Помочь людям в компании с садистом

— Хорошо, но у меня условие… — Какое? — девушка закатила глаза. Ожидать от этого парня простого согласия было слишком наивно. Денис всегда стремился извлечь выгоду из любой ситуации. Поэтому, за выполнение каких-либо условий, он просил что-то взамен. — Никогда не перечь мне. Если я сказал что-либо, то другого ответа ты не получишь. — на секунду он замолчал, отвлекаясь на дорогу, чтобы припарковаться у здания техникума, а после добавил: — Что выберешь — свободу или же… — Я согласна. — перебила Аня, не дожидаясь второго варианта. Сейчас для неё главным было прекратить постоянные конфликты, возникающие по любому поводу, и молчать, либо постоянно подрывать работу их команды. Аня слишком далеко зашла, чтобы отказаться от своей цели. Денис был удивлён такому ответу, он смотрел на неё с лёгкой усмешкой. Он был доволен, что она сделала выбор в его пользу, но девушка, сидящая напротив него, слишком любила свободу. Свобода выбора была у неё в приоритете и слепо следовать мнению других она точно не могла.       Простая просьба переросла во что-то большее: в настоящее испытание. Парень давно заметил, что его напарница ставила под сомнение всё, что идёт против её принципов, в том числе, и его слова. И теперь ему было интересно, сколько продержится Аня, затыкая в себе мораль. — Хорошо, — Денис пристально смотря в глаза девушки, хищно улыбаясь. Только что, грубо говоря, она стало его персональной игрушкой, — выходи.       Аня вышла из машины, поднимая взгляд на учебное заведение. «Почему именно здесь?» — мысленно спросила высшие силы девушка. — Чего замерла? Пошли. Аня пошла следом за напарником. В коридорах было пусто, единственного кого можно было там встретить — уборщицы, которые пару раз проходили мимо с вёдрами и швабрами. Осенний период был для них настоящим мучением, а зимний означал, что им придётся вымывать каждый этаж по два раза. Теперь же, когда была середина пары, они лениво бродили по коридорам и искоса поглядывали на Аню и Дениса.       У входа висел стенд с расписанием пар и тех, кто их вёл. Аня провела пальчиком по списку, губами произнося имя человека, которого искала: Ларин Георгий. Её пальчик остановился у номера аудитории. — У него сейчас пара в 307. — Пошли искать. — сказал Денис и, не дожидаясь ответа, пошёл вперёд. — Эта аудитория находится не там, — тихо сказала Аня, но этого хватило, чтобы парень услышал и обернулся, вопросительно приподнимая бровь, — пошли. — Не удивлюсь, если ты здесь учишься. — сказал Денис, идя следом. — Ну, конечно! Мне только в слесари идти. — девушка остановилась у деревянной двери, приглашая парня зайти первым. Денис потянул на себя дверь, но та не поддалась. Тогда парень раздражённо прикрыл глаза и с силой дёрнул её на себя. Та жалко скрипнула и с грохотом ударилась о стену.       Все, кто был в аудитории, обратили внимание на возмутителей тишины. Денис бесцеремонно вошёл в аудиторию. Ане лишь осталось зайти следом, прикрывая дверь. — Ларин Георгий Васильевич? Мёртвая тишина и десятки глаз, устремлённые на Аню, ставили её в неловкое положение. Но это никак не сказывалась на Денисе, сейчас он был похож на представителя закона: голос, поза, выражение лица — всё кричало об этом, но его возраст говорил об обратном. — Да, а что, собственно, происходит? — слегка напугано спросил преподаватель, чуть запинаясь. Денис хотел, что-то ответить, но замолчал, замечая на своём плече лёгкую руку Ани. — Позволь я сама. — тихо сказала девушка. Подойдя к профессору, она прошептала ему, что-то на ухо. Тот сразу же изменился в лице и начал хаотично искать нужную страницу в учебнике. Этот человек итак был стар, не хватало, чтобы из-за Дениса он получил инфаркт на глазах всёй аудитории. — Я сейчас отойду, сделайте практическую №8. — он повернулся к Ане, предлагая пройти в лаборантскую. Открыв перед ними дверь и пропуская Дениса, он зашёл в лаборантскую и уже оттуда крикнул: — Возьмите, пожалуйста, мои очки, они на столе. Аня пыталась найти его очки под горами бумаг и учебников. Заправив за ухо мешавшую прядь волос, девушка начала переворачивать бумаги и вскоре нашла их. — Какие люди в нашем скромном Голливуде!       Аня окаменела. Её рука остановилась в паре миллиметров от очков. Этот голос был слишком знаком. Он резал по слуху, как будто острыми ногтями проводили по стеклу.       Вот почему? Почему из четырёхсот аудиторий они зашли именно в эту, где по «счастливейшим» обстоятельствам находился обладатель этого голоса.       