Предатель.

Ночь

      Такое прекрасное время. Звезды сияют, луна светит. Нанами не спит. Ей все надоело. Этот холодный взгляд Томоэ. Безразличие. Грубость. Эта боль, что он приносил. Убивала изнутри. Нанами идет в ванну. Она забирает что ей надо. Кидает в сумку. Она взяла лишь один талисман. Зайдя в комнату Мидзуки она поцеловала его в лоб, прошептав «Прости меня». Тихо выйдя из храма она вдохнула морозный воздух. Он прекрасен. Богиня шла по улице. «Плевать, что я богиня.» — думала она. Момодзоно ходила по городу с талисманом на груди. «Невидимость». И правда. Ее никто не замечал и не слышал. Найдя нужное место, она пошла на него. Это была крыша. Она думала о своей никчемной жизни. Эти боги. Екаи… Надоело! Родители? Нет! Родитель! Ненавижу отца! Из-за него! Из-за него, моя жизнь окончится суицидом! Мне все надоело. Она села. Посмотрев на свои руки. Мокрые дорожки текли по щекам. «За что?!» — думала она. Это жизнь, детка. Здесь все непредсказуемо. Мы не знаем что нас ждет. Рай? Ад? Счастье? Боль? Горе? Радость?       Мы не знаем. А жаль.       Она достала лезвие. Любуясь им. «Эта такая желкзяка. Но такая красивая.» — говорила она себе. Походу она сходила с ума. Наверно

Такова судьба

      Она легонечко провела по левому запястью. Маленькая царапинка. Даже крови нет. Ей мало. Она режет глубже. Кровь стекает алыми струйками, а она лишь улыбается. По глазам текут слезы. Ведь ей не больно. Впервые за столь долгое время она счастлива. Но не надолго. Она делает больше глубоких надрезов. Даже в правой руке.

Я люблю, а ты… не любишь. Я сгораю вся дотла. И от пепла не пробудишь, Не добьешься ты тепла. Я люблю и тихо тлею, А ты топчешь искры вновь, Я иначе не умею! Убиваешь ты любовь… Я люблю. Любила, может? Лучше мне тебя забыть. Только чувство это гложет, Как закончить мне любить?

      Она мертва.       Талисман слетает с груди. Поздно. Рядом записка. Вокруг кровь. И улыбка. Маньяка. Лезвие где-то валяется. Сейчас она по настоящему была счастлива.

Утро…

       — Нанами! Нет! Нет! Нанами! — Мидзуки ревел. Нанами мертва. Он обнимал труп. Он не мог смириться с этим. А Томоэ читает записку.

Томоэ! Привет. Возможно, ты читаешь ее, а я мертва. Смешно? Да. Ведь ты меня довел. Сучка ты. Ты мразь. И отец. Да что ты знаешь о любви? Ты умеешь играть чувствами. И все. Мне очень жаль. Жаль, что ты еще не сдох. Ха-ха, поскорей бы. Даа~~ возможно я схожу с ума. Но я люблю тебя. А может лишь любила? Я не смогу дать тебе ответ. Ведь перед тобой мой трупик? Точно. А я и забыла. Наверно крутые порезы. А ты улыбку заметил? Не? Хах, боюсь кто-то спать не будет. Спасибо Томоэ, я ненавижу тебя, мразь. Твоя Момодзоно Нанами. Я люблю, а ты… не любишь. Я сгораю вся дотла. И от пепла не пробудишь, Не добьешься ты тепла. Я люблю и тихо тлею, А ты топчешь искры вновь, Я иначе не умею! Убиваешь ты любовь… Я люблю. Любила, может? Лучше мне тебя забыть. Только чувство это гложет, Как закончить мне любить?

      Вот такие дела, ребята. Запомните. Не играйте чужими чувствами, и возможно все будет хорошо. Не грубите. Любите родных. Не огорчайте их. Успехов и счастья.