"Какой ты, нерешительный!"

Полдень самое лучшее время для того, чтобы пройтись по улицам Токио и с наслаждением окунуться в течение города. На удивление было тепло, поэтому Лайт с Рьюзаки шли без шапок и шарфов. Волосы Рьюзаки были по своему обыкновению уложены, а сам он одет в свободную чёрную футболку с надписью “the Best”, а поверх однотонная чёрная курточка, и серые узкие джинсы с рваными бёдрами, которые были заправлены в белые кроссовки с высокими язычками. Лайт был в серых свободных джинсах с карманами, заправленные в чёрные полусапожки на шнуровке, также на нём была чёрная футболка с V-образным вырезом, а поверх чёрный пиджак и на носу чёрные большие очки. Душа Рьюзаки наполнялась блаженством, оттого, что любимый человек был рядом, пусть и ненадолго, но он в полной мере ощутит счастье. Он посмотрел на Лайта и поразился его коже, изящному изгибу от шеи к подбородку, а в волосах играли солнечные лучи, словно лаская. Он был так прекрасен, Давид и Адонис в одном лице. Неужели, этот человек, пусть ненадолго, но принадлежит лишь ему. Никого. Ни Такады, ни надоедливой Мисы с её истерическим голоском. Этот день принадлежит лишь им двоим. Они вошли в кафе, сели за столик, огороженный стенками. Они сняли верхнюю одежду и сели за столик с белой поверхностью. Сделали заказ. Лайт снял очки и заметил, насколько неловко сидит Рьюзаки на деревянной лавке. - Скидывай обувь и садись поудобнее, всё равно никто не заметит. – Лайт намекал на то, что они сидели в самом дальнем углу, скрытые от глаз посетителей. Рьюзаки слабо улыбнулся от неловкости. «Неужели, я столь очевиден или только Лайт способен распознать малейшие желания?» Рьюзаки снял кроссовки и сел, притянув к себе ноги. Лайт предусмотрительно занял Рюка ящиком яблок. Теперь он сидит дома и ест или если настигла скука, торчит подле Мисы, ржёт над её ролью в дораме. Он бы точно сошёл с ума при виде Рюка, стебущегося над ним. Хорошо, что он без свидетелей мог гулять и разговаривать с Рьюзаки. Вчера он даже забыл о преступниках и помчался к Рьюзаки, так не похоже на него отлынивать от дел насущных. - Думаешь, между нами всё закончится так и не начавшись? – спросил Рьюзаки, обнимая колени руками. Ему важно было узнать это, ведь в мучениях более он не может жить. – По сути, нам даже поговорить ни о чём, всё из-за расследования. Лайт откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди. - Да, между нами существует некое напряжение, но, ни ты, ни я, ничего не сможем с этим сделать. Мы должны забыть на некоторое время о расследовании, ради нас самих. - Да, - просто ответил Рьюзаки. Лайт, привыкший, что все девушки вешаются на него, не знал, как воспринимать и реагировать на Рьюзаки. Ему нравилось спокойствие, аналитическое мышление, а также доброта и нежность парня. А он думал, что Рьюзаки не способен на тёплую привязанность и стеснение с неловкостью. Но Лайту было тяжело перестраивать своё отношение к Рьюзаки, ведь тот был его врагом №1, вернее будет сказать, врагом Киры. Сам же Лайт относился вполне уважительно и доверительно к Рьюзаки, тем более после того что между ними произошло. Рьюзаки принесли кофейно-шоколадное и банановое с медовым кремом пирожное, а Лайту шоколадное с белой розочкой. На некоторое время они замолчали, поглощая сладости и запивая чёрным кенийским чаем. Они прямо руками брали пирожное и, не стесняясь, ели, это их как-то сблизило. Такая уютная дружеская атмосфера. Лайт смотрел на Рьюзаки, который как маленький ребёнок непосредственно и просто ел пирожное, пачкая