Стальной ошейник

Пролог Городской дом советника никсаров погрузился в темноту. Выждав некоторое время, от стены соседнего дома отделились три тени, бесшумно пересекли пространство, вплотную прижавшись к двери. Одна из них вытянула руку и постучала. Тук-тук-тук. Тук. Тук. Тук. Тук-тук-тук. Пауза. Беззвучно скользнув на хорошо смазанных петлях, дверь открылась, пропуская поздних гостей. -Левое крыло, второй этаж, пятая дверь справа. Тени молча двинулись в указанную сторону. Лестница, длинный коридор, с портретами, пейзажами на стенах, напольными вазами, с растениями в некоторых, и доспехами в нишах. Наконец нужная дверь. Пас рукой, активирующий антимагический полог, и дверная ручка плавно поворачивается, едва слышно щелкает замок. Ночные гости застывают, а потом медленно открывают дверь. Сразу же стали слышны страстные женские стоны и довольное мужское урчание. На кровати – полуголая извивающаяся девушка и ласкающий её длинноволосый парень. Рывок вперёд – и увлёкшиеся любовники не успевают среагировать: парня скручивают и надевают амариловые браслеты, блокирующие львиную долю нечеловеческой силы, следом раздается и сразу стихает женский визг. По кровати расплывается медленно разрастающееся кровавое пятно. Парень взвыл и рванулся вперёд, но метнувшаяся к нему вторая тень ударом в поддых заставила его замолчать. Согнувшегося брюнета поволокли к окну и, уже не таясь, выбили раму. Стекло разлетелось в дребезги, одна из теней закинула парня на плечо и прыгнула во тьму улиц. Вторая тот час же последовала за ней. Последний похититель окинул взглядом комнату. -Они надёжны? – прорезал тишину голос. Наёмник резко развернулся. Привалившись спиной к двери и скрестив на груди руки, освещенный пучком лунного света, стоял хрупкий парнишка. Светлые короткие волосы в мертвенном свете Сиалы казались серебряными, большие льдисто-голубые глаза, опушенные серебряными ресницами, губы сжаты в нитку, слишком идеальное для живого существа, бледное лицо с высокими скулами и вздернутым подбородком. Пропорциональная фигура: неширокие плечи, визуально увеличенные за счет колета, на вид хрупкие руки, грудь переходящая в плоский живот, узкие талию и бёдра, длинные обтянутые штанами ноги. Ангел. Тёмный ангел. -Проверены. -И все-таки… -На них клятва неразглашения. – Мужчина склонил голову перед самым опасным существом Агрона. -Гм… -Я за них ручаюсь. -Ну если ты… Ты дорожишь жизнью и честью. -В обратном порядке. -Хм… -Позвольте?.. -Мм? -Что будет с?.. -Не твоё дело. -Ясно. …И всё же? -Продам. -Куда? -А не слишком много вопросов? – раздраженно. -Имею право знать. -О-оо… -Так куда? -В бордель полуорка. -Родного брата?! – недоумение, ужас и восхищение, смешанное с гадливостью. -Тебя это не касается. – резко, хлёстко, словно пощечина.— Или ты его жалеешь? -Я… — Злость. Сомнение. Растерянность. Обречённая решимость. – Я буду молчать. -Естественно будешь… — легчайшие шаги и блондин стоит вплотную к начальнику охраны дома, подчиняющемуся непосредственно его отцу. Поднимается на цыпочки, обвивает руками шею никсара и целует его, проникая языком в податливо приоткрывшийся рот. Браслет на правой руке формируется в кинжал, легко скользнувший в руку. Замах – и сталь, словно в масло, вошла в левую ключицу, перерезая артерию, и продолжила путешествие к сердцу. Мужчина отшатнулся. Неверяще посмотрел на кинжал в руке любовника, на собственную капающую на пол кровь и стал медленно оседать. – Трупы всегда молчат… А некроманты не всегда могут достучатся до запертой души… -Дэйриан… Глава 1 Дэйкрашиав * * * -Скоты, урроды, ссу…— быстрый удар, и я сплёвываю обломки зубов (думаешь он принц?) вперемешку с кровавой слюной. – Уррою!! Из-под земли достану… и в камни по гномьи шахты!.. – договорить мне не дали, попросту заткнув рот кляпом. Что, демон меня подери, вообще происходит?! Какого… нах они убили Лионеллу?! Подставить отца? И меня украли, дескать, ваш сыночек убил члена мирной делегации и значит вот как вы к нам относитесь? Делегация-то явилась со вполне мирными целями, узнать, собираетесь ли вы вступать в армию против фанатиков новой веры Небесный Путь, которые уже немало крови окружающим подпортили, проповедуя на улицах, грабя лавки и магазины, на караваны и устраивая террористические акты. А тут как выражение – а вот так мы к вам относимся! – убитая девушка. Причем убита — кем!