Вечер

Щелкнул выключатель, и в пустовавшей весь день квартире зажегся свет. Скинув берцы и балансируя между раскиданными по полу вещами, Бакугоу прошел внутрь. Диван жалобно скрипнул, когда он с размаху плюхнулся на него. Наконец дома, за надежными щитами из бетонных стен. Все в его жизни рушилось на глазах, словно его взрывная причуда действовала и на судьбу ее обладателя. После окончания старшей школы он не пошел в колледж, хотя родители настаивали. Устроился на подработку в крупный геройский офис в Токио. Его босс оказался очень занятым человеком – вечно отсутствовал на рабочем месте. Но занимался он далеко не геройскими вещами. Бесконечные интервью, съемки в рекламных клипах и фотосессии занимали все время. - Слышал когда-нибудь о личном бренде, выпускник Юуэй? – ярко накрашенный помощник, чьего имени Бакугоу не запомнил, ткнул его пальцем в грудь. – Мы тут не в игрушки играем. Это бизнес, дружок. «Нахуй пошел, ублюдок размалеванный!» - подумал Бакугоу, сжимая кулаки от злости. Известный герой оказался всего лишь очередной распиаренной пустышкой. Он с силой подавил в себе желание пойти и уволиться прямо сейчас. Впрочем, на следующий же день его выперли за то, что он взорвал компьютер главы отдела маркетинга. Остаток зарплаты так и не выплатили. Он пытался работать с героями помельче. Те, по большей части, занимались мелкими происшествиями: похищение котенка, мелкие кражи в магазине, потасовки несовершеннолетнего хулиганья. Бакугоу злило отсутствие нормальной работы. Злость накапливалась, выливаясь в словесные перепалки с собственными работодателями или даже с потерпевшими. Однажды почти дошло до драки. К тщеславию и корысти в среде профессиональных героев он оказался не готов. За годы обучения в Юуэй он усвоил совсем другие истины. Перед глазами Бакугоу были люди, которыми он вдохновлялся в детстве. Всемогущий, Сотриголова, Мик, Топ Джинс, Дикие Кошки; учителя Юуэй и профи, показавшие, что значит быть героем. Реальность оказалась куда прозаичней. Взрослый «геройский» мир напоминал огромное болото, где каждый карабкался на кочку повыше, стараясь при этом столкнуть вниз других. Мотивы таких злодеев, как Убийца героев, стали понятны. И этот мир он собирался защищать? Лежа на диване, Бакугоу рассматривал потолок и размышлял. Видно он сильно ушел в себя, раз не заметил раньше. Мысль заняться чем-то еще посещала его, но слишком уж много времени, сил, нервов потрачено на пути к мечте. Кто же виноват, что от большинства «защитников справедливости» отдает гнилью. Сегодня произошло событие, от которого руки Бакугоу не прекращали мелко трястись второй час подряд. Вместе с очередным нанимателем он выдвинулся на задание – очередной розыск домашнего животного. Безутешный хозяин заплатил щедрый аванс, и начальник Бакугоу радостно потирал ладони. - Вот отыщем собачонку, и он нам вдвое больше заплатит! Тогда наконец-то смогу жить в свое удовольствие. Бакугоу презрительно морщился, слушая эти речи. Этот человек не стремился спасти животное, а думал только о наживе. Ему тоже нужны были деньги, чтобы платить за жилье, покупать еду, одежду. Но черт, если бы он в первую очередь думал о деньгах, то пошел бы работать в банк. Вот уже где деньги хоть половником ешь. Они патрулировали главную улицу, попутно заглядывая в мелкие лавочки и подворотни. Показывали работникам и простым прохожим фотографию собаки, сделанную за несколько часов до исчезновения. Никакой информации. Время шло, и работодатель Бакугоу начал впадать в уныние. Заказчик предупредил, что чем раньше отыщется питомец, тем больше он заплатит. Между тем на город спустились сумерки. То там, то здесь зажигались окна домов, вывески магазинов и ночных клубов. Бакугоу откровенно зевал. Его зарплата не зависела от скорости выполнения миссии, да