Alone in a room

      Мы шли по темноте, где путь освещала золотая нить. По зеркалам скользили тени, звавшие нас по имени голосами родителей, друзей.       Ли вцепилась в меня куда сильнее.       — Мы выберемся. Не бойся, — я постаралась приободрить подругу.       — Меня не это беспокоит.       — Тогда что тебя волнует?       — Как мы будем жить дальше?       — Никак. Точнее, нормально. Этот кусок памяти исчезнет из наших голов. И, слава Богу.       — Ты хоть сама понимаешь, что говоришь? — воскликнула Ли. — Каково тебе будет смотреть на Чонгука, который не сможет больше к тебе подойти из-за этого, а причины ты знать не будешь!       — Не в первый раз мне разбивают сердце. Перетерплю.       — Храбришься.       — Нет.       — Не ври мне. Я знаю тебя. И мне придется выдержать не одну твою пьяную истерику.       — Как и мне твою.       — Это я во всем виновата, — проронила подруга через минуту молчания. — Если бы я не пошла к этой чертовой ведьме…       — Не начинай! — я оборвала ее. — Что сделано, то сделано. Откуда мне знать, может, Гукки и не проявил никогда инициативу, прекрасно понимая, что демоны не могут без проблем встречаться с людьми. Зато теперь он знает, что это так.       — Ты не злишься на него?       — Злюсь, но и понимаю. Только от этого мне не легче, — я вздохнула. — Самое главное, отработать с ними танец, а дальше я уже минимизирую общение.       — Ты строишь планы, о которых и помнить не будешь.       — Мне же надо хоть как-то успокоить желание двинуть Вонхо за все это.       — Странно, что не мне.       — Тебе бесполезно.       — Почему?       — Любовь зла. Полюбишь и….       — Демона.       — Тоже верно.       Шарахаясь от всего в зеркалах, на нервах, мы дошли до нужной двери.       — Вот и все, — я посмотрела на подругу.       — Так просто?       — Как видишь, Вонхо не соврал.       Ли фыркнула.       — А где мы очутимся, когда выйдем?       — Честно, в душе не ебу. По идее, если Вонхо сказал, что время откатится назад, то в тот злополучный вечер, когда я напилась и рухнула в ванную…       — Это когда тебя спас Гукки?       — Да.       — Каково ему сейчас будет?       — Думаю, идею напиться, чтобы забыться, он бы точно поддержал. Ну, что, вместе?       — Да.       Сжав руку Ли покрепче, я толкнула дверь, морщась от яркого света, который ударил по глазам.       Ощущение толчка, боли, холода, и я, нервно глотая воздух, вынырнула из ванной.       Закашлявшись, я зацепилась руками за бортик, пытаясь вылезти. Голова трещала нещадно, в ушах гудело. Чисто на автопилоте, я кое-как выбралась, чувствуя, как меня колотит.       Рухнув на холодный пол, я надсадно кашляла, пытаясь выплюнуть воду.       — Блять… — прохрипела я, глядя в потолок.       Перед глазами плыло. Все тело болело. Меня трясло. Мутило. Голова была ватная, тяжелая.       Пролежав так около пары минут, пока холод не стал совсем невыносимым для меня, я перевернулась на бок, оценивая ситуацию.       Вокруг меня были осколки от разбитой бутылки виски, которую, судя по отпечатку на стене, я кинула зачем-то в зеркало, но не попала. И почему я оказалась в ванной, в одежде, я тоже не понимала. В голове была абсолютная пустота.       — Кажется, мне пора переставать так много пить, — тихо проронила я, пытаясь встать.       С третьей попытки мне это удалось. На негнущихся ногах, я вышла из ванной, слушая хруст стекла под ботинками, пытаясь на ходу снять с себя мокрые вещи.       Переодевшись, я в замешательстве села на край кровати, пытаясь собраться с мыслями. Голова уже не так болела, да и затылок был цел: значит, сильного удара об ванную не было, что радовало. Обойдусь только шишкой. Большой.       Но общее состояние потерянности и какого-то пробела в памяти волновало. Ощущение, что кто-то как будто вырвал большой кусок важных мыслей, глубоко засело во мне.       Закурив, я уставилась в зеркало напротив.       — Что же за хуйня происходит, — выдавила я из себя, изучая отражение: бледная, измученная, подавленная. Складывалось ощущение, что меня хорошо потрепали, хотя ничего такого особого в моей жизни не происходило.       Ответа, естественно, не последовало, хотя странное ощущение, что кто-то за мной наблюдает, меня не покидало.       Докурив сигарету и потушив, я забралась в кровать, укрывшись одеялом с головой. Общее ощущение раздвоенности и какой-то запутанности окончательно сбило меня с толку, а концентрация алкоголя в крови привела к одному единственному желанию: спать.       Оставалась лишь надежда, что завтра мне будет лучше, и все это пройдет. Сон лечит.       