— сыном второго советника князя!! А не объявить ли нам войну? Хотя войну они не объявят, это и гоблину ясно, потому что мы самые лучшие воины и маги во всём Эвриане и запросто можем уничтожить небольшое государство, без особых потерь, зато нагадить исподтишка могут… Вспоминал политическое положение я его не долго, так как меня, особо не церемонясь, зашвырнули в человеческую карету и захлопнули дверцу. Гм… и что дальше? С трудом перевернулся на спину и застыл. — Ну привет, Дэйкрашиав, ты рад меня видеть? – кошмар всей моей жизни оскалился мне в лицо. Золотые волосы, льдисто-голубые глаза, фарфорово-кукольное личико с вечно поджатыми, от того и тонкими, губами, хрупкий в кости и имеющий титул Нижнего Клыка. Золочёный нижний левый клык сверкнул в, пробившемся сквозь шторы, лучике света. Как?.. Почему?.. Но… Неужели он… Нет, нет, НЕТ!!!! -Чтож, братец, думаю, ты исполнишь мой маленький каприз и наденешь вот это. — Я шарахнулся от него в другую сторону экипажа, а мой не угасающий оптимизм сделал мне ручкой. В руках брата тускло блеснула полоска ошейника подчинения.— Ты счастлив? Я – да. Он ухмыльнулся и с силой дернул меня за волосы. Моя полная копия, за исключением нескольких нюансов: мои волосы, после очередного эксперимента с магией крови, стали угольно-чёрными, обрезать мне их лень, по этому рассекаю с длинной, до талии шевелюрой, когда как Дэйриан ходил коротко стриженый. Я всегда улыбаюсь, даже если полная ж.… Ну, вы поняли. Он – пессимист со стажем. Помимо традиционных проколов ушей, еще сделал парочку дырок в брови и парочке труднодоступных мест, скрытых одеждой. От учителей этикета отбрыкивался, как от прокаженных и кутил напропалую. Дэйриан же являл собой образец примерного наследника – послушный, причесанный, готовый хоть весь день проторчать с отцом в зале совещаний и тэ дэ и тэ пэ. Эдакий послушный ангелочек, на проверку оказавшийся злобным, мелочным гадом, хотя таковым все должны были считать меня. Вся наша жизнь идет на сравнение. Однако не в его пользу. Почему-то кутила и развратник Дэйкрашиав пользовался любовью и доверием гвардейцев, тогда как тихий исполнительный Дэйриан вызывал опаску у Совета 12-ти и настороженность знати. Если он наденет на меня ошейник, то сможет беспрепятственно снять серьги. С помощью магии крови они подчиняются непосредственно хозяину и никто другой не может завладеть оружием без разрешения хозяина, а зачарованный на крови ошейник сделает из меня марионетку, с удовольствием выполняющую приказы хозяина и живущую ради исполнения хозяйских прихотей. Д-демоны! Я же помню, отец нас учил… Зажмуриться и представить, как мои ритуальные кольца, браслеты и серьги входят в тело и растворяются в организме, готовые явиться по первому зову. Кожу, везде где она соприкасалась с металлом, обожгло невыносимой болью. Я прокусил язык, стараясь содрать с него серьгу, а потом всё прекратилось. Судя по раздавшемуся злобному шипению и хлесткому удару по лицу, то мне это удалось, хотя на секунду казалось что не успею. Брат вздёрнул мою голову ещё выше. Металлическая полоса обвилась вокруг горла и прижалась к коже. Еще один удар. Он откинулся на подушки. -Думаю, тебе понравится то, что я придумал. Ты будешь продан в бордель и за деньги будешь раздвигать ноги перед богатыми мира сего. Ох, прости, я забыл, ты ведь у нас по женщинам ходок, мужеложство презираешь? Не волнуйся, они тоже будут. Наверное. Ты будешь самым дорогим товаром, тебя ведь не имели мужчины, нет? За тебя станут много платить. Раб-никсар, какая экзотика! Я уверен, ты в восторге от открывающихся перед тобой перспектив! Будешь извиваться на членах и стонать