Однажды в январе

Джордж тихо-мирно, не спеша шел в совятню, думая об одной прекрасной особе и не замечая ничего вокруг. Вдруг он неожиданно почувствовал, что кто-то кинул ему снежок прямо в затылок. — Снежок точно в голову влюбленному крендельку! — с издевательской ухмылкой прокричал Фред, поднимая сжатые кулаки над головой. — Надеюсь, я вправил тебе мозги. Джордж с недовольным видом почесал рыжий затылок. — Фред, отвянь, — буркнул младший близнец, продолжая подниматься по лестнице в башню сов. — Я вообще-то иду отправлять письмо нашей маман. — Иди-иди, кто ж тебе мешает, — ухмыльнулся Уизли. — Ты, конечно, кто ж еще, — кинул через плечо Джордж. Фред, безусловно, не обиделся на угрюмого братца. Он стал подниматься за ним по скользким ступенькам, держась за холодные перила, и в мыслях ругал себя за то, что забыл перчатки. А вот Джордж был в перчатках. Фред задумался, как же их отобрать. — Знаешь, я способен и сам отправить письмо домой, нечего за мной ходить, — произнес Джордж, рассматривая сов. — Ты что, неужели до сих пор обижаешься на меня, Фордж? — удивился Фред, хватаясь за сердце. — Да ладно тебе, ты же прекрасно знаешь меня: я не могу не шутить над тем, что меня до жути развлекает. Джордж промолчал. Он привязал к лапке большой белой совы свое письмо, и та мигом улетела на улицу через большое окно. Младший близнец развернулся лицом к старшему: — Знаешь, если бы я так же смеялся над тобой, когда ты добивался расположения Анджелины, ты бы тоже обиделся на меня. Но я не смеялся, а поддерживал. — Хочешь сказать, я не поддерживаю тебя? — нахмурился Фред. — Нет, — покачал головой Джордж. — Я хочу сказать, что мне надоели твои шуточки. Фред ткнул пальцем в грудь брата: — Слушай, вообще-то с помощью юмора я пытаюсь поднять тебе настроение! — Фред прищурился. — Или ты настолько влюбился в Грейнджер, что не замечаешь ничего вокруг? Джордж закатил глаза и тихонько пробормотал: «опять». — Да, опять! — Фред отвернулся. — Знаешь, Гермиона не только твоя, но и моя головная боль. Пока ты тут мучаешься от своей безответной любви, я тоже, между прочим, мучаюсь от того, что у моего любимого близнеца хлопушки вместо мозгов. — Парень присел на подоконник. Джордж понял: раз Фред сел, значит, разговор точно будет долгий. — Сколько раз я помогал тебе придумывать способы признания? Миллион! А сколько раз ты попытался реализовать эти способы? Я могу на пальцах сосчитать! Что мы имеем в итоге? Большое, жирное ни-че-го! Джордж сложил руки на груди. — Ну извини, что я влюбился по-настоящему и желаю, чтобы признание было идеальным. Фред закатил глаза, с жалостливым стоном откинул голову назад и ударился затылком о каменную стену. Джордж усмехнулся. — У нас был отличнейший, гениальный план признания, который ты должен был реализовать на каникулах, пока Гермиона гостила у нас, — произнес Фред, потирая затылок. — Но ты его запорол. — Я не виноват в том, что, когда мы стояли под деревом, подул сильный ветер, и нас с Гермионой засыпало снегом! — Джордж засунул руки в карманы куртки и поджал губы. Парень