Я никогда не

Вот уже битый час, а то и два, двое парней скучали в своей небольшой съёмной квартирке. Чанёль, сидя в позе лотоса на полу посреди комнаты, неторопливо перебирал гитарные струны, наигрывая иногда новые легкие мелодии, что не несли в себе абсолютно никакой притягательности или эстетичности, а Сехун просто уже минут 20 валялся на кровати и пялился в одну точку на потолке, подкидывая в воздух небольшой теннисный мяч. — Хун-ни, может, сыграем во что-нибудь? — Шатен отодвинул инструмент и опустил его на пол рядом с собой. — Идет, а во что? — заинтересованно отозвался младший. — Ну, что на счет «Правды или действия» или, например, «Я никогда не…», м? — Я бы выбрал второе, но, к сожалению, у нас нет алкоголя. Хотя, и так сойдет. — То есть, «Я никогда не…»? И, кажется, у нас в шкафчике стояла бутылка соджу, — Пак подорвался с места и молниеносно притащил откуда-то из личных закромов неоткрытый бутыль с алкоголем и два стеклянных стакана с кухни. — О, идет, — Сехун спустился на пол и уселся напротив Чанёля, в точности отзеркаливая его позу, пока тот разливал алкоголь по стаканам — Ёль, ты первый, — чуть улыбнулся брюнет. — Окей… Хм… Я никогда… Я никогда не сбегал из дома. — Я никогда не имел друга, ближе чем ты, — пожав плечами ответил О. — О как. Ну, я никогда не попадал под арест. Сехун сделал глоток. — Вау, и за что же это, О, если не секрет? — Вандализм. Сделал в юности неплохое граффити на кирпичной стене какого-то заброшенного завода, кто-то из местных стуканул, меня повязали на трое суток. Но отпустили гораздо раньше. Так, ничего интересного. — Ого. Ты никогда не рассказывал… — Да рассказывать то особо и нечего. — Ну, ладно, твой ход. — Ну, что ж… Я… Я никогда не влюблялся. Пак обреченно прикрыл глаза и отпил из стакана. — Ха, а ты мне этого никогда не рассказывал, знаешь, я думал, мы знаем, если не все, то почти все, друг о друге, — Сехун немного приподнял брови и вздохнул. Не нужно было знать это Сехуну. Вот просто ненужно. Зачем им портить такие прекрасные дружеские отношения, считал Чанёль. Он прекрасно понимал, что любить столько лет лучшего друга — не есть хорошо, но поделать с собой ничего не мог… Да и не хотел. Пак тряхнул, нависшими на лоб, волосами. Он взглянул в глаза Сехуну, что в этой темноте казались еще более черными и глубокими, и тихо произнес: — Я никогда не причиню тебе боли. Вернее, хотя бы постараюсь. О мягко улыбнулся. Вот за такую улыбку младшего Чанёль мог отдать все, продать душу кому угодно, главное, чтобы Сехун делал для него это почаще. — Я никогда… Хм, меня никогда не связывали и не похищали, — рассмеялся брюнет. — Хах, ну, с первым могу помочь. — Чего? — О все еще хихикал, поэтому не воспринял слова старшего всерьез. — Сеейчас, — Чанёль вновь резко поднялся с пола и притащил, на этот раз, почти метровую тканевую ленту, чем-то напоминающую приспособу для БДСМ. — Так, откуда это у тебя и, ты, что, всерьёз решил связать меня? Пак, ты больной. — Возможно, — Чанёль начал медленно приближаться к Сехуну. То ли алкоголь ему ударил в голову, то ли безмерная любовь к О, что он решился на такой дурацкий поступок. Пак приземлился на колени перед младшим и потянул его руки на себя. — Какого черта ты творишь? — Процедил О и сощурился. — Да не бойся, всего-то свяжу тебе руки, всю игру, или хотя бы пару ходов, будешь сидеть так. Ну, попросишь — развяжу. — Окей. Перечить тебе, я так понимаю, бесполезно, — брюнет сомкнул руки и подставил их Паку. — Угуу, — протянул Чанёль, с интересом обвязывая руки О, — так нормально? Не больно? — Нет, порядок. — Ну все, — Ёль потрепал младшего по голове, от чего тот зажмурился и невольно улыбнулся. Довольный шатен отполз на свое место и сделал глоток из своего стакана. — Я никогда не был снизу. Сехун с интересом разглядывал свои руки, что абсолютно прослушал старшего. «И где этот дурак научился таким приемам?» — Оу, прости, что ты… Повтори, пожалуйста? — Я, говорю, никогда не был пассивом, — Чанёль самодовольно ухмыльнулся. На что Хун лишь пожал плечами. — Я никогда не думал, что мой друг такой дурной, — Сехун вновь засмеялся, тем самым вызывая невольную улыбку Пака. — Я никогда, — Чанёль немного задумался, — Я никогда не целовал того, кого поистине люблю, — с ноткой грусти в голосе произнес шатен. — Ёль, я, конечно, не знаю, кто она, но, черт, ты должен это исправить. Если до сих пор любишь, конечно. Не тяни с этим, ладно? — Сехун приподнял подбородок старшего, — Хочу, чтобы ты был счастлив. — А что на счет тебя? — Пак подался чуть вперед. — А что я? — задумчиво усмехнулся Се, — не знаю… — Сехун. — М? «Надеюсь, я об этом потом не пожалею» Чанёль притянул лицо О к себе и жадно впился в его губы, немного зажмурив глаза, ведь он по-настоящему боялся быть отвергнутым и все же хоть на что-то, но надеялся. К его удивлению, Сехун не