Часть седьмая.
12 февраля 2018 г., 19:08
Пятница. Одно слово в два слога из семи букв, а сколько смысла заложено в него ещё нашими давними-давними предками. Это кем надо быть, чтобы не уповать на отличный вечер перед целыми двумя выходными днями да не радоваться приближающемуся отдыху от всяких внеплановых контрольных и грузовика с домашним заданием? Антоном Шастуном.
Единственное, что утром пятницы заботило мальчишку, было весьма дурным напоминанием: сегодняшний эфир пролетит, как и всегда, быстро и оставит его в стадии «Проверил его профиль в «Инстаграме» — Проверил сайт радио — Пересмотрел фотографии на компьютере — Проверил его профиль в «Инстаграме» — Поел во время сна» до понедельника. Радовало, что Ляйсан поставила занятие на вечер субботы, ну а сейчас он сидит на первом уроке и уныло рисует чепуху на парте. Геометрия, заклюй её коршун. Парень на секунду задумался, что, объявляй он победителей на соревнованиях школьных парт, его место заслужило бы приз зрительских симпатий — оно ведь было последним в ряду. Удобное для списывания, попыток дышать при виде новых фотографий Попова, кайфов в морозный день возле батареи и недолгого сна, который обычно прерывает Дима — как вот сейчас — злыми причитаниями о том, что он обязательным образом разберётся с другом чуть позже, а пока никакого сна, ещё десять минут сидеть. Десять минут отборной скуки. Кто придумал её, геометрию эту? Человеку там совсем скучно было? Или он озлобился на весь мир и «Нате, получайте, находите градусы и гипотенузы»?
Как только желаемый конус получился более-менее похожим не на вихрь штрихов и ластика, телефон Антона оповестил последнюю парту об уведомлении из «ВКонтакте». Заявка в друзья от некоего Фёдора Разумовского. На аватарке у него светилась мрачная картинка с едва выделяющимися бледными руками, а на стене покоились сотни репостов из пабликов на тему «Трупы, кровь, жизнь отстой, а я такой крутой». Шастун ткнул Димке в лицо экраном мобильного, на что тот отрицательно покачал головой, мол, не видел и не знаю. В конце концов, это мог быть кто угодно, верно? Антон жмякнул на кнопку «Принять».
Фёдор Разумовский, 9:34
Доброе утро, Антон.
Ответная реакция последовала чуть ли не бегом. Парень хмыкнул, открывая начавшийся диалог с незнакомцем.
индюк дебильный молодой человек выбрал место таким образом, что с его стула образовывался обзор на всю забегаловку, но в любой момент он мог частично спрятаться за удачно пристроенной деревяшкой, что являлась своеобразной опорой в этом дальнем угле кафетерия. Дима сел напротив, рукой выдавая жест, мол, «объяснитесь, сэр».
— Ну... так получилось.
— А если серьёзно?
Шастун протянул Диме телефон, где красовалась недавняя публикация Попова. Он там прижимал к себе поближе тот самый горшок с цветком, а рядом с грозным видом сидел Матвиенко, выставив вперёд руку с кучей родинок. «Серж вписался в декор! #вокругточкиибессонныеночки #естьнельзяпомиловать #арсеникум».
— Как тебе пришло в голову, что они всё ещё будут здесь, если даже ты на скорости света примчишься?
Антон перелистнул что-то куда-то на своём гаджете и вновь поднёс его к лицу Димы. Скриншоты прямого эфира. Скриншоты адреса кафетерия. Скриншоты ответов по геометрии.
— Так что, друг хороший, от-ва-ли. — отчеканил Шаст и небрежно потянулся за меню. — И давай правда поедим, а то жрать хочу, ужас.
Ребята заказали порции салатов и колы. Один, что умнее, с аппетитом принялся за вот такой форс-мажорный обед. Другой же, что идиот, начал фотографировать тарелку с «Цезарем» под разными ракурсами. Фотография мимолётно ускакала в «Инстаграм», сопровождаемая тегом «#гайюлийнеобижайся». В истории также попал снимок интерьера в целом, даже Дима оказался на фото, но Антон ни за что не расскажет ему об этом, а то получит порцию мандюлей вне очереди. Позов устал закатывать глаза, но поблагодарил кого-то там, что тот хотя бы не додумался снимать своего обожаемого. Шастун чередовал вилку салата с щенячьими глазками в сторону Попова.
Колокольчики прозвенели, сообщая о новом посетителе, и за столиком неподалёку началась какая-то возня. К Сергею и Арсению подлетела какая-то миловидная барышня, быстро чмокнув каждого в щёку, и начала что-то рассказывать. Её жестикуляция, в купе с хрупкостью, небольшим ростом и порхающими на платье бабочками, наводила на мысли, словно она сейчас вот так вот и взлетит, захлёбываясь какой-то явно забавной историей.
— Это ещё кто?
— Неужто ты не знаешь! Такой момент настал. Шастун не знает что-то о Попове. Сударыня! — девушка, что разносила напитки, остановилась возле их столика. Дима, вспомнив, что никто ему алкоголь не продаст, и тут не подействует даже «мой влюблённый в незнакомого парня друг не знает чего-то о предмете воздыхания, дайте выпью за это», закашлялся. — Извините, можно водички?
— Да не смешно, Поз!
Мадам, что вот так помешала мирному сталкеру Антону любоваться мужчиной, вся светилась и заставляла Попова с Матвиенко светиться тоже. Она всё ещё стояла между ними, но теперь слушала речь одного из друзей, иногда согласно кивая головой. Шастуну казалось, что минуты длятся несколько лет. Радиоведущие, кажется, опомнились о чём-то важном, начиная впопыхах собирать вещи. Сергей похватал лежащие бумаги, его товарищ положил на меню несколько купюр и быстренько встал, забирая пиджак со спинки кресла.
