Приоритеты.

Поёжившись, Юри выглянул из-под одеяла и невольно засмотрелся на широкий разворот плеч Виктора, который снова уходил. Неизменная белая рубашка, серый костюм, дорогая обувь: офисный работник высшего звена. Виктор был его типичным представителем. Они случайно встретились в баре, где Юри заливал алкоголем провал на экзаменах, а Виктор удачно оказался рядом, пытаясь закончить очередной рабочий день. Слишком привлекательный, чересчур колоритный, фонтанирующий невероятной энергетикой — он приковывал взгляды. Естественно, Юри не мог отвести глаз от его светлых волос и яркой открытой улыбки и лишь кивал невпопад на каждую реплику. Почему-то Виктору это понравилось. Неожиданное знакомство продолжилось в крохотной квартирке Юри, в которую он пригласил, по сути, совершенно незнакомого человека. Только Виктор так мило улыбался, одаривал комплиментами, ненавязчиво направляя в нужную сторону, что Юри доверился. — Я раньше никогда с мужчинами, — Юри краснел и мялся, уже вовсю отвечая на хаотичные поцелуи, подставляя шею. Они начали целоваться прямо в узком коридоре, где еле-еле помещался комод и зеркало. — Ничего страшного, верь мне, — успокаивал Виктор, подталкивая в сторону единственной комнаты. Юри позволил себе увлечься и не обращать внимания на небольшой беспорядок, устроенный им самим ещё днём. Вещи, вперемешку с бумагами и контейнерами с остатками еды на вынос, валялись на всех горизонтальных поверхностях. Юри никого не приглашал в гости, оберегая свой внутренний уютный мирок. Пусть теперь Виктор волнуется, а он хотел, чтобы жаркие прикосновения никогда не заканчивались, чтобы странные слова на другом языке продолжали ласкать слух, чтобы Виктор остался. В первый раз они так и не дошли до главного, ограничиваясь быстрым петтингом, но именно с этого неловкого момента и начались их странные отношения. Хотя и отношениями их можно было назвать с большой натяжкой. Виктор сбрасывал сообщение, что свободен, а Юри, если не учился, ждал его у себя дома, где они занимались сексом, чтобы потом разойтись, словно незнакомцы в разные стороны. — Ты хоть знаешь его фамилию? Кем он работает? Есть ли у него семья? — выспрашивал Пхичит — единственный, кто знал о тайном увлечении Юри. — Может он маньяк? Юри устало улыбнулся, задумчивым взглядом провожая очередную влюблённую парочку. В кафе, где они решили перекусить с другом, было слишком много народу. Приближавшаяся весна навевала романтическое настроение, которое разливалось в воздухе вместе со сладковатым ароматом первых цветов. — Зачем? Мне неинтересно, — он сделал большой глоток, обжигая горло любимым кофе. — У нас не те отношения. — Не те? А какие? Вы просто трахаетесь время от времени и всё? — Пхичит возмущался по этому поводу каждый раз, когда они встречались, чем порядком надоел. Юри злился. Вот зачем это? Его же всё устраивает. Он сам поставил рамки: никаких чувств, чтобы потом не стало больно от вынужденной потери, но в голове, как назло, возникали картинки прошлого. — Кем ты хочешь, чтобы я для тебя стал? — спросил тогда Виктор после очередного раунда. Юри быстро научился получать и доставлять удовольствие. Их секс всё больше и больше напоминал яркий карнавал: с фейерверком, вспышками перед глазами и сорванным от криков голосом. Юри нравилось. Нравилось, что хоть в чём-то он достиг определённых высот, что такой шикарный мужчина, как Виктор, обратил на него внимание, что до сих пор обращал. Это поднимало самооценку. Этого казалось достаточно. — Хочешь, стану другом? — продолжил Виктор, нежно поглаживая по влажной от пота спине. Синяки от его пальцев долго держались на коже, отмечая принадлежность. Юри стыдно было признаться — это жутко нравилось. — Нет, — он был слишком расслабленным после двух оргазмов, чтобы почувствовать подвох. — Братом? — Нет. — Любимым? Юри тогда показалось, что он ослышался. Сонливость, как рукой сняло. — Нет, что ты, — вырвалось раньше, чем информация достигла мозга. Наверняка Виктор ошибся и хотел сказать «любовником». Зачем ему называть Юри любимым, если они такие разные? Разный статус. Разные увлечения. Разные