как дешевая шлюха… — я глухо зарычал сквозь кляп и бросился на это чудовище с лицом ангела, чтобы снова оказаться отброшенным к фанерной стенке кареты. – Знай своё место, раб! – Дэйриан вскочил и повалил меня себе под ноги. Выдернул кляп. – А теперь целуй мои сапоги. Ага, щас, бегу и тапки теряю. Я попытался отодвинутся от нависающего надо мной вампира. Ошейник стал медленно сдавливать шею. Вот и отлично, намного лучше сдохнуть, чем быть подстилкой. Зная брата, могу с уверенностью сказать: свои угрозы он выполняет всегда и со вкусом, и раз сказал, что меня теперь ждет участь постельной игрушки, то он в лепёшку расшибётся, но сделает всё, чтоб моя жизнь стала адом.В принципе, я могу сбежать, но кто знает, не обернётся ли это для меня Большой Охотой… Я почувствовал ,что воздуха почти не осталось. Ну уж нет, не стану пользоваться магией крови для продления собственной жизни, лучше задохнусь, но подчинятся не стану! Сквозь шум в ушах услышал раздражающий голос брата, потом его пинок, и , наконец, наступила благословенная тьма. Истор Раун * * * Хозяин борделя, Истор Раун, тяжело вздохнув, уселся в кресло. Очередной день скатывался в пасть к лунному змею. За сегодняшний день случилось неожиданно много всего. Четырех лучших рабов выкупили покровители, Истор не был против, так как рабы сами изъявили желание стать чужой собственностью. Полуорк относился к «своим мальчикам» внимательно и честно о них заботился – самые лучшие ткани, самая лучшая косметика, самый дипломированный целитель в случае травм или казусов, лучшие драгоценности… «Мальчики», понимая, что не все хозяева бывают такими щедрыми, старались на совесть, чем добавляли публичному дому популярности. Помимо проданных рабов были ещё двое покалеченных – один ходил в город к портному заказывать вещи, а второму понадобился врач – лечить причинные места и следы от плети. Сам парень, порой переходя на крик, доказывал, что ему нравится, когда больно и Истор в который раз побился головой об стол, не зная благодарить богов за то, что он набрёл на мазохиста или проклинать их? Рано утром пьяные клиенты разнесли одну из комнат, правда, ущерб покрыли с лихвой. А теперь его внимания просит Нижний Клык. Просит! Вообще немыслимо! В дверь постучали. Раб-управляющий, симпатичный светлый эльф, захваченный в рабство проданный бывшим хозяином в уплату игорных долгов, просунул голову в дверной проём. Истор моментально заметил поджатые губы и превратившееся в маску лицо Лирэля. -Господин, к вам пришли. -Впускай. – полуорк поманил управляющего и взглядом велел стать за своим креслом. В таком состоянии он может натворить такого, что без пол-литра не разберёшься. Светловолосая голова скрылась, дверь распахнулась на всю ширину. Лирэль скользнул босыми ногами по полу и в несколько шагов оказался немного справа за спинкой кресла хозяина. В комнату вошел блондин, который и являлся Серебряным Нижним Клыком (правда, каким именно, Раун не разглядел). Тонкокостный, лицом похож на прекрасную фарфоровую куклу, излишне тонкие сжатые губы, коротко стриженые золотые волосы и ледяным, равнодушным взглядом голубых глаз. Следом за ним вошел ещё один никсар, брюнет, высокий, выше клыка на полторы головы, широкий в плечах с резковатыми чертами лица, шоколадными глазами, в балахоне мага. Едва они вошли, в кабинет ввалились еще двое, в масках гильдии наёмников. Одного короткого взгляда Рауну хватило, чтобы понять причину злости своего управляющего: между воинами сломанной куклой (полуорку почему-то опять пришло в голову это сравнение) болталось хрупкое тело, длинными чёрными, сейчас спутанными, волосами подметающее пол. На наборной паркет закапали капли вязкой тёмной крови. -Чем могу быть полезен, господа?