Навсегда
22 мая 2018 г., 00:06
POV Северус Снейп
Я держал её руку, такую слабую, почти безжизненную. Гермиона лежала, опутанная чарами от чар слежения, вдруг она проснётся, до поддерживающих. Три дня прошло, а я не могу заставить себя отойти от неё, хотя и понимаю, что должен. Я поцеловал её руку и положил голову на кровать. В тот момент, когда я смотрел, как она выпивает эту дрянь, во мне что-то надломилось. Я почти возненавидел её. Наша связь натянулась до предела, ещё несколько секунд – и она, возможно, лопнула бы, но она бросилась защищать меня, драться. Скорее всего, именно это и спасло наш брак. Но даже после того, как Натали пала мёртвой, а Гермиона рухнула на пол и забилась в конвульсиях, я не мог подойти к ней. Смотрел и не мог пошевелиться. Я почти ненавидел её... А когда в Мунго мне сообщили, что она использовала один единственный шанс спасти и себя, и меня, и наше дитя, связь снова натянулась, в этот раз из-за моего чувства вины. Я был готов убить себя за одну мысль, что она МОГЛА так поступить. Почему-то уже в который раз я решаю, что она может навредить НАМ. – Прости меня, Гермиона, – я поцеловал её в щёку. – Я обязательно вымолю у тебя прощение, но сейчас мне надо уйти. Я помогу тебе выкарабкаться, даже если для этого придётся изобрести миллион зелий. Я вышел из больницы незамеченным. Несколько секунд, чтобы остудить разум, всё-таки эмоциональность, появившаяся во мне,, – это лишнее. В такие моменты, как этот, она мешает принимать верные решения и мыслить трезво. В первую очередь, мне нужно закупить всё нужное для разработки зелья. Я уже мысленно прикинул, сколько и чего нужно будет купить, но масштаб работы удручал. Мне нужно было создать зелье с уникальным эффектом. Оно будет восстанавливающим, но с направленным эффектом, причем действующее не только на физические повреждения, коих мало, но и на гормональный фон женщины. Это сложно, очень сложно. Почти индивидуально для каждой из них, но мне-то нужно создать его только для моей женщины. Я уверенно шагал по Косому переулку, было очень поздно, но здесь есть одна круглосуточная аптека, в которой мне ни в чём не откажут. Вдруг совсем рядом со мной раздался характерный хлопок трансгрессии, кончик палочки мгновенно упёрся в шею прибывшему. Но это всего лишь Поттер. Уставший, повзрослевший Поттер. —Сэр, – он устало потёр переносицу. – Если нужна будет моя помощь... —Ты даже не догадываешься, что мне предлагаешь, – оборвал я. Втягивать его в это не стоит, я же не знаю, какая магия мне понадобится. —Вы собираетесь помочь Герм, я с вами. Даже если это будет тёмный ритуал, мы проведём его на Гриммо, никто ничего не узнает! – я удивлённо разглядывал этого юного мужчину. То, что он говорит, совсем не речи того оболтуса, каким я его помню. – Сэр, она спасала мне жизнь бесчисленное множество раз, я не могу оставить её. – Хорошо, я оповещу, если мне нужна будет помощь. Поттер кивнул и исчез, такой его вариант мне нравится больше. Я снова зашагал к аптеке, откладывать нельзя.***
Я вздрогнул, кто-то сильно тряс меня за плечо. Сон никак не хотел покидать меня, но усилием воли я заставил себя подняться, рядом стояла Минерва. Сейчас начнётся! —Северус, – осторожно она погладила меня по плечу. – Тебе не стоит так себя изводить. Я уверена, мисс Грейнджер не будет рада, увидев тебя в таком состоянии. —Чтобы увидеть меня, пусть сначала придёт в себя, а это невозможно без моего зелья, – я уставился в свои записи, мне не хватало совсем немного. Какой-то маленькой детали или, если точнее, одного вида трав, и пазл сложится, но что именно нужно, я понять не мог. – Прости, Минерва, у меня много дел. —Я принесу тебе чай, – сдалась она. Теперь женщина часто