миры. — А-а-а, понятно, — Виктор не стал больше спрашивать, а Юри быстро забыл тот разговор. Его всё устраивало. Никаких чувств и лишних эмоций. Отличный секс с самым горячим мужчиной, которого он встречал в своей жизни — что может быть лучше? Но постепенно что-то менялось, а Виктор начал требовать к себе всё больше и больше внимания. — Мы встретимся сегодня? — его звонок поздно вечером стал полной неожиданностью. — Подойду через час. — Нет-нет-нет. Я занят, — соврал тогда Юри и нисколько не пожалел, потому что Виктор стал напрягать своими собственническими замашками. Юри уже выкинул лишнюю зубную щётку и необычную чашку с пуделем. Вещи Виктора потихонечку заполняли его маленькую квартирку. Последней каплей стало то, что однажды утром Юри, открыв глаза, увидел перед собой широкую спину спящего мужчины. Обычно Виктор уходил сразу после секса, а сегодня почему-то решил остаться. Юри заволновался. — Ты чего, проспал? — он осторожно потрогал за плечо и, получив отрицательный ответ, а потом предложение вместе позавтракать, понял, что попал. Тратить время на отношения не хотелось, поэтому в голову пришло единственно правильное решение: закончить с этим первым. — У меня сейчас выпускные экзамены. Практика на носу. Ты понимаешь, совсем нет времени. Давай в другой раз, — искал он всё новые и новые отговорки, а потом просто сменил номер. Учеба казалась главнее, чем ненужное общение. Одиночество не доставляло проблем, позволяя сосредоточиться на главном. Виктор не стал настаивать, исчезнув будто его и не было. Правда, иногда Юри всё-таки признавал, что соскучился по приятной тяжести чужого тела, по глухим низким стонам, по распирающему ощущению двигающегося внутри него члена. Но время шло, и картинки прошлого постепенно размывались, поэтому он очень надеялся, что вскоре они исчезнут совсем. — Ты сделал правильный выбор, — поддерживал Пхичит, и Юри со вздохом качал головой. Почему-то одиночество ощущалось болезненно-ярко именно в компании лучшего друга. Хорошо, что экзамены быстро закончились, и пришло время распределения на практику. Конечно, хотелось попасть стажёром в какую-нибудь большую компанию, и Юри изо всех сил старался понравиться пришедшим на отбор представителям крупнейших холдингов мегаполиса. Их выпуск не зря считался самым сильным за всё время существования университета. — Ты будешь проходить практику в Ситигрупп. Везунчик, — поздравляли его сокурсники. Юри прямо светился от радости. Он уже разузнал про новую работу и теперь готовился показать себя с самой лучшей стороны. Учредителями являлись какие-то странные русские, которые предпочитали руководить компанией на расстоянии, оставив вместо себя несколько толковых менеджеров. Незнакомые лица, огромные помещения, куча новой информации лишь поначалу ввергали в панику, постепенно всё наладилось. К концу второй недели Юри прекратил нервничать, ронять папки с отчетами и почти не дёргался, когда заместитель руководителя Ситигрупп, который курировал их маленькую группу, — Крис щупал его за ягодицу. — Такой хорошенький. Даже краснеть не разучился. Прелестно, — восхищался Крис всякий раз, стоило Юри оказаться в зоне его внимания. Пусть это было неэтично, но Юри терпел, понимая, что именно по рекомендации Криса кого-то оставят в компании после стажировки. — Хочешь кофе? Чай? Пирожки? — Крис не оставлял попыток поухаживать. Юри вежливо отказывал. Субординацию никто не отменял. Он и так пожертвовал многим, чтобы получить эту работу, и отступать не собирался. — Сегодня вечером рождественская вечеринка. Вы должны прийти, и это не обсуждается, — улыбающийся Крис приобнял Юри за плечи, опаляя дыханием покрасневшее ушко. Юри всегда доставалось больше всех. Врождённая вежливость и чувство такта не давали возможности дать должный отпор. Крис беззастенчиво этим пользовался. — Никифоров наконец-то приедет из своей депрессивной командировки в Россию, поэтому постарайтесь не ударить в грязь лицом. Уже целый месяц работаете, как-никак, —продолжил Крис, а Юри заволновался. Погружённый в работу, он ещё ни разу не встречался с Никифоровым, который улетел на свою