Другая реальность

Я открыл входную дверь и впустил Сасори-сана на свою территорию. — Пожалуй, здесь вам будет удобно, — разлаживая спальное место в небольшой гостиной, попутно сказал я. — Спасибо, — ответил старший, вешая свою мантию у входа, затем неторопливо приблизился. — Наверное, вы и правда очень устали, преодолев такое большое расстояние, — зачем-то произнес последнее, уловив на себе задумчивый взгляд. Я лишь хотел пожелать Акасуне спокойной ночи и уйти в соседнюю комнату, но все как и всегда рядом с ним пошло не так, как было задумано. — Да. Я очень устал за эти годы. Что? О чем он? — Что-то случилось? — потерпев быстрое сердцебиение, я вытянулся во весь рост, закончив приготовление спального места. Второй поведал, мне, незнакомому простолюдину, что все это время пытался найти одного человека, что когда-то исчез прямо перед Акасуной. Последнему даже приходила мысль о том, что второго может даже не быть в живых, но благодаря письмам, время от времени присылаемым родным, Сасори не сомневался, что со вторым все хорошо. Он просто где-то прячется. Нервно сглотнул, вслушиваясь и теряясь одновременно. С широко распахнутыми глазами я не мог оторвать взгляд от кукольного лица. Сасори ни капельки не изменился, однако взгляд его стал потухшим, пустым. Он уже не тот, кого я знаю?.. — Мда… непростая ситуация… — выдавил я, отводя взгляд в сторону окна. Я и не заметил, что за окном уже совсем стемнело. В помещении было мрачно, лишь желтый свет от светильника освещал комнату. Все еще рассуждаю внутри себя. Все еще мучаюсь догадками, хотя понимаю лучше кого-либо, что речь шла именно обо мне. Дейдара, ты прокололся? Сасори все помнил с самого начала? Тогда… сработала ли вообще моя техника?.. Я потрепал себя за слегка растрепанные волосы, делая несколько шагов в сторону балкона. Я облокотился о широкий подоконник, заполняя легкие свежим воздухом и прикрыл глаза. — Так… вы рассказывали, что учуяли шиноби в этой деревне? Он был один? Вполне логичный вопрос от простого человека, считал я. — Прошлой ночью он убил одного из разбойников-ниндзя, поджигающих дома в округе, — проговорил красноволосый, ступая ко мне, — он спас жителей. Сердце будто снова замерло. Я был не в силах обернуться и продолжал смотреть куда-то в сторону темных улиц. Зачем он рассказывает все это обычному человеку, никак не связанному с миром шиноби? Я ведь ничем не отличаюсь от местных, попутно скрывая чакру внутри. — Получается, это добрый человек… — совсем скованно ответил я, слегка улыбаясь самому себе. — Несомненно, — тихо ответил Акасуна, что подошел вплотную и крепко обнял меня за плечи. Я дернулся, но продолжил стоять на месте. — Я так сильно скучал по тебе, Дейдара, — шептал старший, развеивая мою постоянную магию обличия. Я стал ниже. Стал более хрупким. Стал самим собой. Акасуна обнимал меня со спины, оглаживая ладонью мои теперь очень длинные, распущенные волосы. — Техника не сработала, — пробубнил себе под нос, хотя и это действо далось с трудом. Я слишком ошарашен. — Стоило мне выпустить чакру на короткое время, как вы… нашли, — прошептал я, теперь аккуратно дотрагиваясь до рук, что так нежно обнимали. Сасори развернул меня к себе и безмолвно рассматривал мое лицо какое-то время, пока я сам не отвлек его, теперь первым прижимаясь так крепко, насколько было возможным. — Как так вышло, Данна?.. Почему я не смог? — скорее спрашивая себя самого. — У тебя все получилось, — ответил старший так же тихо, продолжая прижимать к себе. — Но как тогда… как вы… — Я был единственным, на ком не сработала та техника. Я обескуражен до глубины души. Акасуна рассказал причину, отчего информация в памяти осталась