***

             — Не знаю, что с вами со всеми происходит, но поработали вы хорошо, — проговорил Шуга, глядя на всю компанию в студии.       Я сидела без сил на скамейке вместе с Ли, которая отпаивала себя водой. Парни же валялись на полу, приводя дыхание в норму. У них была сложная концовка танца в отличие от нас.       — А что с нами не так? — поинтересовался Джин.       — Чонгук и Тэхён какие-то подавленные. Мон витает в облаках. Чимин вообще на своей волне. Девочки, — он посмотрел на нас, — вообще на трупы похожи, уж простите, особенно Ким. Ты здорова?       — Да, — я дернула плечами. — Что мне будет-то?       — Тебе нужен отдых, вот что, — проговорил Хосок. — Может, возьмем перерыв на пару дней, а? Отоспимся хотя бы.       — Поддерживаю! — Джин поднял руку. — Иначе все свалятся.       — Под словом все, ты подразумеваешь меня и Ли? — я склонила голову на бок.       — В том числе. Это мы привыкли работать в таком режиме, а вот вы едва ли.       Я фыркнула, косясь на Гукки. Заметив мой взгляд, он сразу отвернулся. Я нахмурилась, пытаясь понять его поведение. Отстранённое, даже холодное. Это заставляло задуматься, что не так, но ничего в голову не приходило, что ставило в тупик и раздражало.       — По крайней мере, — вставил Мон, — я новую песню допишу.       — О-о-о! — протянули все.       — Наброски-то есть? — поинтересовалась я.       — Да, — он кивнул.       — Покажешь?       — Ну, не знаю, она не дописана…       — Пожалуйста!       — А мы заценим!       Через пару минут нашего натиска он сдался и пошел к сумке.       — Только полегче. Там много личного.       С этими словами он протянул мне листок, после чего вокруг нас столпилась вся оставшаяся часть компании.       В комнате повисла тишина.       — Про кого это? — спросила я, отдавая листок Чимину, чтобы тот перечитал с ребятами.       — Ни про кого.       — Мон, ты влюбился? — спросила Ли с легкой улыбкой на лице.       — Нет! Просто… все это странно.       — Странно что? — я нахмурилась, в то время, когда Чонгук и Тэхён резко подняли головы, внимательно смотря на него.       — Странно ощущать тоску по тому, кого ни разу не видел в своей жизни. Словно эта девушка была и не была одновременно. Некое ведение в моей жизни, которое оставило след.       — Может, тебе приснилось, а ты и не помнишь?       — Может, — Мон дернул плечами. — Хотя тогда это объясняет, почему я вскочил посреди ночи и начал писать этот текст.       — Тебя посетила муза, похоже, — Хосок хлопнул его по плечу. — Текст, конечно, печальный, но мне нравится. Партии на припевы отдадим нашим вокалистам. Это определенно для них.       Остальные закивали, подтверждая слова друга, а вот Чонгук как-то печально хмыкнул и отвел от меня взгляд, стоило мне только на него посмотреть.       — Тогда решено, у всех три дня на отдых. Разберитесь со всеми своими проблемами, если таковые имеются и приведите себя в порядок. Особенно вы, девчонки. Отоспитесь.       Мы согласно кивнули. Я сама чувствовала, что мне нужен отдых. Внутри меня творилась какая-то неразбериха.       Пока все постепенно двигались в стороны душевых кабин, я зависла над сумкой.       — Ким, с тобой все в порядке?       Я обернулась к Ли.       — Да, а что?       — Ты сама не своя. Что с тобой?       — Видимо, не выспалась.       — Или перепила, — тихо вставил Джин, возникая позади меня.       — Нет.       — Не ври, — он щелкнул меня по носу. — Я знаю, как ты выглядишь с перепоя. Возьми отпуск на эти дни и отдохни от работы, пожалуйста. Иначе я сам позвоню твоему работодателю и отпрошу тебя, поняла? Мне не нужны твои срывы. Ты явно ходишь на грани.       — Хорошо, оппа.       Погрозив мне пальцем, он вместе с Чимином вышел из зала.       — Может, скажешь, что с тобой не так? — очень тихо поинтересовалась Ли, пока Тэхён и Гукки копошились со своими сумками, делая вид, что не вслушиваются в наши разговоры.       — Да! — выдохнула я, закатывая глаза. — Со мной все хорошо, просто…- я опустила голос до тихого шепота, — у тебя нет странного ощущения, что что-то не так? Словно кто-то забрал какой-то промежуток времени из твоей жизни, заменив на все это.       — В смысле?       — Меня охватывает чувство нереальности происходящего одновременно с тем, что все, что происходит сейчас, уже было. Что-то не стыкуется даже здесь, — я указала на свою голову.       — Тебе точно нужно отоспаться. И перестать пить, — Ли усмехнулась. — А я думала, что это из-за Гукки.       — А он-то здесь причем?       — Вы оба как-то странно себя ведете. Толком не разговариваете. Он словно шарахается от тебя.       Я сжала губы.       — Всем пока! — Хосок помахал нам рукой и вышел с молчаливыми Чонгуком и Тэхёном.       — Пока! — в один голос проговорили мы с подругой, смотря в спину друзей.       — Вы не ссорились? — спросила Ли через пару секунд, как дверь за ними захлопнулась.       — Нет, — я покачала головой. — Я не знаю, что с ним и что творится у него в голове, но я уже устала гадать. Я просто забила. Пусть все это горит синим пламенем. Я отпускаю ситуацию. Пошло все в задницу.       Проговорив это, я потерла лицо.       — Так же ведет себя и Тэхён, если ты не заметила.       Ли вытянулась в лице.       — Знаю. Я волнуюсь на этот счет, но предпочитаю думать, что сегодня он просто не в настроении.       — Стараешься держать оптимистический настрой?       — Надо же как-то выживать? Это ты, похоже, сдалась.       — Я не сдалась. Я устала думать и гадать. Мне больно думать, — честно призналась я. — В конце концов, мне не в первый и явно не в последний раз разбивают сердце или плюют на мои чувства.       — Ким, так нельзя.       — В моем случае можно и нужно.       С этими словами я направилась к выходу, чтобы принять душ. Общее состояние было абсолютно подавленным и разбитым.       Мы, молча с подругой, привели себя в порядок, готовясь идти по домам, толком уже не переговариваясь. Я явно ей дала понять, что больше не хочу обсуждать данные темы. Я просто хотела домой, спать.       Пока я уныло собирала вещи в рюкзак, Ли вышла в коридор за бутылкой воды к автомату, после чего влетела в комнату довольная и счастливая.       — Ты чего? — поинтересовалась я в непонятках.       — Тэхён меня погулять позвал!       — Что?       — Что слышала.       — Типа на свидание? — я все не верила своим ушам.       — Да!       Девушка ринулась к зеркалу, приводя себя в порядок более чем тщательно.       — Вот это поворотик… — я почесала рукой затылок. — Рада за вас.       — Вот видишь, к чему приводит оптимистический настрой? Мысли материальны!       Я закатила глаза.       — Иди уже, — я с ухмылкой поторопила подругу, чтобы избежать дальнейших разговоров.       — Я нормально выгляжу? — она покрутилась передо мной.       — Очень даже, — я подняла пальцы вверх. — Не забудь о презервативах в порыве страсти.       — Иди ты! — шикнула на меня Ли, надевая кеды.       — Это ты уже иди.       Ли, чмокнув меня в щеку на прощание, стремительно вылетела в коридор к Тэхёну.       Проводив ее взглядом, я посмотрела на рюкзак.       — Кто на свидание, а я домой, — вздохнула я, проверяя передние карманы. — Хоть проект доделаю, отвлекусь.       Но то, что я искала, никак не хотело находиться.       — Да где она? — нервно причитала я, перерывая весь рюкзак в поисках флешки.       Так и не найдя ее у себя в карманах куртки, я ринулась в зал, в надежде, что она могла выпасть там.       