Не зная броду...

Я сидел на крыше дома и смотрел на луну. Был очень тёплый, дивный вечер. В какой-то момент мне показалось, что между этой вечной спутницей Земли и мной снова завязался немой разговор. Мы смотрели друг на друга с тихой светлой тоской. Все чувства и эмоции, которые часто я не мог доверить окружающим, всегда мог доверить своей собеседнице. Сейчас наш разговор был не оживлен, как бывало обычно. Просто луна давала мне возможность подумать. Мысли в моей голове медленно перетекали одна в другую, давая осмыслить всю свою жизнь от начала до конца. Яркие воспоминания иногда заставляли краешек губы потянуться вверх, это был самый максимум моих эмоций. Лицо сохраняло выразительное спокойствие, каждый мускул был расслаблен. Опустив немного голову, я снова посмотрел вниз. Сидеть на самом краю крыши было рискованно. Ведь одно неосторожное движение, и жизнь оборвётся раз и навсегда. Но меня это совсем не пугало. Даже немного забавляло. Я всегда дружил с ветром и высотой. Легкие одежды развевались под дуновениями летнего ветерка. Мне казалось, что я был оторван в такие моменты от всего мира. Я был один, наедине с собой… Хотя нет, уже нет. Я был не один, под моим сердцем рос малыш. Я был беременным. Именно этот факт выбивал меня из привычной колеи, я никак не мог осознать себя будущим папой. А вот Виктор сразу с радостью принял новость о будущем сыне. Виктор. Теперь все мои мысли были о нём, о том, кто смог подарить мне прекрасное чувство-любовь. Он всегда был рядом, всегда поддерживал меня, понимал меня подчас лучше чем я сам. Он знал о моей привычке сидеть в одиночестве на крыше, он все знал… Я перевел дыхание, которое резко участилось. Сердце забилось быстрее, и я напрягся, стараясь сдержать трепет и легкую дрожь. Я чувствовал, что время пришло. Сейчас уже полночь, и он пришел. Долгожданный и такой пугающе любимый. За спиной послышались шаги. Я не шевелился. Я попытался задержать дыхание, чтобы себя успокоить. Я уже чувствовал близость движения за спиной. Вот родные теплые нежные руки сначала аккуратно, а потом более уверенно притянули меня к себе и накрыли уже наметившийся животик. Я откинулся ему на грудь. Виктор тут же воспользовался моментом и поцеловал. Сколько длился поцелуй, никто не помнил, но он был таким нежным, что разрывать его не хотелось никому. Чувства переполняли обоих. Казалось сейчас, мы оторвались от мира и были в какой-то другой реальности, где-то там далеко только вдвоем, хотя нет – втроем. Когда муж, наконец, оторвался от моих губ, и в последний раз нежно коснулся их снова, он улыбнулся взглядом. А затем тихо и ласково прошептал мне: - Вот ради таких моментов я готов покорить вселенную. Пойдем спать, поздно уже. Я только головой согласно кивнул, и меня тут же подхватили на руки и понесли вниз. И никаких вопросов о том, что я делал на крыше, зачем сижу здесь до глубокой ночи. Он все понимает, он просто чувствует меня. Я никогда раньше не верил, когда говорили, что можно встретить свою половинку, свою пару. Но мне повезло, именно такого альфу я встретил – свою половинку. Сегодняшнее занятие любовью отличались особенной бережностью, нежностью. Виктор овладел мной настолько осторожно, будто я хрустальный сосуд, который может разбиться. Так уж быть сегодня я ему это позволил, но постоянно так рафинировано заниматься сексом я не согласен. Для разнообразия неплохо, но не постоянно. Я люблю страсть. С такими мыслями я устроился поудобнее в объятиях Виктора. Этот маньяк теперь спит только в положении, когда его руки на моем животе. Я, конечно, ворчу, но мне так приятно, что он заботится о нашем малыше еще в утробе. И в то же время я заранее сочувствую сыночку. По всем симптомам Виктор будет еще той наседкой. И если дать ему волю, он спрячет ребенка от всего белого света: не дай Бог, кто обидит! Бедный мальчик. Придется мне усмирять буйство родительских чувств супруга до приемлемых пределов. Так, все! Надо и поспать, скоро утро. Виктору не спалось, в отличии от супруга. Его малыш всегда после кувырканий в постели сразу отрубался. А теперь и бог велел. Альфа тихонько счастливо засмеялся, откинул одеяло, чтобы получить доступ к голенькому мужу и его уже заметному животику. Виктор был готов целовать живот мужа, в котором рос их сынишка круглосуточно. Он и сам от себя не ожидал той щемящей нежности к своему беременному омеге. Вредный мелкий паршивец узнав, что в положении, закатил скандал. Ему нужно учиться! Как можно учиться, когда все мысли будут не на занятиях, а в детской, где находится кровиночка. Виктору стоило немалого труда и терпения унять свой тайфун. Дня через три омега принял свой новый статус. Настроение его, конечно, прыгало от радостного до грустного раз семь на дню. Но Виктор отчетливо видел, что супруг старается справиться со своими гормонами. И вообще, его муж такой лапочка! Хм-м, лапочка… Эти ласкательные слова появились в его лексиконе сразу после женитьбы, а теперь они так привычны. Ладно, нужно спать. Главное у него есть его любимый омега и скоро будет сынишка. У него есть надежный тыл. Так что ему любые трудности по плечу.