Once upon a rainy day

— Как тебя зовут? — Тебя это не касается, кошка… — Я не кошка! Я, в крайнем случае, кот. А кличка моя Кенни, — мальчик улыбнулся и подал соседке по комнате руку. — Давай дружить, мисс Кровь? — Хей! — она улыбнулась и стёрла с румяных веснушчатых щёк слёзы.

***

      Чёрноволосый парень проснулся от грома, звук которого донёсся до его рабочего стола из щели в окне. Подняв голову, подросток оглядел свою комнату. Серый, как его жизнь, цвет монотонных обоев, искусственный ламинат сделанный под берёзу, два больших окна, устланные сейчас тусклыми бриллиантами, две двери, стоящие друг напротив друга; одна в коридор, другая на веранду; две кровати; одна из них не заправлена, а на другой из них лежала девочка лет тринадцати и ёжилась, изредка хмурясь и сжимая плед. Взгляд кошачьих белоснежных глаз парнишки остановился на подруге, что нервно сжимала сейчас край пледа. Несменная, но жутко испачканная снизу кровью туника её мамы, джинсовые шорты как подарок от её первых приёмных родителей, чёрные колготки, пропитанные на коленках и бёдрах её же кровью вперемешку с кровью её отца, крашенные золотистые волосы, книзу переходящие в кроваво-алый, чёрные, дающие мягкий отблеск от грозового пейзажа за окном, серёжки, огненно-рыжие ресницы, нос и щёки усыпаны маленькими веснушками и окрашены лёгким румянцем, губы, как всегда алее кончиков её волос, вместе с застывшей кровью из раны на них, длившейся до худой бледной шеи.       Кенни обернулся на окно. Гроза. Обычный день для Северной Америки в июле. Свинцовые тучи тянулись до самого горизонта и плакали уже довольно долго, если посмотреть на уровень океана там, вдалеке. Раздался ещё один грозовой раскат. Девушка взвизгнула и резко поднялась с кровати. — Дэн! — Роудс оглянулся на подругу и рывком метнулся к её кровати. — К-кенни… — её голос был тихим, а её глаза смотрели в одну точку — на маленький цветочек, красовавшийся на пледе у девушки. — Сейчас принесу…       Парень встал с кресла и пошёл к окну. На подоконнике стояла пластиковая бутылка с питьевой водой и стеклянный стакан рядом с ней. Он быстро налил половину стакана и заново присел на край кровати своей подруги. Допив всё, она опустила голову, благодарно улыбнулась и пробормотала что-то вроде: «Спасибо большое» или «ты мне очень помог», протягивая стакан Аллену. — Что тебе приснилось, Дэнни? — устремив взгляд на молнии, изредка появляющиеся в окне, спросил Кенни. — Папа с мамой. — зарываясь бледной ручонкой в огненные волосы, девушка непрерывно смотрела на свои колени, спрятанные за тканью пледа, — они… Они плавали. — Дэн повернула голову в сторону друга и посмотрела на него. — Затем мама начала топить папу. Потом… — её взгляд устремился на вспотевшее стекло. Немного помутневшие стёкла мало что показывали, но на них отчётливо поблёскивали дождевые капельки, каждая из которых иногда тихо спускалась ближе к раме. — Было много крови. Мама утопила папу и потом направилась ко мне. — тонкие пальцы протёрли глаза, а затем зарылись в золотистую копну растрёпанных волос. Даллиарн продолжила, — она проткнула меня ножом насквозь, и я проснулась. — У-у-ужас… — тихо протянул Аллен, наливая и себе немного водички в стакан. Он обернулся на неё, но всё равно смотрел на воду стакане: — а ты видела свою метку? — Ох, нет… — задумчиво произнесла она, заново прокручивая кошмар у себя в голове. — В любом случае, надо вставать! — бодро воскликнула Дэн и встала с кровати. — Кто последний до ванной, тот толстая вонючка! — она задорно улыбнулась и побежала в сторону двери, ведущей из их обители в узкий коридор детского приюта. Быстро распахнув её, Дэнни выпихнула из прохода друга и скорее побежала к ванной комнате.