он и в принципе о деньгах никогда не парился. Гораздо сильнее бесили мысли, что где-то в этот самый момент вершится зло, а они заняты поисками «живой игрушки» какого-то богатого дуралея. Вдруг он услышал приглушенные крики о помощи. Поначалу решил, что показалось, но звук постепенно усиливался. И вдруг резко смолк. Бакугоу сообщил об этом своему начальнику. - Что за ерунда? Тебе наверняка почудилось! Я сам уже на нервах с этой шавкой, так что немудрено. - Нужно проверить в той стороне. - Мы там уже искали! До вечера надо проверить север города. Собака не могла убежать далеко. Бакугоу почувствовал, что начинает медленно закипать. - Человек звал на помощь. - Не наши проблемы, - начальник закатил глаза и махнул рукой в сторону. – Пусть какой-нибудь не занятый герой спасет его и… Договорить он не успел: Бакугоу ударил его кулаком по лицу. Большая сила пришлась по челюсти, и, кажется, парочка зубов оказались выбиты. Бакугоу очень хотелось использовать причуду, но он был не дурак лишаться лицензии из-за какого-то жадного до денег упыря, посмевшего назваться «героем». Бросив начальство собирать зубы по асфальту, он рванул в подворотню. - И что? Ты спас его? – жизнерадостный голос Киришимы из трубки мобильного гремел на всю квартиру. - Нет. Сомкнув веки, Бакугоу попытался прогнать страшную картину, навсегда отпечатавшуюся в памяти. Смерть дышала ему в лицо еще когда он был школьником, да все как-то тешилась, отступала прочь. Казалось, что несмотря на все горести, справедливость будет торжествовать. Ведь этому учил их Всемогущий и остальные. - Блин! – воскликнул Киришима сокрушенно. – Дьявол! Бакугоу не отвечал, молча слушая, как друг продолжает ругаться. Он удержался от искушения взорвать трубку в руке. Просто повесил ее, как обычно забыв попрощаться. Киришима никогда не обижался. Ему было плохо так, словно через горло вытащили все внутренности и залили в брюхо расплавленного свинца. «Каким же куском дерьма я стал!» На журнальном столе лежала ручка. Бакугоу машинально взял ее и медленно вывел на листке «кусок дерьма». Потом яростно скомкал его и взорвал, скинув ошметки на пол. Если бы можно было отмотать время вспять, успел бы он? Когда уже он почувствует себя по-настоящему взрослым, чтобы перестать спрашивать разрешения? Черт, когда он вообще спрашивал у кого-то разрешения? В дверь громко постучали. Удивившись, кто мог притащиться так поздно, Бакугоу доплелся до прихожей. - Кто там ещё? - Открывай, пукан-бомбукан! – проорал Киришима, будя всех соседей. Будто мало Бакугоу жалоб на звуки взрывов в квартире. Стоило двери открыться, Киришима ввалился, снося на пути все, точно красный ураган. У Бакугоу не осталось сил, чтобы ругаться или спросить, зачем заклятый друг пришел к нему в полпервого ночи. А меж тем тот уже вовсю располагался в его, Бакугоу, гостиной. - Думаю, тебе нужна хорошая встряска, - Киришима деловито расставлял на столе блестящие банки, громко шурша пакетом. - Что это, блять? - Выпивка. Не видишь разве? У тебя хоть есть что пожрать? Вот черт, в холодильнике тараканы повесились! Хорошо, что я додумался захватить чипсы! Наблюдая, как Киришима снует туда-сюда по его квартире, ворча из-за беспорядка и прочей бытовой чуши, Бакугоу почувствовал облегчение. События этого дня не стерлись из памяти, но слегка поблекли, перестав ослеплять чувством вины. Когда они сидели на полу друг напротив друга, Бакугоу произнес: - Я хочу свое геройское агентство. Без этого маркетингового дерьма. Которое будет реально спасать. - Чувак, я тоже, - Киришима опустил взгляд на свои руки. – Но насколько это реально? Сейчас чтобы открыть свой офис, нужен богатый спонсор. Или просто куча бабла. Друг был прав, и это до чертиков бесило. Бакугоу допил свою банку, швырнул ее за диван и принялся за другую. Затем