историческую родину где-то полгода назад и как раз к этому рождеству решил вернуться. Чего надеть и в какой тёмный угол банкетного зала забиться — вопросов не возникло, и только когда юноша смотрел, как высокий светловолосый мужчина поднимается на сцену, что-то в груди дрогнуло. — Наш великолепный вице-президент Ситигрупп — Виктор Никифоров, — представил его Крис, и Юри показалось, что кто-то резко выключил свет. Перед глазами всё поплыло, а реальность опасно накренилась. Виктор, который целых пять месяцев исправно втрахивал его в матрац, и Виктор Никифоров — оказались одним и тем же человеком. Вот это номер! Виктор что-то говорил об итогах прошедшего года и планах на будущий, а Юри вливал в себя третий по счёту бокал с шампанским. Вообще-то пить совершенно не стоило, особенно в такой ситуации. Вспоминал ли Виктор о нём? Злился? Нарочно всё рассчитал? Юри не знал. Теперь, когда работа в престижной компании ему наверняка не светила, он мог оторваться по полной. — А это мой любимый стажёр — Юри Кацуки. Помнишь, я тебе рассказывал? — Крис подтолкнул Виктора вперёд. Юри очень неудачно столкнулся с ними обоими, когда хотел по-тихому сбежать с вечеринки. Встреча в коридоре и прищур голубых глаз не обещали ничего хорошего. — П-привет, — он икнул и помахал рукой. В голове пузырилось выпитое шампанское, поэтому, оглядывая подтянутую фигуру Виктора, Юри словно нарочно призывно облизнулся. — Скучал по мне? — Вы знакомы? — удивился Крис. — И довольно близко, — Юри понесло. Он дражащей рукой расстегнул удушающие пуговицы рубашки и теперь бесцеремонно завалился на Виктора. — Ты так и не ответил: соскучился? — Безумно, Юри. Безумно, — что-то в голосе Виктора заставило Криса сделать шаг назад, но Юри море было по колено. Вижу цель — не вижу препятствий. Отличное кредо. Особенно для не умеющего пить. Юри хотел Виктора. Он действительно соскучился, и алкоголь лишь усилил задремавшие на время эмоции. — Я отведу его, — в коридоре становилось душно, а Юри постоянно заваливался назад, поэтому Виктор привычно взял ситуацию в свои руки. — Пойдём домой, горе луковое. Надеюсь, живешь ты всё в той же дыре? — Это не дыра, — Юри постарался отстоять честь своей квартиры, но был ловко перехвачен за пояс, потому что земля внезапно поехала куда-то влево. — Раньше ты не жаловался, — осуждающий тычок в рёбра Виктора и ещё одна провальная попытка выровнять положение. — Ты плохой. Вот. — Отличный вывод, — теперь уже Крис открыто смеялся, наблюдая за интересной встречей двух, как оказалось, довольно близко знакомых людей. — Вы хорошо смотритесь вместе. Не из-за него ты тогда сбежал? Тот японец, да? — Отвали, — Виктор, перекинув руку Юри себе на плечи, повёл его к лифтам. — После поговорим, и скажи там всем, что сегодня я больше не появлюсь. Это чудо вряд ли даст уснуть. Крис понимающе покивал головой, а Юри хотел было возмутиться по поводу «чуда», но, решив, что прозвище необидное, просто расслабился. Потом и вовсе задремал. Очнулся он уже утром у себя в кровати, и широкая спина Виктора снова маячила перед глазами. Правда теперь что-то изменилось. В воздухе разлилось напряжённое ожидание. — Я действительно не знал, кто ты, — начал Юри, осторожно касаясь пальцами горячей кожи. Плечи Виктора дрогнули, показывая, что он слушает, но молчание подтолкнуло продолжить. — Я хотел позвонить. — Почему же не позвонил? — голос Виктора звучал глухо и как-то надломлено. — Я, в отличие от тебя, номер не менял. Юри с усилием прикрыл веки. Он уже полгода ни с кем не спал, и обнажённый Виктор в его постели не очень вязался с ощущениями расслабленного после алкогольного возлияния тела. Чувство стыда заставило уши вспыхнуть красным. — Прости. — И это всё? — Виктор медленно повернулся, подложив руку себе под голову, и теперь прожигал покрасневшего Юри потемневшим раздражённым взглядом. — Ты первым закончил наши отношения, а вчера бессовестно интересовался: не соскучился ли я? Считаешь, что для этого достаточно одного лишь «прости»? — Я был неправ. Меня интересовала только учёба и экзамены, — Юри, сбиваясь и жутко смущаясь, старался донести свои