Однажды…

      Летний дождливый день. Кенни вышел на веранду, оглядываясь по сторонам пустой улицы. Капли тихо разбивались о плитку, асфальт или же простой пластик навеса, который укрывал сейчас Роудса от прохлады дождевых капель. Мальчик сел на маленькое пыльное кресло и стал любоваться дождливой картиной июльской Виргинии. Вдалеке виднелся океан, омывающий этот штат. Было бы неплохо снова устроить поход и спать в палатках, чувствуя охлаждающий океанский бриз и засыпая под прекрасную колыбельную — шум прибоя. На балкон ступили две босые ножки его соседки по комнате, и сразу было видно — у маленькой Дэнни было отличное настроение в столь пасмурный день. Девочка посмотрела на Кенни. Их взгляды встретились и дети улыбнулись друг другу. Дэн присела на подлокотник кресла, частично опираясь на друга, и они вместе стали смотреть на то, как стеклянные капли падали на асфальт и разбивались вдребезги, как свинцовые тучи хмуро плыли по небосводу, как изредка проезжали машины по трассе, как в просветах появлялось, словно прорывалось, золотое солнышко, и как его подчинённые-лучики осматривали иногда небольшие участки домов и дорог. Прерывая непрерывную тишину, девчонка как-то безразлично вымолвила:«У меня сегодня день рождения.». Мальчик удивлённо на неё обернулся, но потом счастливо улыбнулся и радостно воскликнул: «С днём рождения!» Именинница улыбнулась этим словам и вновь начала смотреть в даль. Мальчик встал с кресла и в шутливом виде согнал её с него, затем крепко-крепко обнял и, взяв Дэнни за руку, повёл её к воспитательнице, хвастаться таким замечательным событием.

***

      Время клонилось к вечеру. Кенни тихо закрыл дверь, ведущую на террасу и, как обычно в дождливые дни, сел на пыльное маленькое кресло, начиная оглядывать то, что было у него за ограждением. Океан вдалеке, свинцовые тучи, что уже превратились в розоватые облака, множество улочек и мгновенное появление народу на этих улочках. Жизнь начала кипеть только к закату. Машины быстро проносились по шоссе и мостам, что заполнили Портсмут из-за множества ответвлений от Атлантического океана. Стукнули каблучки красных балеток о цвета слоновой кости кафель, на что Аллен даже не обернулся, ведь прекрасно знал, кто стоит за его спиной сейчас и любуется убывающим днём и его свежими, пастельно-тёплыми красками. Она как обычно села на подлокотник кресла и стала любоваться так же, но уже сидя. И в правду, закат сегодня был невообразимым. Розовые облака скрутились вокруг обиженного на тучи солнца, которое медленно уходило за синеву Атлантического Океана. Первые звёзды уже были тускло видны, желая поскорее поздороваться с людьми этого небольшого городка, а их предводительница, величественная луна, была сегодня целой и тоже прощалась с солнышком, паря над ним и над всеми болтунами-облаками. Синева её царства уже властвовала вверху, но плавно переходила сначала в бирюзовый, потом в желтоватый, и в конце уже был виден огонь заходящего солнца, что вот-вот покинет этот город. — С днём рождения, Дэнни Даллиарн. С 14-тилетием. — Роудс взял подругу за руку и положил в её кисть что-то. Девушка не могла поверить своим глазам — это была та самая подвеска, что она заприметила на распродаже в прошлом декабре. — Я же тебе про неё даже не говорила! Как ты на неё накопил вообще?! — восклицала Даллиарн, удивлённо смотря на подвеску в виде золотого ножа с маленьким сапфиром на ещё меньшей по размеру рукоятке. Аллен довольно растянулся в улыбке и прикрыл глаза, словно кот, которого только что покормили.       Дэнни чуть наклонилась и быстро чмокнула друга в щёку. Его щёки покраснели, а на отметке крови от её губ появилось нечто большее, чем просто засохшая кровь. На его щеке красовалась метка. Сапфир на золотой рукоятке.