Откройся мне

В маленький, грязный, бедный район заезжает большой, чёрный джип, оставляя за собой следы и привлекая к себе внимание людей. За рулём сидит мужчина тридцати лет, в строгом костюме и с накаченным телосложением, который остановился посередине района и открыв дверь, вышел из машины. Он обошёл большой джип и подошёл к двери для пассажиров. Затем открыл её и отошёл на два шага, ожидая, когда выйдет его хозяин. Всё выглядело как в замедленной съёмке: люди открыв рот от шока не спускали глаз, одновременно перешептываясь, а в это время на снег опустилась нога. Обувь выглядела дорогой и многие уже думали, сколько получат деньги за такую обувь. Нет, конечно, они не собирались её воровать. Просто предполагали. Иначе бы уже давно лежали где-то в подвале в полуживом состоянии. Хозяин полностью вышел из машины, но идти не торопился. Он был в дорогом пальто, снизу которого был виден чёрный костюм, который отлично сидел на нём. Волосы были отлично уложены назад, придавая сексуальности. — Господин Пак, девушка, которая вам нужна… — Спроси у кого-нибудь. Мы ведь не знаем её точного адреса, — недовольно пробасил грубый голос парня, а водитель, который начал разговор, поклонился ему, таким образом повинуясь, и направился вперёд. Он подошёл к первым попавшимся людям, которые сидели на лавочке и видимо что-то продавали, но сейчас пялились на парня. — Извините, вы случайно не знаете, где живёт девушка по имени Розанна Пак? — мужчина вежливо начал разговор, делая вид, что не замечает, как люди хватаются за сердце, дабы не упасть в обморок. — В-в-вы же водитель самого Пак Чанёля? Омо-омо. — Да, — слегка посмеявшись сказал мужчина. — Так вы знаете её место проживания? — К-кого вы просили? — не спуская глаз с парня, что стоял возле машины, переспросила женщина. — Розанна Пак. — Вы про ту мёртвую дохлячку? — уже с презрением спросила женщина и перевела взгляд на мужчину. — Зачем она вам? Она же больная. — В каком это смысле «больная»? — как можно вежливо спросил мужчина. — Да она совсем не разговаривает с людьми. Всегда ходит одна и делает всё одна. У неё даже семьи нет. Конечно, кто будет с такой как она жить. — А можно нам её адрес? Она рядом живёт? — Я могу вас провести, — женщина встаёт с лавочки и просит мужчину пройти за ней. Парень, который стоял возле машины двинулся в их сторону. Женщина старалась вести себя спокойно в такой близи с самим Пак Чанёлем, но видимо у неё плохо получалось, потому что из-за того, что она так долго на него смотрела, ей сделал замечание мужчина, который попросил её смотреть вперёд и настроиться на место проживание нужной девушки. Паку было вовсе наплевать. Он хотел скорей забрать эту девушку и смыться с этого ужасного района. В это время женщина завернула влево, а Чанель хотел возмутиться из-за «слишком тесного» поворота. Точнее проход был тесным. Три человека точно не смогу пройти там вместе, поэтому они шли по одному. Самой первой шла женщина, потому что она знала дорогу, а вторым шёл мужчина, чтобы рассмотреть всё, а третьим и сам Пак Чанёль. Удивительно было то, что в этом тесном повороте никто не жил. Была только одна дверь, куда и вела дорога. Вокруг валялись всякие жестянки, много ненужных и сломанных предметов. Одним словом «засранный переулок». Женщина остановилась возле дверей, которые еле держались, и повернулась к мужчине, который задал вопрос. — Она живёт здесь? — Да. — Дверь открой, — коротко пробасил Чанель кивнув в сторону сломанной двери, осматривая это место. — Господин Пак, оно закрыто на замок… — Я сказал тебе открыть её. Мужчина виновато кивает и быстро пробегает взглядом по месту, чтобы найти что-нибудь такое, чтобы сломать замок. Его взгляд зацикливается