Maudit

***

      Его спина удалялась, ведь Агрест больше не хотел видеть Маринетт после того, что она сделала.       Дюпен-Чен бежала за ним, чтобы все объяснить, что тот поцелуй, который он видел, был вынужденной мерой, и любит она только его, а Кот — всего лишь друг, напарник. Они бежали по крышам, ветер бил в лицо, пыль летела в глаза, забивалась в ноздри, легкие горели, а Адриан удалялся с невероятно скоростью, как будто обрел сверхспособности. — Постой! — крикнула Маринетт, когда парень едва не скрылся за поворотом. — Адриан! Пожалуйста!       Агрест остановился так внезапно, что девушка врезалась в него со всего размаха и отшатнулась, потирая ушибленный бок. — Не подходи ко мне, Маринетт, — в голосе слышалось неприкрытое отвращение. Черт возьми, если бы он был котом, хвост бы хлестал по ногам, как кнут. — Почему? — ошарашенно рассматривая невероятно красивого даже в этот момент парня. — Потому что ты мне противна. Все это, — он сделал витиеватый жест рукой и поморщился, — дружелюбие так раздражает, а ты точно мне не подруга.       Сердце Дюпен-Чен упало — случилось самое страшное, что только можно было себе представить. Вот Адриан и сказал открыто о своих чувствах. О какой любви может идти речь, если он даже подругу в ней не видит? — Но… — попыталась что-то возразить Маринетт, однако Агрест не дал ей закончить, гневно выплюнув: — И я презираю тебя.       А потом он просто растаял в воздухе, оставив Дюпен-Чен испуганно озираться в поисках знакомого силуэта. — Адриан! Адриа-а-а-ан!

***

      Агреста трясло, как при высокой температуре. Все тело затекло от неудобного положения — у Фу не было никакой мебели, и он уже пожалел, что не перенес Мастера к себе домой. Там его Леди могла бы лежать хотя бы не на полу.       Голова Баг металась на коленях Нуара, пока Фу пытался найти какое-нибудь средство для спасения Хранителя Чудесного камня. Адриан гладил ее волосы, шептал, что все будет хорошо, что она умрет не сегодня, а через много-много лет, когда даже их дети состарятся, но не добился никакого результата, как и его наставник.       Последние несколько часов были просто адскими: Леди почему-то упала в обморок с края Эйфелевой башни, и он едва успел поймать девушку у самой земли, потом Кот долго пытался привести Баг в себя, но ничего не получалось, и ее обмякшее тело пришлось отнести к себе в комнату; после снятия трансформации черный котенок, причитая, рассказал о причиненном ими вреде, и Нуар возненавидел себя и свой чертов дар; Плагг убеждал парня обратиться к Мастеру Фу, пока не стало поздно, и Агрест снова стащил у отца ту таинственную книгу о героях; пролистав талмуд, он ничего толкового не обнаружил и понял, что квами прав. А потому Кот практически долетел до укрытия Мастера, держа Баг на руках, как самый ценный на свете груз.       Мозг Кота отказывался соображать, потому что мысль о том, что Леди попала под удар Катаклизма и сейчас умирает из-за него, сводила с ума. Внутри все корчилось, чувство вины сдавливало грудь, Плагг хрипло что-то ворчал, а Баг горела у него на руках.       Жар плавил ее изнутри, пересохшие губы что-то беззвучно шептали, и как ни пытался Агрест уловить хоть слово, это ему не удавалось. Пока девушка не выдохнула едва слышно: «Адриан».       Услышав это, Нуар и Плагг недоуменно переглянулись. Почему героиня Парижа позвала именно его? Они знакомы не только в героическом обличии? Неужели Агрест так много значит для Баг, если Леди нуждается в нем в свои последние минуты? Кто она?       В голове у парня все совсем перепуталось. Нуар любит Леди, она, кажется, любит Адриана, но при этом не знает, что Агрест и Кот — одно и то же лицо. И не узнает, если Фу не сможет помочь.       Нуар умоляюще посмотрел на Мастера, который отодвинул очередную книгу, но тот лишь огорченно покачал головой. — А ее квами? — Мы ее не увидим, пока…       Плагг громко закашлялся, чтобы страшные слова не донеслись до ушей Адриана, но Агрест и сам сообразил, что трансформация спадет только в двух случаях: и это было либо желание, либо смерть Хранителя Чудесного камня, и второй вариант категорически не устраивал Нуара. — Ищите еще, — властно сказал он, и, если бы это услышал Габриель, то точно смог бы гордиться своим сыном, потому что в этот момент они были удивительно похожи. — Мне нужна именно эта Леди Баг.       Плагг испуганно пискнул. Никто на его памяти не говорил в таком тоне с Мастером, никто из Хранителей ни разу не осмелился что-то приказать своему наставнику, но Фу почему-то лишь кивнул и вышел из комнаты. Маленький котенок метнулся за ним, оставив убитого горем и виной Агреста наедине с угасающей Леди.       Им нужно было попрощаться. Горький комок туго завязался в горле, и Адриан держался изо всех сил, чтобы не расплакаться. Нуар не проронил ни одной слезы с тех пор, как умерла мама, но сейчас он как никогда был близок к этому. Однако одновременно с горем Кота переполняла решимость если уж не спасти Баг (пусть ценой своей жизни, зачем она вообще нужна без Миледи), то умереть вместе с ней. Он не мог допустить, чтобы и его любимая девушка тоже ушла туда, откуда не возвращаются.       Нуар буквально чувствовал, как Леди ускользает у него из рук как раз в те мгновения, когда правда почти открылась, когда маски были почти сняты, а чувства признаны их носителями и приняты их объектами. Агрест не мог потерять Баг. Просто не мог, и непролившиеся слезы жгли глаза так, что он почти не видел ее лица. Адриану даже показалось, что ее длинные ресницы слегка дрогнули. Или не показалось?       Надежда встрепенулась у него внутри, сердце бешено забилось в ожидании, когда девушка очнется, а потом розовая вспышка оставила на циновке худенькое девичье тело.