает вверх ее платье, скользя ладонью по стройным ножкам в светлых чулках. – Ответь. – Леш... – Блондинка вздрагивает от каждого произнесенного им слова и непроизвольно вжимается спиной в его тело. – Леш, там плита же.… Кажется, не выключена. – Зачем, тогда, ты доводишь меня до того состояния, чтобы я тебя силой взял, а потом «Леш, там плита не выключена»? – Резко оборачивает ее лицом к себе и двумя руками, крепко, хватает за локоть и шею. Зрительный контакт ломает всякую логическую цепочку запланированных Лешей действий. Уже как-то и все равно, в какой последовательности все будет.…       Но, черт побери, серьезно? Он ждал, чтобы не накинуться на нее еще с самого Голоса, ведь закрыть гримерку на ключ и, наполнить павильон самыми лучшими нотами Кароль, не составляло совершенно никакого труда. Тина робко облизывает собственные губы, задерживаясь кончиком языка в одном из уголков. Тело предательски потрясывает от возбуждения и от страха, который проснулся в ней от действий мужчины,       Чем выше страх, тем слаще наслаждение. Лёша сильно ударяется носом в ее носик и дерзко целует, сжимая одну руку на ее локте все сильнее и сильнее. Тина пискнула от удара, и что-то ноет сейчас ему в губы, так как ей действительно больно. Потап убирает ладонь с шеи певицы, перемещает ее вниз, сжимая по пути грудь, рёбра. Подушечками пальцев мягко гладит низ живота блондинки, оттягивает тонкую светлую полоску белья и, жутко медленно, проникает пальцами к нежной коже. Кароль вспыхивает. Действия мужчины настолько медлительны, а поцелуй резок до боли в лицевых мышцах... Тина ловит себя на мысли, что ещё чуть-чуть, и она просто взмолится, чтобы он взял ее. В голове снова и снова прикручивается низкий и возбужденный тон мужчины «... Ты доводишь меня до того состояния, чтобы я силой тебя взял». Она стонет ему в губы сквозь поцелуй, и он наконец прекращает его. Лёша разжимает пальцы, до этого сомкнутые, на локте певицы. Чуть отойдя от девушки, он поедает ее глазами, слыша в ушах собственное сердцебиение. Припухшие от поцелуев губы, горящий взгляд, вся раскрасневшаяся. Дышит через приоткрытый рот, периодически проводя влажным язычком по губам. Лёша не держит ее, ни к чему не присуждает, не целует. Пальцы одной руки неторопливо соприкасаются с чувствительной кожей певицы, иногда приспуская белье или наоборот, сильно натягивая его. Тина дышит неровно, очень. Ей сейчас безумно хочется прижать мужчину к себе, самой раздеть, повалить, зацеловать прямо на полу. Она и сама удивляется этому необузданному желанию. Ведь в Филадельфии, они часами, да какие часами, днями проводили в постели, в ванной. Они спали меньше, чем Леша подминал ее под себя. А ее колотит от него так, словно она только что вернулась с кругосветки и готова на любое его желание, лишь бы он сделал все как нужно. Большим пальцем, мужчина очерчивает самую чувственную и влажную складку кожи, смотря на певицу с хорошо видной издёвкой во взгляде. – Говорят... – Голос хрипит, так как он сам близок к пределу. – Что здесь находится больше всего нервных окончаний у девочек. Да, Кароль? Проговаривая «здесь», он меняет положение руки, чуть стягивает вниз сетчатое белье и упирается в центр согнутым указательным пальцем. Тина издаёт звук, который сложно как-то сгенерировать. Неожиданный, для них обоих, грудной, низкий, с хрипотцой даже. Уже за это «признание», Потапенко прощает девушке все ее издёвки над ним и готов на любые свершения за ради этой блондинки. – Значит, правда-а-а… – Заводит руку дальше. Не проникая, чувствует, как напряжены внутренние мышцы и сколько влаги меж ее ног. Зрительный контакт не прерывается все это время, подобно тому, как и плиту на кухне ещё никакой добрый волшебник не выключил. Соображая за несколько секунд, что и как делать дальше, Лёша обеими руками поднимает края платья выше, ещё, снимает его совсем с блондинки. На Тине светлые чулки и им в тон, цвета топленого молока сетчатое белье. Вставки на груди скрывают розовые ореолы и не