на топоре, который лежал где-то в углу, вместе с остальным хламом. Он быстро подходит к нему и хватает, возвращаясь снова к двери. Когда он поднимает топор в воздухе, чтобы ударить по замку, сзади них слышится довольно приятный, но грустный голосок, который был пропитан легкой грубостью. — Что вы делаете? Все присутствующие поворачиваются и встречаются с девушкой. На ней была чёрная толстовка и тёплый шарф, потрепанные, летние джинсы и кеды. Чанёль прошелся по ней взглядом и нахмурился. Слишком легко одета для такой погоды. — Вы Розанна Пак? — обратился к ней мужчина с топором, но ответа не последовало. — А, извините, — он кидает топор в сторону и вытирает руки об свой костюм. — Как вас зовут? — Это она, — недовольно говорит женщина. — Я же сказала, что она почти не разговаривает с людьми. Больная одиночка, — она фыркает, смотря на девушку, но та делает вид, что не слышит её. — Мы не сделаем вам ничего плохого. Просто ответьте. Мы сделаем вам только лучше. Девушка продолжала игнорировать слова мужчины и молча стоять. Она сделала неуверенный шаг назад и хотела вовсе уйти, но Пак остановил её. — Стой. Они уйдут. Поговорить нужно, — он хватает её за запястье, но удивляется, когда она резко вырывает руку. — Валите, — он кидает недовольный взгляд на мужчину и женщину, после чего они тут же собираются покинуть место. Проход был тесным и когда они проходили мимо неё, Чанель заметил, как она отошла подальше, чтобы они не коснулись её. Недотрога. — Так ты же Розанна? — задаёт вопрос Чанёль, но она продолжает молчать. — Знаешь мужчину по имени Пак Хэджун? Я его сын. Я наберу тебе его номер, чтобы ты поговорила с ним, — Пак вытащил с кармана дорогого пальто мобильный телефон, начиная быстро набирать нужный номер. Затем протягивает девушке. Девушка неуверенно протянула руку вперёд и взяла с его рук телефон, приложив к уху. Пока она слушала разговор мужчины и смотрела в пустоту, редко отвечая в ответ, Пак исследовал её взглядом. Спустя пять минут разговора с мужчиной по телефону, девушка протянула телефон обратно владельцу. — Ну что? Теперь веришь? — Верю. — Сейчас поедешь со мной, твои вещи привезут позже, — Чанель обходит девушку, чтобы направиться к машине, а та следует за ним. Когда оба вышли из тесного поворота, всё внимание направилось на них. Многие не могли понять, почему такой как Чанель, пришёл к такой как Розанна, некоторые смотрели с завистью, а некоторые качали головой. Чанёль и Розанна не обращали внимание на всех, шагая в сторону машины. Розанне было неприятно, ведь столько внимание направлено на неё, поэтому слегка ускорилась, чтобы не отстать от Чанёля, который уже подошёл к машине. Мужчина открыл дверь для пассажиров, а Чанель развернулся к Розанне. — Садись, — кивает в машину и она послушно садится вовнутрь. — Вызови сюда людей. Пусть приедут и заберут её вещи и привезут ко мне, — приказывает водителю и садится следом за девушкой. Мужчина закрывает дверь и ускоряет шаги, чтобы скорей обойти машину и сесть за руль. — У тебя дома есть еще что-нибудь кроме вещей? — нарушает тишину Чанель, когда они уже давно выехали с того района. — У меня есть собака. Больше ничего, — смотря в пустоту сказала Розанна. Машина останавливается возле большого, красивого дома и девушка самостоятельно открывает дверь, выходя с другой стороны, пока водитель открывал дверь со стороны Чанеля. Пак решил промолчать насчёт этого, потому что понимал, что девушка с бедной семьи. Розанна кидает короткий взгляд, осматриваясь. Вокруг было очень красиво, как и сам дом, но такие вещи не интересуют её. Она думает, что обычно в таких домах живут самые ужасные люди. Все богатые люди одинаковые. Все они для неё как пустое место. И