the day they did the deed

Томас следовал за Ньютом. Ньют был в ярости. Он бы мог посмеяться над тем, когда Ньют отбрасывал листья в Томаса, которые летели ему в лицо, но брюнет знал, что это только усугубит ситуацию. Ньют злился. Чертовски злился. Когда они вышли из леса, то заметили Галли, сидящего на скамейке рядом с Брендой, которая обрабатывала его разбитую губу. Он услышал вздох Ньюта, когда тот начал приближаться к группе, и Томас решил остановить блондина. Хотя он был зол на Галли тоже, но он не мог позволить, чтобы эта поездка была потрачена впустую из-за недоразумения. Когда он схватил Ньюта за руку, блондин быстро вырвал её и зашипел: — Не прикасайся, блять, ко мне. Это было ударом в сердце. Томас не видел такого злого блондина раньше. Может, он действительно перешёл черту. Он знал, как это выглядело для Ньюта. Очевидно, блондин подумал, что после того, как Галли поцеловал его, Томас возбудился, но зная, что он не может спать с Галли, он пошёл к Ньюту, чтобы выпустить пар, но это не так! Он даже не чувствовал себя возбуждённым, когда искал Ньюта, но он почувствовал завязывающийся узел внизу, когда увидел грязного и вспотевшего Ньюта (это было невероятно сексуально). Ладно, может, ему стоило обдумать всё, прежде чем делать такие вещи. Когда они пришли на место, Томас заметил, как плечи Ньюта вздымались вверх и вниз из-за тяжелого дыхания. Все смотрели на них, но все, что мог делать Томас, — это не высовываться. — ТЫ ГРЯЗНЫЙ УБЛЮДОК! — прошипел Ньют в сторону Галли. — Ньют! — Бренда встала между Ньютом и Галли. Томас мог видеть только затылок Ньюта, но судя по выражению лица Бренды, он мог понять, что блондин смотрел на неё. Он повернулся, чтобы заглянуть на Минхо, который находился в замешательстве. — Убирайся, Бренда, — Ньют прошипел так тихо, что Томас не смог расслышать. — Пока ты не скажешь мне, что происходит, — настояла Бренда, — Галли и так вернулся сюда с разбитым носом и посиневшей губой. Ньют просто усмехнулся. — Вот это хорошо, — Ньют повернулся к брюнету, и Томас почувствовал, что должен был сказать об этом раньше, — по крайней мере, хоть как-то ты потратил свою энергию с пользой. Бренда, Бен, Минхо и Соня просмотрели на Томаса. Казалось, глаза Бренды полезли на лоб. Соня, с другой стороны, выглядела скептически. Но когда он посмотрел на Минхо, то увидел лишь разочарование. Томас хотел ответить, но не смог. Он буквально потерял дар речи. — Томас? — спросила Соня. Она скрестила руки на груди. Она сделала шаг вперёд, ожидая объяснений. Томас просто продолжал открывать и закрывать рот, но ничего не выходило. Он был уверен, что сейчас он напоминал запуганного пингвина. — Томас, мой дорогой парень, — Ньют предоставил. О нет. Это не хорошо, — был поцелован Галли, и я добавлю хорошо, потому что, когда Томми пришёл ко мне, то был неплохо так возбуждён, — Ньют улыбался Томасу со злой ухмылкой. Даже насмешливой. — Это не так! — воскликнул Томас, используя ситуацию, чтобы защитить себя. Ему не понравился поцелуй с Галли! — Тогда что случилось? — присоединился Минхо. Томас снова посмотрел на него и на Ньюта. Блондин скрестил руки и приподнял брови. — Мы возвращались сюда и разговаривали, а потом вдруг Галли прижал меня к дереву и поцеловал. Естественно, я толкнул и ударил его, вот, откуда его разбитая губа, — затем Томас повернулся к Ньюту и приблизился к нему, — клянусь, Ньют. Причина, по которой я хотел найти тебя, была не в том, что я хотел заняться с тобой сексом, потому что был возбуждён. Это даже не было моим намерением. Я пришёл, чтобы найти тебя, потому что должен был рассказать об этом сразу. Я не мог рисковать, чтобы Галли добрался до тебя первым, — он смотрел на блондина, у которого все ещё было каменное выражение лица, — Ньют, я люблю тебя. Теперь все молчали. Настолько тихо, чтобы не нарушить этот момент, но Томас не заботился ни о ком. Он лишь хотел услышать голос Ньюта. — Мне очень жаль, — молчание было нарушено Галли. Ньют повернулся к нему и снова зашипел, — я