Изменённая

— Ты сидишь сейчас недалеко от меня, такой красивый. Мятый, грустный — всё равно самый лучший, — говорю я, не в силах сдерживать свою безграничную любовь к этому человеку.        Я рада, я счастлива, потому что мне удалось организовать выходные дни для нас двоих, и… Знаешь, это определённо наши дни, лучшие моменты, которые мы никогда не забудем. Они навсегда останутся в памяти каждого, отдавая невероятным теплом при обращениях к воспоминаниям.        Какое облегчение, что я с Чимином улетаем отдыхать на Мальдивы. Эта поездка — первый наш отдых вдвоём. Окрылённая желанием и счастьем, я собираю вещи, невольно зависая в своих мыслях, где обнимаю Чимина на берегу какого-то пустого пляжа под шум волн. Я так вымоталась, работая, Чимин тем более, по-этому, мы нуждаемся в этом, за свои старания мы заслужили это. Как хорошо, когда человек усердно трудиться для того, чтобы потом восстановить свои силы, когда человек усердно трудиться непросто так, трудиться не только для других, но и для себя.        Сообщаю айдолам, что они свободны на целых две недели, и те, словно маленькие дети, прыгают от счастья. К нам в путешествие напрашиваются Тэхён с Чонгуком. — Если вы не хотите, мы не будем вас трогать. Можем вообще на разных концах жить, — уговаривает упорно Чонгук.        Я соглашаюсь, я хочу, чтобы они были рядом в определённые моменты: мы близки друг с другом, следовательно, вскоре все вместе сидим в самолёте, предвкушая отличный отдых. — Я так влюблена в тебя, Пак Чимин.        В первый день нашего отдыха мы до обеда находимся в постели. Чимин арендовал для нас двоих целую виллу, и ограничений почти что нет, мы действительно можем делать всё, что желаем, потому что это наш личный дом на протяжении двух недель, который не нужно делиться с остальными. Уверена, что Чимину непривычно проводить дни без мемберов: изо дня в день они вместе, постоянно видят друг друга и чувство привязанности разрушает каждого, когда они не вместе. Но должно ли меня волновать это сейчас?       Должна ли я волноваться о том, что тебе не хватает своих хёнов? Полагаю, тебе комфортно в компании со мной, как и мне комфортно с тобой. Взаимность важна для нас.        Мы проснулись утром, но просто лежим, смотря друг на друга. На самом деле это так расслабляет: видеть сонное лицо любимого человека рядом и знать, что никуда не нужно спешить, собираться, идти. Мы можем пойти погулять, когда угодно, даже ночью, потому что сейчас нет запретов. Нет абсолютно никаких запретов. — Я хочу тебя, малышка, — улыбается он после того, как мы принимаем душ вместе и снова ложимся в кровать.        Смотрю на него, так же полна желания. Его руки постоянно тянутся к моему телу. Мне очень нужна доза его. — Я так хочу тебя, малышка, — шепчет мне, что меня накрывает волнами мурашек.        Сейчас раннее лето, и самое время насладиться друг другом. Чимин смотрит в мои глаза, предвкушая интимную близость. С огромным чувством похоти Чимин выбрасывает с кровати белоснежное одеяло. Он поглаживает мою нежную талию и отрывается на секунду. — Надень это, — облизывая губы, вручает мне маску, которую я позже надеваю на глаза. — Я хочу, чтобы ты полностью отдалась лишь ощущениям.        Я удивляюсь, ведь Чимин любит, когда мой взгляд прикован к нему во время занятия любовью. Он подносит свои губы к моей шее и горячо дышит, будто сдерживаясь. Его руки медленно-медленно спускаются к моим бёдрам, касаясь острых ключиц, обнажённой груди, что вызывает подрагивание. — Скажи мне, что ты хочешь, милая. — Поцелуй, — не задумываясь, отвечаю.        Ты поворачиваешь ко мне свою голову, и я теряю рассудок при виде твоих губ. Я так сильно хочу поцеловать тебя, и это желание пожирает меня изнутри. Твои губы всегда были и будут моей слабостью.        Чимин поддаётся, и я получаю желаемое. Парень ласкает мою грудь, и я томно дышу. Он так долго играет со мной. Зачем испытывает и дразнит? Ему интересно кто сорвётся первый? Это буду я. — Войди в меня, — требую от него, говоря тихим голосом.        