Монохром.

Снег – это лишь вид атмосферных осадков, просто скопление снежных кристаллов с основанием шестигранной призмы. Не более того. Снег не располагает к теплу, он тает, когда тепло. Ему больше нравится холод, минус для него лучше плюса. А чёрное смотрится выразительнее белого на снегу. По телевизору много всего говорят о снеге. Это естественно для зимы, люди всегда обсуждают то, что происходит вокруг них. Даже если вокруг только снег. Но, когда чего-то в жизни становится слишком много, это начинает надоедать. Альфреду Джонсу этот ублюдский снег встал поперек горла ещё месяца два назад, когда черт подернул его поехать учиться заграницу. Остроугольные неповторимые снежные кристаллы бесят неимоверно, дерут глотку хуже любой простуды. И они просто вездевездевезде. От них просто тошнит. И от человека, который снег, который ублюдошная шестигранная призма, который весь белый, вылизанный этим снегом, как котёнок драной кошкой. Просто тошнит. И от того, что они живут в одной комнате, сидят за одним столом и пьют один дешевый кофе по утрам, Джонса тянет блевать. Он хочет раскрасить этого белого выродка, покрыть всего синяками, чтобы не этот поганый белый, а фиолетовый. Но в ублюдке Брагинском хватает лилового. Он весь на дне его глаз, что так измываются одним своим существованием, заставляя Альфреда постоянно искать их в толпе, хотеть их внимания. И он проклинает тот день, когда только увидел на белом белое. Своим-то кошмарным зрением. А у Брагинского ком слипается в горле, когда он видит этого чертова Джонса. Потому что ему так ублюдски идёт та чёрная майка с рубашкой багряной клетки, потому что он так отвратительно улыбается наигранной теплотой, и его самую малость смуглая кожа слишком контрастна ко всему этому белому. Он не вписывается в него, а только лишь пачкает. Грязными пальцами стирает с разбитой губы кровь, и выплевывает это свое: «Бесишь, сволочь, как же ты, сукин сын, меня бесишь». А с губ Брагинского слетает: «Сдохни, херов ублюдок». И белый с лиловым алеет. Кровь стекает из носа, скользит по подбородку, испачкав губы. Обоих. Они и сами не ведают, как цепляясь руками, до боли сжимают одежду. Белую с чёрным. Алый уже не так важен. И что-то безумно неправильно. Но белый и чёрный в смешении – Вовсе не серый.