Sul punto

С того самого дня, когда Том впервые солгал Альвине, прошло трое суток. Девушка вела себя совершенно непринужденно, улыбалась ему в коридорах и выглядела достаточно счастливой, что еще сильнее давило на Реддла. Еще бы! Гарсиа была, чуть ли не единственным человеком, что так легко верила ему, что поверила одному его слову, абсолютно уверенная в том, что он — Том Марволо Реддл — не предаст ее. Но он солгал, да еще и так правдоподобно. И это противное чувство словно проникло в его кровь, заставляя морщиться от него, словно от сильнейшей головной боли. Видимо, это было влияние проклятья, так как ранее совесть очень редко мучила Тома. Хотя, он чувствовал необъяснимое влечение к Альвине еще до появления метки. И да, Том не мог разобраться в себе до сих пор. Кроме того, появилось странное чувство настороженности. Он боялся, что Гарсиа узнает про Митру, до ужаса боялся ее реакции, но еще хуже было предположение, что та может просто напросто пострадать от одного взгляда василиска. И тогда Том точно сойдет с ума. Они проводили вместе мало времени в последние дни, потому что Гарсиа пропадала на куче занятий, в теплице, в лесу. Хотя Реддл, что погрузился в тщательное изучение ЗОТИ и зельеварения, никак не мог ее осуждать. Он с головой окунулся в учебу, стараясь отвлечься от мрачных мыслей и странных желаний. Тома преследовало ощущение, словно он попал в вязкое болото, которое не давало ему дышать, двигаться и жить спокойно, ни о чем не переживая. Серые глаза рассматривали лица однокурсников: веселые, грустные, задумчивые, взволнованные. И он не видел себя среди них. Его эмоции словно запирались под своеобразный замок, не давая ощутить себя. Отсутствие влияния Альвины еще больше усугубило это положение, и в один прекрасный момент Реддл осознал — она сдерживала его хладнокровие и равнодушие к окружающим, не давая сойти с ума. И для этого Гарсиа не нужно было соблазнять его, или же скакать вокруг него, выкрикивая подбадривающие фразы. Достаточно было, молча взять его за руку, или мимолетно улыбнуться в коридоре — и уж от этого Реддлу становилось проще. Он чувствовал то самое заветное тепло в груди. Постепенно оттаивая и ощущая себя обычным? Как все? Чушь. Том никогда не был обычным. Все говорили, что он другой. А Реддл и не отрицал. *1937 год, сиротский приют, Лондон* Под проливным дождем, прикрываясь старым зонтом, бежал седовласый мужчина. Он направлялся к одному из сиротских приютов Лондона. Уже через несколько минут он шел по узкому коридору с седовласой няней в чепчике, которая без умолку рассказывала о самом странном, по ее мнению, мальчике в приюте — одиннадцатилетнем Томе Реддле. — Вы знаете.— все не умолкала старушка. — За одиннадцать лет его так и не навестил никто из родни. А еще мы замечали такие ужасные случаи с другими воспитанниками. Просто кошмарные вещи! Профессор Дамблдор слушал ее, невпопад кивая, равнодушно скользя взглядом по старым обшарпанным стенам. Он выглядел очень хмурым и задумчивым, но, видимо, нянечку это нисколько не смущало. —Том! К тебе пришли.— окликнула женщина, распахивая хлипкую дверь маленькой комнатушки. Буквально по середине нее стоял маленький, худой и бледный мальчик, с темными волосами и странным блеском в глазах. На подоконнике в ряд лежало семь странных камней, и сразу бросался в глаза рисунок, на котором, наверное, была изображена пещера. — Как поживаешь, Том? — спросил профессор. — Не надо.— тихо сказал мальчик, садясь на стул и затравленно глядя на Альбуса, который еще больше помрачнел при виде Тома.— Вы доктор? — Что? Нет, я не доктор. Я учитель.— заверил его Дамблдор. — Я вам не верю.