дают мужчине разглядеть их. Недоступность = интерес = желание. Лёша кладёт горячие ладони на талию девушки, чувствуя, как она впивается ему в спину ноготками и жадно целует в шею. – Чш... Тебе ещё пригодятся силы. Закручивая новый поцелуй, мужчина поднимает девушку на руки и выносит из спальни. У Тины прикрыты глаза, она крепко держит/ся за мужские плечи, старается успеть за его языком и губами. Вдруг, Кароль чувствует что-то холодное под собой и тело мужчины пропадает. Лёша метнулся к плите, мысленно благодаря всех существ, каких он только знает, что ничего не подгорело, а лишь выпарилось больше жидкости, чем планировалось. Быстро выключив подачу газа, он добавил немного соуса в сковороды и снова прикрыл их крышками. Теперь бояться нечего. Тина недоуменно смотрит на продюсера и хлопает глазами, сидя, на минуточку, на кухонном столе. У неё за спиной стоит пара пиал с салатами, бокалы, вино. Потап отодвигает подальше от девушки посуду. Нет, разбить не боится. Боится потом экстренно везти блондинку в хирургию, вынимать стекла из спины и головы. – Лёш? Он не отвечает. Так же неожиданно, как и в спальне, Потапенко притягивает девушку к себе за ноги, затем мягко целует ее искусанные им же губы, касается груди ладонью. Кароль тянет мужчину на себя, пытается схватиться пальцами за ремень брюк. – Нет, нет, кошечка, чуть позже. – Проворными движениями расстёгивает лифчик, опускает его на пол. Нависая над блондинкой, Потап укладывает ее на спину. Позвонки соприкасаются с холодной поверхностью стола, когда шершавый язык касается напряженного соска, затем скользит по нему вверх и вниз. Кароль задыхается, воздуха не хватает катастрофически. Она прижимает Лешу к себе, зажмуривает глаза и распахивая, вновь зажмуривает. Блондинка стонет, и наверно чаще, чем вдыхает новую порцию воздуха. Лёша упирается бёдрами в стол. Покусывая грудь девушки, мужчина рвёт оставшееся на ней белье, чуть приспускает чулки. Затем заменяет губы на груди на ладони, спускается поцелуями к внутренней части бедра. – Не надо... – Вдруг произносит певица. Голос сорван на половину, это придает звучанию какую-то некую мольбу. Только вот как именно это мольбу воспринять? – Леш... – Сердце гулко бьётся о рёбра. Она приподняла голову, пытается разглядеть мужчину. Он возвращается к ней и молча целует в губы, ритмично сжимая грудь. Перехватив одной рукой оба запястья блондинки, Леша крепко сжимает их. Находясь между ног девушки, Потап не даёт их сомкнуть. Свободной рукой, мужчина гладит по очереди внутреннюю сторону каждой ножки певицы, затем наклоняется, опаляя горячим дыханием промежность. В следующие секунды, он осторожно касается складки кожи кончиком языка. Тина вздрагивает всем телом, брыкается ногами, но это не помогает. Лёша чувствует себя сейчас хищником, а она – его добыча. Это подстёгивает все эмоции мужчины, которые и так давно достигли своего предела. Он несколько раз проводит языком снизу вверх, затем опускается ниже, чувствуя влагу. Медленно проникает внутрь, отпустив руки певицы. Тина метается по столу, ударяясь несколько раз головой о его поверхность. Она накрывает ладонью его руку, которая только что опустилась на одну ее грудь. Второй ручкой, Кароль упирается в плечо мужчины, шире разводя ножки. Секунду, и девушка содрогается всем телом, дополняя свою дрожь вскриком, полным удовольствия. Потап замедляет свои действия. Разводит пальцами складки нежной кожи ещё шире, вновь и вновь касается влажной поверхности языком. От обоих тел исходит запах желания, любви, кожи, пота. Тина что-то несвязно бормочет и все пытается подтянуть мужчину вверх, к себе, на себя. Руки не слушаются, пальцы будто ватные. Леша заканчивает свое занятие, стягивает блондинку со стола. Кароль не успевает опомниться, как оказывается на руках у мужчины. Он нежно зацеловывает ее шею, держа ее на руках посередине тускло освещенной кухни. – В душ? М-м-м-м? – Проводит кончиком носа по щеке блондинки, выдыхая горячий воздух ей в губы. Тину торкает