В момент, когда Арсений начал крутить головой, проверяя, не забыли ли они чего, забыл, оказывается, Антон. Забыл спрятаться за этой чёртовой деревянной конструкцией, так что был пойман за явным наблюдением. Голубые глаза ухмыльнулись и — да просто показалось, ну что вы — повеселели. Попов с улыбкой помахал сидящему недалеко Шастуну, а после взглянул за окно — погода на улице ухудшилась. Он аккуратно накинул свой пиджак на плечи спутнице и они вместе поспешили к выходу.
— Так вот, Окси...
Антон заскулил. Дима захотел убиться об эту самую деревяшку.
— Только дыши, Тох, пожалуйста, я за тебя платить не буду.
Антон Шастун, 9:35 Привет, знакомы?
Фёдор Разумовский, 9:36 Заочно. Я испытал удачу, увидев тебя. Антон прыснул, вновь показывая телефон Позову. Тот явно был увлечён задачей номер шестнадцать, но всё же взглянул. А затем несколько раз проклял Шаста за такую чепуху, наскоро списывая с доски последние строчки решения. Парень ещё несколько раз перечитал сообщение.Антон Шастун, 9:38 Большой Брат, это ты?
Собеседник мигом прочитал сообщение, но сразу же вышел из сети. Антон, пообновляв ленту и список диалогов, пожал плечами и вернулся к любимому занятию — выведению Димки из себя.***
Последнее на сегодня — физкультура. У Антона было, казалось, бесконечное освобождение от занятий, а Дима просто иногда позволял себе якобы забывать форму. Он ведь отличник, ему всё прощали. Они сидели на лавочке возле спортивного зала, решив не разбредаться сразу по домам. Проходящие мимо одноклассники с завистью прогудели что-то им, на что получили пару безобидных факов в ответ. Позов решил изучить домашнее задание на самый ближайший учебный день, так как Антон всё равно был занят усердным утыкательством в собственный телефон, — его в такие моменты трогать бесполезно — а Дима, ещё раз, отличник ведь. — Так, Поз, мы идём в кафе «Точки». — Шастун подскочил с лавочки, хватая портфель и начиная поправлять одежду, всё ещё держа телефон в одной руке. Дима очнулся от созерцания расписания на понедельник, со всем чистым и искренним непониманием уставившись на друга. Тот явно что-то задумал, и задумал что-то не очень хорошее и не поддающиеся в определение слова «нормально», ибо Антон и «Точки» не пересекались. Точнее, он не проходил через них... Чёртова геометрия. — Зачем? — Да поедим, посидим, выходные же скоро. — Антон нервно засмеялся и буквально потащил друга за собой в сторону раздевалок.***
Они сбили какого-то парня на выходе из школы, чуть не наступили на бедных голубей возле остановки и пятнадцать с половиной раз извинились за то, что «у них глаз нет или куда они несутся, придурошные подростки». Причина, по которой Шастун путался в ногах, пока чуть ли не бегом добирался до кафе с незаблокированным смартфоном в одной руке и ворчащим от непонимания Димой в другой, стала понятна Позову, как только друзья ввалились в двери «Точек». Людей было больше, чем они ожидали. Возле окна, за столиком с небольшим цветочным горшком, сидели Арсений и Сергей. Они были увлечены какими-то бумагами и не замечали ничего вокруг, что-то доказывая друг другу. Дима посмотрел на Антона с надеждой на то, что тот ещё не совсем рехнулся и это всё — лишь одно большое совпадение, но из-за щенячьего вида друга все предположения о его адекватности отпадали сразу, оставляя лишь один вопрос. Как, чёрт возьми, он узнал? За анализированием ситуации Позов не заметил, как друг уже устроился не так далеко от столика радиоведущих. Этот***
А вот причину такого резкого ухода радиоведущих из кафе Антон понял, когда перешагнул порог квартиры и наткнулся взглядом на висящие напротив дверного проёма часы. Оставалось не так много времени до эфира. Он крикнул «ма, я дома!» и своими мощными шагами преодолел расстояние от прихожей до комнаты за несколько секунд, подрубая ноутбук к сети и открывая браузер. Эта непонятная Окси вызывала сомнения, что почему-то бесило. Слишком она красивая, милая какая-то, девчуля. Стандартный звук «ВКонтакте» оповестил о сообщении и парня совсем не удивило то, от кого оно было, а вот содержание — немного. Фёдор Разумовский, 15:44 Я бы не шутил со мной так, Антон.Антон Шастун, 15:45 Ты не большой? Или не брат? Извини тогда.
Шаст переслал эти сообщения Димке, который почему-то всё ещё не был в сети, и открыл «Инстаграм». В ленте мелькают фотографии собак, Парижа, детской одежды, Арсения с той дамой, снова собак. Стоп. Антон захныкал, рассматривая селфи Попова и «Окси», сделанное в машине. Они вдвоём, никакого Серёжи. А, нет, впрочем, Серёжа был. С комментарием в виде недовольных смайликов. Ох, как же Антон тебя сейчас понимает.Внимание, Шастун, держи себя в руках, не пиши ничего, а то ревность тебя доведёт. Ну и зачем ты подписался на некую «Оксану Фролову»? Ой ушастый..
Раздался звонок в дверь. А затем мамин голос. — Тоша, к тебе Дима пришёл!