Включив свет, так как все ушли по домам, я начала рыскать под скамейками, грязно матерясь.       — Ты там нефть ищешь или вход в другой мир? — раздался позади меня знакомый, немного насмешливый голос.       Вздрогнув, я ударилась затылком о край скамейки, сдавая назад, чтобы встать. Сев на пол, я повернула голову к Гукки, который стоял в дверях и с улыбкой смотрел на меня.       — Пыль, блять, собираю, — пропыхтела я, потирая ушибленный многострадальный затылок. — Убраться решила. Грязно здесь. Это раздражает.       — Тогда я бы с удовольствием тебе помог, но твой вид сзади мне слишком нравится, чтобы вмешиваться.       Я кисло посмотрела на Гукки, проигнорировав выпад.       — Чего тебе?       — Да, ничего, просто решил, может, ты ищешь это? — он повертел в руках мою флешку, от чего я вскочила.       — Откуда она у тебя?       Я подскочила к нему.       — Нашел на полу в коридоре. Думал, вернуть тебе позже, но ты оказалась еще здесь.       — Спасибо! — с благодарностью выдохнула я, протягивая руку. — Там очень важный проект. Если потеряю, мне голову оторвут.       — Да не за что, — он вложил злосчастную флешку мне в руку. — Голову только такими темпами не потеряй.       — Постараюсь.       Я отвернулась от него, запихивая ценную для меня вещь на дно рюкзака, ощущая спиной тяжелый взгляд макнэ.       — Что-то еще?       — Ты в порядке? Ты сегодня сама не своя.       Его глаза нервно забегали по моему лицу.       — Да, — устало ответила я, просчитывая в голове, какой по счету раз я сегодня слышу этот вопрос. — Просто не выспалась.       — Может, не будешь врать?       — А сам-то?       — Что?       — Выглядишь не лучше.       — Ну… — он усмехнулся. — Проблемы со сном не только у тебя.       — Тогда у нас три дня, чтобы отоспаться и привести себя в порядок, — спокойно ответила я, направляясь к выходу.       — У нас… — тихо повторил он.       — Что? — я обернулась к нему.       — Так странно это от тебя слышать.       — Гукки, я тебя не понимаю…       Я стояла и смотрела на него в растерянности, пока макнэ переминался с ноги на ногу, словно на что-то решаясь.       — Меня не надо понимать, просто…       — Просто, что? Это что-то с тобой происходит, Гукки. То ты игноришь меня весь день, а сейчас стоишь и делаешь неоднозначные намеки. У тебя раздвоение личности или гормоны туда-сюда прыгают?       — Неважно, — он тряхнул головой, в три шага пересекая между нами расстояние, резко целуя меня следом в губы.       Я замерла, не зная, как реагировать на все это.       — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя гадко из-за меня или гадала, что между нами происходит, Ким, — проговорил он, прижимаясь своим лбом к моему. — Я не хочу, чтобы ты вообще чувствовала что-то негативное или плохое. Я не могу видеть тебя такой потерянной и раздавленной, где я не в силах тебе помочь, если нахожусь на расстоянии. Я хочу извиниться за все это. Пожалуйста, прости.       — Гукки, ты о чем? — ошарашено пролепетала я, смотря ему в глаза.       — Неважно, просто, прости.       Он сжал мое лицо в своих руках, быстро целуя нос, щеки, лоб.        — Ты простишь меня? — он заглянул мне в глаза. — Я не могу без тебя. Мне тяжело. И мне все равно, если ты не понимаешь, о чем я. Просто ответь, простишь?       — Да, но…       Ответить мне не дали. Гукки впился в меня поцелуем, притягивая к себе.       — Ты странный, — тихо рассмеялась я, когда парень все же отлип от меня.       — Может быть, — он улыбнулся, прижимая меня к себе.       — Давай, только в следующий раз без таких вот перепадов настроения?       — Больше такого не будет. Обещаю. Как и обещаю то, что я больше никогда не оставлю тебя, чтобы не случилось.