Девушка подняла глаза, просматривая каждый ряд. И нашла. «Говно приходит тогда, когда ждёшь его меньше всего.» — вспомнила Аня слова матери. Взяв очки Ларина, Аня наклонила голову влево и приветливо улыбнулась.       Обманно-доброжелательная улыбка — это всё, на что способна была девушка для этого человека. Правила вежливости никто не отменял и ответить всё же пришлось, пусть и таким жестом. — Твой мальчик? — блондин откинул свои длинные волосы назад и, удобнее облокотившись о спинку стула, насмешливо наблюдал за Аней. — А тебя это волнует? — не изменяя своей роли, Аня продолжала улыбаться той противной роже, что сидела на против неё. Аня пошла в лаборантскую, закрыв за собой дверь. Георгий Васильевич сидел на стуле, прижимая руки к голове, пальцами зарываясь в свои блеклые волосы.       Девушка оглядела комнату, похоже, это помещение давно не использовалось. На стенах, со времён СССР, остались обои, побелка частично отвалилась, а единственным источником света служило грязное окно. От люстры остались только провода, краска на полу давно стёрлась, поэтому он был весь в пятнах. Всё пространство здесь было заполнено книгами. Они были везде: на полу возвышались стопки выше, чем сама Аня, и покрыты они были белыми простынями. С помощью скудных лучей, которые пропускало через себя грязное окно, девушка видела, как кругом летает пыль. Она отдала преподавателю его очки в чёрной оправе. Георгий Васильевич принял их, потерев переносицу, надел их на нос. — Вы хотели поговорить о моём сыне, — мужчина впервые осмелился посмотреть в глаза собеседникам, — что он ещё натворил? Он занял у вас деньги? Или проиграл? Я верну, только дайте время. — молил преподаватель. Ещё чуть-чуть и он бы сорвался в истерику, видимо, «любимый сынок» приносил много сюрпризов в жизнь своего отца. — Мы пришли не за этим. — холодно сказал Денис, сверху посматривая на человека старше его. Георгий Васильевич замолчал, в уголках его глаз скопились слёзы, но ни одна не скатилась по его щеке. — Он прав, — Аня посмотрела на напарника, — мы не за этим сюда пришли. — Что тогда вам нужно? — мужчина стал более увереннее. Он достал старый платок и протёр им глаза. — Мы пришли помочь вам и вашему сыну, — начала Аня, — вы знаете Ивана Радвина? — Нет, не знаю. Уходите. — преподаватель вскочил со стула и, схватив Аню за локоть, попытался её выпроводить. Может и неосознанно, но он делал девушке больно, впиваясь своими пальцами в её руку. Девушка могла его скрутить или оттолкнуть, но не могла сделать это с человеком в таком почётном возрасте.       Она не могла, но это сделал Денис. Он сжал его руку и оттолкнул обратно на стул. Мужчина, потеряв равновесие, чуть не упал, но всё же усидел. Аня удивилась такой смене людской сущности: перед ней уже не было того мирного учителя. Перед ней сидел загнанный зверь, который пойдёт на всё, чтобы выжить. В мужчине кипела жажда крови. Аня понимала, такая жизнь ему давно уже не казалось сказкой. Каждый его день состоялся в борьбе за себя и сына, пусть и такими методами.       Недавно приглаженные волосы топорщились во все стороны. Глаза покраснели, а зрачки расширились. На руках появились синие вены, их пульсация была точно видна через постаревшую кожу. «Действительно. Загнанный зверь.» — подумала про себя Аня и на всякий случай отошла на шаг назад. Правую руку девушка держала на предплечье, в которое преподаватель впился своими пальцами будучи в ярости. Казалось через толстую ткань пальто она не должна ничего почувствовать, но какую силу может дать отчаянье!       Денис, увидев достаточно, решил больше не церемониться. Он схватил Георгия Васильевича за плечи, встряхнул пару раз, продолжая мёртвой болезненной хваткой удерживать на стуле. — Вас видели вместе. Всё ещё будете отпираться? — ему никто не ответил, и он продолжил: — Хорошо, вы и ваш сын подозреваетесь в хранении, употребление и пропаганде наркотических средств. Даже если вы возьмёте всю вину на себя и сядете за решётку, ваш сын рано или поздно сдохнет, где-нибудь в тёмном переулке от передоза. А тем временем, вы будете морозить свои кости в сырой камере, и никто вас оттуда не вытащит, даже те бандиты, на которых вы работаете и с которыми так отчаянно пытаетесь скрыть ваше знакомство. Наоборот, им будет легче повесить на вас все свои грязные дела, что только добавит вам срок. Денис говорил это с присущим ему хладнокровием, с каждым словом сжимая плечи подозреваемого сильнее и сильнее. Тот, как будто не чувствовал боли, смотрел в одну точку осмысливая происходящие. — Что вы хотите? — устало спросил Георгий Васильевич. — Расскажите нам всё, что знаете. Это поможет нам отправить