не только богатые. — Я знаю, что мой дом прекрасен. Насладишься просмотром позже. Иди за мной, — бас Чанеля заставляет её посмотреть на него. Он ухмыляется и направляется в дом, думая, что скорее всего смутил её, но она даже не изменилась в лице, продолжая смотреть пустым взглядом. Зайдя в дом, девушку встречает парень с красивой улыбкой. — О, хён, это она? — он подбегает к ней и протягивает руку. — Я Чон Чонгук, будем знакомы. А ты красивая, — его улыбка была превосходна, а кроличьим зубам невозможно не улыбнуться. Но на Розанну такие действия не действовали. Она посмотрела на него каменным лицом, не собираясь протягивать руку в ответ. — А ты не особо дружелюбная, — парень поджал губки и обиженно отпустил руку. — Скажи хотябы своё имя. — Розанна Пак, — коротко ответила девушка, а на лице Чонгука снова появилась улыбка. — Классное имя. Я бы тоже не прочь изменить своё имя. Ты же меняла его, да? Или тебе с рождения дали его? — Чонгук продолжал задавать свои вопросы, на что Чанёль, который стоял возле Розанны, закатил глаза. — Я не меняла имя. — Круто. Как ты думаешь, мне идёт имя Крис? — Крис тебя убьет, — хмыкает Чанёль. — Так, лучше покажи ей комнату, а я пойду переоденусь. — Пак направляется на второй этаж, быстро поднимаясь по лестнице, оставляя Чонгука вместе с Розанной. — Пойдем, — весело сказал Чонгук и ладонью коснулся плеча девушки, таким образом сопровождая на второй этаж. В центре второго этажа стояло три дивана буквой «п». Под диванами был небольшой, квадратный коврик. В центре диванов стоял стеклянный столик, а на нём стояла посуда с фруктами, чтобы можно было смотреть телевизор, наслаждаясь ими. Насчёт телевизора. Он был напротив всех диванов. По обе его стороны стояли колонки, а сам он висел на стене. В этом доме ковров было мало. Они встречались редко когда. В основном под диванами или креслами. — Это твоя комната, — Чонгук останавливается возле закрытой двери и открывает её, пропуская девушку. Увидев свою комнату, Розанна слегка удивляется. Она была прекрасна. Как заходишь в комнату, слева и справа находятся две двери. А проходя чуть дальше, можно сразу же увидеть кровать, которая была в углу. На стенке, сбоку и над головой кровати висели две картины. По обе стороны кровати были маленькие столики, сверху которых стояли лампы. Одеяло кровати было серебристым цветом, а семь подушек были чёрные и серебристые. Напротив кровати, на стене висел телевизор, на полу, под телевизором стоял маленький столик, на котором лежал пульт, журнал и стояли маленькие вазы. Напротив входной двери, почти на всю стену было окно и окно было с дверью. Видимо чтобы можно было выходить оттуда на свежий воздух. Розанна подошла к тем дверям, которые встретила при входе и открыла одну из них. Слева от входной двери была уборная. Не просто уборная. Такую уборную она никогда в жизни не видела. Всё выглядело очень красиво, дорого и идеально. Почти всё было сделано из гранита. — Нравится? Она неплохая, — Чонгук ожидает ответ девушки, но он не последовал. — Ты вообще не разговорчивая. По тебе даже эмоции прочитать сложно. Розанна поворачивает в его сторону голову и: — Когда привезут мои вещи? — Я тебе одно, а ты другое, — бурчит себе под нос Гук, почесав затылок. — Хён сказал, что вещи тебе не понадобятся. Твои вещи там. Всё готово, — Чон показал на третью дверь и направился туда. Открыв её, он прошёл вовнутрь. Да там целая комната с одеждами. — Тут много выбора. Можешь сейчас переодеться. Я тогда пойду. — не дождавшись ответа от девушки, Чонгук последний раз смотрит на неё и скрывается за дверями. Розанна садится на кровать и вздыхает, смотря на свои обуви. — Это можно назвать чудом? Спасибо, дядя Пак Хэджун.