вспомнил, как стоял рядом с девушкой под большим раскидистым дубом. Он только-только собрался подарить ей цепочку с подвеской в виде снежинки и сказать о своих чувствах, но тут метель не на шутку разбушевалась, и снег, лежащий на ветках дерева, засыпал Гермиону и Джорджа. Пятикурсницу это очень позабавило. Они, звонко смеясь, потом еще минут десять пытались выбраться из сугробов, а после этого случая Гермиона лежала три дня с головной болью и жутким кашлем. — И ты сразу отказался от всего плана. А как же импровизация? — поднял брови старший близнец. Джордж отвернулся. — Как маленький ребенок, честно… — пробормотал Фред себе под нос. И продолжил уже громче: — Так, мы это сто раз уже обсуждали, сто первый я не хочу. Фред поднялся с подоконника, отряхнул куртку и подошел к Джорджу. — Ладно. Прости, если шутил обидно. Мир? — улыбнулся Фред. — Хорошо, мир, — усмехнулся Джордж. — Но, — Фред положил руки на плечи брата, — факт остается фактом: ты все еще не добился Грейнджер, а это значит, что мы должны немедленно заняться этим, пока ты окончательно не превратился в меланхолика. Джордж усмехнулся и приподнял бровь: — Ты просто обожаешь доставать меня, верно, Дред? — Ты тоже это обожаешь! Это одно из занятий, которое нас объединяет, — захохотал Фред. Джордж ударил того в бок и закатил глаза. Фред крепче сжал плечи брата. — Так, ладно, а теперь серьезно. У меня есть маленький план. — Да ладно? — наигранно удивился Джордж. — Ты поклялся больше никогда не придумывать планы того, как добиваться девчонок! — Это не совсем план. — Фред задумался. — Скорее… маленький толчок в нужном направлении. Только для этого нам нужно скорее возвращаться в гостиную. Семикурсники побежали к выходу из башни сов. — Стой, Фред! — воскликнул Джордж. — Подожди… Так что за толчок? — Ты пригласишь ее в Хогсмид. Возможно, она еще не ушла с Гарри и Роном. — Но… — заколебался Джордж. — Братец, ты упустил прекраснейший шанс на зимних каникулах. Попробуй хоть сейчас не облажаться, лады? — в сердцах воскликнул Фред.

***

— Я же говорил, что она согласится! — улыбнулся Фред. Близнецы стояли у дверей Хогвартса и наблюдали за тем, как малышня собирается устроить снежную битву. Джордж стоял как вкопанный и пытался унять бешено скачущее в груди сердце. — Эй, Фордж?.. — Фред толкнул брата, убедившись, что его никто не заморозил Глациусом. — Я иду на свидание с Гермионой, — прошептал Джордж. Он все еще сомневался, бодрствует он или спит и видит прекраснейший сон на земле. — Да! — улыбнулся Фред, умиляясь шоку влюбленного братца. Затем поучительно продолжил: — А теперь слушай внимательно. Действуем НЕ СТРОГО по плану. — Так ведь самого плана нет! — возмутился в ответ семикурсник. — Так это же просто замечательно! — Фред улыбнулся во все тридцать два зуба. — Джордж, пойми. Ты должен понравиться Гермионе таким, какой ты есть. Не строй из себя парня, у которого все всегда строго по плану. Расслабься и будь собой! После этого «мудрого наставления» Фред поспешно ретировался, так как заметил приближающуюся к ним Гермиону.

