Loving the maniac

POV Саске Вешаю кусанаги на пояс, надеваю перчатки и накидываю капюшон так, чтобы он закрыл лицо. Теперь я готов. Мне даже интересно найду ли я какую-нибудь голубоглазую омежку или я уже всех их убил? Сейчас довольно рано, поэтому народу на улицах ещё много. Только я вышел за дверь, как понял, что забыл телефон — вдруг Нару позвонит и попросит его встретить. Мы погуляем под луной, в свете городских огней. Что-то я романтиком стал. Но мне это нравится, особенно то время, что я провожу с Наруто. Возвращаюсь в квартиру и, найдя телефон, кладу его в карман. Вот теперь можно спокойно идти. Замечаю неосмотрительную омежку, что завернула в тёмный переулок, где и поджидал я. Достаю кусанаги и только собираюсь сделать рывок, как зазвонил телефон. Жертва испугано вздрогнула и поспешила удалиться. Пылая праведным гневом на звонившего, вытаскиваю телефон и смотрю на номер. На дисплее высветилось имя Нару. -Нару, ты как-то запаздываешь, — радостно сказал я. -Учиха Саске? Муж Учихи Наруто? -Да, — нахмурился я. -Прошу вас приехать в больницу номер семь. -Что случилось? — однако телефон оказался глух. Если с Наруто что-то случилось, я не знаю, что буду делать. Как был бегу в больницу, машинально стянув перчатки и засунув их в карман. На красный пешеходный я просто не обращал внимания, и скорость вообще не снижал. Наверное, поэтому я добежал за двадцать минут. -Я Учиха Саске, меня попросили приехать, — сказал я, подойдя к старшей сестре. -Да, я попросил, — ответил полицейский с забавной причёской в виде ананаса, я тут же насторожился. -Где он? — агрессивно спросил я, пряча кусанаги от взгляда офицера. -Идём, — как-то устало вздохнул альфа. Я послушно иду следом, пока не задавая вопросов, а спросить хотелось. Особенно, почему мы спускаемся вниз? Наруто вдруг решил стать патологоанатомом? Я был в глубокой прострации ровно до того момента, как откинули белую простынь. Ужас прочно обосновался в горле — этого не может быть! -Не верю, — пробормотал я. — Это какой-то розыгрыш, — подхожу к своей омеге, что лежала на металлическом столе. — Этого не может быть! Очнись, Нару, иначе я сам тебя убью! — начал я заводиться, принимаясь трясти Наруто, чтобы привести его в себя. — Открой глаза! -Бесполезно, — услышал я голос офицера. -Он не мог умереть! — повернувшись к нему, рыкнул я. — Я всё делал, чтобы обезопасить его! Он всего лишь претворяется! Он сейчас очнётся и скажет, что это шутка! — самому бы ещё поверить в свои слова — я понимал, что мой омега не очнётся, что он… — Не может быть, — бессильно оседаю на пол. Неужели я больше не увижу его улыбки? Неужели не увижу детского блеска в глазах? Как такое могло произойти? Почему именно он? Он же всё для меня. Нару единственный, кто не отвернулся от меня, узнав правду, наоборот, он окутал меня своим теплом. А у меня это тепло так жестоко забрали. -Учиха Наруто, был убит десятью колото-резаными ударами, на шее явные следы от удушья, но есть ещё внутренние повреждения — они появились в результате насилия, — от последнего я вздрогнул, а кулаки сами сжались — я такого не прощу. Я убью ту мразь, что посмела его тронуть. -Мы думали, что это Така, но он использует катанообразное оружие, а тут был использован нож, да и изнасилование явно не в его стиле. К счастью этого недоподражателя мы уже поймали. В груди алым цветком разгорается ненависть и жажда мести, даже любовь к Нару отошла на второй план, уступая место возмездию. Противный ком вернулся тяжким грузом в душу, и я чувствую, что он не исчезнет, пока убийца моей жизни не исчезнет с этого света. -Проведите меня к нему — я хочу с ним поговорить, — поднявшись и слегка покачнувшись, сказал я. -Я не могу этого допустить, — нахмурился альфа. — Как альфа, имеющий омегу, я понимаю твоё стремление отомстить. -Я сказал проведи меня к нему! — рыкнул я, схватив офицера за шиворот. — А потом можешь пустить мне пулю в лоб, иначе я сделаю это сам! Ты сказал, что понимаешь меня, а я скажу тебе такое, что ты сам с удовольствием убьёшь меня! -Хорошо, но ты не убьёшь его. -Ничего не могу обещать, — альфа кивнул и, резко развернувшись, ушёл, я же в последний раз поцеловал свою омегу, слегка пригладив мягкие локоны. — Мы ещё встретимся. В отделение полиции меня доставили на служебной машине. Офицер, представившийся Шикамару, провёл меня до комнаты допроса, где уже сидел красноволосый альфа. Открыв дверь, он запер её у меня за спиной. -А я тебя знаю, — довольно протянул этот смертник. — Ты муж Наруто. -Зачем? — хрипло спросил я, даже не смотря на убийцу своей омеги, боясь сорваться и убить его, а ведь мне нужны ответы. -Он отказал мне, — охотно ответил альфа. — Сказал, что любит тебя, ох как меня это взбесило, а по городу, как раз ходит убийца омег с голубыми глазами, странно, что он ещё до Нару не добрался. -Не смей его так называть! — рыкнул я, хватая альфу за воротник — меня ломало от того, что он ТАК называет мою омегу! -А знаешь, — вдруг противно ухмыльнувшись, начал он. — Я трахнул его. Трахнул так, что он молил меня о смерти. В два шага приблизившись в зеркалу, ударяю кулаком по стеклу — ярость бурлила в груди, и я уверен, Шикамару понимает, что я сдерживаюсь с большим трудом. Кое-как разжав сцепленные зубы, я прорычал: -Если хочешь остановить меня, стреляй в голову, мне больше незачем жить — он забрал мою жизнь, чтобы у тебя не было сомнений, я скажу: я и есть Така. Отрываюсь от стекла и разворачиваюсь в сторону замершего альфы. Я не сомневался, что Шикамару исполнит мою небольшую просьбу — меня всё равно ждёт смертная казнь, так зачем тянуть. К тому же он сказал, что понимает меня, а значит, знает, что жить без Нару я не смогу. С одного удара переламываю альфе нос, с удовлетворением замечая, кровотечение. Тут вспомнилось, как Наруто трепетно стирал с моего лица кровь моей жертвы. Стало невыносимо больно. Хотелось плакать, но я лишь крепче сцепил зубы и, схватив убийцу за волосы, приложил его лбом об металлический стол. Помнится Нару любил сидеть на столе, весело болтая ногами. Больше не могу, что же этот офицер не торопиться прерывать мои мучения? -Хватит, Саске, прекрати! — услышал я, давно пора. — Наруто бы этого не хотел. -Знаю, — прохрипел я, чувствуя, как перед глазами всё начинает плыть. -Отпусти его. Что же он не хочет отступиться от принципов? Молниеносным движение достаю кусанаги, что так и осталась незамеченной, и вонзаю острие прямо под рёбра, мстительно начиная крутить лезвие, вызывая крики боли. Вот тут-то офицер решил действовать — ногу обожгло, но я лишь зашипел, оседая. -Что ж ты меня не слушаешь, — проворчал я, поднимаясь — адреналин притупил боль, поэтому я смог приблизиться к альфе и уже начал замахиваться, как прозвучал щелчок курка, а перед глазами выросла тьма. Теперь всё.