— Истор поднялся и жестом предложил гостям садиться. Блондин небрежно кивнул и уселся в мягкое кресло, сложив локти на подлокотники. -Я слышал, вы иногда покупаете рабов непосредственно у владельцев… — Покупаю. – кивнул мужчина, настороженно поглядывая на никсара и сел обратно. -В таком случае могу предложить раба в стальном ошейнике. -В стальном ошейнике?! – в унисон воскликнули Истор и Лирель. – Но… но… -Архон. – небрежно бросил блондин. Темноволосый кивнул охране. Один из них схватил паренька за волосы и вздёрнул вверх, открывая шею. Сразу бросились в глаза разбитые губы, кровь, стекающая изо рта по подбородку, рассеченная до кости бровь, и в конце металлический заляпанный свежей, местами подсыхающей кровью ошейник. Глаза со слипшимися ресницами внезапно открылись. Глубокие, ярко-синие омуты, сейчас замутнённые, медленно обвели комнату, замерли на блондине, а потом потемнели ещё сильней от ярости. Не замечая окружающих и конвой, рванулся вперёд, оставляя в руках клок волос, пинком сбил кресло со своим хозяином на пол и с силой наступил ему на пах. Визг никсара едва не оглушил присутствующих, стекло разлетелось в дребезги, Лирэль прижался к вскочившему Истору, в ужасе глядя как, опешившие по началу, наёмники повалили пленника Серебряного клыка (рабом изувеченного парня больше язык не поворачивался назвать!) и начали методично его избивать. С огромным трудом едва сдерживая стоны, с помощью Архона, блондин поднялся, окинул расфокусированным взглядом парня и, срываясь на фальцет, рыкнул: -Да что ты… Да как ты… — Беру! – перебил его Раун. -Что? – растерялся Клык. -Беру его. Сколько? -А… 15 монет, — буквально выплюнул никсар . – Больше он не стоит. А это — он швырнул на стол увесистый мешочек, — за то, чтобы сейчас с ним развлечься. Передаю право владения этим рабом орку Истору Рауну. Архон кивнул, охранники прекратили избиение парня, под которым уже расплывалась багровая лужица, ухватили его за предплечья и выволокли в коридор. Нелюди вышли следом. Архон, особо не церемонясь, вскрыл соседнюю дверь. Истор медленно осел в кресло, утягивая за собой эльфа. Светлый случайно задел локтем чернильницу, скрывающую рычаг настроенного на присутствие живых существ в доме одностороннего полога невидимости. Полог наложился на стену, открывая помещение взглядам случайных зрителей. Глоссарий Мир зовётся Эвриан. Год называется Цикл. В цикле 16 солнцеворотов (месяцев) по 34 дня в каждом. В цикле 544 дня. У каждого времени года есть своё ночное светило: Сиала – осенняя, бледная белая луна; Ниамару – весенняя розовая луна и её спутник Уно – тоненький пурпурный серпик на её фоне; Тайро – зимняя, голубая луна; Ягур – летняя, оранжевая луна. Амарил – металл ,блокирующий физические и магические способности нелюдей, делая их лишь чуть сильнее человека. Страна, в которой происходят описанные события, называется Агрона. Город Заграба, столица страны. Раса, живущая в Агроне, — никсары, долгоживущие (вечно живущие), превосходные воины и маги; терпимы к остальным расам, придерживаются нейтралитета; у них есть ритуальные украшения (кольца, серьги, браслеты, бусы, кулоны…), которые они могут по желанию превращать в оружие. Украшения слушаются лишь того никсара, на которого была кровная привязка, и служат 1-му хозяину. Украшения можно отдать добровольно, или купить у мастера, или воспользоваться стальным ошейником подчинения, вынудив отдать их добровольно. Однако, если никсар успел втянуть и растворить украшения в теле, то они становятся продолжением организма и их извлечение приравнивается к отрезанию руки\ноги\уха\носа\языка и т.д. и т.п. Большая Охота — никсара выпускают, блокируют магию, силой выдирают из тела оружие (бижутерию) и отпускают на все четыре стороны, давая фору в несколько дней, а потом обьявляют на него охоту и травят словно зверя, если не хуже. Большая охота — это самая позорная участь, что ожидает никсара. Однако, если гонимому удаётся скрыватся всё то время, пока идёт охота (максимальный срок 27 лет, дольше еще никто не продержался), то он приравнивается к герою, ему даются титулы, земли, приближение к князю и возможность безнаказанно расправится с 3-мя врагами. Последним, на кого была Большая Охота, еще несколько столетий назад стал 2-рым советником Князя.