Младшая Гилберт или пособие выживания в семье Майклсонов. Конец Историям

***

      Всё-таки Майкл не соврал о своем месте нахождения, им действительно оказалась та хижина, где мы с Элайджей искали его этой ночью, Касл сообщил мне об этом месте, и я уложила его в глубокий сон со сломанной шеей, связанными руками, веревкой, которая была пропитана вербеной, на заднем сиденье внедорожника Клауса. Пока тот находился в отключке, я могла брать его машину, письменного разрешения мне на это конечно не давалось, но если она будет цела и невредима после его воскрешения, то думаю, мое мягкое место останется мягким и далее.       При свете дня хижина выглядела не такой как ночью, темно-коричневый цвет дерева из которого был сделан домик, вселяла в душу до боли знакомое чувство, это были воспоминания Ванессы, здесь ее выхаживал Элайджа после того как ее укусил оборотень, тут же она жила после того как родители узнали об ее сущности. И я ощущала, что в этих воспоминаниях не хватает, кого-то очень важного для нее, нет, это был не Элайджа, он присутствовал всегда. Но я понимала, что это был мужчина, кто-то родной для нее.       Но Ванесса упорно скрывала это от меня, и я выбью из нее это воспоминание. Чего бы мне это не стоило, ведь как только Ванесса вспоминала этого человека, по моему телу разливалось тепло, словно он был для меня кем-то большим, чем просто нелепое воспоминание, второй души в моем теле.       Я все делала шаги к хижине, меня не покидала мысль о том, что это последнее что я могу увидеть в этой жизни, потому каждый шаг давался мне нелегко, но ради воскрешения Клауса я готова на все, ведь если меня убьют, кто останется править городом? Элайджа? Да, возможно, но тогда этот город превратиться в холодное дисциплинарное место, куда не захочет ехать ни один турист, а все вампиры, ведьмы и оборотни, населяющие этот город просто, сбегут.       Ребекка? Она девушка, ей будет трудно, но я, же справляюсь. Её кандидатуру мы оставим на позже, или, же неуравновешенный Кол, которому только дай бразды правления как по Новому Орлеану побегут багровые реки крови, а какой турист захочет провести здесь выходные? Только самые отважные, и то они возьмут билет на первый самолет домой лишь бы не быть съеденным голодным вампиром в подворотне.       Остается только Клаус, он пускай и кровожадный деспот, но у него талант править городами. Меня удивляло, как мы с Элайджей не нашли его отца, когда были здесь последний раз, или же этот мерзавец очень умело прячется, что кстати неоспоримо. Открыв хилую дверь, которая взвыла протяжным скрипом, я вошла вовнутрь, все осталось, так как и было, даже та дыра, которую я проделала собой осталась там же.       Из облака пыли, которое создал ветер от открывающейся двери вышел мужчина, подол его пальто давным-давно перепачкался в пыли и крови. Вампир осмотрел меня с ног до головы, и мне вдруг стало не по себе, честно говоря, меня пугало мое теперешнее положение, я одна в старой заброшенной хижине, с малоизвестным мужчиной, дело пахнет керосином… — Так и будешь стоять? — улыбаясь, кинул Майкл. — Ну, можешь присесть я не гордая, или тебе еще чай поставить? Говори, зачем позвал, и какова цена, или я ухожу, — грубо ответила я, опираясь на пыльную деревянную стену. — Хорошо-хорошо, — проворковал Майклсон, делая жест рукой. — Хочешь воскресить Клауса, я дам тебе ответ, но взамен попрошу только об одном, не стой на пути! — под конец его голос изменился, делаясь грубее и ниже. Не стоять на пути? В каком смысле? Хочет сказать, что я помеха? — Не стоять на пути, ну-ка поподробнее, чем же я тебе мешаю? — выпалила я, выгибая бровь. — Не строй из себя дуру Гилберт, я прекрасно знаю, что ты с радостью копаешься в мозгах всех кого ты знаешь, и нет, — зарычал он, двигаясь в мою сторону. — Ладно-ладно, я тебя поняла, давай уже сюда свой чудо-способ как мне воскресить Никлауса, и проваливай, — конечно же, я лукавила, я не дам ему убить Майклсонов, я не хочу умирать, и вообще это глупо воскрешать сына, а потом играть в догонялки, и снова укладывать своих детей в гроб, это идиотизм! — Тебе нужно найти девчонку Люси Уайтчелл, — когда он произнес имя маленькой Люсии мое мертвое сердце, кажется, забилось, и пропустило удар. — Вижу, вы уже знакомы, это будет трудно, ведь малышка помнит, кто убил ее маму, и кто спас ее от Клауса, — лукаво ухмыльнулся Майклсон и исчез.       