Становление Карателя

      Я открыл глаза и уставился в незнакомый потолок. Понимание ситуации не спешило приходить, поэтому я начал штудировать свою память. Выходит меня откачали, нда, нехорошо вышло, сразу нужно было подпалить его, да дело с концом, жить и без конечностей можно. А я решил повыпендриваться и взять целеньким, кто же знал, что он хаки владеет? Я определенно расслабился в Ист Блю, нужно быть жестче. Надеюсь, сестра не сильно переживала… Ладно, пора уже подниматься, навряд ли после ранения я проспал пару часиков, во всяком случае боли я не чувствую, а по логике должен, чаль не при готовке порезался. После того как я оглядел комнату, ко мне начали закрадываться подозрения, ибо я был один, ни сестры, ни хотя бы Хины, не соответствует это жанру, даже стало как-то одиноко.       Одевшись, я решил покинуть каюту, но за дверью обнаружился матрос и я только подумал было о допросе с пристрастием, однако от его довольной морды мне стало как-то не по себе. Если вкратце, то за три дня моего бессознательного состояния, моя сестра на пару с Хиной, оказались причиной множественных побоев команды, которая пыталась их разнимать. Началось все через день, после того как мы вернулись на корабль. Сперва девушки переживали молча, хоть капитан и удостоилась нелестных обвинений Алисы, в моем ранении. Однако, после того как местный врач прибегнув к помощи наручников из кайросеки, привел меня в стабильное состояние, откачав кровь из легких, зашив рану и отметив факт аномальной регенерации, уверил дам в том, что скоро я приду в норму. Тогда и начались будни кошки и собачки, по всей видимости, как способ выплеснуть накопившиеся эмоции. Первое выяснение отношений перешло в драку за возможность единолично приватизировать каюту, с мирно-спящим мной. Однако продолжаться ей не дали матросы, за что и оказались «случайно» побиты, пока их разнимали. А дальше, таким образом, стала заканчиваться любая их встреча. К концу третьего дня команда не выдержала и заперла девушек в их каютах, наплевав на то, что одна из них их капитан. Поэтому каждый ждал момента, когда я приду в себя, с надеждой, что я прекращу это безумие. Выслушав это, я с трудом сдерживал улыбку, все же, в прошлой жизни такого дурдома я бы нигде для себя не нашел. После чего решил отправиться к Хине, справедливо рассудив, что если начать с Алисы, то дело может затянуться, а с капитаном вроде не должно, хотя как знать, мечтать не вредно.       В каюту капитана меня не пустили, а скорее запихнули, словно бросили кролика в клетку с крокодилом, поспешно закрыв за мной дверь. Более того, этот крокодил не вышла из роли и чуть ли не набросилась на меня с кулаками, но успела среагировать и вовремя остановилась. Теперь началась игра в гляделки. – Каратель-сан… – Хина может звать меня по имени, я Кайлас – Перебив ее, я, улыбнувшись, представился. И не дав ей слова, продолжил. – Хина может не волноваться, я не держу зла, и не жду какого то признания, я просто защитил красивую девушку, так как считал это правильным. – Спасибо… – Изрядно покраснев, пролепетала она. – Всегда, пожалуйста, ну а теперь, если Хина позволит, я отправлюсь к сестре… – Однако стоило мне повернуться, как меня обняли со спины. – Вы ведь больше, чем просто брат и сестра? – С грустью в голосе спросила она. – Ты права, однако в этом нет ничего такого, мы не родные. – Понятно… – Как то обреченно протянула она, отпуская меня.       Эх, что я творю… Повернувшись, я припал в губам растерянной девушки, которая хоть и не ответила, но не стала сопротивляться, обмякнув в моих руках. Когда же я ее отпустил, она осела на колени. – Я не говорил, что у меня в сердце не осталось места. – Улыбнувшись, проговорил я и выскользнул из каюты.       Теперь и меня проняло, да уж, причинное место думает быстрее мозга. Ну да ладно, что уж теперь делать, остается ждать последствий, пожалуй, есть шанс и на благоприятные, интересно, тут есть статья за домогательство?       