оттолкнул его и даже позволил взять лидерство на себя. Пак аккуратно, стараясь не допустить ошибку, продвинул свой язык в сехуновский рот и обвел его язык своим, издавая тот самый звук. Он нежно провел языком по хуновскому и чуть сжал его губы своими. Сехуну, почему-то до жути это нравилось. Дождавшись, пока Ёль освоится и выпустит его лицо из некрепкой хватки, Се на секунду разорвал поцелуй и, не давая Паку опомниться, перекинул свои связанные руки через его голову и резко двинул старшего на себя, вовлекая в новый поцелуй, в котором вел уже он. Он не был похож на паковский, он был грубее, неосторожней и жаднее. Сехун как можно быстрее двигал языком и ловил остатки воздуха между ними, постепенно утягивая Чанёля на себя. О был абсолютно не против всего происходящего, что и пытался донести до Ёля всем своим существом. «Надеюсь, я об этом потом не пожалею» Чанёль отстранился от губ младшего, — Я никогда не говорил тебе, что люблю. — Я никогда и не догадывался об этом, — последовало в ответ от Сехуна, что лежал под старшим, восстанавливая, в ходе поцелуя, сбитое дыхание. — Надеюсь, ты не убьешь меня за это, но я никогда не хотел тебя больше, чем сейчас. — Аналогично, но, даже когда я выходил обнаженный из душа? — самоуверенно поинтересовался Се. — Хорошо… возможно, ты и прав, — Пак стянул с себя футболку и принялся оставлять влажные поцелуи на коже младшего, попутно расстегивая ремень на его джинсах. Сехун запрокинул руки за голову и протяжно выдохнул, когда с его лишней одеждой было покончено. — Может, скинешь уже ее с меня? — младший кивком указал на свою майку. — Но. ээ… — Плевать. Рви, - скомандовал Се. — Окей, — Чанёль расположился на бедрах младшего и одним движением разорвал тонкую белоснежную ткань, что сейчас была очень не к стати. Пак стянул с себя остатки одежды, оставаясь абсолютно обнаженным. — Готов? Сехун зажмурился и кивнул. Шатен аккуратно ввел два пальца в тело О, предварительно смочив их слюной, от чего тот немного дрогнул и прогнулся. — Может, стоит сбегать за смазкой? — заботливо поинтересовался Чанёль, убирая пальцы из О. — Не нужно, просто уже сделай это, я тебе доверяю, — Сехун обвил ногами талию Ёля. Пак отвел руки младшего за голову. Уперевшись одной ладонью об пол, Чанёль подставил головку к колечку мышц Сехуна, — будет неприятно, я дам тебе попривыкнуть. Расслабься. Сехун кивнул и прикрыл глаза. От резкого толчка старшего О застонал и прогнулся в пояснице. Чанёль вошел на пол длины. — Это что, блять, еще не весь? — прохрипел Сехун, чувствуя, как Пак толкается вновь. — Почти, — Чанёль оставил легкий поцелуй на чужих губах, тем самым его отвлекая, Пак вошел полностью и начал нерезкими движениями покачивать бедра О. Сехун полностью расслабился и начал собственноручно убыстрять темп Ёля, все сильнее прогибаясь, издавая сдавленные стоны. Чанёль хотел быть нежным, но О любил погрубее. Почувствовав это, Пак полностью потерял контроль, набирая все большую скорость и ударяя брюнета об ламинат. Квартира наполнилась рыками старшего и сдавленными стонами младшего, разбавляемые сбитым дыханием и нередкими ударами бедер Сехуна об пол. Чанёль наклонился ближе, подставив Сехуну свою шею, для оставления собственнических отметин. Только Пак Чанёль хотел полностью владеть О Сехуном. Только О Сехун хотел принадлежать Пак Чанёлю без остатка. Чувствуя, что дело близится к завершению, Пак решил забыть о себе и доставить полное удовлетворение младшему. Ёль вновь отвел руки Сехуна, своей свободной рукой он обхватил член младшего, от чего тот вновь прикрыл глаза и выпустил полу слышный стон. Пак начал водить по нему рукой, слегка сжимая и каждый раз ускоряя движение. Чанёль уже знал, что Сехун буквально на пике, поэтому решил еще «подлить масла в огонь», Пак уткнулся своим носом в ямочку между ключицами младшего и начал оставлять на его теле мокрую дорожку из поцелуев, доходящую почти до самого пресса, он обвел языком каждый сантиметр тела О и, наконец, поднялся к губам. Снова проникая в рот О, Пак обвивал его язык своим и немного посасывал, от чего Сехун стонал чаще и протяжней, Чанёлю безусловно нравилась такая реакция на его действия. Вновь набрав темп, Пак совершил еще пару грубых толчков и вышел из Сехуна, кончив на пол, оргазм младшего тоже не заставил себя долго ждать, Сехун излился на свой пресс, немного пачкая и торс Ёля. Пока Се пытался восстановить силы и дыхание, Пак возился с узлом на его руках, устроившись на хуновских бедрах. Окончательно распутав ленту, Чанёль сплел их пальцы вместе, развел руки и опустился на грудь О. — Я никогда не думал, что влюблюсь в лучшего друга, — выдохнул Сехун, рассматривая вспотевшее лицо старшего. — Я никогда не разочарую тебя и не отпущу, — тихо прошептал Чанёль на ухо брюнету, заставляя того вновь сладко улыбнуться своей искренней лисьей улыбкой.