***

— Хён, она теперь будет жить у тебя всё это время? — поинтересовался Чонгук, сидевший на кресле в комнате своего кузена, раскинув ноги. — А что? — натягивая на себя футболку спросил Чанёль, кинув взгляд на Чона. — Хватит хомячить, — недовольно пробасил, потому что не любил, когда кто-то разговаривает с ним набитым ртом или же одновременно кушая. — Она забитая что-ли. Совсем не разговаривает, — задумчиво протянул Чонгук. — И да, я обожаю фрукты. Так что не запрещай мне их жрать. — Жри сколько влезет. Только не жри когда со мной разговариваешь, — Пак накинул серые тапочки и подошёл к зеркалу, взлохматив волосы и отпуская их вниз, нарушая укладку. — Когда ты свалишь, кстати? — он последний раз смотрит на себя в зеркало и устремляет взгляд на юношу, что продолжал аппетитно хомячить фрукты. — Ну, — жуёт. — Не знаю. Может через пару недель, — спокойно пожимает плечами и продолжает жевать. — Завтра я на работу. Будешь за ней смотреть. Никакие клубы, понял? — Чанель кидает на юношу приказной взгляд из-под чёлки, и засунув руки в карман свободных, широких, чёрных штанов, направляется к выходу из комнаты. — Стоой, — заныл младший, вскакивая с кресла и побежал за старшим. — Как это «никакие клубы»? Ты же знаешь, что я завтра гулять иду, — Чонгук подбежал к Паку и схватил его за плечо, останавливая таким образом. — Иа! Хён! Я гулять буду. — Или ты живешь в моём доме и слушаешь меня или ты сваливаешь с моего дома и делаешь всё, что пожелаешь, — Чанель скидывает руку кузена. — Мне, конечно, всё равно, но ты позоришь имя своего отца. Ты знаешь, что будет, если дядя Чон Седжун разозлиться. Он и так выгнал тебя с дома. — Иа~, то есть мне как в тюрьме жить? Ты же знаешь, какие у него жестокие правила, а я еще молодой. Я не хочу жить так, как он хочет. У меня должен быть выбор. Моя жизнь, разве не так? — Слушаться отца, приходить домой вовремя, завтракать утром вместе с семьей, проводить с семьей вечеринки, уважать мать и брата. Это разве так жестоко? Подумай сам, пока не начал жалеть. И еще, позови Розанну на кухню, — Чанёль всегда заканчивает разговор последним. Если он так сказал, значит это так и должно произойти. Даже сейчас. Оставив младшего посередине зала, Пак спустился по лестнице и завернул влево, направляясь в сторону кухни. На кухне стоял один белый, высокий стол с высокими стульями, который чуть смахивал на барный столик. Чанель привык жить один, поэтому он не нуждался в большой кухне. Пройдя глубже, он прошёл мимо стола и подошёл к раздвижной двери, которая вела на кухню. Там было место для приготовления пищи. И именно там были все принадлежности для кухни. Где, думаете, он встречает гостей? Когда спускаешься со второго этажа, направляясь в сторону кухни, можно заметить еще одну комнату. Она была без дверей и принадлежала гостям. Там был камин, два дивана, между которых стоял столик, и длинный, большой стол для специальных гостей, поэтому морочиться по этому поводу ему не стоило. В этом доме много диванов. Они встречаются еще тогда, когда спускаешься со второго этажа. Два дивана стоят сразу же напротив. Диваны были чёрные, как и пол. Под ними был белый ковёр, сверху которого стоял деревянный столик. Еще была лестница вниз. Она вела в подвал для алкоголя. — Еда готова? Накройте стол, — даёт приказ одной из горничной, на что та кивает и делает поклон, удаляясь на кухню, чтобы скорей выполнить приказ хозяина. Уже через пять минут на белом, мраморном столе было куча еды. Чанёль был голоден, а Розанны и Гука не видно. Приказав горничной позвать их, он сел за стол и принялся кушать. — У тебя есть собака? Круто. А как её зовут? — задал вопрос Чонгук, спускаясь по лестнице вместе с девушкой, продолжая заваливать её вопросами, таким образом заставляя чаще разговаривать. — Кума, — честно ответила Розанна, спускаясь по лестнице рядом с Чоном. — Сама назвала? — девушка кивнула, а Чонгук улыбнулся. — Кухня там, — показал пальцем влево и направился вместе с ней в ту сторону. Зайдя на кухню, Розанна и Гук встретились с аппетитно ужинающим Чанёлем. — Чего стоите? Садитесь, — кивает на стулья, продолжая есть. Чонгук сел напротив Чанёля, а Розанна неуверенно подошла к нему и села рядом. Для начала она не знала, как начать есть, потому что было стыдно, но попробовав один раз, она уже забыла обо всем и начала спокойно есть. Такую вкусную еду она уже совсем давно не ела. Да и когда она вообще в последний ела. Чонгук лишь улыбался, изредка наблюдая, как она мило кушает, а Чанель задумчиво сверлил в тарелке дырку, уплетая свою еду, иногда кидая на неё взгляды.