помогала мне, а иногда и насильно заставляла отдыхать. —Я не хочу чай, лучше кофе, – мне нужно взбодриться. – И чем крепче, тем лучше. —Мелисса и мята помогут успокоиться и прояснить рассудок, – наставительно произнесла МакГонагалл и вздрогнула, когда я вскочил. – Что?! —Мята! – сердце колотилось как бешеное, я никак не мог заставить себя вздохнуть нормально, глотая воздух урывками. Мне нужна именно мята! Она отлично дополняет все компоненты и помогает успокоить разум, выровнять его. – Мерлин, моему зелью не хватает всего лишь мяты! —Ты уверен, Северус? – Минерва выглядела растерянно. – Даже я знаю, что мята... —Почти несовместимый с другими компонент, – закончил за неё я. – Зелье очень специфическое, и ингредиенты тоже должны быть необычными, но до такого простого я и не додумался! —Ну хоть в чём-то я тебе помогла, – улыбнулась пожилая женщина. У меня не было времени как следует её поблагодарить, я спешил к котлу, но я пообещал себе, что обязательно сделаю это потом, когда всё закончится. За четыре прошедших месяца я успел продумать как само зелье, так и его катализатор. После того, как мы дадим Гермионе моё варево, я должен проникнуть в её голову, но не с помощью легилеменции, а с помощью нашей общей магии. Я даже не могу быть полностью уверен, что это сработает, но выхода не было. Придётся рискнуть. Ещё несколько десятков бессонных ночей над котлом и несколько скандалов с Минервой, но я не мог отступить, когда был настолько близок, а она говорила о каком-то отдыхе. Я вообще почти забыл, что это такое – отдых. Пока я не поставлю на ноги Гермиону, ему нет места в моей жизни. Работая скорее на автомате, я доварил зелье и, держа в руках заветную колбочку, медленно опустил голову на сложенные руки. Чуть-чуть, совсем чуть-чуть посплю и сразу к ней, в больницу. Я так устал...***
Зайти в палату было страшно, хорошо, что все уже там, было бы обидно показаться трусом перед остальными. Наконец собрав всю волю в кулак, я толкнул дверь и вошёл. То, что я увидел, заставило меня сжать кулаки. Она такая хрупкая. С того момента, как я видел её последний раз, она сильно похудела. Стала почти прозрачной, но я понимал, что если бы не чары, было бы хуже. — Вы уверены, сэр? – Поттер напряжён, сжимает руку своей жены. Фигура Джинни Уизли приятно округлилась из-за беременности, это больно резануло по сердцу. Наверно, Гермиона выглядела бы ещё прекраснее. —Наверно, Джинни лучше покинуть комнату, я не могу предсказать, как отреагирует её магия на такое сильное вмешательство, – я отвёл глаза, не нужно никому знать о моей тоске. —Я останусь, – твёрдо ответила она. —Но... – Поттер попытался отговорить её, но железный тон молодой женщины отбил охоту спорить даже у меня. —Гермиона – моя лучшая подруга! Если вы сможете привести её в чувство, я должна быть рядом с ней! —Хорошо, – я подошёл к лежащей на больничной кровати жене. Влить ей в глотку зелье было легко, а вот дальше стало страшно, вдруг что-то пойдёт не так. Скрывая свою неуверенность, я кивнул Поттеру. – Как договаривались. Как только он возвёл над нами щит, я поднял палочку и окунулся в нашу общую магию, она повела меня к ней, но когда я уже был почти уверен в успехе, она вдруг воспротивилась мне. Я чувствовал, она блокирует мои попытки мягко прорваться, поэтому, собравшись, я надавил сильнее. Мне нужно, чтобы она пустила меня! Я чувствовал, что ей неприятно, почти больно, но не останавливался. Столкновение характеров было настолько ожесточённым, что я был готов отступить и попробовать ещё раз, но силы как будто покинули её. Она вдруг открылась мне, и я не просто вошёл в её голову, а влетел в неё с приличным ускорением. Задумываться об этом не было времени, я