его в тюрьму, где ему и место. — сказала Аня, она уже не опасалась его припадков, подошла ближе. — Я почти ничего не знаю. Когда у моего Сашеньки начались приступы, я не мог на это смотреть. И я отправился к этому человеку. Он сказал, что сможет помочь, если я каждую неделю буду привозить ему в клуб наркотики. Мысленно Аня улыбнулась своим догадкам. Иван Радвин перестраховывался, заставляя других людей распространять наркотики. Формально он не занимался этим — он был скупщиком, а при любой опасности он мог переложить свою вину на этого человека или на бармена, который продавал наркотики в его клубе. — Если я вам всё расскажу, вы позаботитесь о моём сыне? — Георгий Васильевич даже в такой ситуации заботился о судьбе сына. Видимо, после смерти жены он видел в нём последний смысл жизни. — Ему ничего не угрожает. — раздражённо ответил Денис, отступая от старика, чтобы он мог спокойно всё рассказать. — Я работаю у него недавно… — начал Георгий Васильевич, — он, как и положено, не особо доверяет мне, к делам особо близко не подпускал. Но однажды мне пришлось присутствовать на сделке с одним его знакомым… Это было в сауне, он там каждый четверг бывает. У него есть записная книжка, там он записывает все свои сделки, он очень щепетильно относится к этому вопросу. Я не знаю, где он его хранит, но он всегда носит с собой ключ от этого места… Это всё! Клянусь это всё, что я знаю! Георгий Васильевич упал на колени, прикрывая голову руками. Казалось, он готов расплакаться навзрыд — вот, как надоела ему эта жизнь. — Хорошо, пошли. — Денис вышел из лаборантской. Аня слышала, как дверь в аудиторию снова ударилась об стену, в сопровождении ужасного скрипа. — Мы постараемся помочь… Простите. — девушка вышла из аудитории. В голове она прокручивала слова преподавателя. Информация, которую он предоставил им была на вес золота. Теперь, если бы они смогли выкрасть эту учётную книгу, то смогли бы отправить за решётку не только наркодилера, но и скупщиков. Эта книга была самым большим компроматом на Ивана Радвина. Отходя от размышлений, девушка заметила, что стоит в коридоре совсем одна. Денис ушёл сразу же, не дожидаясь Ани. Она поспешила за ним. Подходя к машине, она заметила в нем некоторые изменения.       Откинувшись свободно на кресло, он постукивал пальцами по рулю. Денис был напряжён, мысли в его голове сейчас занимали особое место. Девушка решила не тревожить его, зная его характер, новой ссоры было бы не избежать. Аня села в тёплый салон машины, закрыв за собой дверь. Она не решалась прервать тишину и просто сидела. Отвернувшись в другую сторону, она рассматривала другие машины на стоянке и людей, который проходили мимо в тёплых куртках. Наконец, спустя три минуты молчания, Денис решил вернуться в реальность. Но в следующую секунду, Аня была бы рада, если бы он остался там на некоторое время. Денис схватил её за предплечье и сдавил так сильно, что девушка поморщилась. — Что на тебя нашло? — девушка сразу же сбросила его руку, непонимающе смотря ему в лицо. — Также ты должна была поступить, когда на тебя набросился подозреваемый, а не стоять и ждать, пока он сам решит тебя отпустить. — парень повернул ключ зажигания, выезжая с парковочного места. — Я не хотела применять силу. Не проще было войти к нему в доверие? — поглаживая руку, которая пострадала дважды за этот день, Аня посмотрела на Дениса. — Ты слишком наивна. Люди, когда им угрожает опасность, не будут обмениваться любезностями. Они с радостью перегрызут тебе глотку, лишь бы выжить. И тебе надо это усвоить. — Но… — Не забывай про условия договора. — напомнил парень, сворачивая на другую улицу. Аня замолчала, снова отворачиваясь к окну. Бессмысленно спорить, утверждать. Денис всё равно будет стоять на своей точке зрения. И Аня тоже, пусть она и не говорит о ней. Телефон в кармане девушки завибрировал. Она сразу же достала его, принимая вызов. — Да, Лен. Что ты хотела? — Поставь на громкую. — Денис остановился у светофора, показывавшего красный свет. Девушка выполнила его просьбу. Салон заполнился криками и шумом, передуваемыми по мобильной связи. — Кто-то один пусть говорит. — серьёзно прикрикнул Денис. — Отвали, мелочь, — послышался опять шум, но вскоре был слышен только голос Лены, — мы узнали, кое-что интересное и за это я требую награду! А, если быть точнее, участие в операции. В первых рядах! Мне надоело за компьютером сидеть! — Хорошо, у меня есть для тебя одно дело. — Денис мило улыбнулся. «Ой, не нравится мне всё это» — подумала Аня, смотря на напарника, который всё так же продолжал улыбаться.