Этим летом

от автора: глава немного черствая, но все промахи в этом фике — задумка автора. Спасибо.) Сэму месяц назад стукнуло двадцать – так много. Дину двадцать четыре, и теперь разница в возрасте не кажется такой уж большой. И трахаться с ним теперь намного лучше, он уже может постоять за себя и перевернуть Дина так, чтобы быть сверху. На улице солнечно и тепло, но Дин сидит в номере и смотрит на спящего Сэма. С утра у него поднялась температура. И хоть градусника у них не было, Дин сразу это понял – от брата просто жутко несло жаром. Такой горячий-горячий и такой беззащитный и слабый, каким Дин его уже давно не видел. Приходится сидеть возле него и периодически заваривать чай – для того, чтобы пропотелся. Дин давно не болел, как будто у него иммунитет на вирусы и всяких шкодников, и поэтому он не боится подхватить простуду, когда наклоняется к Сэму и облизывает его горячие пересохшие губы. Сэм чуть приоткрывает глаза и ловит губы Дина, чуть покусывая их. Дин чувствует, что горячо и влажно, когда просовывает руку брату под одеяло и гладит его живот. Тело Сэма мокрое от пота, но Дина не интересует, потому что сейчас хочется, действительно хочется. У Сэма явно болит голова, потому что когда Дин почти грубо просовывает ладонь под его затылок, он стонет – от боли и наслаждения. Дин ослабляет хватку и гладит нежно, проводя языком по небу Сэма, а потом кончиком проводя по всей длине его языка, посасывает его. В соседней комнате громко хлопает дверь, слышатся шаркающие шаги и Дин, с бешено колотящимся сердцем, отскакивает от Сэма как можно дальше и вытирает губы как раз тогда, когда отец входит в комнату и, вяло поприветствовавшись, подходит к Сэму и садится на тот стул, где только что сидел Дин. - Как вы тут? – спрашивает он уставшим голосом, поворачиваясь к старшему сыну. Тот натягивает свободную серую футболку ниже – чтоб только отец не заметил его стояк. - Н-ничего, — хрипло отвечает Дин, — Сэму лучше. Сэму действительно лучше, потому что он уже не выглядит таким слабым и глаза распахнуты шире. - Ты делал ему чай? - Да. - Давал лекарства? - Ага. - Все нормально, пап, — говорит Сэм, обращая внимание отца на себя. - Это хорошо. Джон встает со стула, направляясь в ванную и, когда он скрывается за дверью, Дин перестает мучить свою футболку и, подходя, садится на край сэмовой кровати. - Фух, — выдыхает Сэм, а потом шепотом говорит, наклоняясь к самому уху брата, — Ты жутко возбужден. - Неважно, — он потом даст себе разрядку. - Но.., — Сэм протягивает чуть дрожащую руку к штанам Дина, — Я здесь. Дин шумно и часто дышит, когда Сэм расстегивает ширинку джинс – одной рукой – и забирается ей в его трусы. Пальцы у Сэма такие же горячие, как и его губы, они ловко скользят по налитому члену Дина, иногда сжимаясь. Дин шумно дышит, кажется, что и отец сейчас услышит. Сэм увеличивает темп и Дин закусывает свой кулак, чтобы не застонать громко, как стонет, когда Джон уезжает и оставляет их в доме на обочине города, где ближайшее жилое помещение в двухстах метрах от них. Сэм, когда чувствует, что брат вот-вот кончит, наклоняется и обхватывает его член губами, посасывая, помогая пальцами. Дин кончает, а Сэм ловит его сперму ртом, глотая. Дина трясет не только из-за накатившего оргазма, но и из-за того, что отец за дверью. Сэму с его великой болезнью, кажется, все по плечу. Выйди Джон сейчас из ванной – так, за полотенцем – Сэм поднимет свои большие щенячьи глаза и скажет что-то вроде: «А Дин мне тут лекарства дает». Рот Сэма заляпан спермой, и он безуспешно пытается слизать ее всю с губ. Он откидывается на подушку и стонет, потому что не рассчитал силы и ударился тяжелой головой об деревянное изголовье – теперь она болит еще больше. У Сэма стоит, Дин видит большую выпуклость на одеяле, но он не хочет сильно рисковать, точнее боится, но Сэму он ни за что не признается. Он наклоняется к лицу Сэма, целует скулу. - Потом сам себе подрочишь, Сэмми, — шепчет Дин и, отстранившись, видит, что тот закатил глаза. На следующий день Сэму намного лучше – голова не болит, жар спал. Зато вот Дин чувствует себя... ну, не очень. - Издеваетесь? – ошеломленно спрашивает отец, когда видит, что Дин спит днем. Он подходит к сыну и трогает лоб – горячий, заболел. Сэм закусывает губу и обещает отцу, что позаботится о брате и что нет, не заразится снова. Джон в местной библиотеке, а его сыновья — в номере мотеля. - Брось, Сэм, — Дин отворачивается от горячего стакана с чаем, который он только вчера делал для Сэма. - Надо выпить, — Сэм говорит твердо, безапелляционно, — станет легче. - Я нормально себя чувствую, — рычит Дин, хотя голова и правда раскалывается. Вот тебе и иммунитет. - Давай, Сэм, поставь эту чашку и дай мне расплатиться с тобой за вчерашнее. - Заткнись и пей.