прежней, настоящей. Он искал меня с самого начала. Одним взглядом доказывает, что ему было непросто, совсем непросто. — Получается, все помнят меня как экзаменатора первого этапа, — повторил я, опуская глаза, — значит, и Обито будто не знаком со мной. Я сижу напротив Сасори-сана и уже не знаю, что чувствую. В голове все смешалось до предела. Ну зачем я вновь произнес это имя? Зачем?.. Сасори сразу напрягся, а я зол на самого себя. В голове всплывали ненавистные картинки прошлого. Я начал краснеть, понимая весь абсурд, когда поддался… поддался Учихе. — Заставил? — А… это была моя ошибка, — ответил я, еще больше опуская лицо в пол, — Учиха приставал, да. Я ведь мог предотвратить это, но… Не могу. Не могу объяснить свой поступок. — Я не хотел. Обито мне даже не нравился, — закончил свою мысль уже вслух и испугался, сразу заткнувшись. Боже, я пробил дно своей тупостью. Прекрасно осознавая чувства к Сасори-сану, я отдался на провокации Учихи. Зачем мне это было нужно вообще? Я ужасно поступил с Акасуной, так же и с самим собой. — Подними голову, Дейдара. — А? Я резко оторвался от мыслей, уже пожирающих мою душу. Сасори присел ближе, внимательно всматриваясь в мои зрачки. — Если ты думал, что я забыл тебя, почему прятался все это время? — Стыд, — честно ответил я, — ненавижу себя за это, Данна. А зачем вы… понимая, что произошло в тот день, все равно хотели найти меня? — Люблю, — почти перебивая, произнес Акасуна, — потому что люблю тебя. — Вот так просто?! — опешил я, отскочив в угол гостиной, — То есть… я хотел сказать, что тоже… я тоже люблю, Данна… Не думал, что еще больше раскраснеюсь. Как реагировать на это адекватно, а? Почему он приблизился… так близко?.. — Дейдара, — взяв за руку, — прости, что не нашел тебя раньше. Он смотрит с такой нежностью, будто этих четырех лет пыток и не было вовсе. Я замер, изучая его бледное лицо. Оно такое радостное, хоть и привычно сдержанное. Как давно я не вглядывался в эти прекрасные глаза… Снова завораживают, прямо как в день знакомства. — Данна, как хотелось бы мне начать все заново… — Но мы можем лишь продолжить, — улыбнулся старший, тихонько притягивая меня к себе и опускаясь к губам. Снова. Ощутил вкус его губ снова. Сасори целовал медленно и одновременно настойчиво, разжигая во мне пожар эмоций. В голове всплывали воспоминания о том первом, незабываемом поцелуе. Я и не заметил, как начал целовать в ответ, слегка касаясь теплой кожи щек старшего. Он великолепен. И вправду время будто остановилось, когда вижу мужчину в теле довольно юного парня. Но даже пределу настанет конец. Мы отстранили свои губы очень быстро, хотя на деле прошло немало времени. Я полностью поглощен Акасуной, что никак не мог отпустить его ладони, крепко вжавшись в них. — Ты совсем не поменялся во внешности, — подметил старший, осматривая меня с ног до головы. Мне стало смешно и я не смог спрятать ухмылку. — Я рассчитывал, что стану чуть мужественнее, — хихикнул я неловко, на секунду взглянув в отражение в зеркале, — но это случится явно не в этой жизни. — Ты все еще не принимаешь то, как выглядишь? — Теперь принимаю. И характер свой, наверное, тоже. Когда я жил в теле взрослого мужчины, все равно вел себя так, как может только Тсукури. Эту фишечку ничем не заменить, — пояснил я, чувствуя подступающее расслабление. Стоило мне тихонько зевнуть, как я сразу полетел вниз, прямо на спальное место, разложенное для моего гостя. — Я хочу спать с тобой, — произнес Сасори, развязывая узел на моей верхней одежде, — если ты не против, конечно. Э-это звучало весьма эротично, что ли… — Будто у меня есть выбор, — с улыбкой буркнул в ответ, но все же начал снимать с себя одежду. Она