***

— Кто эта девушка такая? Почему именно её я должен был забрать? Ты хоть знаешь в каком месте она жила? — спросил Чанёль пробасив своим голосом. Ему действительно было интересно, почему отец приказал ему забрать такую девушку. Его отец не из тех людей, которые делают добро всем подряд, но так же, он не был жестоким. Но всё же, забрать именно эту девушку, да еще и с такого района. Заинтересованность Пака взяла вверх. — Знаешь Эрика Пака? Она его дочь. Три года назад, он говорил мне, что его дочь сама ушла из его дома и живёт своей жизнью. А я только вчера узнал как, где и в каком состоянии она «живёт своей жизнью». С Эриком я перестал общаться уже как три года, но его дочь я всё еще уважаю и люблю как свою. Вот в чём причина. Она мне как дочь. Я не мог закрыть на это глаза, — мужчина в строгом костюме сидел за дорогим, мраморным, рабочим столом темно зеленого цвета сливающимся с чёрным. Его кабинет был достаточно большим, а окно на всю стену, с которого был виден весь Сеул, придавал ему еще больше красоты. Стол был в форме буквы «т» и он был построен для того, чтобы приходящие гости могли расположиться напротив, и для того, чтобы провести собеседование прямо в его кабинете. — Кто же она такая, чтобы ты так о ней беспокоился? Не каждую ты принимаешь за свою дочь, — снова задал вопрос Чанёль, который сидел на дорогом, мягком, рабочем кресле для гостей. Он был в рабочем костюме. Выглядел так же, как и вчера, только костюм уже был синий. — Правильно. Не каждую. Но её я принимаю за свою дочь, а всё потому, что она была привязана ко мне еще с пяти лет. Она любила меня больше, чем своего отца. Иногда даже отцом называла, но я всегда твердил ей, что она не должна так делать, — мужчина грустно усмехнулся, вспоминая старые моменты и смотря в воздух, будто находится в другом мире. В мире прошлого. — Я пока не смогу приехать и повидаться с ней. Завтра улетаю в Лондон по делам, поэтому тебе придётся пока выйти на работу, сынок, — мужчина будто очнулся и выровнился, посмотрев на своего сына. — Без проблем, отец. С завтрашнего дня выйду на работу, — Чанель коротко кивнул, а отец добро улыбнулся. — Скажи Чеён, чтобы она не скучала по мне, и что я постараюсь вернуться через несколько недель. — Чеён? — вопросительно выгнул брови Чанёль и уставился на отца. — Разве её не Розанна зовут? — Это её настоящее имя. Розанна, Рози — американское имя. Она разве не говорила тебе ничего? — Нет. Она совсем не разговаривает. Она закрытая девушка… — Разберёмся позже, сынок. Мне пора на совещание, — мужчина поднялся с кресла, смотря на экран телефона, куда пришло уведомление. — Договорились, значит завтра ты выйдешь на работу. Всё, я побежал, — он быстрыми шагами направился к двери, скрываясь за ними. Чанёль провёл отца взглядом и снова задумчиво нахмурился, после чего встал с кресла и направился к выходу. Спросив у охранника не выходили ли с дома Чонгук и Розанна, а затем получив ответ, что нет, Чанёль коротко кивнул и направился к главным дверям его дома, которые открыл дворецки, чтобы пропустить своего хозяина. Пак прошёл дальше и коротко осмотрелся, проверив взглядом, присутствуют ли на первом этаже Чон и Рози. На первом этаже пусто. Не увидев никого, кроме проходящей на кухню горничной, Пак направился