— сжался мальчик.— Она хочет, чтобы меня осмотрели! Она говорит, что я другой! — с горечью сказал он. — Возможно, так и есть. — задумчиво сказал Альбус, погладив седую бороду. — Я не сумасшедший! — воскликнул Реддл. — Хогвартс — не сумасшедший дом, Том. Хогвартс — это школа. Школа волшебства. Ты ведь умеешь что-то, что не могут другие дети, верно? — спросил профессор. — Я могу двигать предметы, не прикасаясь к ним. Могу приказывать животным, и они послушают, без всякой дрессировки. Я могу сделать плохо тем, кто жесток со мной. Причинить им боль, если захочу.— прозвучал тихий ответ. Реддл выглядел старше своих лет, это Дамблдор понял сразу, взглянув в серые глаза. В них была и капля надменности, и холодность, что не свойственно детям его возраста. А еще концентрация магии вокруг этого ребенка настораживала даже Альбуса — а ведь он видел множество одаренных детей! — Кто вы? — тишину разрезал следующий вопрос. — Я такой же, как ты. Я другой.— ответил Дамблдор. — Еще я могу говорить со змеями. Они приползают. Шепчутся со мной. Это нормально для таких, как я? После этих слов Альбуса словно окатили ледяной водой. Мальчик — потомок Салазара. Вот почему в нем такой потенциал. -Я не знаю. — ответил профессор. *настоящее время* Это самое «я не знаю», иногда набатом раздавалось в голове Реддла. Он не такой как все, даже в обществе волшебников. И теперь, когда он еще и стал полноправным наследником Слизерина былые воспоминания и странные мысли неудержимым потоком хлынули в его голову. —«Что ты, Реддл, будешь делать, если Она узнает?» — прошелестел внутренний голос.—«Если она узнает сколько в тебе тьмы, ты уверен, что она останется с тобой?» — Том, определенно, не мог быть в этом уверен. Примерно за такими мыслями, мрачными и темными и застала его Альвина. Девушка была в меланхоличном настроении, ее глаза были немного грустными, губы чуть поджатыми, а кожа бледнее обычного. Реддл не помнил, когда стал так легко улавливать малейшие перемены в её настроении и поведении, но считал, что это очень даже полезное явление. — Привет.— тихо поздоровалась девушка, опускаясь в кресло напротив. Время было позднее, в гостиной Слизерина почти никого не было, поэтому они могли говорить без опаски, что их кто-то подслушает. — Здравствуй.— голос Тома был тихий, а взгляд задумчивый. Оглядев его внешний вид, Альвина отметила про себя, что он как всегда безупречен. Черный свитер подчеркивал благородную бледноватость кожи Реддла, а остальные предметы одежды были тщательно подобраны и сочетались между собой. Том ведь привык делать идеально все. — Послушай. Ты не мог бы помочь мне? — замялась Гарсиа. От удивления Том вскинул голову, мгновенно откинув прежние размышления. Сама Альвина Гарсиа, которая всегда все делала сама и зачастую, очень неплохо справлялась, просит его о помощи? — Возможно. Что такое? — мгновенно заинтересовался он. — Проект по зельеварению.— обреченно произнесла девушка, уронив голову на колени.— Если не сдам послезавтра, Слизнорт три шкуры с меня спустит. Том лишь легко рассмеялся на ее фразу. Первый раз, в ее присутствии. Девушка невольно заслушалась мелодичным звуком, наполнившим гостиную. Звонкий и красивый смех Тома — его почти никто не слышал, наверное. Лучший ученик школы — он всегда держал эмоции под контролем, но не сейчас. Том был действительно очень красив, особенно когда не накладывал на лицо маску бесстрастия или мрачности. Или это его настоящее лицо? — Показывай уже свой проект. Думаю, со мной ты его мгновенно сделаешь.