быстро принялся искать повреждённые участки. Их было немного, но сильные повреждения не давали телу и магии нормально функционировать. Я укрепил, выправил эти участки нашей общей магией, теперь мы оба будем ещё более восприимчивы друг к другу. Ещё раз проверив, всё ли правильно сделал, я выскользнул из её сознания и едва не рухнул на пол. Голова очень сильно кружилась, руки тряслись, а ноги были ватными. Я опёрся о спинку кровати и обвёл палату поражённым взглядом. Местами проглядывался голый кирпич, краска отваливалась, а кресло и занавески дымились. Неужели всё было настолько серьёзно? — Почему она так сопротивлялась? – тихий шепот Джинни заставил меня встряхнуться —Не думаю, что она рада моему вмешательству. Но я всё сделал правильно, скоро она очнётся, – я утёр пот со лба. – Почему ты не удержал щит? – я обратился к Поттеру, который тоже выглядел устало. —Я пытался! – он взмахнул руками. – Только вот вы вдвоём настолько сильны, что мы втроем не смогли удержать вас! Оставалось только уворачиваться. — Се.. Северус... – хрип, даже не шепот, раздался с кровати. Забыв об усталости, я подался к жене. —Девочка моя? Что? – я сжал её руку. —Пить, – она протянула мне руку, я, улыбаясь, наколдовал стакан воды, помог ей напиться, после чего она снова уснула. Меня оттеснили колдомедики, они проводили множество тестов, а я просто стоял в углу комнаты и наслаждался её нежностью, что она передала мне в прикосновении. Усталость давала о себе знать, и я присел на стул. — Идёмте, сэр, – ко мне подошёл Поттер. – Они сказали, что до завтра она не проснётся, а вам нужно отдохнуть. —Наверно, да, нужно, – я уверенно отвёл его руку. – Спасибо, я позову своего эльфа, оставайся рядом с Уизли, – Поттер улыбнулся мне и отошёл, а я негромко позвал: – Лапри! — Да, хозяин? – передо мной появилась эльфийка. — Перенеси меня домой, – я подал ей руку и уже через секунду был в своей спальне. – Спасибо, – я рухнул на кровать, готовый моментально уснуть, но почувствовал лёгкое покалывание по всему телу. — Хозяин совсем себя не бережёт! – причитала эльфийка. – Хозяину нужно больше спать и есть! Как только магия перестала меня касаться, я отрубился.***
— Что значит, нужны ещё тесты? – холода в моём голосе, наверно, было больше, чем я вкладывал за всю жизнь. — Она нестабильна, – осторожно ответил врач, делая несколько маленьких шагов назад. — Гермиона принимает зелье? – голос становился по-настоящему страшным, но я ничего не мог с этим поделать. Если я выясню, что они проводят опыты на моей жене... Пусть надеятся спасти хотя бы часть здания! — Нет, в последнее время мы не давали его, но нужно ведь изучить его действие и свойства... Подождите! – мне по сути было плевать, чего он так хочет. Я направлялся прямиком в палату Гермионы. К тому же и крушить мне расхотелось, к чему марать руки? Я просто намекну об этом Поттеру, а он уж едва ли оставит от больницы мокрое место! — Северус, – Гермиона вздрогнула, когда дверь её палаты ударилась об стену. Я медленно подошёл к ней. — Здравствуй, – против воли я чуть поднял уголки губ, не улыбаться ей невозможно. — Что вы себе позволяете?! – в палату влетел доктор. — Если ты сейчас не исчезнешь, я превращу тебя в мелкого, но весьма ядовитого паука! – я резко обернулся к побледневшему мужчине. – Сцежу яд и вытащу внутренности, продам это на чёрном рынке, и ты больше никогда не сможешь бесить меня, – сдержаться было сложно, и магия волнами расходилась от меня. Рядом с Гермионой я становился в разы сильнее. — Северус! – охнула она из-за моей спины. — Иди ко мне, — я очень осторожно поднял её на руки. И сделал шаг к двери. — Что ты делаешь? – она сжала, точнее попыталась сжать, мою руку. Гермиона