третью, четвертую, шестую, девятую. Киришима едва успел открыть вторую. В какой-то момент Бакугоу понял, что ему, возможно, хватит. Кровь пульсировала в висках, а сердце колотилось, как сумасшедшее. Наверное, он покраснел, потому что Киришима сказал: - Черт, Бакугоу, да ты как переспелый помидор сейчас! Хотя из растений ты всегда больше похож на этот… Бешеный Огурец! Ахахах. - Завали, - рявкнул Бакугоу. Из глубин сердца поднималась болезненная ярость. Ему срочно нужна парочка злодеев, чтобы выпустить пар. Бакугоу поднялся с твердым намерением двинуться на поиски. - Эй! Ты, блин, куда собрался в таком состоянии? - Убивать. - Нормальный вообще?! Ты пьян в сосиску! - Отвали от меня! Осознав, что намерения друга серьезны, Киришима подскочил к нему и обхватил за пояс, не давая пойти и свершить правосудие на темных улочках Токио. Бакугоу предсказуемо принялся вырываться, попутно пытаясь его взорвать, но Киришима не уступал. Пьяный Бакугоу хоть и потел обильно, целился просто отвратительно. Поэтому после пары неудачных попыток отказался от причуды, вступив в рукопашную. Киришима драться вовсе не хотел, только вот его и не спрашивали. Двадцать минут они катались по полу, преумножая бардак в квартире Бакугоу. Кто-то из соседей застучал в стену – видимо, надоело слушать бесконечный поток ругательств и грохот. - Остынь уже, мистер Бомболейо! - Пусти меня, патлатый! - Сам ты патлатый! Тебе что, 6 лет?! Наконец Киришима зафиксировал руки и ноги противника на полу, навалившись сверху. Пришлось использовать причуду, потому что Бакугоу был чертовски силен. Алкоголь лишь незначительно ослабил его координацию. - Слезь с меня, кусок дерьма! - Заканчивай. Давай завтра придумаем, что делать, лады? Пойдешь к своему начальнику и скажешь все, как на духу! - Не пойду, блять, меня уволили! Понимаешь?! Вышвырнули, как блохастую дворнягу! Киришима уставился на него: - Но почему? Ведь ты хотел спасти человека. - Этот хуй испугался обвинения в халатности! Я – свидетель того, что он был единственным героем в округе и просто смылся! Он прислал мне по электронке уведомление об увольнении. Как будто я сам не ушел бы! Выражение растерянного сочувствия отразилось на лице Киришимы. Бакугоу отвернул голову. - Не смей меня жалеть, ублюдок рыжий! - Это пятый случай. После такого ни один геройский офис тебя не возьмет. - Знаю, - сквозь зубы выдавил Бакугоу. – Насрать. Ему было не насрать, и Киришима точно это знал. Душа Красного Бунтаря пылала от окружающей несправедливости. Парню посчастливилось попасть в напарники к Жирножвачу, в его токийский филиал. Он видел жадность и коррумпированность всей системы, понимая, что потребуется не один год, чтобы все изменить. Киришима понимал, что у Бакугоу те же устремления. Просто у друга немного другие методы решения проблем. - Слушай, я могу поговорить с Жирножвачем, если хочешь… - Засунь свою гребаную жалость себе в задницу! - Ладно-ладно. Только не наживай еще больше неприятностей. Не ходи никуда сейчас! Изо рта Бакугоу полился новый поток ругательств. Он лупил ногами по полу, пытаясь освободиться. Соседи застучали в стену с двойной силой. Киришима запаниковал. Ладонью заткнуть Бакугоу никак не выйдет, ведь для этого нужно отпустить по крайней мере одну руку. «Как в древних геройских боевиках что ли – герой затыкает героиню с помощью поцелуя?» - подумал Киришима, и тут же рассмеялся своей идее. Пьяный злой Бакугоу никаким местом не походил на пышногрудых красавиц из кино. Тем временем обездвиженный Бакугоу оторвал корпус от пола и больно укусил Киришиму за нос. Тот совсем не ожидал такой подлянки, а потому не успел укрепиться. - Блин! Больно, засранец! - Пусти меня. - И не подумаю. Ты в таком состоянии дров наломаешь – еще в полицию загребут! - МНЕ ПОХУЙ! - У тебя геройскую