Он безусловно знал, что я не выдержу первая, но без ума, когда я говорю о своих желаниях. Мы так близки, что никто не стесняется пошлых фраз и разговоров. Зачем стесняется, если это твой человек? Хоть и передо мной полная темнота, но я знаю, что его взгляд прикован ко мне. Он снимает с меня маску, и я радуюсь. Всё же мой взгляд должен принадлежать ему, когда мы отдаемся оргазму.        Мгновение, и он проникает в меня так, как я давно хотела. Он улыбается и целует мою шею. Спина прогибается от удовольствия, нежно стону и дышу в его шею, держась за плечи. Чимин ускоряет темп, и я улетаю от наслаждения. Мои стоны всё громче и чаще, а его толчки всё безумнее, царапаю его спину. В один момент мы задерживаем дыханием, чувствуя оргазм, выдыхаем и расслабляемся. Это лучшее ощущение.        Когда чувствуем голод, собираемся и идём гулять. Я надеваю летнее платье, а на Чимине белая рубашка и шорты, что открывают вид на его накаченные ноги. Он хватает меня за руку и ведёт к пляжу. Позже резко разворачивает к себе лицо и нежно целует в губы. — Мне нужно завязать тебе глаза, — ехидно улыбается. — Зачем? — удивляюсь.        Ответа не получаю и поддаюсь Чимину, он завязывает какой-то тканью мне глаза и ведёт далее. Чувствую, как в мои босоножки сыпется песок, и вскоре Чимин останавливает меня. Становится напротив, и через мгновение я снова могу видеть. Он поворачивает за плечи меня, и передо мной открывает прекраснейший вид. Прямо на пляже стоит накрытый стол для нашего почти что ужина, на нём райская еда, какие-то цветы, соджу. Так же вижу Тэхёна и Чонгука, которые вскоре меня приветствуют, обнимая. Моё лицо трескается от улыбки, и я так счастлива. После того, как возвращаюсь в реальность вижу камеры, много камер и людей. Они снимают нас, и я вопросительно смотрю на парней. — Я хочу, чтобы мы взяли участие в этом проекте, — произносит тихим голосом Чимин.        Ранее Чимин предлагал мне сняться для одного новостного портала, но я отказалась. Наше присутствие сейчас подразумевает откровенный разговор об отношениях друг с другом, признания, которые потом посмотрят миллионы людей. Я растеряно смотрю на своего возлюбленного. Я отказалась, потому что личная жизнь на то и личная, я не могу так просто сесть и рассказать на камеру о всей своей жизни, что требуется по сценарию. — Ты не против? — спрашивает Чимин, видя моё смятение. — Нет.        Для Чимина важно это, важно моё согласие и важно участие обоих в этом. Он давно хотел опровергнуть все слухи, которые образовались вокруг него и меня, по-этому, его решение я не могу изменить. Мне пришлось согласиться, потому что, как ни крути, это что-то новое для меня. Человек должен пробовать себя в чём-то неизвестном, и подобное шоу будет для меня огромным опытом.        Чимин проводит меня к месту съёмки, и мы садимся напротив камер и людей, заинтересованных в этом чуть больше, чем я. На самом деле локация дико красивая: не такое яркое, как днём солнце, теплый ветер, развивающий мои волосы, на заднем фоне море, волны которого касаются берега вновь и вновь. Кто-то вроде журналиста начинает задавать нам свои вопросы, чтобы собрать материал для проекта. — Расскажите историю вашего знакомства, — просит мужской голос за кадром.        Я прошла тот период, когда люди скованы перед камерой, но в этот раз мне просто хочется послушать Чимина, по-этому, смотрю на него, подталкивая к ответу уверенным взглядом. — Я запомнил её, когда мы впервые встретились на фансайне в Сеуле, — начинает Чимин. — Это была не первая наша встреча, — поправляю его и после вопросительного столкновения глаз парня с моими продолжаю, — до того дня мы виделись ещё три раза. Я около восьми лет дружу с Чонгуком, — смотрю на Чона и улыбаюсь. — Не смотря на то, что я на тот момент жила в Москве, хорошо владела корейским языком и с помощью Чонгука для меня не было проблемой попасть на какой-то ваш концерт, фанмитинг и прочие мероприятия.       