Вот же урод! Как мне может помочь маленькая девочка? Даже если она и ведьма, память к ней вернулась слишком быстро и потому она помнит все, и сделает все чтобы отомстить, я не получила действительного способа, и подписала себе смертный приговор.       Под мой гнев попал брус дерева, кулак с силой пробил его, а после меня затмила ярость, в считанные секунды все внутри хижины превратилось в кучу мусора, стоя посреди разрушенного домика, я старалась усмирить злость, судорожно дыша, я, поспешила выйти на улицу в надежде, что свежий воздух приведет меня в чувство.       «Давина снова попытала удачи воскресить Ника, все удачно», — гласило сообщение, пришедшее на мой смартфон. И я чуть не вскрикнула от радости, и облегчения, пускай мне это сообщил и младший Майклсон, с которым все было слишком запутано и до конца не ясно, но в тот момент я была готова расцеловать Кола Майклсона.       Не прошло и пары минут, как я оказалась на трассе в город, я выжимала из внедорожника Клауса все что возможно, и нет, гнала на всех парах лишь бы поскорее оказаться в поместье. Может быть, сейчас я получу моральной порки, но этой девчонке все удалось, как она это сделала и чем это ей грозит, узнаю потом сейчас главное Майклсон.

***

      Чуть не сбив человека на пешеходном переходе, я умчалась дальше под громкие скверные слова в свою сторону, машина с неистовым визгом остановилась у особняка. Я выскочила из салона машины как ошпаренная, дверь в дом открылась с оглушающим грохотом, во внутреннем дворе собрались вся семья Майклсонов, не включая Эстер их отца, и сестры Фреи с братом Фином, откуда я все это знаю? Благодаря воспоминаниям Ванессы, и Клауса. — Где ты была? — первой подала голос Ребекка, сейчас ее тон говорил о беспокойстве, глупо притворяться, или она внезапно сменила гнев на милость, ее мысли были закрыты для меня в тот момент, как ей это удалось, известно лишь одному дьяволу. — У меня была встреча с важной персоной Нового Орлеана, — пробормотала я.       Все изумленно таращились на меня, да глупое оправдание, но, если скажу правду, тогда беды не миновать, и в гробу буду покоиться я. — И кто же эта важная персона? — бархатный тон Клауса выбил меня из колеи, и коленки задрожали, чтобы не подавать страху я натянула на себя гадкую коварную усмешку — Эта важная персона сейчас покоиться на заднем сиденье твоего внедорожника дорогуша, связанный особой веревкой, и со свернутой шеей, к счастью Люсьен по-прежнему был там и сейчас окажет мне услугу.       Я исчезла за главной дверью в особняк, направляясь к машине гибрида, и я уже слышала мысли Касла, как хорошо играет этот придурок, ну ничего сейчас смеяться буду я. — Ты чертова, — прошипел он, но вампир не успел договорить, как снова его шея оказалась сломанной. — Да-да, я знаю, я из ада, но и ты не ангел малыш, — ответила я, иногда я поражалась тому, что я говорю сама с собой.       Схватив его за ворот кашемирового свитера, я вытащила его из салона автомобиля и с противным звуком потащила в поместье, открыв дверь ногой, я кинула бессознательного молодого человека под ноги Клаусу. — Вот то самый «важный», — в кавычках показала я. — Люсьен! И что же вы там делали? — подал голос Кол, в котором явно слышались нотки ревности.       Сейчас мне было не до этого, если Клаус узнает о наших интрижках с его младшим братом, начнется междусемейная война, а в свою очередь пострадаю и я, только не от братьев, а от Ребекки, грозилась вбить кол мне в сердце. — Обсуждали наплыв туристов в этом месяце, — нервно ответила я, сжимая край куртки. — С ним? — изумился Элайджа. — Он не плохой в деле туризма, да туризма, — оправдывалась я, стараясь как можно увереннее скормить им эту информацию, но чувствую, что выходит у меня паршиво, да и по лицам Майклсонов видно, что мои домыслы подтверждены. — У меня много дел, позовите мне Аннет, и Кол зайди ко мне позже, — холодно ответила я, проходя мимо младшего Майклсона.       