сожалею обо всем этом. Я был очень одинок и думал, что Томас хотел этого тоже. Прости меня, Ньют, — Галли опустил голову. — Можешь не продолжать, — сквозь зубы проговорил Ньют, основываясь на словах Томаса, — и ты… — Ньют повернулся к Томасу, схватил его за руку и начал уходить. Он оглянулся на Бренду, и она подмигнула ему. Хорошо. По крайней мере, она верит мне. Он повернулся к остальным, замечая, как Минхо кричал на Галли, а Соня и Бен просто замерли на месте. Кажется, они поверили Томасу, но он хотел, чтобы это сделал Ньют. Пальцы блондина болезненно сжались на его запястье, поэтому он застонал. Затем, когда они, наконец, оказались вне поля зрения, Ньют прижал его к дереву и поцеловал. Поцелуй был совсем не медленным. Это было совершенно агрессивно. Настолько агрессивно, что становилось больно. Он попытался оттолкнуть блондина, но тот продолжил настаивать. В мгновение ока, рубашка Томаса оказалась на земле, а губы Ньюта на его шее. — Н-Ньют, — Томас застонал, когда Ньют начал поглаживать его член, заставляя колени брюнета подгибаться. — Я хочу тебя на протяжении нескольких дней… — прошептал Ньют в шею Томаса, — я хочу, чтобы все знали, что ты, блять, только мой. Томас забыл, как дышать. Даже не из-за губ Ньюта на его шее, а из-за того, что блондин никогда не говорил ему «мой». Волна счастья наполнила его тело. Ньют хотел его так же, как он хотел Ньюта. — Я твой, Ньют, — сказал он, чувствуя поцелуи Ньюта на своей груди, — весь твой и только твой. — Вот так правильно, черт, — Ньют встал на колени и сдернул штаны с Томаса. Томас застонал, когда Ньют обернул руку вокруг его члена и начал двигать рукой вверх и вниз. — Хорошо себя чувствуешь, Томми? — дразнился он. — Д-Да. — Думаешь, было бы это хорошо, если бы это делал Галли? — спросил Ньют, облизывая головку члена Томаса, и последний почувствовал, как скрутился его желудок. Это было так хорошо. — Давай не будем говорить о других парнях, детка, — Томас взглянул вниз на Ньюта, — это плохо влияет на мой член. — Тогда о ком ты думаешь? — спросил Ньют, проводя языком по головке члена Томаса. Брюнет прикусил губу из-за ощущения мягких губ Ньюта на своём члене. — О тебе, — умудрился выговорить Томас, — всегда о тебе, Ньют, — Ньют выпустил член Томаса изо рта с громким непристойным звуком. — Да? — Ты самый горячий человек, которого я знаю, и это делает все лучше, потому что я влюблён в тебя, — Томас стонал и чувствовал, как его член вибрировал от каждого прикосновения Ньюта. Ньют прикусил губу и начал двигать рукой быстрее. — Я тоже люблю тебя, Томми. Томас стонал все громче и громче от действий Ньюта, чувствуя, как его колени слабеют. — Н-Ньют. Ньют агрессивно продолжал ласкать член Томаса, но на этот раз обернув губы вокруг него. Томас стонал от удовольствия. Повсюду разносились звуки причмокивания. Он расположил свои руки на голове Ньюта, потянув его за волосы. — Сейчас кончу. Томас двигал бёдрами, чувствуя приближение развязки. Он был очень близок к взрывному удовольствию, но Ньют внезапно оторвался от него и поднялся с колен. Глаза Томаса распахнулись и он в замешательстве уставился на Ньюта. Он был так чертовски близко! Так близко! — Одевайся, — приказал Ньют. — Ч-что? — Томас спросил ломающимся голосом. Его член все еще был твёрдым и пульсирующим, и все, что он хотел сделать, — это высвободить давление, которое заставляло его чувствовать себя неудобно. — Я не собираюсь заставлять тебя кончать, — ответил Ньют, бросив в Томаса его рубашку, — и если ты попытаешься сделать это сам, то можешь начать пользоваться своей рукой прямо с этого момента, — Ньют подтянул штаны Томаса и взял его пульсирующий член, вызывая гортанный стон у брюнета. Блондин поместил его обратно в боксеры Томаса и застегнул его джинсы, — ты наказан. Ньют улыбнулся Томасу, поцеловал его и начал уходить. Томас стоял у дерева, будучи сексуально расстроенным. Он наблюдал за тем, как уходил блондин вместе с его надеждами на оргазм. Ньют может быть жестоким, если захочет.