***

— Ну что, куда направимся? — мило улыбнулась шатенка. Гермиона и Джордж не спеша шагали по заснеженной улице магической деревушки. Еще у самих ворот Джордж осмелился взять девушку за руку, и, к его величайшему удивлению, она его не оттолкнула. Парень расслабился и стал думать, как сделать это свидание особенным. — Я бы мог предложить выпить сливочного пива, но в пабе, скорее всего, столько народу, что нас с тобой затопчут и не заметят, — улыбнулся Джордж. Пятикурсница улыбнулась ему в ответ. Она натянула на голову капюшон свободной рукой и повернулась к Уизли: — Если ты таким образом хочешь затащить меня в кафе мадам Паддифут, то я выбираю смерть. — Нет, туда не пойдем, если не хочешь, — покачал головой парень. — Но если ты замерзла, мы можем сходить в чайную Розы Ли. — Джордж задумался. — По-хорошему надо было бы сначала заскочить в «Сладкое королевство», чтобы набрать сладостей, а потом съесть их за кружкой чая… — Я уверена, в чайной есть пирожные, – подмигнула Гермиона. Пара отправилась в сторону маленького кафе. Джордж открыл девушке дверь, и Гермиона оказалась в теплом помещении. Они сели за небольшой столик у окна, за которым открывался чудесный вид на заснеженную улицу. Ветер усилился, и снежинки стали исполнять быстрый веселый танец. — Ты какой чай любишь? — спросила пятикурсница, держа в руках маленькую книжку-меню. Джордж заметил, что запутавшиеся в каштановых волосах Гермионы снежинки начинают таять. — Черный с бергамотом, — ответил рыжий. — Дай угадаю, какой нравится тебе! Травяной с тремя ложками сахара. — Двумя, — поправила Джорджа девушка с полуулыбкой. Через минуту парень поставил на стол поднос с двумя чашками горячего напитка и тарелкой свежеиспеченных круассанов. — Так откуда ты знаешь, какой я предпочитаю чай? — поинтересовалась Гермиона, согревая ладошки о кружку. — Ну, я много чего знаю, — заметил Джордж, откинувшись на спинку стула. Семикурсник вспомнил, как в прошлом году атаковал Джинни своими расспросами о Гермионе. Пришлось, конечно же, рассказать сестре о своих отнюдь не дружеских чувствах к ее подруге и взять с нее обещание молчать, но зато он узнал много полезных фактов о шатенке. Например, какие цветы она любит. Он раздобыл огромный букет хризантем и заставил сестру незаметно пронести его в комнату Гермионы. Джинни заставила брата написать короткую записку, чтобы вложить ее в цветы. Джордж немного поворчал, но записку все же написал. Правда, подписываться не стал. После этого он слышал, как Гермиона рассказывает о полученном подарке Джинни и гадает, кто же этот таинственный воздыхатель, и весь вечер с его лица не сходило глупое влюбленное выражение, над которым Фред не упустил возможность посмеяться. Попивая чай, волшебники разговорились о немаловажных вещах. Джордж интересовался, когда будет следующее собрание Отряда Дамблдора и что они на этот раз будут изучать, но, узнав, что Гермиона сама не в курсе, перевел тему. Его очень сильно заинтересовало, как поживает Крам. — Виктор? Кажется, успешно подкрепляет свой статус хорошего игрока в квиддич новыми победами, — непринужденно сказала пятикурсница, откусывая кусочек от еще одного круассана. — А что? — Просто интересно, — ответил Уизли. — Вы же с ним так хорошо общались. — Ну, переписываемся иногда, и ничего более, — пожала плечами девушка. Укол ревности резко пронзил грудь семикурсника, но он попытался не показать этого. Все-таки, вряд ли такая девушка как Гермиона станет с кем-то встречаться на расстоянии, ведь она сама когда-то, сидя в кругу друзей, уверенно заявила, что сердце тянется к тому, кто тебе ближе. После этих слов она тогда смутилась, но, кажется, Рон и Гарри не обратили на этого внимания, а Джордж заметил. — Ты допила чай? — спросил Уизли. — Пойдем скорее, я хочу показать тебе кое-что. Гермиона удивленно приподняла брови, но задавать вопросов не стала. Она быстро натянула теплую шапку, пока Джордж кидал на стол сикли, и вышла с ним на холодную улицу. Джордж повел ее в полностью противоположную сторону от всех магазинчиков и заведений деревушки. — Джордж, так куда мы идем? — наконец не выдержала девушка. — Увидишь, не волнуйся, — широко улыбнулся