была настолько слаба, что я едва чувствовал эти попытки. — Забираю тебя домой, — просто ответил я. — Наконец-то, — девушка устроила голову у меня на груди и расслабилась. Тепло разлилось внутри. Она доверяет мне. Я трансгрессировал сразу в свои покои в Хогвартсе, и хоть я и не преподавал в последнее время, они остались моими. Едва я сделал несколько шагов в сторону спальни, как она напряглась. — Что? — мне не хотелось её волновать. —В спальню? — голос дрожал. Она, что... Мерлин, ну что за маленькая дурочка! — Теперь это твоя комната, — я занёс её и положил на кровать. — Пока не выздоровеешь, будешь занимать её. — Я могу и не поправиться, Северус, — Гермиона взглянула на меня из-под ресниц. Она явно переживает об этом. — Так сказал доктор. — Этот доктор — бездарь! — мне едва удаётся задушить вспышку ярости. — Моё зелье поставит тебя на ноги и полностью исцелит последствия той дряни. А если не поможет, изобрету что-то ещё. Сказать, что всё стало хорошо, я не могу. Гермиона определённо шла на поправку, начала ходить, колдовать понемногу, но она не набирала вес. Выглядела болезненно-бледной, а для восстановления нужны силы. Все диагностики показывали, что её организм работает верно, я всё не мог понять, почему так. Это очень меня беспокоило, но и не только это. Ещё она, кажется, боялась меня. Не смотрела в глаза, отдёргивала руки от моих прикосновений. Сначала я не мог понять причин её страха, но потом, мне кажется, я догадался. Она боялась моей реакции на своё бесплодие, ведь справиться с этим почти невозможно никакой магией. Это, конечно, тяжёлый момент, но я ни за что не отвернусь от неё. Возможно, мы опять наступили бы на грабли недоговорённости, если бы в один вечер я ни вернулся раньше обычного. Комнаты были просто пропитаны нашей магией. Я поспешил в спальню к Гермионе, явно что-то случилось. — Я не могу это есть, Лапри, — девушка отодвигала от себя поднос. —Вы должны! Хозяин очень переживает, что вы слабы, — эльфийка настаивала на своём. — Ты ему ничего не скажешь! — метко направленный удар нашей общей силой, и домовуха подчиняется. Для неё это словно мои слова. Еда с подноса исчезает, а магия стихает. — Почему ты не ешь? — я был удивлён, не могу представить причину, по которой она отказывается от еды. — Что ты тут делаешь? — она вздрогнула, глаза забегали, девушка явно подыскивала достойный ответ. — Я здесь живу, Гермиона. Отвечай на мой вопрос, — я скинул мантию и сел на кровать рядом с её ногами. — У меня просто нет аппетита, — она устало откинулась на кровать. —Я смотрю, он пропадает слишком часто, — я прищурился, что с ней творится? —Да нет, не слишком, — она словно отвлечённо размышляла о чём-то. Наверно, она ударит меня потом, но я резко направил на неё ментальный удар нашей силой и ворвался в её мысли, она просто не успела ничего спрятать. «Зачем же ты спрашиваешь? Ты же не заинтересован во мне, теперь уже точно! Даже стараешься не смотреть на меня. Северус, зачем ты привёл меня к себе? Чувство вины? Или ответственности? Как же мне надоело это, хочу как раньше, хочу снова быть любимой тобой. Но теперь я тебе не нужна, кому нужна бракованная самка? Ты так хотел этого ребёнка, нашу дочь, а я не смогла уберечь её! Правильно, что недолюбливаешь меня, правильно. Хорошо, что ещё не пытаешься дуэлировать со мной. Как же хочется снова тебя обнять, чтобы чувствовать, как ты тянешься ко мне, как твоя магия ласкается. Прости меня, Северус, прости...» Она вытолкнула меня из своей головы и, задыхаясь, сжала одеяло. Она была зла, напугана и растеряна. Она не знала, что делать. — Гермиона, ты не виновата, — я сжал её руку. — Но я выпила... — она всхлипнула. —Да, и именно этим спасла нас обоих. Если