губы и облизывая их. Как же это было одновременно мило и сексуально! Он даже сглотнул и его взгляд перехватил Рьюзаки. - Хочешь? - Нет, что ты! Рьюзаки пожал плечами и продолжил поглощать столь вкусный десерт. А Лайт отругав себя за беспечность, старался больше не смотреть столь пристально на своего сотрапезника. Они гуляли по скверу, вдоль деревьев и скамеек. День клонился к вечеру. Все темы – от музыки до литературы исчерпали себя и они молчали. Молчание не тяготило, а наполняло спокойствием, потаённым смыслом, им одним известный. На улице стало прохладно. Рьюзаки стал шмыгать носом, и они решили, что пора возвращаться. Лайт не знал, почему он пошёл провожать Рьюзаки до штаба расследования, точно девушку, от осознания этого стало неловко, и опять появилась натянутость в их отношениях. Безумно хотелось поцеловать Рьюзаки, но он почему-то сдержался и весьма холодно попрощался. Едва добравшись до дома, он почувствовал какое-то беспокойство, нарастающее с каждой минутой. Он долгое время не мог успокоиться, а ближе к ночи, так и не заснув, решил позвонить Рьюзаки по скайпу. Каково же было его удивление, когда по видеосвязи он увидел изнемождённое лицо Рьюзаки с ещё более очерченными кругами под глазами. - Привет, - вяло поздоровался он и его голос отдавался в хрип. - Что с тобой? – забеспокоился Лайт. - Так немного простудился. - Попей тёплого чая, а лучше молока. Пусть Ватари приготовит. - Он спит и к тому же не хочется его будить. - Гхм. – Какой он заботливый. Лучше бы о себе подумал. – Так, ладно, жди. Через 15 минут буду. - Нет, не надо приезжать, Лайт, я как-нибудь сам. - Не спорь, я уже еду. Лайт отрубил связь и свернул программы и выключил комп. Он взял из дома аптечку и вызвал такси, решил не жалеть денег и примчаться к любимому человеку. Надеюсь, с ним всё будет хорошо. Сердце бешено стучало в груди, и он не мог усидеть на месте. Ну почему, такси не спешит? Боже, ну можно же, ехать быстрее! А что если с ним что-то случится? Нет, всё будет хорошо. Он в этом полностью уверен. Рьюзаки сильный парень и со всем быстро справляется. Как только он доехал и расплатился, вошёл в здание. Он прошёл в комнату Рьюзаки, где находился он сам. Видимо, он решил лечь спать. А завидев его, удивился, но выражение лица было равнодушным и уставшим. Лайт потрогал лоб – горячий. Поставил градусник, взятый из аптечки, а пока Рьюзаки лежал на постели, пошёл на кухню. Там он налил тёплого подогретого на плите молока и принёс в комнату. 37.9 – температура. Лайт дал жаропонижающее и стакан молока. - Ты давай это, пей лекарства и поправляйся! – проговорил Лайт. – Ну что такое, - начал он, видя, что стакан завис на пути ко рту Рьюзаки – боишься, что я отравлю тебя? - Нет, - прошептал он и залпом отправил в рот порошок, запивая молоком. – Просто необычно, что ты заботишься обо мне. Лайт смотрел в эти большие серые глаза и впервые осознал, насколько ему дорог Рьюзаки. Он чувствовал, что они связаны, предназначены друг для друга. Их мизинцы связаны красной нитью судьбы. - Почему ты пришёл? - Потому что, это ты. – Лайт смотрел на Рьюзаки с любовью, открытым и тёплым взглядом. - Какой ты нерешительный! – с нежностью упрекнул его Рьюзаки. В ответ Лайт лишь улыбнулся. Лайт идёт к мосту, останавливается и смотрит в чёрную гладь воды. Достаёт тетрадь и говорит: - Ты мне больше не нужна! Тетрадь медленно летит в чёрную воду. Лайт поворачивается и уходит прочь. Ему вслед печально смотрит Рюк и, вздыхая над потерянной тетрадью, расправляет крылья и улетает прочь.