Почему ты так увлечённо смотришь на меня? Твои большие от сосредоточенности глаза покоряют меня снова и снова. Ты всегда смотришь в меня глубоко, будто проникаешь в душу, зная все мои эмоции. Ты мой человек. — Я не знал этого, — смеётся мой оппа. — Чонгук никогда не рассказывал ни одному из мемберов про свою подругу, но я краем глаза увидел, как они разговаривали вместе. Их общение выглядело не как между айдолом и поклонницей, а как между людьми, хорошо знающими друг друга. — Ты держал меня за руки, — смотрю пристально в его глаза. — Да. Я многих тогда держал за руки, но только ты мне понравилась, как девушка. Следующая наша встреча произошла совершенно внезапно. Я прилетел в Москву по делам и встретил тебя, после чего мы начали общаться. — Не долго мы общались, — говорю с нотами злости в голосе, смотря на журналиста, вспомнив глупую обиду Чимина. — Что случилось между вами? — интересуется мужской голос.        Я смотрю на Чимина, скрестив руки на груди, и ожидаю его ответа. На этот вопрос точно должен ответить он. — Безусловно, ты мне нравилась, и я ревновал. Этого ответа ты ждала? — дерзит он. — Да, я знаю, что я глуп и поступил тогда неправильно.        Не знаю с какого момента именно, но теперь этот разговор был только наш, был личным, и мы мало обращали внимания на камеры. Может, так даже лучше? Зрители должны оценить то, что мы абсолютно искренни с ними. Я беру его за руку, и он успокаивается. — Каким был ваш первый поцелуй? — звучит вопрос журналиста.        На долю секунды я погружаюсь в свои мысли, прокручивая в голове тот самый первый поцелуй.       Я никогда не забуду момента, когда твои сладкие и пухлые губы коснулись моих. Твой напор, твоя уверенность не позволяют мне оттолкнуть тебя, да и не нужно это. Тогда моя жизнь начала состоять из тебя. — Ты набросился на меня с поцелуем, когда мы были знакомы лично всего-то второй день.        Он глянул на меня и явно видно, что тот доволен собой. Так быстро влюбить в себя девушку, ни в чём себя не сдерживать и целовать, будто встречаетесь около года. Чимин не обделён самоуверенностью, и это ясно буквально сразу. — Ты слишком много говорила, — довольствуясь собственным превосходством, усмехается слегка. — Он без проблем ворвался в мою квартиру и делал всё, что ему вздумается. Чимин и вправду удивительный, совершает удивительные поступки, — вспоминаю о том, что нас снимают камеры и дополняю материал шоу.       Порой ты невыносим, во всех смыслах невыносим. Становится трудностью терпеть даже твоё громкое дыхание, которое я так люблю. В такие моменты сложно не от того, что у нас проблемы временные, а от того, что не знаю, что творится в твоей голове. Ты можешь делать одно, но думать или чувствовать совсем другое. Полагаю, это свойственно многим. Мне нравится твоя злость, ведь чаще всего ты именно злой. Я так привыкла к этому, что в иные случаи не хватает того самого жаркого гнева, который делает тебя настоящим мужчиной. Благодаря этому из милого мальчика, ты превращаешься в смелого, мужественного, а главное моего возлюбленного, потому что таким тебя вижу только я.        Подумав, что этого ответа для журналиста достаточно, мы ожидаем следующего вопроса. — Каково жить вместе, и как вы решились на это? — снова мужской голос, который прерывает молчание.        