— гордо сказал Реддл, взмахнув рукой. Альвина сходила в свою комнату и вернулась с тетрадью, чернильницей и учебником по зельеварению. — В общем… Мне нужно описать особенности оборотного зелья, его аналогии, внешний вид, способы приготовления и добычи ингредиентов, возможные побочные эффекты и их последствия и еще кучу всего, что я в жизни не смогу найти. В книгах не указана полная информация, а я не могу рыться на стеллажах по ночам, а времени днем совсем нет! — обреченно сказала Гарсиа, положив голову Тому на плечо, опаляя его шею своим дыханием. Реддл слегка растерялся, припоминая собственные знания на этот счет, и размышляя, хватит ли их, чтобы помочь девушке. — Хмм…— задумался он.— Оборотное зелье готовят на протяжении месяца, периодически помешивая, абсолютных аналогов по свойствам оно не имеет, и иметь не может ввиду своего уникального рецепта и свойств, но некоторые любовные и убеждающие зелья имеют с ним сходства. Оно готовится из сушёных златоглазок, водорослей, спорыша, пиявок, растёртого рога двурога, шкура бумсланга и любого компонента другого человека. А побочные эффекты указаны в учебнике. — Ты что, наизусть такое учишь? — изумленно спросила Альвина. Она была поражена, с какой легкостью Реддл вспомнил практически все про зелье, которое они даже готовить не будут! — Нет, разумеется, нет. Просто считаю эту информацию полезной, как-то запомнил.— усмехнувшись, ответил Реддл. — Ничего себе! Это невероятно! — поразилась Альвина. — Ну все, все, лучше кратко пометь что писать, а то потом не вспомнишь.— добродушно проворчал Том, приобнимая ее одной рукой. *спустя полчаса* Позже Альвина и Том, после того как закончили, просто сидели на одном из больших диванов. В гостиной Слизерина было ужасно холодно из-за расположения в подземельях, но на различные предметы, такое как диваны, кресла, стулья и прочее были наложены согревающие чары, так что им было вполне уютно. Голова Реддла расположилась на коленях сидящей Альвины, а сам он удобно растянулся на диване, позволяя девушке перебирать свои темные волосы и лениво болтая с ней на непринужденные темы. — Том? — окликнула его Гарсиа. — Да? — Скажи честно, сколько у тебя было девушек? — смущенно спросила она. — Я ни с кем не встречался, хотя было несколько увлечений. А может, даже чуть больше, чем несколько…— ответил Реддл, совершенно спокойно, словно они говорили о погоде. — Ясно.— тихо отозвалась Альвина. Она чуть склонила голову, и стала смотреть на стену с портретами, чтобы Том не увидел ее расстройства. Но, к ее сожалению, парень был поразительно проницателен. Том рывком приподнялся, и, сев полностью повернул Альвину к себе лицом. Взгляд серых глаз внимательно скользил по ее коже, оставляя после себя сотни мурашек, настолько он был обжигающий. Как только он заметил расширенные зрачки девушки, Реддл шумно выдохнул. Рука девушки скользнула по его щеке, затем по скуле, шее, словно завороженная. Альвина осторожно коснулась его губ поцелуем, обнимая руками за шею и прижимаясь теснее, получая немедленный ответ Тома, который сразу перехватил инициативу. Его губы были горячие и настойчивые, а руки скользили по спине и талии девушки, обжигая кожу даже через ткань, вызывая желание почувствовать эти касания на обнаженной коже. Реддл резко усадил девушку к себе на колени, вызвав у Гарсиа судорожный выдох, и снова впился в ее губы. Альвина запустила руки в его волосы, вызвав негромкий возбужденный стон. — Что это вы тут делаете?! — раздался неподалеку громкий, возмущенный возглас. Обернувшись, Том еле слышно чертыхнулся. У них, определенно, были проблемы. Альвина испуганно сжалась, спрыгнув с коленей Тома и поправляя волосы, А Том судорожно пытался придумать оправдание, но на ум ничто не приходило. Что же делать?