была мне велика, ведь именно в ней я проходил сегодня с самого утра, будучи в теле высокого и крепкого человека, — Сасори-сан, я так и не заснул той ночью. Теперь даже не знаю, проснусь ли утром. — Помнится, ты всегда пробуждался вовремя, — ответил второй, стягивая с себя почти всю верхнюю одежду. Я постарался скорее отвести взгляд в сторону, чтобы снова не раскраснеться. Снова воспоминания. В них я ночевал рядом с Данной. Неужели, и сейчас все повторится? — Дейдара, скажи, — начал тот, укутывая меня под слоем пухового одеяла так бережно, словно ребенка, — ты хочешь вернуться к прежней жизни? — Все эти годы хотел. А сейчас, наверное, и смысла нет поступать иначе. Я вернусь, ведь знаю, что вы рядом. Сасори улыбнулся, вновь прижимая к себе. — Данна. — Что? — Можно еще раз поцеловать вас? Не дождавшись ответа, я ощутил, как крепко вжался в подушку, когда Акасуна прильнул к моим губам, будто последний вопрос звучал из его уст. Он нежно и до предела завлекал ответить. Я не смог устоять напору, окутывая мужчину за шею и плечи своими руками. Поцелуй становился постепенно жарким. Своим языком Сасори проник мне в рот, попутно блуждая по телу прикосновениями. Я немного зажимался, но не пытался остановить процесс, когда почувствовал, что руки старшего заходят под широкую футболку. А поцелуй становилось почти невыносимо терпеть, так как не хватало воздуха. Понимая это, Акасуна первым разорвал сплетение губами, но губы свои не отстранил, проходя дорожкой поцелуев вниз, к шее. Я прикрыл глаза, лишь в этот момент осознавая, что дышу прерывисто и уже не так тихо. Я возбужден, мне хотелось большего. Я аккуратно проводил ладонями по его спине, плечам, прессу, немного опускаясь. Сасори снова начал целовать, глубоко погружаясь языком, пока одна рука поднимала подол футболки, а вторая властно сжала бедро. Последнее заставило меня непроизвольно дернуться, отчего Акасуна сразу прекратил трогать меня. — Прости, я не должен был… — Нет, все в порядке, — перебил я, снова прижимаясь, — просто не ожидал. — Дейдара. — А? — Я правда дорожу тобой, поэтому не стану делать то, к чему ты не готов. Я слишком увлекся. — Да г-готов я, говорю же… все нормально, — сам не ожидал, что настолько невнятно протяну эти слова. И здесь Сасори-сан оказался прав. Я очень хотел продолжить с ним, но тут моя реакция и взгляд твердили об обратном. — Не в этот раз, — улыбнулся старший, погладив меня по плечу, не сразу отстраняя касание. — А как же вы, Данна? Вам ведь тоже хочется, — поднимаясь и продвигаясь ближе, ответил. Я сел на его бедра, обводя руками шею. Теперь я был инициатором последующего поцелуя, не в силах теперь отступать. Сасори обнимал, задирал футболку, теперь более свободно оглаживая изгибы моего тела, постепенно спускаясь до пятой точки. Я начал трогать его между ног, ощущая, насколько тяжело сейчас Акасуне. В это время поцелуй стал интенсивнее, пленительнее. Сасори приспустил явно мешающие штаны на моем теле, добравшись и до своих. Я не понял, в какой момент он начал двигать оба агрегата, резко вводя меня в транс. Стало очень жарко и я начал хвататься за мужчину, словно за последнюю каплю спасения. Ощущения настолько хороши, что я не смог больше открыть глаза, погружаясь в пространство власти Сасори. Он вовлекал, одновременно растягивая процесс, отчего хотелось подаваться вперед, увеличивая темп, но второй не спешил, хотя самому запредельно трудно сдерживаться. Акасуна толкнул, отчего я рухнул на подушку, чуть шире раздвинув колени. Старший склонился надо мной, ускоряясь. Теплая жидкость излилась на мою кожу, открывшуюся под задранной футболкой. Я выдыхал теперь ровно, всматриваясь в лицо напротив.