Чимин вновь переводит взгляд на меня. Он каждый раз будет это делать при новом вопросе? Словно читает в моих глазах ответ, которого там нет, ибо я вовсе не сосредоточена, а скорее расслаблена. — Когда я предложил переехать ко мне, мы встречались уже достаточно долгое время. Я думаю для многих такого промежутка мало, но то, что мы смогли выдержать отношения на расстоянии и доверились друг другу, последовало моему предложению. Желание видеть твоё лицо чаще, просто переполнило меня, — обращается ко мне. — Я долго не соглашалась, — говорю, смотря в объектив камеры. — Это было, пожалуй, самое сложное и ответственное решение в моей жизни. Мне пришлось многое изменить в своей жизни и принять эти перемены. Это правда трудно для человека, который не уверен в комфорте при определённых изменениях. — Почему ты согласилась? — внезапно задаёт вопрос Чимин. — Настал бы день и нам всё равно пришлось бы жить вместе. — Я думал, ты скажешь, что любишь его, — говорит Тэхён и смеётся, когда видит мою улыбку. — Разве в этом не один и тот же смысл?        В общем, атмосфера на съёмочной площадке уже не была такая напряжённая. Люди за кадром спокойно разговаривают между собой и внимательно слушают нас, складывается впечатление, что им действительно интересно. Журналист, имя которого Йонын, как я узнала позже, свободно задаёт интересующие вопросы, и видно, что он определённо увлечён. Так же и Тэхён с Чонгуком без проблем вмешиваются в наш разговор, и я благодарна им за то, что они здесь, потому что они отлично поддерживают меня и Чимина. Мы часто находимся вместе, и, когда мы рядом друг с другом, так спокойнее нам. — Вам нравится жить вместе? — интересуется Йонын. — Так лучше, чем было раньше, когда мы находились постоянно в разных странах, — отвечает Чимин. — Ты не такой, каким кажешься на первый взгляд. Я ничего не говорю тебе на этот счёт, ведь я счастлива.        Если люди думают, что жить вместе очень просто, и каждый день будет как сказка, они ошибаются. Ничего не бывает постоянно хорошо — это аксиома. Закон жизни, которому следует каждый. Чимин смотрит на меня и не меняется форматом эмоций на своём красивом лице.        Мчался ли когда-то к той, что ждёт тебя со счастливым плачем? Так пролетали мои дни, пока мне вновь не повезло, но всё же ты — главный герой моей жизни. — Когда засыпала на нашей кровати со вторым пусты местом, я задавала себе вопрос: «Что за окружение я себе выбрала?», — признаюсь я. — Работа… — перебивает, громко вздыхая, Чимин, глядя на камеры. — Работа есть и у меня, — резко отвечаю, повернувшись к нему. — Ты никогда не поймёшь, что происходило со мной во времена твоей занятости.        В воздухе витает напряжение, даже операторы замолкают. Мне всегда было неприятно вспоминать те одинокие дни, в которых я жалела о своём решении переехать. Так или иначе, всё изменилось, изменилась я, изменили мои мысли, взгляды на жизнь, и сейчас я то, что сотворил со мной Чимин. — Когда ты бросила меня, думаешь тебе знакомы мои чувства в тот момент? — прерывает тишину парень, и остальные выдыхают. — Когда это она тебя бросала? — защищает меня Чонгук. — Когда просто исчезла, — объясняет Чимин и сглатывает. — Ты уехала на целую неделю и ни словом не сообщила мне! — повышает тон. — Это правда? — уточняет Йонын.        Я задумываюсь, потому что этот период жизни так же не самый приятный. Когда я более менее привыкла к работе, у меня появились некоторые знакомые айдолы. Я начала общаться, как с парнями из других групп, так и с девушками. Сказать, что это вот прям друзья мои не могу, но пару раз мы обменивались парами слов. Пока Бантан выступали с концертами в Японии и участвовали в премиях с помощью моего сопровождения, я крупно поссорилась с Чимином. — Правда, — киваю. — Почему? — удивляется Тэхён за кадром.        Однажды ты спросил меня: «Что в этом такого?», когда я узнала, что у тебя планы на вечер. Ты собрался на прогулку с какой-то девушкой. Должна ли я спокойно реагировать на это? Полагаю, определённо нет. В то время, как я отказалась от всего: от всех друзей, теперь от свободного времени, только чтобы быть с тобой рядом, ты успешно строишь планы на времяпровождения не со мной. Это, как минимум, обидно, как максимум, невыносимо для меня. Я действительно оставила тебя, бросила, исчезла и уехала к родителям. — Мы поссорились, и я обидел её, — признаётся Чимин, пока я молчу. — Я постоянно звонил и писал тебе. Мне стало до ужаса страшно от мысли, что тогда я видел тебя последний раз. Казалось, что завтрашнего дня не существует. — Он на самом деле переживал безумно, — поддерживает Тэхён, видя моё грустное и злое в то же время выражение лица.        