к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. — Господин Пак, оказывается молодого господина дома нет. Госпожа Розанна сидела в своей комнате и попросила не заходить, сказав, что Чонгук у неё. Мы послушались её, но прямо сейчас мы убедились, что он не находился в её комнате, — один из помощников Чанёля подбежал сзади, начиная долаживать всю информацию, но позже стыдливо и виновато отпустил голову, ведь его одурачили. — Какого хрена? Ты как работаешь вообще? Ты уволен, но для начала выполнишь одно задание. Скажу тебе позже, а пока собирай свои вещи, — грубо пробасил Пак Чанёль и кинув недовольный взгляд на работника, который уже не работает на него, продолжил свой путь на второй этаж. Он быстрыми шагами подошёл к комнате девушки и не постучавшись, вошёл вовнутрь, проходя дальше, чтобы увидеть девушку. Она сидела на кровати, рассматривая свой старенький и сломанный телефон, но увидев боковым зрением постороннего человека в своей комнате, тут же подняла голову, посмотрев на гостя. — Где Чонгук? — грубым тоном спросил Чанёль, не поздоровавшись с девушкой. — Я не знаю… — Как ты можешь не знать, если обманула охранника? Какого хрена ты вообще им так сказала? — он слегка повысил свой голос. — Чонгук сказал, что он должен срочно идти на день рождения своей девушки, но ты запретил ему это, поэтому он попросил меня наврать, — спокойным тоном ответила Розанна, каменным лицом смотря на Чанёля. — Айщ, этот парнишка когда-нибудь точно доиграется, — Чанель посмотрел в сторону и недовольно шикнул, откинув края пиджака назад и облакотившись ладонями об талию. Он часто так делал, когда психовал. — Кстати, — он выровнился и посмотрел снова на Пак. — Отец сказал, чтобы ты не скучала. Он улетает по делам в Лондон и постарается вернуться через пару недель, — вспомнил Пак, выполняя просьбу отца. Розанна на его слова лишь пару раз коротко кивнула, а Чанель посмотрел на неё, мол, «и всё?», но Чеён не ответила ничего, отводя пустой взгляд в сторону. — Даже ничего не скажешь, м, Пак Чеён, — сделав ударение на слова «Пак Чеён», сказал Чанёль, после чего Рози точно не могла не посмотреть. — Откуда ты знаешь моё имя? — Надо же, хоть что-то сказала, — ехидно хмыкает. — Отец сказал. У тебя есть целых три имени: Розанна, Чеён и Рози. И как же мне тебя называть? — выгибает бровь. — Как хочешь, — каменным лицом опускает голову и смотрит на свой телефон, проводя пальцем по нему. — Хорошо. Я пойду переоденусь, а ты спускайся вниз. Обед уже должен быть готов, — Чанёль кидает взгляд на Чеён, которая на него даже не посмотрела, и скрывается за дверями комнаты. Переодевшись в домашнюю одежду, Пак выходит из своей комнаты и направляется в сторону кухни, на ходу взлохматив волосы и отпуская их вниз, закрывая таким способом лоб. На удивление, Чеён уже сидела на кухне и спокойно обедала, не обращая внимание на Пака, который зашел на кухню. Она даже не посмотрела на него, а Пак промолчал, сел напротив и принялся кушать. — Ближе к ночи я уеду, — нарушил тишину Чанёль, вытирая салфеткой губы. — Тебе придётся побыть одной. Рядом будут горничные. Если что-то понадобится, обратишься к ним, — пробасил Пак и встал со стула, удаляясь. Чеён провела его взглядом, а потом снова устремила взгляд на тарелку с едой, продолжая есть.