хаотичные мысли. — Я считал, что тебе это не нужно. — А ты меня спросил? — Виктор начинал злиться. Это было заметно по небольшой складочке между бровями и поджатым губам. — Ты посоветовался со мной, когда решил выкинуть меня из своей жизни? — Ты тоже молчал, — Юри, понимая, что Виктор вчера бесцеремонно снял с него всю одежду, попытался натянуть одеяло до подбородка. Ругаться полностью обнажённым было неловко. — Я намекал. — Кружка с собакой и щётка? Дурацкие намёки. Мне было действительно это не нужно. Тогда не нужно, — решил уточнить Юри, чувствуя, как головная боль усиливается с каждой секундой. — Я не умею по-другому. Ты первый, с кем я решил построить отношения, — Виктор устало вздохнул. — Теперь что изменилось? То, что я ещё и твой руководитель? Боишься, выгоню? — он верно услышал последнюю фразу. Юри почти запищал, надвигая одеяло на уши. — Нет-нет. Что ты! Я не это имел в виду. Я не знал. Прости-прости, — залепетал он. — Ничего не понимаю. Что ты там шепчешь? — Виктор бесцеремонно полез руками под одеяло и Юри взвизгнул. Он жутко боялся щекотки, и Виктор этим пользовался, скользя пальцами по рёбрам. — Прекрати! — И не подумаю. Столько времени водил меня за нос. Я места себе не находил. Нарочно уехал, думая, что на родине станет легче. Приезжаю обратно, а тут ты. — Я не специально, — Юри дёргался и хохотал, позабыв про головную боль. Он крутился, сбрасывая одеяло, и пришёл в себя, только почувствовав, что Виктор прижимается сверху. Такой же обнажённый, горячий, возбуждённый. — Как же я соскучился, — Виктор наклонился, внимательно разглядывая лицо Юри, и тот правильно понял незаданный вслух вопрос. — Я тоже соскучился, — потянуться немного вверх, чтобы встретиться на полпути, оказалось легко. Сложнее было признаться самому себе, что когда-то жестоко ошибся, неверно расставив приоритеты. Сейчас Виктор с такой жадностью ответил на поцелуй, что Юри оставалось лишь судорожно цепляться за плечи, широко развести ноги и отдасться наконец своему голубоглазому искушению, которое давным давно завладело его сердцем.

***

На следующий день Крис задумчиво перебирал бумаги, когда услышал за дверью какой-то шум. В коридоре громко спорили охранник и невысокий черноволосый паренёк. — В чём дело, Джек. Что тут происходит? — спросил Крис охранника и окинул оценивающим взглядом ладную фигуру незнакомца. Потрёпанные джинсы, ярко-зелёная футболка — похож на сбежавшего с лекций студента. Как раз во вкусе Криса. — Я ищу Кацуки Юри. Со вчерашнего дня он не выходит на связь, и дома его нет. Рождественская вечеринка, на которую он ушёл, ведь уже закончилась? Тогда, где же он? — А вы кем ему приходитесь? — Крис изобразил на лице самую обольстительную улыбку из своего арсенала. — Мы не даем посторонним людям личную информацию о своих сотрудниках. — Я его лучший друг, — паренёк подпрыгивал от нетерпения, сжимая телефон в руке. — Меня зовут Пхичит Чуалонт. — А меня Крис. Я куратор Юри, — протянув руку, ощутив крепкое горячее рукопожатие и заглядывая в необычные чёрные глаза напротив, Крис подумал, что теперь пришло его время. Как-никак, босс, и по совместительству лучший друг, был пристроен. Никифоров, вероятно, не выпустит из постели этого Кацуки ещё несколько дней, а значит, он со спокойной совестью сможет заняться своей личной жизнью. Должность заместителя главного вице-президента компании последние полгода наложила определённый отпечаток. Крис страдал от одиночества. — В кафе внизу подают отличные булочки. Не хочешь перекусить, а заодно и поговорить о Юри? — Крис перехватил ладонь и потянул растерявшегося Пхичита на себя, нежно приобнимая его за пояс. — Или найдём более интересные темы. Пхичит распахнул свои невероятные глаза. Щёки окрасились румянцем, когда он начал очаровательно облизывать губы. — Прелестно. Ещё один не разучившийся краснеть. Мне сказочно повезло, — пробормотал Крис себе под нос и, не дав времени на раздумья, потащил Пхичита за собой. Тот даже и не думал сопротивляться. Ведь рождество — это время чудес, когда происходят судьбоносные встречи, чувства преобладают над разумом, а мечты сбываются.