Один очень трудный год

— У меня такое чувство, что зимой тебя тянет подраться буквально каждый день, — недовольно говорит Коё и тянется за ваткой и антисептиком. — Вот и не каждый день, — бурчит в ответ Чуя, а его лицо тут же искажает гримаса — запёкшаяся ранка на губе лопается и снова причиняет боль. — Я скоро начну вести точный подсчёт того, сколько раз мне приходится обрабатывать твои ссадины и синяки, и ты всё увидишь сам. Сильно щиплет? — Коё касается ранки — Чуя тихо шипит в ответ, и Коё наклоняется ниже, чтобы подуть на больное место. — Терпи, что я могу сказать. Всю свою красоту так испортишь. — Шрамы украшают мужчину, — неуверенно отзывается тот, но тут же замолкает под суровым взглядом Коё. — Мужчину украшает сдержанность, — парирует она, мажет ссадинку мазью и Чуя облегчённо вздыхает — болезненная пульсация в губе наконец утихает. — Нужно что-то делать с твоей вспыльчивостью. — Что же? — Я ещё не придумала, но обязательно придумаю, и тебе придётся подчиниться. А сейчас иди, тебя Хироцу-сан искал. Когда он уходит, Коё пытается вспомнить всё, что она когда-либо слышала об управлении гневом. Кажется, там было что-то про счёт до десяти, но с Чуей это точно не прокатит — Коё уже сейчас может с уверенностью сказать, что он полезет в драку, бросив счёт еще на тройке — ну, или на четвёрке, в лучшем случае. Ещё на ум приходит способ визуализации — нужно представить, что стоишь на берегу замёрзшей реки и кидаешь камешки до тех пор, пока лёд не расколется. Этот способ Коё тоже сразу же отметает, потому что не будет её Чуя себе ничего представлять, а лучше хорошенько врежет кому-нибудь в глаз в баре. Задача неожиданно оказывается труднее, чем она себе представляла, потому что никаких хороших идей у неё не появляется. Что ж, значит пришло время просить подсказки у «собрата по несчастью». — Честно говоря, с Дазаем таких проблем нет, — задумчиво чешет лоб Мори, и Коё слегка хмурится — ей стыдно себе в этом признаться, но она терпеть не может, когда босс пытается представить Дазая лучше Чуи. — Обычно он не дерётся сам, а делает так, чтобы дрались другие. Но вообще я в своё время слышал про некоторые техники, которые могут помочь. — Вас послушать, Мори-доно, так с Дазаем вообще никаких проблем нет, — отвечает Коё, будто не расслышав всё, что было сказано после слова «нет». — С ним есть одна огромная проблема — он намного умнее меня, — Мори разводит руками. — И что делать с ней, я ума не приложу. Честно слово, Коё-сан, я бы лучше возился с драками. — Это не так-то просто на самом деле. Как видите, сейчас у меня с этим небольшие проблемы. — Что ж, помогу, чем смогу, зайди вечером после работы, расскажу что знаю. Вечером Коё выходит от босса с убеждением, что вместо медицинского ему стоило бы поступить на психолога — в этой области он, кажется, знает практически всё. Осталось лишь запастись своим (и Чуиным) терпением. К ещё понять, правильно ли она всё же поступает — всё-таки для Чуи умение драться — его главный козырь и билет на выживание в этом мире. Эти навыки действительно полезные, они ведь ни раз ему жизнь спасут… –…но это не повод махать кулаками всякий раз, — ворчит Коё себе под нос, и её буквально передёргивает, когда она вспоминает кровавые отметины на ещё почти детском и худом лице ученика. — Чуя, — говорит она ему при следующей встрече, и он смотрит в ответ как-то настороженно — видимо, заранее чувствует что-то неладное. — Я знаю, что тебе это не очень по душе, но пришло время научиться хладнокровию. — Чуя в ответ лишь тихо вздыхает, но сопротивляться всё равно бесполезно. — Итак, первое, — Коё протягивает ему стопку чистых листочков и ручку. — Описание и систематизация раздражителей. Нужно написать на каждом листочке по одной причине, что вызывает у тебя желание начать драку. Так мы сумеем понять, с чем конкретно нужно бороться. Чуя пишет долго, сосредоточившись и высунув кончик языка, измазывая пальцы чернильными кляксами, а Коё за это время успевает почитать, изучить новые документы и просто поглазеть в окно. — Ты закончил? — спрашивает она, когда Чуя, наконец, заканчивает черкать. — Мне нужны ещё листочки, — и Коё лишь тяжело вздыхает в ответ — дело принимает куда более сложный оборот, чем она предполагала. «Когда лезут в мои дела», «когда игнорируют моё мнение», «когда смеются над моим ростом», «когда косо смотрят», «когда приходится долго ждать», «когда кто-то прикоснулся к моей шляпе», «когда пытаются отобрать мою шляпу», «когда плохо отзываются о моей шляпе», и это лишь немногое из списка. — Ладно, не вышло, давай тогда попробуем второй способ, — Коё откладывает листики в сторону. — Ключ в решении проблемы — в признании того, что она у тебя есть. Чуя, ты считаешь это проблемой? — Только когда