До каюты сестры я добрался быстро, однако мысли успели осесть, и я не забыл стереть с губ помаду, о которой я вспомнил, шокировав по пути нескольких дозорных. Отпустив «почетный караул», я вошел. В этот раз на меня тоже кинулись, правда, уже с объятьями и слезами. – Дурак, дурак, дурак! – С каждым словом, она била меня в грудь кулачком. – Зачем ты так рисковал? Я так испугалась, так испугалась… – Ну, все, все, котенок. – Я начал поглаживать ее по голове. – Не стоит так пугаться, я еще не раз успею попасть в ситуации, по сравнению с которыми, эта окажется детской шалостью. Пожалуйста, просто верь в меня, и я всегда буду возвращаться. – … – Она продолжала плакать, прижимаясь ко мне как можно сильнее. – Прости, я… я буду верить. – Сказала она, сквозь плачь.       После чего, я, чуть отстранился, чтобы в следующее мгновение, начать впиваться в ее губы. И недолго думая, повалил ее на кровать, может разум и был в беспамятстве, но моя похотливая тушка лишь накапливала желание. Поэтому остаток вечера и эту ночь я буду потерян для мира, лишь привнося в него стоны сестренки и вызывая зависть экипажа.       Закончили мы поздно ночью, но сон не шел, наверное, за три дня порядком отоспался. И я решил посетить кухню, вспомнив, что все это время ничего не ел. После чего начал аккуратно перекладывать Алису, что уснула прямо на мне. Выполнив миссию, я сел и уже собирался вставать, но Лиса обняла меня сзади. – Не уходи, я хочу поговорить… – Конечно, малыш.       Она сидела на коленках, обнимая меня со спины, так как мы были голые, я четко ощущал ее грудь, соски, что упирались мне в спину. И снова начал возбуждаться, однако, следующие слова заметно охладили мой пыл. – Ты ведь… целовал ее? – В голосе чувствовалась обреченность. – Как ты…? – Хотел было спросить, как она узнала, но осекся. – Да, прости. – Я почувствовала ее запах, с самого начала, просто тогда не хотела об этом думать… – Прости,… я люблю тебя, но… я просто не сдержался. Я люблю тебя, но она тоже мне нравится. – Я верю тебе. Но, тем не менее... это так больно, так больно понимать, что тебе недостаточно меня. Я боюсь, что ты уйдешь от меня, ведь… я не сильна как вы, я простая деревенская девушка…       Она рыдала, это была полноценная истерика. А я? А мне было стыдно, даже не так… мне было СТЫДНО. Девушка, которую я люблю, а я довел ее до такого и я, борясь с желанием закопать себя на месте, пытался подобрать слова, чтобы ее утешить. – Прости меня, прости. – Я отстранил ее, взяв сперва за плечи, а потом и за голову, пододвинув свое лицо так, чтобы наши носы соприкасались. – Не говори глупостей,… в моем сердце ты всегда будешь первой, да, ты не обладаешь выдающейся физической силой или силой фрукта. Но возьмем даже травничество, в котором ты давно обошла меня, штудируя библиотеку Логтауна и в тайне покупая книги с Гранд Лайна. Думаешь, я не заметил, когда очнулся, под перевязью травяную мазь, и я более чем уверен, что без нее, мое выздоровление могло и затянуться, если бы вообще не было осложнений, ведь рана была не так проста, как показалось врачу, я ведь прав? Ты этого возможно не понимаешь, но ты та, кто спасала меня все это время. Если бы не ты, я бы давно пустился во все тяжкие, от банальной скуки. Но ты не даешь мне скучать, из-за тебя у меня всегда есть желание выжить и вернуться. Я люблю тебя, Алиса и я никогда не брошу тебя. Да, может, я и не могу посвятить тебе себя целиком и полностью, но для меня ты всегда будешь первой и любимой, сестренкой, девушкой, любовью.       По мере поступления и осмысления моих слов, выражение ее лица менялось, хоть слезы так и лились. А когда я закончил, она и вовсе, поцеловала меня, так неумело и страстно, будто в первый раз. Поцелуй вышел долгим и по ходу дела к ней возвращался «опыт». Постепенно из сидячего положения, мы перетекли в горизонтальное, не понимаю, как это работает, но ощущения действительно были другими, они распыляли. Да, мы любили друг друга, но, тем не менее, страсть, что есть в самом начале, со временем уходит. А сейчас она вернулась, и нахлынувшие эмоции делали из меня зверя. Я брал ее жестко, я просто не мог сейчас быть мягче, я слишком сильно хотел ее. Она тоже, полностью отдалась во власть своих порочных желаний, нисколько не сдерживая стоны.       Успокоились мы к утру, когда уже не осталось сил, после чего смогли уснуть. Последней моей мыслью, было предвкушение, когда я завтра увижу лица матросов.