Я, наконец, покинула общество Майклсонов под их осуждающие взгляды, но не могла, же я сказать им правду, меня бы ждало вечное заключение в гробу. Поднявшись в свой кабинет, я смогла вздохнуть спокойно, это было, единственное место, где я с головой уходила в работу, решая важные дела города, где витала особая атмосфера уюта, и сосредоточенности, где вся моя личная жизнь уходила на задний план, не решаясь помешать работе.       В кабинет впорхнула Аннет, но выражение лица оставляло желать лучшего, в мыслях брюнетки я нашла ту картинку, которую она пыталась спрятать от меня, и вообще от целого мира, вчера ночью кто-то убил ее парня, и сестру. — Мне очень жаль, я постараюсь найти того, кто убил твою семью, — тихо произнесла я, втупляя взгляд в бумаги, которые лежали на столе. — Не обещай того, чего не можешь сделать, — отрешенно ответила Блэнч, кладя пару листов на стол. — Я и не обещала, я сказала что постараюсь, — в тон ей ответила я, пытаясь натянуть на себя улыбку, в знак поддержки. — На сегодня ты свободна, иди домой, откупорь бутылку бурбона, и напейся до потери пульса, — ухмыльнулась я. — Спасибо Дженнифер, — прошептала Аннет, закрывая за собой дверь.       Не прошло и пары минут, как в помещение ввалился Кол, алкоголем от него разило за версту, в руках он держал полную бутылку виски, из этого стоит сделать вывод, что она не первая, раз Первородный едва стоял на ногах. — Господи Майклсон, зачем же ты так напился? — выдохнула я, в миг, оказавшись около вампира. — В честь воскресшего брата, дорогая, — весело пролепетал Кол, делая очередной глоток из бутылки. — Скажу тебе не особо важный то и повод, — тихо произнесла я, проходя к панорамному окну, открывающему вид на Французский квартал, везде мельтешили люди, дети, всем было весело, и они явно не подразумевали, что намечается война. — Да ну, я видел твой блеск в глазах, когда ты увидела Клауса, я слышал, как у тебя перехватило дыхание, как только ты вошла во двор. Если бы у тебя билось сердце, оно бы пропустило удар при виде моего брата, ты влюблена Дженнифер, я это знаю, и я знаю, что и я, тебе не безразличен. Я вижу это, слышу, но ты дорогая скрываешь это ото всех, но ты не скроешь этого от меня, — Кол вмиг оказался рядом со мной, его последние слова он сказал шепотом, и его дыхание обожгло мою кожу подобно клейму, которое поставил мне Клаус, когда я была еще человеком.       Гибрид причинил мне столько боли, столько страха я испытала, находясь рядом с ним, он изводил меня всю, нервы, чувства, разум, но именно этот Майклсон пьянил меня больше всех. Самое страшное было то, что Кол был прав я неравнодушна к нему, каким бы монстром он не был, Кол нравился мне, он поддерживал меня, когда это требовалось, он заботился обо мне, и это стало началом моих чувств к нему, и сейчас я на распутье. Я выбираю между ними, и не хочу причинять боль. — Придет время, и я сделаю выбор, а сейчас уходи Кол, пожалуйста, — прошептала я, оборачиваясь назад, Майклсон оказался неимоверно близко, слишком близко, и это опасно. — Сомневаюсь, — выдохнул Кол, прежде чем его губы накрыли мои.       Помниться прошлый Кол целовал меня не так, он был нежен, а сейчас я чувствовала привкус крови во рту, вампир властно целовал меня, будто я всегда принадлежала ему, и никому больше, он смаковал мою кровь как гурман, медленно аккуратно, словно я была птицей, которую можно спугнуть одним резким движением, я старалась оттолкнуть Майклсона, но он схватил мои руки, заводя их за спину, второй свободной рукой он держал мой затылок, перебирая пряди волос, и слабо оттягивая их, вырывая из меня тихие жалобные стоны, во мне просыпалась похоть. И она желала большего, резко я оказалась прижатой к окну, руки Кола свободно блуждали по моему телу сквозь футболку, и он не спешил останавливаться, его ладонь легла мне на ягодицы, нежно сжимая их, он вынуждал выгибаться вперед навстречу его ласкам, сопротивление было бесполезно. — Быстро же ты нашла мне замену, — бархатный тон рассек комнату, стремясь к моим ушам.       Я отскочила от Кола, хватаясь за край футболки, отдергивая ее назад, ибо Кол успел поднять ее вверх до неприличия. — Выйди брат, — угрюмо приказал Клаус, и Кол, повинуясь приказу, покинул кабинет, оставляя меня один на один со зверем. — И как же ты будешь оправдываться? — заговорщицки ухмыльнулся Ник.       