парень, порадовавшись, что сумел заинтриговать пятикурсницу. — Уверен, что тебе понравится. По липкому снегу было довольно тяжело идти. Ветер усилился, и Гермиона решила натянуть на руки перчатки. Она немного отстала от парня и, нагнав семикурсника, взяла его под локоть. Джордж расплылся в довольной улыбке, почувствовав прикосновение девушки. Каждое прикосновение Гермионы действовало на него как Феликс Фелицис. Однажды он попросил девушку помочь ему с Дезиллюминационным заклинанием. Гермиона объясняла Джорджу, как держать палочку, и прикосновение ее пальцев так воодушевило парня, что он сделал невидимками почти всех сидящих в Гриффиндорской гостиной студентов. Не дойдя до Визжащей хижины пару десятков метров, парень свернул налево, потащив за собой девушку. Через пару минут они оказались на небольшом холме, с которого открывался потрясающий вид на деревню и Хогвартс. — Ух ты! — улыбнулась Гермиона, рассматривая очертания школы. — И почему я раньше не знала об этом прекрасном месте? — Я же говорил, что тебе понравится, — с довольным видом усмехнулся Джордж, засовывая руки в карманы. «Обними ее!» — приказал внутренний голос. «Не могу! — ответил ему Джордж, а затем нахмурился. — Мерлин, я уже сам с собой разговариваю». Джордж встал рядом с девушкой и стал смотреть, как медленно падают крупные снежинки с темного неба. Волшебную школу полностью засыпало, и у башенок появились белоснежные шапки. Белая простыня окутала и домики жителей магической деревни. На центральной улице виднелись «Сладкое королевство» и «Писарро», около которых было больше всего школьников. Джордж нашел взглядом паб мадам Розмерты. На верхнем этаже гостиницы, в одном из окон виднелись отчетливые очертания двух влюбленных. — Глянь на окна гостиницы. Кажется, там кто-то целуется, — усмехнулся Джордж, не понимая, зачем сказал это шатенке. Гермиона развернулась и, схватив Джорджа за плечи, встала прямо перед ним, закрыв вид на Хогсмид. — Не смотри, — приказала девушка. — Подсматривать нехорошо. — Да кто ж подсматривает! — возмутился рыжий. — Я не виноват, что эта парочка решила открыто показывать свои чувства прямо возле окна. Гермиона закатила глаза. Ее руки были все еще на плечах парня. — Ладно. — Джордж заботливо поправил капюшон на голове девушки. — Тогда я буду смотреть на тебя, такую красивую и милую. С красными от мороза щеками и носом. Щеки пятикурсницы заалели еще больше. Она растерялась от неожиданности, ведь младший из близнецов Уизли никогда в открытую не говорил ей комплименты. Да, порой она замечала его внимание к ней, но слышать такие слова напрямую было в новинку. Парень осторожно провел большим пальцем по скуле Гермионы. У Джорджа, на удивление, были теплые пальцы, и прикосновение получилось приятным. Девушка заглянула в синие глаза Джорджа, утопая в них как в море. Рыжий наклонился к лицу шатенки, давая ей право либо оттолкнуть его, либо преодолеть пару сантиметров между их губами и подарить сладкий поцелуй. Гермиона выбрала второе. Она чувствовала горячее дыхание волшебника на своих губах и отчетливо видела, как дрожит жилка на его горле. Девушка поддалась вперед, и их губы встретились. Поцелуй был нежным и сладким. Гермиона почувствовала, как рука парня ложится ей на затылок, мягко направляя голову. Джордж же чувствовал, что все происходящее легко принять за сказочный сон. Поцелуй с девушкой, расположения которой он давно пытался заполучить, был самым что ни на есть потрясающим. А в это время на одной маленькой улочке деревушки стоял Фред и с усмешкой смотрел на парочку на холме. И думал, что, наконец, его впереди ждет счастливая жизнь без кислой мины близнеца. Рядом с Фредом возникла женская фигура. — Эй, братец, ты что тут делаешь? — спросила Джинни, подходя ближе к старшему брату. — Умиляюсь происходящему, — ответил семикурсник, притворившись, что смахивает слезы невидимым платком. Джинни сжала губы, не понимая, о чем говорит брат. Тот захохотал и произнес: — Сестренка, хочешь, расскажу тебе хорошую сказку? — Фред приобнял Джинни за плечи, и они не спеша пошли по тропинке. — Однажды в январе один до ужаса робкий парень и до умиления смущенная девушка в кои-то веки решили сходить погулять…