***

POV Акасуна Наше свидание с Дейдарой длилось несколько дней, пока мы неторопливо добирались до ближайшей Деревни Скрытого Камня. Во время проделанной дороги мы летели на его глиняной птице, рассказывая друг другу о прожитом. Дейдара спрашивал, произошли ли какие-нибудь изменения в моем родном краю. — Гаара недавно стал Казекаге, — ответил я. — Вот это поворот, — ответил собеседник, округлив глаза от изумления, — не значит ли это, что его отец… — Нет, с Расой все в порядке. Он просто решил отдохнуть. А Гаара еще во время последнего испытания на генина доказал всем, что может занять этот пост. — Вот как, — призадумался младший, — жаль, не увидел этого. — Тебя ждет еще масса возможностей увидеть все, что произойдет, когда вернешься, — улыбнулся я, дотронувшись до его плеча. — Сасори-сан, я забыл ответить вам. — Хм? — То, что вы сказали мне тогда… я тоже очень сильно скучал по вам. Мне повезло любоваться Тсукури все это время, казавшееся бесконечностью. Я смотрел на парня, чьи волосы развивались на ветру, когда мы оба летели где-то высоко в облаках. Я видел взгляд, наполненный энергией и любовью к встречающемуся потоку ветра. Дейдара любил скорость, любил воздух, словно обжигающий сквозь легкую одежду. Младший будто сам летел в сторону дома на невидимых крыльях. Это завораживало и сводило с ума. Ночи мы проводили в небольших отелях поселений, встречающихся на пути. Дейдара всегда ложился рядом и сразу засыпал без сил. Я знал, что тратя чакру на вылепленных птиц, он значительно слабеет и становится словно выжитый лимон, однако по ночам я в тайне наполнял его запас своей собственной чакрой. Это я готов был делать каждую ночь. Однако… Все изменилось, когда я вернул его в родную деревню. Совсем скоро мне нужно было отправиться на серьезное испытание, порученное уже бывшим учеником. Дейдара тогда сказал, что будет ждать моего скорого возвращения. Это лучшее, что я мог слышать из его уст в этот момент. Улыбнувшись напоследок, я ушел, оставив младшего в его мастерской.

***

POV Тсукури Да, вернулся домой, да, снова стою в излюбленном мной месте, да, еще не успел прийти в себя после всего пережитого с Сасори-саном, что только что обнимал меня здесь… Но как только старший покинул пределы моей деревни, я впервые осознал, что его нет со мной рядом, хоть и на какое-то непродолжительное время. Думаю, любимое до знакомства с ним занятие — лепка, успокоит мое сердце и даст наполнится силой мои трепещущие чувства. Я в первый же день пребывания в деревне, принялся вылепливать новую фигуру. Еще не знаю, какую, но когда это меня останавливало начать? Приготовив все самое необходимое, я достал запасы глины поближе к рабочему месту, как услышал звук приближающихся шагов. — Мама, — шепнул я, узнав эти шаги из тысячи. Дверь распахнулась и я увидел ее. — Вернулся, зараза этакий, — уже всхлипывая, проворчала по-прежнему восхитительно. Я бросился в объятия матери, крепко прижавшись к ней. — Прости меня, прости. — Дейдара, где ты был? Где тебя носило столько времени? — Прости, — продолжал шептать я, не в силах вынести слезы, что скатывались с ее лица. Я знал, что так будет. Мне тяжело видеть маму грустной, но лишь я — причина ее слез, поэтому продолжал терпеть, пока она не успокоится. С того самого дня, когда решил покинуть мир шиноби, я думал о маме не меньше, чем об Акасуне. Сейчас я готов вытерпеть пытку, пытаясь успокоить тревогу любимого человека. Она была зла, хотя скорее просто в ярости. Но учуяв родную чакру в пределах этой мастерской, она сразу растаяла в моих объятиях. Сегодня я не буду засиживаться здесь ни на минуту. Я пойду домой к своим родителям. Остаток дня я провел с семьей. Даже когда улегся на лучшую в мире кровать в своей комнате, мама не хотела покидать меня. Она сидела на краю кровати, расчесывая мои волосы, как делала это перед сном с самого моего детства. — До сих пор не верю, что ты дома, — сказала она, — знаешь, твоя чакра выросла в разы. Я учуяла ее почти сразу, когда ты вернулся в свою мастерскую. — Разве? Ты же тогда дома была. Как ты могла учуять ее? Чакра и вправду стала больше? — Гораздо, — утвердила мама, отлаживая расческу, — теперь я знаю, что ты не врал, рассказывая в своих письмах о том, что занимался тренировками. Как это могло произойти? За все четыре года я почти не использовал свою силу и уж тем более не оттачивал навыки. Уже глубокой ночью, когда проводил сонную маму в спальню и вновь улегся на кровать, я расслабленно вздохнул. Впервые за эти несколько дней я вновь засыпаю в одиночестве. Сасори-сан сейчас выполняет миссию, а мне лишь остается ждать его скорого прибытия. Как же хочется обнять его… я чувствую это как ломку.