А я и не буду, не собираясь, да я влюблена в этого Майклсона, но между нами ничего нет, он мне абсолютно никто, так какого черта он предъявляет свои права на меня. — Я не буду оправдываться Никлаус, — холодно отчеканила я, садясь за стол. — Что, сразу в гроб? — изумился Майклсон. — Нет, увольте господин, — съязвила в ответ я. — Ты не имеешь на меня никакого права, мы с тобой один раз переспали, и все, не больше, — сумбурно начала я — А то, что ты мне сказала, когда я был в гробу тоже «ничего больше»? — это был удар ниже пояса, он слышал. — То, что было сказано мной, забыто, — фыркнула я, делая вид, что копаюсь в важных делах. — Нет, дорогая, так не пойдет, — бумаги отлетели в сторону, приземляясь на пол со щекочущим звуком. — Мы казалось, все решили, ты запал на Ками, в твоем сердце, вот здесь, — я дотронулась места, где расположено мертвое сердце. — Там Кэролайн, мне нет места, — тише добавила я. — Зато в сердце Кола полно места? — зарычал Клаус. — Там тоже мне нет места, там Давина, я лишняя здесь, неужели ты еще не понял, мои чувства к вам останутся без ответа, это стало понятно мне, когда ты смотрел на Камиллу, когда тебе снились сны о Кэролайн, с Колом я все поняла, когда он впервой увидел Давину. В нем сработала не похоть, он хотел оберегать ее, прикасаться к ней, а все его чувства ко мне — фальшь, я в этом уверенна, твои чувства — нереальны, ты использовал меня в своих целях, помнишь, что я сказала на счет того, что теперь ты Король города? Это правда, ты теперь главный, я иду в отставку, — тихо ответила я, пытаясь сдержать слезы, вставая с места, которое теперь мне не принадлежало, и, намереваясь уйти. — Ты мне не безразлична Дженни, верь мне, — прошептал Клаус, вынуждая меня остановиться, и обернуться на Майклсона. — Ты не врешь, я это вижу в твоих мыслях, но нам не суждено, — надломлено ответила я, продолжая свой путь. — Я ухожу, — добавила я, прежде чем закрыть за собой дверь.       В груди расцветала боль, режущая и всепоглощающая боль.

***

      Я вынуждена бежать, от Кола, Клауса, Майклсонов, в общем, Майкл явно дал понять, что лучше мне мирно ждать смерти, нежели бороться в схватке которая не принесет мне победы, я сдалась. Я слабая, признаю и не отрицаю, но, что я смогу сделать, если здесь я лишняя, строить из себя кого-то кем ты не являешься это глупо, безрассудно, так что, я оставляю это дело Первородным, они как всегда разберутся и со своим отцом, и с матерью.       Игнорируя всех, кто попадался мне на пути, я прошла в свою комнату которая находилась не слишком далеко от рабочего кабинета, вытащив дорожную сумку, я стала набивать ее вещами. Некие вещи приносили яркие воспоминания связаннее с кем-то из Первородной семьи, а особо-то платье, в котором я была на ужине у де Мартелов, на подоле платя до сих пор, была моя кровь, я совсем забыла сказать слугам, чтобы они отвезли его в химчистку. Но теперь оно мне не пригодиться, пройдясь ладонью по атласной ткани, я захлопнула шкаф. Схватив смартфон и открыв окно, я прыгнула вниз, никакой боли ожидающей меня при приземлении я не почувствовала, ибо дыра в груди вместо сердца затемняла все остальные чувства.       Перекинув лямку сумки через плечо, я кинулась в бега, до сих пор не понимала, куда я пойду, или уеду, но я бежала, самым идеальным способом было передвижение по крышам, перед глазами мелькали дома, магазины, сувенирные лавки, родной город — опасен. Лодыжку пронзила резкая боль, и я не удержав равновесия, рухнула вниз с третьего этажа, просто прекрасно! Небо отдалялось от меня с невероятной скоростью, а стены домов поглощали меня как кот рыбу.       Падание смягчила сумка набитая вещами, ибо же я точно сломала бы себе позвоночник, морщась от боли, я аккуратно села, в лодыжке торчала стрела, ее наконечник прошел насквозь и сейчас торчал с внутренней стороны плоти.       Вытащив стрелу с невероятным криком, я попыталась встать, но и этого у меня не получилось, я снова рухнула на землю, заливая все вокруг своей кровью, регенерация не работала, и я посчитала, что это мой конец. И прежде чем потерять сознание, я увидела белокурую женщину, она протянула ко мне руки, и как бы я не сопротивлялась, но тьма поглотила меня, и я осознала, кем была та женщина — Эстер Майклсон.