I love...

Я проснулся не в своей кровати. Сам этот факт уже напугал меня. Да ещё и на моих ногах что-то лежало. Я опустил голову. Мэй! Какого я здесь делаю?! Почему я вообще здесь? А! Эти идиоты меня не разбудили. Ну я им устрою… Похоже я проспал всю ночь в одной позе — ноги, спина и руки затекли. Я решил спустить ступни на пол. Лучше бы я этого не делал. Как только я пошевелил одной ногой, голова Мэй сползла и приблизилась к тому месту, о котором не говорят приличные люди. Я замер. Она дышала прямо туда, опьяняя своим горячим дыханием. Мда… дальше я решил не шевелиться. В эту же минуту девушка проснулась. Я начал дышать через раз. Потом всё будто в тумане. Я помню только холод, который остался после того, как она встала. Она ходила прямо передо мной, приложив ладони к голове, тем самым оголяя идеальный живот. — Юн-ги про-снись, — приблизилась она. Мэй что-то делала руками, но я смотрел на её губы. — Я… я… — попытался я сказать хоть что-то. — Я. Я, — она гримасничал со мной. — Почему ты спал здесь? — Я… Меня… Меня не разбудили… — я попытался дать как можно более внятный ответ. — Тогда сейчас топай к себе. А то я… — она зажмурилась, нахмурив разтрёпаные брови. — Просто уходи… — она ткнула куда-то вдаль. Я понял её и попытался выбраться из капкана журнального столика. Чёрт, а это не так уж и легко. Придя в свой номер я первым делом начал искать Намджуна. — Джун! — орал я. — Господи, Юнги! Какого хрена ты так орёшь? — выглянул он из кухни, вытирая руки полотенцем. Я припечатал его к стене и нажимал всей поверхностью предплечья ему на грудь. — Эй, остынь… Ты чего? — пытался улыбаться он. — Джун-а, вот скажи, с какой такой радости вы решили меня не будить? — я пытался не сорваться. — Но тебе же понравилось? — поднял он бровь. — Пиздец, как понравилось! — ударил я по стене. — Прям до звёздочек в глазах! — Остыть, Юнги-я, что произошло? — появился Джин. — Что произошло? — я отпустил Намджуна и отшатнулся назад. — Что произошло?! Он ещё спрашивает! — Успокойся… — протянул руку хён. Я отбил её. — Ты хочешь знать, что произошло? — поднял я на него глаза. — Пошли. Пошли! Я расскажу! — Что расскажешь? — появился улыбающийся Чимин. — Чимин-а, а не пойти ли тебе к чёрту? — огрызнулся я. Парень мигом поник и зашёл обратно. — Ты что творишь?! — заорал Джун и пихнул меня в плечо. — Чимин-а, не обращай на этого идиота внимания! — побежал папашка. — Ты расскажешь? — скрестил руки Джин. — Пошли, — почти без эмоций произнёс я. Я потащил Джина в свою комнату. Пока переодевался, я рассказывал всё что произошло за сегодняшнее утро: и про своё пробуждение, и про то, как голова Мэй оказалась в опасной близости от моего паха, и про то, как было приятно ощущать её близко. — Юнги-я, я же говорил, что она тебе нравится… — довольно улыбнулся парень. Я был готов придушить его на месте. — Иди нафиг… Лучше бы я тебе ничего не говорил… — я кинул ему в лицо пижамой. — Постирай. — Я тебе служанка что-ли? — возмутился он. — Между прочим, это по вашей милости Мэй теперь думает, что я извращенец! — начал я психовать. Я чувствовал, как злость распирает меня изнутри. — Юнги-я… — Заткнись, — я выставил ему кулак с отставленным вверх указательным пальцем. — Вот просто, заткнись. — Хорошо… — он встал и подошёл к двери. — Но тогда ты не узнаешь, зачем сейчас пришла Мэй. — Мэй! — рванул я к выходу из комнаты. В большом зале прямо возле лестницы она разговоривала с Хосоком. Этот придурок мог ей всё выдать, он знал, что она мне нравится. Неожиданно он указал наверх, прямо на нас с Джином. Хён начал перебирать пальцами в воздухе, зодоваясь с Мэй. Я забежал в комнату и хлопнул дверью. Сердце в груди бешеного колотилось, вот вот готовясь выпрыгнуть. Стук в дверь. ОНА! — Юнги-я, можно мне войти? — так мило меня никто не называл. — Уходи, — что ты несёшь, идиот?! — Юнги, нам надо поговорить, — настойчиво просила она. Я попытался сделать своё обычное выражение лица и открыл дверь. — Что? — отрезал я. Может поверит. — Я хотела поговорить на счёт того, что произошло сегодня утром… — она закусила губу. — Я накричала на тебя… — я не мог оторвать глаз от её губ, то они плавно открывались и закрывались, то образовывали кольцо, я хотел приблизиться, чтобы поцеловать их, но нельзя. — Прости меня пожалуйста… Я не знаю, что на меня нашло… — и только в этот момент я вспомнил, что моя кровать не была заправленна. И только в этот момент я вспомнил, что на ней изображён Кумамон. И только в этот момент, я решил любыми способами не дать Мэй посмотреть туда. — Мир? — она выставила кулак с отставленным мизинцем. — Ладно… Мир, — улыбнулся я. — Ого, ты улыбаться умеешь, я и не знала, — я сразу смутился. — Ладно, я пойду… мне нужно к папе… — Ага, — кинул я. Она подошла к двери. — Пока, друг… — «друг… друг… друг…» пронеслось в моей голове. Мир рухнул.