***

На улице темно. Только одна лампа освещала закрытую трассу, слегка покрытую снегом. Громкие звуки мотора и рёва. Слышатся голос парней и девушек, разговаривающих, каждый в своей компании. Рядом с трассой стояли пару гаражей, откуда падало освещение. — Какие люди, — радостный голос парня заставляет всех обратить на него внимание. — Вот же сюрприз, — парень, что стоял возле своего мотоцикла и болтал с друзьями, быстрыми шагами направляется к знакомому человеку. — Рад видеть тебя, Чан, — они «по мужский» приветствуют друг-друга руками. — Какими судьбами? Соскучился? — Еще бы, — хмыкает Чанёль и отпускает руку. — Как без меня время провели? — Ужасного в жизни не видел. — Так и знал, — Чанёль вновь хмыкает и устремляет взгляд на остальных присутствующих. — Ну что, соскучились? Дело в том, что почти все присутствующие боялись Пак Чанёля, поэтому и стояли молча, пытаясь скрыть свой страх. — Ну же, чего молчите? Разве не соскучились? — с сарказмом и с усмешкой говорит Чанёль и обойдя своего друга, делает три медленных шага к ним. Но к нему подбегает девушка в облегающем и коротком платье, нависая на него, обнимая и говоря что-то наподобие «я скучала». — Ты же знаешь, что я ненавижу всю эту ваниль, — шипит и отталкивает от себя девушку. — Я пришёл для того, чтобы проверить ваши навыки. С кого начнём? — он устремляет взгляд обратно к остальным, а девушка продолжает стоять рядом и строить из себя девушку Пака. — Чан, они не готовились даже. Ты чего так неожиданно, — вмешивается его друг, который так радостно его встретил, но Чанёль затыкает его своей речью. — Ты не вмешивайся, Бэк, — его грубый бас заставляет заткнуться парня. — Я дал вам время отдохнуть. С завтрашнего дня я снова выхожу на работу, поэтому у меня будет меньше времени учить вас и читать лекции. Вы не мелкие щеглы, поэтому должны понять. Хватит бухать и тратить время на пьянство. Глупо. Если не хотите сдохнуть, слушайтесь меня и выполняйте свою работу. Вы знали, на что шли, — Чанёль засунул руки в карманы чёрной кожанки, по хозяйски смотря на остальных. — Хён, ХёнШик набирает больше людей. Кажется он что-то задумал, — говорит один из присутствующих. — Юнги, Тэхён, Лиса, Сехун, Дженни и Бэк работают вместе со мной. Я буду давать поручения им, а вы будете слушать и выполнять. Сегодня проверять не буду, можете расслабиться. И еще, Тэхён, найди Чонгука. Он должен быть где-то в клубе, — устало произносит имя человека, который уже надоел ему. Чонгук приносит слишком много проблем. Тэхён послушно кивает и направляется к своей машине, чтобы направиться за ним. В этом время к Чанёлю начинает липнуть девушка, которая обняла его. Он сразу же понимает её намёки и грубо схватив за руку, направляется к одному из гаражей. Ему было абсолютно плевать на то, что могут подумать остальные. Он всегда делает так, как хочет. Прижав девушку передом в железную стену гаража, от чего та слегка охает, ударяясь головой, Чанёль надавил её зад своим пахом, до крови укусив её мочку уха. Затем вцепился своими руками в её запястье и поднял вверх, до боли прижимая к стенке и наводя их над головой, чтобы можно было взять обе её руки своей одной рукой. Свободной рукой он задрал её короткое платье до живота и проскользнул под ткань кружевных трусиков, резко входя в неё сразу же тремя пальцами. Девушка не сдерживает громкий стон и начинает тяжело дышать, а Чанёль, в это время отстраняется пахом от её зада и ставит её раком, надавливая на её спину, чтобы та согнулась. Его пальцы по прежнему были в ней, а второй рукой он стянул с неё трусики и принялся быстрыми движениями расстегивать свой ремень на джинсах. Справившись с ремнем, он не полностью спустил джинсы вместе с боксерами и схватившись за её задницу, вошёл в неё, заставляя заорать. Он начал быстро набирать темп, вбивая девушку головой в стенку. Вытащив из неё пальцы, он двумя руками впился в её талию, двигая её к себе на встречу. Его голова задралась назад от возбуждения, а сам начал двигаться еще быстрее, продолжая вдавливать девушку в стенку. Толчки были слышны снаружи, как и стоны девушки. Она не стонала, она чуть ли не орала. Бэкхён приказал одному парню поставить музыку на колонке громче, потому что ему стало некомфортно за друга. Все так смотрели.