от этого действия, она принимает более менее нормальное положение на руках мужчины. До этого, женское тело расслабленно подвисало параллельно полу, руки и голова были свободно опущены. Блондинка обхватывает пальчиками лицо Потапенко и мягко целует, никуда не спеша, и не стараясь повысить градус возбуждения в них обоих. Просто целует своего мужчину. – А ты со мной туда пойдешь? – Оторвавшись от его губ, Тина делает попытки выглядеть абсолютно обычной, спокойной, будто она сейчас не раскрасневшаяся блондинка с искусанными губами, которая несколько минут назад стонала на кухонном столе. Нет, конечно, нет. И это выглядит очень забавным. Мужчина улыбается очень мягко, без ухмылки, как обычно улыбаются каким-то детским шалостям. В уголках глаз собрались небольшие складочки морщин, но внимание от них отвлекают огромные карие глаза, напоминающие по своей глубине гладь лесного озера. Певица гордо вздёрнула голову вверх, как часто делает на Голосе, когда надо скрыть подступающий шквал эмоций. Глаза чуть прищурены, она совсем не моргает и не скользит взглядом по его лицу, а четко смотрит ровно перед собой. – У тебя не получается, малыш. – Лешка глухо смеется, подбрасывает блондинку вверх и ловит, прижимая к себе еще крепче. Таня теряет все свои маски в этот момент, и сильнее хватается за мужчину, прижимаясь грудью к его грудной клетке. Потап заносит девушку в ванную комнату, ставит на пол, уходит в комнату и достаточно быстро возвращается к блондинке. За это время, Тина успевает разглядеть на себе несколько темно-бордовых засосов и осознать, что на ней остались лишь чулки. Когда Леша входит в комнату, Кароль стоит к нему спиной, поправляя сетчатую ткань на бедрах. – Малыш. – Оборачивается, раздается щелчок. В руках Алексея остается фотография девушки в момент того, когда она только обернулась, но развернулась только одним плечом, в пол оборота. – Потапенко! – Она в два шага оказывается рядом с мужчиной, пытаясь забрать снимок и рассмотреть его. Потом, фотографий было еще несколько: как Тина рассматривает свое полуголое фото, как Леша спускает чулочки с ее ног, опустившись на одно колено (Кароль показался этот момент жутко интимным и эмоциональным), затем несколько фото этой парочки в зеркало (их особенно, Кароль потом, по-любому, попытается отобрать у мужчины, чтобы он ни в коем случае никому не пропалил случайно. Эти фотографии не пройдут цензуру даже в «Playboy», там только от одного взгляда и изгибов ее тела хватает на.… много, на что хватает), и завершающие кадры Лешка делал в душе. Блондинка сначала прижималась обнаженным телом к запотевшему стеклу, потом рисовала сердечки и смеялась, смущалась, потом открыла дверь кабинки и, взяв Лешу за руку, коснулась его ладонью своей шеи, затем груди. Все это, Потапенко запечатлел на фото, и сразу же напечатал. Сейчас, певица распускает волосы из собранного пучка и в полотенце идет в спальню, примерить подарки мужчины. Леша принес в ту комнату небольшой столик и водрузил на него несколько тарелок с едой, пару бутылок вина, бокалы, и кажется, еще сок. С балкона, он занес в комнату букет чуть замерзших красных роз, перевязанных тонкой бордовой лентой. Осматривая подарочные пакеты, Тина вдруг оборачивается на сильный аромат роз, которые оказываются по середине стола в вазе. – Ты так разбалуешь меня совсем... – Бежит не к цветам, а к Нему. Долго и вкусно целует его губы, ощущая широкие ладони на бедрах и пояснице. – Тебя сложно разбаловать, а вот ты меня своим телом – очень даже.. Да.. – Леша коротко целует блондинку в плечико, затем опускается губами к груди, проникая одной рукой под полотенце. – Потапенко! – … – Ну, Леша! – Тина смеется, радуется, смущается. И все это, она ощущает одновременно от того, насколько, мужчина хочет ее, насколько он заморочился, придумав все это, и что-то ей подсказывало, что еще не конец, что-то будет. – Я не могу-у-у… Кароль. – Тина цепляется пальцами за его руки, пытаясь контролировать его действия. – Я так люблю тебя.