ссадины щиплет при обработке, — отзывается тот, и это, зная его, вовсе не сарказм. — То есть ты считаешь, что всё нормально? — Драки помогают мне расслабиться, да и вообще, ну не могу я спокойно стерпеть, когда какой-нибудь иди… — Хорошо, дальше, — Коё ещё раз перелистывает те рекомендации, что получила у Мори. — Тогда так. Нужно научиться, что называется, выпускать пар. Когда хочется нанести удар, нужно сделать глубокий вдох… — Я его итак делаю, — пожимает плечами Чуя. — Вот как? Значит, ты уже пытался как-то справиться с этим? — Коё чувствует приятное удивление. Нет, всё же её ученик — молодец, хоть и импульсивен, но всё же голова у него на плечах есть, и когда надо думать трезво, то он… — Так бить лучше, удар сильнее выходит, — и глаза у него такие честные-честные, что ей на минутку самой хочется дать ему по шляпе, но, благо, она помнит про вдох и счёт до десяти. — Ладно-ладно, — у Коё были припасены ещё некоторые методы, но сейчас ей кажется оптимальным оставить это до будущих времён. — Ты у нас взрослый, тебе виднее. Только об одном прошу — через неделю, десятого числа, мы все будем отмечать мой день рождения. Сделай мне такой подарок — приди без разбитого лица. — Хорошо, — обещает Чуя, и снова так искренне смотрит ей в глаза, что сложно не поверить в то, что он своё слово сдержит. Чуя и вправду сдерживает — приходит чистенький, опрятный, с цветами, и лицо у него ровное-ровное, ни царапины, ни кровоподтёка. Коё давно его таким не видела, и на сердце даже теплеет. Он сегодня какой-то особенно красивый — нет даже тех небольших синяков под глазами, которые он приобрёл, загружая себя работой по самое горло. Что уж говорить, его кожа выглядит более шелковистой и ухоженной, чем у неё самой, хотя она потратила весь день на различные маски и макияж. — С днём рождения, Коё-сан, — говорит Чуя и протягивает ей подарок — букет светло-кремовых гортензий. Коё едва заметно улыбается — на языке цветов гортензии означали «спасибо за понимание». Что ж, она и вправду всегда старалась понять Чую, хотя иногда это и было чертовски сложно. Но, похоже, она всё-таки справилась и, хоть самую малость, но укротила буйный нрав. Однако, когда дело доходит до поздравительного тоста от босса, над головами гостей раздаётся непонятный, пикающий звук. Коё поднимает голову, и в следующий же момент ей на лицо начинает капать вода — по какой-то загадочной причине сработала система противопожарной безопасности. — Я сейчас разберусь, в чём дело, Коё-сан, — говорит Дазай и уходит, а Коё ищет, чем бы таким прикрыть голову, чтобы не испортить причёску. И вспоминает о шляпе Чуи — ищет его взглядом, но никак не может найти, и лишь спустя несколько минут замечает жмущуюся в углу фигуру в чёрном плаще. Замечает — и буквально теряет дар речи. Лицо Чуи, идеальное, гладкое лицо точно на глазах теряет свою форму — издалека кажется, будто с него слезает кожа, но Коё сразу же понимает, в чём дело — когда из-под «кожи», а, точнее, тонального крема и пудры показывается привычный Чуя с рассечённой скулой и хорошим таким фингалом под глазом. Увидев, что Коё смотрит на него, он пытается шустренько убежать, но гостей в небольшом зале так много и все они так суетятся под неожиданным «дождём», что об этом и думать не стоило — Коё ловит его за шкирку ещё задолго до выхода. — Чуя Накахара, изволь сказать мне, что с твоим лицом? — она строго смотрит на него, а тот не рискует даже взгляд поднять. — Так получилось, — виноват бурчит он. — Зачем весь это спектакль с косметикой? — Я не хотел тебя расстраивать. — Так мог бы просто не драться тогда! — Я правда хотел, — Чуя ковыряет носком ботинка намокший пол. — Но когда тот идиот сказал про то, что я короты… — Ладно-ладно, не повторяй, — Коё отпускает его воротник и гладит по плечу — всё-таки она никогда не умела сильно сердиться на него. — Надеюсь, — на её лице появляется холодная усмешка, — ты доходчиво объяснил им, что рост не главное? — Вполне доходчиво. — Тогда хорошо. Но всё же больше постарайся не драться. Коё знает, что уже через пару дней он снова придёт к ней и попросить залечить ушибы — она залечит, и будет всегда залечивать. Потому что, в конце концов, каким бы он ни был, он для неё всегда будет самым лучшим. — Ты — идиот, — неожиданно слышит она голос Чуи поздно вечером в одном из коридоров. — Ты почему мне не сказал, что эта херня смывается?! — Кто же мог знать, что случится такая неприятность, — отвечает Дазай, лениво растягивая гласные. — Я всё видел, ты там носился с зажигалкой! Ты всё это нарочно устроил! Ну держись, сейчас я тебе!.. Сначала ей хочется вмешаться, но потом она просто тихонько проходит мимо. Озаки Коё не любит, когда её ученик дерётся, но для некоторых людей можно сделать исключение.