лицензию отберут, дурень! – Киришима прижался лбом к его лбу, предусмотрительно активировав причуду, чтобы Бакугоу не смог снова пустить в ход зубы. - Подумай, скольких еще ты можешь спасти, оставаясь героем? А скольким ты поможешь, если все просрешь сейчас? Никому! Зрачки Бакугоу расширились, крылья носа слегка трепетали от сдерживаемой ярости. Киришима держал крепко. Он знал, что его жесткий лоб причиняет Бакугоу боль, и все же не убирал его. - В наших руках дальнейшая судьба этого мира. Мы едва вступили в него на равных правах со взрослыми. Они думают, у нас нет голоса. Да только это не так. Народ помнит наши деяния еще со времен школы. Зажравшимся старикам недолго осталось править, - Киришима сделал вдох, чтобы немного перевести дух. – Но… если ты пойдешь бездумно взрывать все подряд, ничего не изменится. Бакугоу посмотрел на него так, словно мечтал просверлить глазами дыры в его черепушке. Показалось, сейчас снова полезет в драку. Оба тяжело дышали: один – от пылких речей, а другой – от едва сдерживаемого гнева. Киришима готовился в случае чего отражать взрывы. - Убери укрепление. - Вот еще! Чтобы ты опять меня хватанул за нос?! - Не вопи, - сказал Бакугоу ровно. – Убери. Весь лоб мне расцарапал. Зная Бакугоу не первый год, Киришима не поверил, что тот вот так просто отказался от своих планов. Осторожно он убрал броню с лица, оставив ее на руках и ногах. Стоило ему сделать это, Бакугоу сделал внезапную вещь – укусил его за нижнюю губу. Немного пожевал, выпустил и поцеловал уже нормально. «Кажется, я сам сейчас тут бомбану!» - подумал Киришима, от неожиданности отпуская руки друга. И тут же оказался в горячем сильном объятии. Бакугоу прижал его к себе так крепко, будто раздавить пытался. От него несло пивом, а поцелуи сменялись болезненными укусами, за которые хотелось вломить по первое число. Вместо этого Киришима пустил в ход свои острые зубы, кусая в ответ и чувствуя, как сам заводится от происходящего. Настолько же тупая ситуация произошла в свое время в Юуэй, когда они с одноклассниками впервые пробовали алкоголь. Тогда Минеда упился до потери сознания, Каминари всю ночь обнимался с фарфоровым другом, а Серо пошел клеиться к девчонкам. Бакугоу они едва заставили пить вместе с ними, взяв на слабо. Выпив, он взбесился пуще обычного, сцепился с Киришимой, а потом вдруг поцеловал. Ни один из них потом не вспоминал об этом случае. В конце концов Киришима первым потянул за майку Бакугоу. Тот грубо отпихнул его руки и стянул ее через голову, оголяя торс. Киришима стащил свою футболку, после чего снова прижался к Бакугоу. Его член болезненно заныл. - Бакугоу, знаешь, - прохрипел Киришима. – Кажется, у меня в штанах восстал настоящий Красный Бунтарь! - Очень остроумно, дебил, - рявкнул в ответ Бакугоу, кусая его в плечо. - Мы же это… Типа… - Что?! - Ну, парни оба. Закусив губу, Бакугоу ухватил его ладонью за наполовину эрегированный член, так что у Киришимы искры из глаз посыпались. Он убрал остатки брони со своих рук, чтобы провести по мускулистой спине Бакугоу, которая оказалась вся липкая от пота. - Чем больше злюсь, тем сильнее потею, - пояснил тот, предупреждая возможные вопросы. Хотя Киришима и раньше догадывался, что характер Бакугоу напрямую связан с его причудой. Огладив спину, Киришима пробрался под резинку домашних брюк и сжал крепкие ягодицы. В отместку получил еще один укус – на этот раз в шею. Выругавшись, Бакугоу оттолкнул от себя друга, повалил на спину и устроился на его бедрах. Выглядел он настолько свирепо, что Киришиме стало немного боязно за свое мужское достоинство. Привстав на коленях, Бакугоу дернул его спортивные брюки вниз, попутно сдирая белье. - Эй-эй, стопе, чувак! – завопил вмиг покрасневший Киришима. Он попытался закрыться ладонями. Бакугоу оттолкнул его