Но нам обоим необходимо стереть из памяти пятна тех дней навсегда. Мы должна насладиться нежными июльским днями, где мы наслаждаемся друг другом. — Как же вы тогда помирились? — звучит голос Йонына за кадром. — Мне пришлось вернуться, потому что группа присутствовала на премии. В тот день мы и помирились, — с облегчением того, что кошмарные воспоминания закончились, говорю я.        Если бы не наше участие в данном интервью, я бы не возвращалась к мыслям о этом случае. Так было бы проще, но разговор требует откровенний, и, может, если мы сейчас впервые спокойно поговорили, вспомнив случившееся, станет легче. — Это была наша самая масштабная ссора, — заканчивает тему Чимин. — Мысли о семье не посещают вас? — спрашивает Йонын. — Не думаю, что мы готовы к этому, — отвечаю ему. — Почему? — возмущает мой ответ Чимина. — Я же объясняла тебе. С нашей работой это будет невозможно. — Для тебя так важна работа? — Когда я чуть не забеременела, ты был явно испуган этим и злился. О какой семье идёт речь? Я даже не твоя невеста. — Я злился, потому что ты не рассказала мне. — Нет таких отношений, где возлюбленные всё на свете друг другу рассказывают. Это лишь начальный период влюбленной эйфории, когда хочешь быть как можно ближе к человеку, — произношу я. — Потом хочется контролировать человека во всём и чувство собственности зашкаливает. Когда тебе принадлежит человек во всех смыслах и делает что-то не так, от этого крыша едет, — дополняет Чимин. — Ты всегда прав, — улыбаюсь ему.        Откровенные мы вчера, сегодня и завтра нравятся мне, это явно лучший наш период. — Вы жалеете о чём-то? — задаёт решающий вопрос Йонын.        Переглядываемся с Чимином и улыбаемся друг другу. — Жалею о том, что не заметил тебя ранее, — говорит тихо мне.        Помнишь сколько раз мы кричали друг на друга, ругались, ненавидели? Как сильно было страшно, когда ты, как зверь, кричал на меня без повода. Помнишь, сколько раз я просила тебя пощадить? Пощадить меня, тебя, наши нервные системы, твой голос и мой слух. Каждый раз ты просил прощения, не задумываясь о своих обещаниях, в которых шла речь о том, что такого не повторится. В ответ я каждый раз прощала тебя, повторяя твоё имя, и говорила слова о любви, на которые твоя душа, твоё сердце радостно реагировали.        Будто в тумане я просила тебя оставить меня, не трогать меня при очередном всплеске гнева с твоей стороны. Но мы поступали и вели себя так не потому что не любим, а потому что любовь слишком сильна и мысли о идеале были сильнее разума.        Я спрашивала тебя какими были твои мысли после всего, а ты говорил, что светлыми. Мы оба знаем, что боимся потерять друг друга, по-этому, то, что происходит между нами никак не сможет разрушить наши отношения. — Я люблю тебя, — говорит Чимин. — Я люблю тебя, — говорю ему я.        Ты сидишь напротив меня сейчас спокойный, улыбающийся, будто ждущий чуда.        Говорят: любить больно, любовь убивает, разрушает, заставляет жалеть. Но не ради этого ли люди и любят друг друга? Любовь — эмоциональный всплеск, любовь заставляет влюбленных меняться, видеть что-то особенное в разных плохих вещах. Любимый человек заставляет улыбаться, покрываться мурашками, быть счастливым и чувствовать радость. То чувство, когда хочется просто раствориться в человеке, непередаваемо, его хочется чувствовать даже сквозь слёзы и страдания. Я растворилась в тебе, Пак Чимин, и ни капли не жалею об этом.        Солнце освещает твоё лицо, море шепчет о любви, и я хочу каждый день говорить тебе спасибо, бесконечное количество раз. Ты сотворил мою новую жизнь, Пак Чимин.