бы ты отказала ей, она убила бы нас на месте, а так у нас появился шанс. Не беспокойся, я смогу сделать так, что твой организм восстановится. Я обещаю, — я сел рядом и обнял её, а она уткнулась мне в плечо и зарыдала. —Я постоянно представляю, какой она могла бы быть, — всхлипывала Гермиона. — Прошу прощения, что не уберегла её. Умоляю дать мне шанс... Я прижимал её к себе и сам едва сдерживал слёзы. За всем этим я не хотел думать о нашей дочери. Мне казалось, я справился с этим, справится и она, но... Вместе переносить боль гораздо легче. Я поцеловал её в висок. — Всё будет хорошо, — я сжал её холодные ладошки. — Слышишь, если будешь слушаться меня в лечении, у нас будет ребёнок. — Обещаешь? — заплаканные, но такие родные глаза смотрели прямо в душу. — Обещаю. Конечно, будет ещё много ссор и недомолвок, мы оба слишком скрытные, но мы со всем справимся. Легко не будет, но мы готовы. Слишком много было преодолено ради счастья, чтобы отступить сейчас. Слишком дорога мне женщина в моих руках, чтобы я отдал её кому-то. Четыре года спустя. — Хватит, Северус! — Гермиона вырвала руку. — Не могу больше! Прости, но не могу! Она выскочила за дверь, и я услышал звук трансгрессии. Я провёл руками по волосам. Да, я тоже устал. Гермиона полностью восстановилась, это доказывали все проверки, но зачать ребенка мы не могли. Чего только не перепробовали. И теперь, когда способы закончились, она сдалась. Сказала, что не может больше пытаться, слишком сильна горечь разочарования. Слишком больно. Может, нам просто не дано? Не суждено иметь детей? Я повертел эту мысль и так и эдак, может, она и верна. Вдруг в комнату влетел Патронус в виде ястреба, главного целителя Св. Мунго. — Северус, быстро сюда! Голос встревоженный, явно что-то серьёзное, просто так он меня не зовёт. Ладно, я подумаю, что сказать Гермионе, а сейчас нужно отвлечься. Я трансгрессировал в больницу, прямо в его кабинет, и первое, что бросилось мне в глаза, это полусидящая на кушетке Гермиона. — Что случилось? — я упал перед ней на колени. — Мы не знаем, — вместо неё ответил мистер Коллинз, именно он и вызвал меня. — Ты как? — я погладил её по щеке, она выглядела такой слабой. — Тошнит, — скривилась моя жена. — Нужно срочно провести диагностику, полную! — скомандовал я. Не слушая никого, я заставил её пройти полное обследование. Сам в это время нервничал под дверью. Наверно, сказалась та травма. Не стоило так нервировать её. Чёрт, это ведь была самая крупная наша ссора! Зачем я настаивал на своём?! Наконец, кажется, через целую вечность, дверь открылась и вышел главный целитель. По его лицу ничего невозможно было прочесть. Он только кивнул мне в сторону кабинета, я быстро проскользнул туда и застал Гермиону застёгивающей последние, пуговицы на рубашке. — Ну что? Всё очень серьёзно? — я не рисковал подходить слишком близко. — Да, более чем, — спокойно ответила она. — Что? — колени подогнулись, хорошо, что рядом оказался стул, на который я и сел. — Успокойся, Северус, — она села напротив и глубоко вздохнула. — Я и сама до конца не верю, но... Кажется, я беременна. — Беременна? — бестолково переспросил я. — Да. Внутри всё распалось на миллионы кусочков, а потом собралось заново. По-другому, но хорошо. Я смотрел в глаза любимой и молил её любить меня всю жизнь. Сколько раз я чуть не потерял её? Сколько раз она была в опасности из-за меня? Но всё равно она меня любит. И у нас будет дочь, почему-то я уверен, что это будет именно девочка. — Я люблю тебя, навсегда, — прошептал я, говорить было просто нереально из-за кома в горле. — Я люблю тебя, навсегда, — нежно вторила она. Руны на наших руках вспыхнули, подтверждая и закрепляя наши слова. Навсегда!