руки и перехватил чужой член. - Не дергайся, блять! Ладонь Бакугоу двигалась быстро, уверенно надрачивая. У Киришимы перехватило дыхание. Его немного нервировало, что член Бакуго упирается ему в живот, поэтому он спросил: - Может я… тоже? - С-сука, заткнись и делай! – ничто так не бесило Бакугоу, как дурацкие вопросы. Ну, и Деку, конечно же. Едва справившись с накатывающими волнами наслаждения, Киришима приспустил штаны Бакугоу. Вид чужой эрекции сперва немного напряг. Тогда он перевел взгляд на лицо друга, а затем обхватил член Бакугоу, представляя, что делает это самому себе. Налажать в такой момент совсем не хотелось. Бакугоу прогнулся в спине, вновь склонился к его лицу, прихватил зубами за ухо. Он ускорил движения, надавливая большим пальцем на головку. Его ладони слегка вспотели и двигались легко. Голову Киришимы посетила дурацкая мысль, что Бакугоу в любой момент может взорвать его член. На лице друга отражалась жуткая злость. Они яростно дрочили друг другу. Пока Бакугоу не взорвался, кончив первым. Киришима обхватил его за пояс, сильнее прижимая к себе, и намекая, чтобы он не замедлял своих движений. Наконец, он сам толкнулся в липкую от смазки и пота ладонь, приближая разрядку. - Бакуубляааа! – такой сильный оргазм с ним случился впервые. - Сам ты бля! – обиделся Бакугоу. Морщины между бровей разгладились, а из глаз пропала неконтролируемая жажда убийства. Киришима почувствовал, что Бакугоу расслабился, продолжая сидеть на нем сверху. Немного отдышавшись, он спросил: - Чувак, и что это нахрен было?! Бакугоу ничего не ответил, отстраненно рассматривая свою руку, всю перепачканную в чужой сперме. Он осторожно поднялся на ноги и нетвердыми шагами двинулся в сторону ванной. Киришима хотел было последовать за ним, опасаясь, что Бакугоу слиняет через окно. Но не осталось сил, даже чтобы шевельнуться. Все же он заставил себя приподняться на локтях и потянулся за последней банкой пива, которую Бакугоу по счастливой случайности не успел уничтожить. Залпом выпил все, попутно пытаясь откинуть дурацкие мысли о произошедшем. Прислушался к шуму воды в ванной. На всякий случай решил проверить. И не зря: дверь была не заперта, вода из крана стекала в раковину, а пьяный взрывной герой свернулся калачиком на банном коврике и благополучно дрых. Вздохнув, Киришима поднял тело друга и переместил на кровать, попутно натянув штаны на его задницу. Слишком уж она нервировала в оголенном виде. Сев рядом на краешек кровати, Красный Бунтарь вновь прокрутил в памяти их разговор. Злое и раздосадованное несправедливостью лицо Бакугоу появилось перед его мысленным взором. «Что-нибудь придумает! Он найдет выход. Это же Бакугоу», - наплевав на приличия, Киришима устроился на кровати прямо под боком у ее владельца. В конце концов, они только что дрочили друг другу. Чего уж теперь стесняться. На следующее утро первым делом Бакугоу спихнул спящего друга на пол, матеря все на свете. Проснулся он с жуткой головной болью от похмелья. О произошедшем не сказал ни слова, однако позволил Киришиме напоить себя таблетками. - Спасибо, - тихо буркнул Бакугоу, когда они прощались у лифта. - За что? – удивился Киришима. «Не за пьяную же дрочку он меня благодарить собрался в самом деле?!» - в панике подумал он. - За то, что не позволил сделать глупость, - Бакугоу низко опустил голову, теребя волосы на затылке. - Что в очередной раз погасил мой ебучий гнев. Набравшись мужества, он поднял голову и встретил абсолютно искренний, радостный взгляд Киришимы. Шагнув к нему, Киришима заключил Бакугоу в объятья. - Всегда пожалуйста, дружище! Эти двое подумали об одном и том же; что мир не такое уж отвратительное место, и что будучи вместе, у них получится сделать его лучше. И никогда еще они не были настолько правы, как в этот миг.